Горький привкус реальности. Восстание против судьбы.

Последующие дни девушка не выходила из своей комнаты. Она не хотела ни есть, ни пить, казалось, она даже не шевелилась. Отец испугался того, что дочь действительно заболела, и немедля прислал к ней лекаря. Тот по настоянию Лилит поставил ей диагноз «недомогание» и как можно скорее удалился. Жизнь юной девушки остановилась, она смотрела в одну точку на стене и, казалось, взглядом просверлила там дыру, которая была в ее сердце. Конечно же она с самого начала понимала, что прекрасный Ричард, как и любовь с ним останется лишь в ее фантазии. Отец никогда не выдал бы ее за представителя бедного рода Мерсьерс, а Ричард видел в ней лишь младшую сестру, но никак не жену. Но как же было чудесно засыпать с мыслями о том, что по другую сторону кровати от тебя лежит твой возлюбленный, а не понравившейся отцу старик. Эти мечты заставляли ее жить. Аделаида знала, что обязана была выйти замуж за того, кого выберет де Фьюз, это была своего рода плата за счастливое детство. Но свадьба должна была быть не раньше чем через год, то есть по наступлению девушки семнадцати лет. И в глубине души юная леди надеялась, что за этот год перевернется вся ее жизнь. Знала бы насколько она окажется права, Адель не плакала бы сейчас в комнате третий день, а сбежала бы от своего отца как можно дальше. Из ступора девушку вывела ее мать, как всегда очень действенным способом — она бросила перед носом дочери письмо, в котором находилось приглашение на ужин в честь свадьбы Ричарда Мерсьерс. — Не понимаю, как Саймон позволил своему сыну свататься к Элеоноре?! Лилит уже не знала, как привлечь внимание дочери и заставить ее хотя бы пошевелиться. Мать всеми фибрами души начинала ненавидеть, по сути, ни в чем невиновного парня, который не по собственной воле оказался объектом внимания Аделаиды. Семья Мерсьерс была единственной, которая не испытывала скрытой зависти и ненависти к де Фьюз, поэтому дети Лилит выросли с отпрысками Саймона, словно родные братья. Лилит восхищалась тем, как Саймон смог воспитать детей, лишившись жены при рождении Майкла. Однако Ричард сейчас причинял боль ее обожаемой дочери, и поэтому Лилит мысленно вычеркнула его из списка друзей. — Почему вообще церемония была назначена столь скоро?! И действительно, миссис де Фьюз была лучшей интриганкой в городе, поэтому она сердцем чувствовала в этом деле что-то неладное. С момента того, как ее дочь слегла с «недомоганием» прошло две недели. Это до неприличия короткий срок, чтобы вступать в брак. Для церемонии своей любимой дочурки Лилит начала готовиться, как только Алекс объявил имя жениха, хотя свадьба Аделаиды будет праздноваться не раньше чем через год. Да и выбор мудрого не по годам Ричарда пал на очень странную девушку. Мать Элеоноры Феннингтон очень рано стала вдовой, муж оставил ей троих дочерей и кучу долгов в придачу. Миссис Феннингтон под кого только не подкладывала своих дочерей, чтобы получить хоть какую-то выгоду. Поэтому дамы семьи Феннингтон не отличались целомудрием, не имели приданного, да ещё и слухи о них с каждым годом становились лишь грязнее. Ричард со своей харизмой и красотой мог найти более выгодную партию, а не родовитую куртизанку без гроша в кармане. Лилит надеялась, что если она начнет хаять Мерсьерс на чем свет стоит, то дочери станет хоть чуточку легче, но и эта попытка оказалась тщетной. Тогда мать решила, что больше по-хорошему действовать не получится. Аделаиде нужна встряска, лучше это сделает она, чем ее муж. — Послушай меня внимательно, дорогая — хрупкая женщина, которая ростом была ниже своей дочери, откуда то нашла в себе силы, чтобы рывком поднять Аделаиду за руки и заставить ее принять сидячее положение. — про твою безответную любовь к этому голодранцу не знают разве что при королевском дворе, так что не давай этой черни ещё больше поводов для сплетен. Сейчас же приди в себя, Ричард нашел девушку равную себе, где ТЫ, а где он. В конце концов, ты же моя дочь, я была о тебе более высокого мнения. После слов матери, Адель поняла, что та от нее не отстанет, пока не сделать все, что велят. Поэтому она позволила Лилит отвести себя за ширму, где мать уже приготовила ей горячую ванну. Лилит была очень любвеобильной женщиной, она любила свою дочь и считала ее своим прямым продолжением, поэтому с детства отослала от нее всех слуг и всегда занималась дочерью сама. Аделаида была для нее словно куколка, которую можно наряжать, купать, заставлять делать то, что она посчитает нужным. Девушка никогда и не думала сопротивляться своим родителям, они с самого детства объяснили ей, что выполнять их волю — её крест. Они с Себастьяном будут по гроб жизни обязаны своей семье за детство, которое было лучше, чем у королевских отпрысков. Горячая вода заставила Адель немного расслабиться и отодвинуть осознание того, что ее возлюбленный скоро по праву будет принадлежать другой, на второй план. Аделаида полностью отдалась воспоминаниям, отказываясь принимать реальность, казалось, если бы такое было возможно, она поселилась бы в своих грёзах, проживая один и тот же день снова и снова. Это случилось, когда Аделаиде было семь лет. Тогда она только-только начала ясно осознавать, как устроен их мир и наивно полагать, что он крутится вокруг нее. Наивная девочка по пятам следовала за своим старшим братом и естественно играла с его лучшими друзьями, братьями Мерсьерс. В то время как Лилит пыталась начать обучать ее этикету и общепринятым в их окружении нормам, девочка бегала по парку с тремя мальчишками и была самой счастливой на свете. — Аделаида, ты должна выиграть. — приятную для кожи атласную ленточку повязали на глаза, и в очередной раз по новой объяснили правила игры. Аделаида должна была с лентой на глазах лишь по голосу искать троих мальчишек на территории парка. И каждый раз она соглашалась. Первые пять минут она следовала правилу, однако потом у девочки заканчивалось терпение, после нескольких падений и неудачных попыток отыскать первым того, кто ей больше всего был интересен, она срывала с себя ленту и обиженно уходила в сторону озера. — Вы меня как всегда обманываете. — говорила она, обиженно надувая губки и добивалась того, что ей было нужно — мальчики бежали за ней и пытались убедить в том, что она была на правильном пути и ей немного оставалось до победы. Она получала все больше их внимания и понимала, что она всё-таки победила, только не в их игре, а в своей. Прятки были для Адель особой игрой, особенно когда искать всех должен был Ричард. Она специально пряталась как можно дальше, чтобы мальчик признал ее мастером в этой игре. И однажды девочка доигралась! Адель настолько далеко ушла от дома, что заблудилась. Цветущие деревья в парке были похожи друг на друга, что не отличить. В один прекрасный момент она поняла, что теперь она обречена и с наступлением ночи умрет от страха и одиночества. Обессиленная девочка села под одним из деревьев и громко плакала, уткнувшись лицом в колени. Из-за своих всхлипов она не сразу услышала собственное имя, которое эхом раздавалось все ближе и ближе. Это воодушевило ее на то, чтобы подняться с места и броситься на зов. Первым кого она увидела, был Ричард, всё-таки даже при таком исходе событий, она все равно получила желаемое, правда для этого ей пришлось хорошенько испугаться. — Ты нашел меня. — улыбнулась девочка и сразу же забыла о том, что пять минут назад плакала, не хотя умирать. — Я всегда буду спасать тебя. Ответ гордого собой Ричарда заставил Аделаиду почувствовать себя принцессой из сказок, которые ей каждую ночь читала мама. — Аделаида, мы все так напугались, что придется рассказать об этом отцу. — маленький Себастьян уже тогда понимал, что Алекса лучше не злить, поэтому с облегчением выдохнул когда они с друзьями смогли найти сестру своими силами. Друзья приняли совместное решение больше никогда не играть в прятки и благополучно забыли о происшествии. Возвращались в поместье они уже полные веселья, соревнуясь друг с другом, кто окажется первым. Мальчики решили уступить Аделаиде, чтобы она полностью оправилась от случившегося. Девочка же бежала, в маленьких ручонках держа подол платья, только вчера доставленного ей прямо из столицы. Когда мать заказывала дочери новые дорогие наряды, она никак не думала, что та будет носиться в них по парку. После каждой такой прогулки вещи приходилось выкидывать. Запутавшись в своих юбках, Адель оступилась и уже в сотый раз за сегодня свалилась на землю, больно поцарапав локоть. Девочка совершенно забыла о боли, когда заметила, как к ее носу приближаются до блеска начищенные туфли. Она подняла голову и увидела недовольное выражение своего отца. Он был в ярости. — Посмотри на себя. — хоть Александр говорил еле повысив тон, все, включая Мерсьерс и Себастьяна, застыли в паре метров от Аделаиды. — Леди не должна валяться на земле. Он протянул дочери руку, девочка пару секунд смотрела на нее в замешательстве, боясь пошевелиться. Отец с пелёнок был для нее божеством, в ее голову вложили, что без его одобрения ей не прожить и дня. Она боялась, что если отец будет злиться, то она потеряет все свои игрушки, наряды и сладости. Когда девочка всё-таки поднялась с земли, отец лёгким движением приподнял ее подбородок. — Никогда больше не позорь меня таким неподобающим образом. Хоть Ричард после этого случая много раз спасал свою подругу от жуков и пауков, которыми ее пугали Себастьян с Майклом, от «случайных» падений прямо к нему в руки, когда они стали чуть постарше, он никогда не мог уберечь ее от самого страшного в жизни детей де Фьюз — неодобрения их отца. Реальность начала поглощать ее, когда Лилит затягивала один из корсетов, заказанный из-за границы за бешеные деньги. — Ты очень сильно похудела, я это одобряю, однако твоя ужасная осанка все равно заставляет меня затягивать его туже. Если станет плохо, сразу же говори. Конечно же, девушке плохо. Она испытывает невыразимую словами боль от того, что ее любимый женится на другой, а она должна с улыбкой на лице отправиться на эту церемонию, чтобы Александр остался доволен. Такая мелочь, как недостаток воздуха сейчас не способна привлечь ее внимание. Воспоминания все больше погружали Аделаиду в свою бездну и сейчас она наконец смогла проанализировать когда именно впервые поняла, что по-настоящему любит Ричарда. С самого детства её всегда завораживал старший Мерсьерс тем, что, по ее мнению, постоянно заботился о ней. Тем, что ее отец пытается заслужить до сих пор, мальчик был одарен с пелёнок — истинным благородством. Он всегда знал как нужно правильно поступить в спорах и нередких драках между Себастьяном и Майклом, которые вечно что-то не могли поделить. Он знал, как нужно обходиться с дамами, рядом с ним девочка всегда чувствовала себя принцессой. А говорил он так завораживающее, что, казалось, будто король произносит речь. В тот день дети двух семей как всегда встретились на прогулке в парке. Майкл с Себастьяном о чем то увлеченно спорили, на несколько шагов обогнав Аделаиду и Ричарда. С каждым годом мать Аделаиды оказывала на дочь все больше влияния, и девушка уже не могла представить себе жизнь без светской модели поведения, поэтому как бы она этому не противилась, ей приходилось держать дистанцию даже с Ричардом и нести какую-то чушь, обсуждая недавний прием у герцога. Она замерла, когда они подошли к ее любимому озеру и, таким образом, положила конец их глупому разговору. — Аделаида, брось ты этот вздор. — Ричард долго молчал, прежде чем решиться на этот разговор. Ему совершенно не нравилось, что подруга, которая с детства играла с ним в догонялки, теперь медленно, но верно превращается в одну из этих пошлых и надменных дамочек. — Не становись госпожой, которая занимается тем, же что и ее слуги — перемалывает всем косточки только более красивым языком. Такие слова заставили девушку заглянуть юноше в глаза и сразу же пожалеть об этом. Признаться честно, эти разговоры помогали ей хоть на секундочку забывать о том, что перед ней стоит объект ее безответной любви. — Со мной ты можешь быть собой, Аделаида, которую я знаю, наплевала бы сейчас на все и отправилась бежать босой по берегу. Не делай того, что велит твоя мать, не возводи меж нами стену. Ричард подавил в себе порыв обнять девушку, боясь дать ей ещё большую надежду и подогреть ее чувства. Он прекрасно понимал, что Аделаида увлечена им, как и то, что ее отец скорее замурует ее в комнате, чем позволит им обвенчаться. Да и девушка значила для него очень многое, он считал ее своей младшей сестрой и чувствовал, что должен оберегать и заботиться. Аделаида же, наконец, поняла почему именно Ричард занял все ее мысли и не спешил оттуда уходить. Он был единственным человеком, который понимал ее лучше родной матери, и даже брата. А это для девушки значило очень многое. — Только если я намочу ножки, тебе придется нести меня на руках. С этими словами будто бы вылетит и груз всех светских норм поведения, которым Аделаида больше не собиралась следовать, по крайней мере, находясь рядом с Ричардом. Они громко рассмеялись и пошли дальше, уверенные в том, что ничто и никогда не разрушит их дружбу. Как же они ошибались. — В этом платье ты будешь жемчужиной зала, впрочем ничего нового. Я бы сказала, что ты затмишь невесту, но, учитывая, что ею является Элеонор, любой даме это под силу. Лилит с восхищением и гордостью рассматривала свое творение с ног до головы. Атласное бирюзовое платье лёгкими волнами струилось до пола, лиф же был отделан кружевами (последний писк моды при королевском дворе), а глубокое декольте не только помогло подчеркнуть преимущества, но и открыла доступ к лицезрению новой драгоценности Аделаиды. Колье из жемчуга, которому к слову было двести лет, Александр подарил Лилит на прошлой неделе, однако женщина решила, что сегодня Аделаида должна выглядеть шикарно, как никогда. Пусть дурацкие слухи о том, что эта свадьба сломила дух ее дочери покажутся смешными, когда она выйдет, приковывая к себе все взгляды. На прическу совсем не оставалось времени, и Лилит не могла больше раздумывать о том, чтобы оставить дочери крупные локоны или же собрать их в прическу, тем самым сделав шею визуально длиннее. Женщина остановилась на последнем варианте и вместе с дочерью отправилась вниз, где их уже ждала вся семья. В этом городе давно закрепилось главное правило — члены семьи де Фьюз никогда не надевают одни и те же наряды второй раз, и всегда находятся в центре внимания завистников. Так может быть Александра ненавидели не за его поддельную благородность, а за то, что заколка на голове его жены могла бы прокормить целую деревню, если ее продать. Впрочем, как только де Фьюз вошли в огромную гостиную, отведённую как раз для таких приемов, они разбрелись по разным углам. Александр с женой отправились к своим так называемым друзьям, а Себастьян, хоть и приметил пару девушек, с которыми очень хотел побеседовать, но не смог оставить сестру одну. Все сливки общества собрались на церемонию, чтобы потешить себя сплетнями о женитьбе благородного Ричарда на распутной Элеоноре. Слухи доносились со всех сторон, и как бы Аделаида не пыталась абстрагироваться от них, она слышала самые разные версии о том, почему свадьба произошла так рано. Одна сплетня была грязнее другой, де Фьюз чувствовала себя оскверненной, находясь в таком обществе и принимая в этом участие. Угощения Мерсьерс были такими же скромными как и украшения залы. На столах не было и трети того, что де Фьюз съедают за день. Единственное, что было в изобилии — дешёвые белые цветы, которые развесели на каждом углу. Нет, не такую свадьбу заслужил потомок рода Мерсьерс. Все знали о финансовом положении Саймона, но выражали сочувствие лишь ему в лицо, а за спиной же смеялись как можно тише. Аделаида заняла место возле стены, как можно ближе к алтарю, наверное это было сделано ей на подсознательном уровне, чтобы наконец принять реальность и перестать жить пустыми мечтами. Себастьян все пытался поговорить с сестрой, но, казалось, она слилась со стеной и разучилась разговаривать. Ситуация разрядилась, когда в толпе их заметил Майкл и подошёл, чтобы поприветствовать. Себастьян нашел это удобным поводом для того, чтобы покинуть сестру ради компании блондинки, которая уже давно сверлит его взглядом по ту сторону залы. Отчего-то Майкл был счастлив как никогда, он буквально сиял изнутри. Скорее всего это было связано с тем, что его брат сегодня разрушит свою жизнь. Видите ли, как бы Майкл не любил Ричарда, он всегда невольно завидовал ему. Парень тоже был красивым и статным, но характер своевольного тирана мешал ему заиметь какие-либо отношения кроме враждебных. Он как и Аделаида получал то, что хотел, только вот для девушки волшебником исполняющим желания был ее отец, а Майкл применял силу. Однако любой, кто обладает хотя бы крупицей мозгов, давно уже догадался, что самая главная причина ненависти Майкла к Ричарду — любовь Аделаиды. Подруга детства всегда нравилась Майклу. Её красота заставляла юношу любоваться девушкой как только это было возможно сделать, не привлекая внимания. Де Фьюз в буквальном смысле сводила парня с ума своей противоречивостью — она была так близко, он мог подойти к ней, даже дотронуться во время игры, но в то же время между ними была огромная преграда (и нет, она заключалась далеко не в отсутствии капитала Мерсьерс) — безответная любовь Аделаиды к Ричарду. Майкл был одним из первых, кто смог заметить чувство Адель с тех пор, как только оно начало зарождаться. Младший Мерсьерс возненавидел своего родного брата настолько сильно, что раздумывал над его убийством. Всегда, скорее, на подсознательном уровне, Майкл хотел хоть как-то насолить брату и ловко, но незаметно для других, он заводил Ричарда в ловушку. Майкл рос очень темпераментным парнем. Отец смотрел на него и отмечал то, что все положительные качества достались Ричарду, а Майклу же придется жить так, как он хочет сам, используя для достижения своих целей далеко не самые справедливые методы. Взрослея, его ненависть, а также непреодолимое желание обладать всем, что только придет ему в голову, росли вместе с ним. Парень всегда добивался желаемого и каждый раз видя то, как Аделаида сходит с ума лишь при виде его брата, он пытался ухватиться за любую возможность, лишь бы девушка досталась ему. Майкл подумывал даже похитить ее и взять силой, но очень скоро понял, что физического обладания ему будет не хватать, он решил, что хочет занять в сердце Адель место своего брата. Тот, кто знает Майкла также хорошо, как его отец, будет уверен в том, что скоро все его цели будут достигнуты. Если бы Аделаида не была так сильно увлечена Ричардом, она бы давно заметила то, что его брат в буквальном смысле слова сходил по ней с ума. Сейчас у Майкла появилась надежда, на то, что Адель разделит его чувства. Ведь Ричард портит себе жизнь тем, что женится на девушке с очень плохой репутацией (слухи о которой Майкл кстати собственноручно проверил на деле), значит Аделаида наконец примет тот факт, что она никогда бы не смогла быть вместе с Ричардом. — Ты просто великолепна. — на выдохе произнес парень, собираясь с мыслями. Однако слова на Аделаиду не произвели должного впечатления и она даже не шелохнулась. Тогда Майкл позволил себе немыслимую наглость и силой развернул к себе девушку, схватив за локти. — Аделаида, я так долго ждал подходящего момента, чтобы сказать тебе это — парень не заметил, как с полушепота повысил голос настолько сильно, что стоящие вокруг люди перестали разговаривать и ловили каждое его слово. Даже Аделаида на время вышла из ступора и с непониманием уставилась на младшего Мерсьерс. — Я влюблен в тебя столько мучительных лет, что ты даже представить себе не можешь. Ты самое дорогое, что у меня есть, я… Краем глаза де Фьюз заметила, что скопление вокруг них людей привлекло внимание ее отца. Он медленно подходил к дочери, ведя под руку ее испуганную мать. Лилит понимала, что нужно что-то предпринять, чтобы прекратить эту конфузную ситуацию, но дочь определила ее. — Неужели ты думал, что я отвечу тебе взаимностью? — сейчас девушка собрала в себе остатки сил и вырвалась из цепких лап Майкла. Она понимала, что отец обвинит ее в этой ситуации и заставит расплачиваться, поэтому ей пришлось ранить друга, чтобы спасти себя. На самом деле, находясь на свадьбе Ричарда, она думала только о своих переживаниях. На то, что испытывает Майкл, ей было откровенно все равно. — Посмотри на себя, кто ты такой и кто я?! Разница очевидна, я никогда не буду с тем, кто не в состоянии залатать крышу над своей головой. Так что скажи спасибо, что я вообще с тобой разговариваю. Гордо подняв голову, девушка прошла мимо Майкла прямо к отцу, оставив парня наедине с его горем. Аделаида успокаивала себя тем, что повела себя как стерва, чтобы не получить наказания от отца. Однако в глубине души она знала, что это злость на Майкла двигала ей. Необъяснимая злость за то, что не тот брат признался ей в любви. Майкл же поспешил ретироваться из зала вовсе не от того, что испытывал стыд перед толпой зевак. Он был выше того, чтобы думать, что о нем подумают люди и никогда не переживал по этому поводу. Только что его одержимая идея обладать самой прекрасной девушкой, которую он когда-либо видел рассыпалась в прах. Любовь, которую Майкл лелеял столькие годы, канула в лету от слов, что сказала ему Аделаида. Он вмиг возненавидел ее, захотел любой ценой унизить девушку, за каждое брошенное ему слово. Майкл не знал отказов и не желает знать их и впредь. Он обязательно заставит девушку поплатиться за это оскорбление, вот только пока неизвестно каким образом. Все собравшиеся перестали обсуждать произошедшее, когда в помещение вошли виновники торжества. Ричард вел под руку Элеонор. Аделаида подавила в себе желание поставить ей подножку, как только та пройдет мимо нее. Девушка со стройной фигурой явно смотрелась как идиотка в платье на размер больше ее, да к тому же модой из прошлого столетия. Короткие волосы, завитые мелкими прядями, напоминали овечку, которую ведут остригать. А венок из тех же уродливых белых цветов на голове Элеоноры указывал на то, что перед господами стоит какая то простолюдинка, а не родовитая аристократка. Именно так Аделаида видела перед собой эту несчастную (к слову не лишённую красоты) девушку. Себастьян же отметил, что если бы Элеонор имела возможность одеваться, как его сестра, не раздвигала ноги перед каждым, кто этого захочет, и в девятнадцать лет не смотрела на всех глазами сорокалетней женщины, которая многое пережила на своем веку, могла бы оказаться достойной его постели. Но самое странное было то, что девушка заметно сдерживала слезы, подходя к алтарю все ближе. Она явно была не в восторге от этой свадьбы, хотя дама с такой репутацией должна была светиться от счастья, что хоть кто-то её повел под венец. Любой здравомыслящий человек благодарил высшие силы за то, что не являлся членом семьи Элеонор. Однако, несмотря на ее бедность и плохую репутацию, де Фьюз мечтала быть на месте Элеонор и отдала бы за это все, что имела. Ричард нежно, словно хрупкий цветок, берет ее ладошку в свои руки и ведёт к алтарю. Лилит заказала Аделаиде самое шикарное свадебное платье, которому позавидовала бы сама королева. Подол его настолько длинный, что ползет за ней хвостом, словно змея. Белоснежное, сравнимое с только что выпавшим снегом, платье, усыпанное звёздными блёстками, завораживает и вызывает лишь восхищение и улыбки. Каждый кто смотрит на Аделаиду понимает, что она действительно чиста, чтобы иметь право его надеть. Когда, наконец, она с возлюбленным доходит до алтаря, руки ее дрожат, а с лица не сходит глупая улыбка. Ричард улыбается ей в ответ и одними лишь губами произносит, что любит ее, эти три незамысловатых слова действуют на девушку, как бальзам на душу. — Отныне ваш союз крепок до самой смерти. Можете закрепить клятву поцелуем. Жестокая реальность возвращает девушку из ее мечтаний, Аделаида не сможет спрятаться там, она должна увидеть самую жестокую часть представления. Губы Ричарда и Элеонор сливаются в робком, неуклюжем поцелуем. Ричард не выглядит счастливым, ни капли, зачем же он женился на ней, если на собственной свадьбе ведёт себя словно на похоронах. Аделаида с момента его появления в зале не отводит глаз от его лица, а в эту секунду он впервые посмотрел на нее. Его взгляд нес в себе немые извинения и жалость. Аделаида только сейчас заметила, что заливается слезами. Ей нужно срочно уйти отсюда, пока она второй раз за вечер не стала объектом сплетен. Однако планам девушки не суждено было сбыться, только сейчас она начала понимать, что воздуха ей действительно не хватает. Она начала судорожно пытаться вздохнуть, но корсет настолько сильно сжимал ей ребра, что все попытки оставались неудачными и лишь отнимали последние силы. Изображение стало размытым не только от слез, застилающих ее глаза, но и от того, что она больше не отдавала отчёта в своих действиях. Судорожный крик матери заставил всех в зале обернуться и заметить, что красавица де Фьюз потеряла сознание, что давало начало новым, ещё более ужасным испытаниям в жизни Аделаиды.