Разбитое счастье

Ночь постепенно готовится отдать свои права рассвету. Вот уже на востоке посерело небо, возвещая о скором начале нового утра, а за ним и дня для всех жителей Саванны. Проснувшиеся птицы начинают свои утренние трели, будя друг друга, а травоядные двинулись к водопою, чтобы утолить жажду после ночного сна. Природа с каждым мгновением всё больше сбрасывает с себя остатки сонливости, продолжая своё пробуждение и готовясь к встрече с тёплыми лучами Солнца. Прохладное дуновенье утреннего ветерка скользит по кронам деревьев, проходится по цветам, будто подкрадываясь к льву и львице, которые так и продолжали безмятежно спать, а затем лёгким порывом нагло развевает гриву Скара, на что тот только недовольно морщится через сон, не желая просыпаться. Он лишь крепче прижимает к себе Сараби, которая была защищена от утренней прохлады его объятиями, а она вздыхает и во сне прижимается к нему в ответ. Возможно, король бы так и продолжил спать дальше, но утренние песни птиц, которые уже заполнили всю поляну, вырвали Скара из приятного тумана дремоты и таки заставили его открыть свои изумрудные глаза. Почувствовав рядом с собой приятное тепло, он улыбнулся счастливой улыбкой, подумав о том, как же хорошо просыпаться, чувствуя рядом любимые, тёплые объятия, а не от своих криков ужаса после очередного кошмара. Скар улыбнулся, вспоминая прошлую ночь, которая была словно прекрасным сном, сладкой мечтой, иллюзией, которая развеется при первом же движении. Казалось, что как только он прикоснётся к лежащей рядом львице, она исчезнет, словно мираж, полностью оправдав значение своего имени. Льву до сих пор не верилось в то, что Сараби ответила ему взаимностью, но вот она — спит рядом с ним, сладко посапывая во сне, а он всё боится сделать лишнее движение, любуясь ею, такой прекрасной, желанной и… всё ещё до безумия любимой. Если бы ему раньше кто-то сказал о том, что можно заново в кого-то влюбиться, Скар бы без раздумий обрушил бы на голову этому глупцу весь запас своего неиссякаемого сарказма и презрения, накопившийся в его почерствевшей за столько лун душе, но сейчас много чего изменилось. Разве мог он подумать о том, что прежняя любовь не проходит и таки может вернуться? Разве думал о том, что таки да — можно полюбить ещё сильнее? Разве возможно такое, что чувство, которое, словно мощный яд отравило сердце грустью и болью, может одновременно стать целительным противоядием? Скар не мог всего этого предвидеть, но он, к своему удивлению, был счастлив и не о чём не жалел, разве что о том, что в своё время пожертвовал своей любовью во имя глупой гордости. Раньше король отчаянно прятал свои чувства под маской презрения, затем понял, что до сих пор любит, страдая и тоскуя, а сейчас снова, будто в первый раз, готов отдать всё за то, чтобы её глаза смотрели на него с прежней нежностью… Из мыслей его вырывает лёгкое, нежное касание к гриве, и опустив глаза, Скар встречается взглядом с Сараби.        — Доброе утро, — говорит львица с улыбкой на губах, а король улыбается ей в ответ.        — Доброе, — отвечает он, а затем обращает взгляд на уже посветлевшое небо, — ещё даже Солнце не взошло, ты могла ещё поспать, — прибавляет Скар, на что Сараби лишь тихо смеётся.        — Какой же ты заботливый, — королева с озорством в глазах смотрит на него, а затем вытягивает лапы вперёд, потягиваясь, — всё равно скоро на охоту идти. Скар хитро ухмыляется и крепче прижимает её к себе.        — А я, как король, могу никуда тебя не отпустить, — шутливо заявляет черногривый.        — Ну, если Ваше королевское Величество хочет остаться голодным, тогда я не возражаю, — в тон ему отвечает Сараби и они оба смеются.        — Ладно, один-один, — сказал Скар, но всё же довольно улыбнулся, почувствовав, что львица не спешит покидать его объятий. Мгновение они молча лежали рядом, вслушиваясь в звуки пробуждающейся природы. Запах цветов, которые так и продолжали благоухать, приятно окутывал их. Небо уже полностью посветлело и мириады звёзд окончательно исчезли во свете нового утра. Скар посмотрел на Сараби, сосредоточенно разглядывающую порозовевшую полоску неба на горизонте, которая предвещала скорый восход Солнца. Он так боялся, что королева после своего пробуждения просто скажет, что прошлая ночь была ошибкой, но судя по её уморитворённой мордашке, таких мыслей у неё даже не возникало, что безумно радовало.        — О чём ты так сильно задумался? — нарушила тишину Сараби, мягко положив свою лапу поверх его, привлекая внимание. Скар вздыхает, слегка улыбаясь при воспоминаниях о прошлой ночи.        — Думаю о том, что у меня уже давно не было такого прекрасного утра, как сегодня, — ответил он, — как будто мы…        — Как будто мы в прошлое вернулись, — тихо подхватывает Сараби, — а ведь здесь у нас всё и началось. Воспоминание о первом признании грело душу, но одновременно прошлое приносило неприятную боль от горечи расставания.        — Как же жаль, что нельзя вернуться в прошлое и исправить то, что я испортил, — с грустью в голосе сказал Скар, — послушай, Сесси, я был тогда неправ… Сараби мягким движением накрывает лапой его губы, заставляя льва замолчать.        — Если хорошо подумать, то мы в своё время оба были неправы, — говорит она, смотря на него серьёзным взглядом, — мы были слишком гордыми, чтобы просто сесть и поговорить, вот и получилось так, что мы тогда не смогли друг друга понять. Незачем уже жалеть о том, чего уже не вернуть, если всё можно исправить в настоящем. Потому что второй шанс есть у каждого. Солнце уже взошло над ними, осияв своим светом поляну, цветы, деревья и глаза Сараби, которая смотрела в изумрудные глаза напротив. Скар на мгновение замер, смотря и утопая в её янтарных глазах. Сердце после слов королевы на секунду останавливает свой ритм, чтобы затем возобновить его с новой силой. Надежда робким лучиком проникла в душу: она была в последних словах любимой, в нежном касании её лапы, в полном теплоты взгляде…        — Так может быть… может быть у нас есть шанс всё исправить… вместе? — робкий, несмелый вопрос срывается с губ тёмного короля и зависает в воздухе. Сараби продолжает смотреть ему в глаза, которые были наполнены нежностью, которая так не свойственна Скару, но была всегда свойственна Рутендо. Сейчас у неё было ощущение, будто между ними не было никаких ссор, расставаний, обид… И они всё такие же, как когда-то давно: счатливые и безумно влюблённые друг в друга.        — Может быть, — отвечает львица тихим, словно шепот ветра, голосом, и эти слова звучат для Скара, будто высшая милость. Сараби прижимается к его гриве, а лев прижимает её к себе в ответном нежном жесте — таком нужном, как воздух, естественном, словно дыхание… В один момент голос совести кричит, вопит о том, что Скар не достоин того, чтобы она давала ему второй шанс, не достоин её доверия. Ведь он причинил Сараби намного больше боли, чем ей известно, но черногривый отчаянно давит, глушит в себе этот противный, надоедливый до зубного скрежета голос. Скар пытается оставить внутри себя лишь ощущение давно забытого тепла, которому ему так по-собственнически, и так по-эгоистичному не хотелось больше терять. Потому брат погибшего Муфасы никогда не раскроет истинную причину гибели своего старшего брата и пропажи племянника, никогда не раскроет того, какие кошмары мучают его почти каждую ночь. Поэтому он будет нести своё преступление в себе до конца своих дней. Скар готов был возложить свою совесть в жертву своей любви. Какая разница, если совесть он потерял уже давно, слишком давно. Лишь бы Сараби продолжала прижиматься к нему, лишь бы всегда чувствовать её тепло рядом с собой по утрам, лишь бы всегда ловить на себе её нежный, любящий взгляд, а остальное неважно… Слишком долго Скар бродил в холодных льдах своего одиночества — его сердце хочет снова жить и чувствовать любовь, хочет отогреться о тепло, которое ему могут дать только прекрасные глаза цвета закатного Солнца напротив него. Лишь их обладательница сможет заставить его сердце биться сильней. Они так и продолжали лежать молча в обнимку, наблюдая за прыгающими из ветки на ветку птичками. Им обоим было очень хорошо, спокойно и тепло рядом друг с другом, но как бы им не хотелось продлить этот прекрасный миг покоя и единства, обязанности всё же звали, и Сараби, вздохнув, сказала:        — Пора уже вставать, — а затем юрко выпуталась из объятий черногривого под его разочарованный вздох. Скар недовольно что-то проворчал себе под нос, что вызвало у королевы улыбку, но всё же тоже встал и потянулся.        — Как бы хотелось поваляться подольше, а то опять сейчас слушать жалобы и разбираться в нелепых спорах. Сараби хихикнула и подошла к нему.        — Не ворчи уже, ворчун, — ласково сказала она, струшивая лапой лепестки цветов, запутавшиеся в его гриве.        — Я не ворчу, — возразил Скар, когда они уже уходили из поляны, — просто констатирую факт. Львица рассмеялась и потёрлась головой об гриву короля.        — Уверена, что всё пройдёт хорошо, — сказала Сараби. Скар напустил на себя максимально невинный вид.        — Кто знает, — заявил он, — тебя же рядом не будет, как в прошлый раз… Она уловила краем глаза его хитрую ухмылку.        — Не хитри, — Сараби улыбнулась льву в ответ, а затем нежно лизнула его в щёку — всё у тебя получится. Непонятно, то ли от её слов, то ли от поцелуя, но настроение Скара поднялось ещё больше.        — Теперь день точно удастся, — сказал король, нежно на неё посмотрев.        — Ой, иди уже, — хихикнула Сараби, уткнувшись в его гриву, — и я тоже пойду, а то львицы уже, наверное, меня обыскались.        — Конечно, — согласился Скар, — куда же они без своей королевы? Они беспомощны, как котята, — хитро сощурившись, добавил он, за что получил ощутимый толчок в плечо от возмущённой его словами Сараби. Попрощавшись, они разошлись, каждый в хорошем настроении. Сараби шла вперёд со счастливой улыбкой, в её душе были покой и счастье. Отблески сегодняшнего утра приятно золотили её мысли хорошими воспоминаниями, будто Солнце просторы Саванны. Королева решила прежде, чем вернуться ко львицам, пойти к водопою. Свернув на знакомую тропинку и витая в своих мыслях, Сараби даже не сразу уловила лёгкий шорох в траве рядом с собой, а когда львица всё же вырвалась из своих мыслей и прислушалась, было уже поздно: на неё кто-то напрыгнул, сбив с лап. Опешившая от такой наглости королева быстро подняла глаза, готовясь к защите, но встретилась глазами с до боли знакомым, кроваво-красным взглядом. На ней сверху сидела Зира, повалив её на лопатки, как в далёком детстве, и звонко хохотала.        — Зира! — попыталась возмутиться Сараби, но увидя весёлые искорки в глазах подруги, просто не смогла сдержать лёгкой ответной улыбки, — ты как котёнок, честное слово, — уже мягче добавила песочная львица, сталкивая с себя развеселившуюся шутницу.        — Ты так впала в раздумья, что было бы непростительно этим не воспользоваться, — отсмеявшись, весело ответила ей Зира. — Я за тобой подкрадывалась ещё с самого начала тропинки, а ты даже не заметила, о чём так задумалась, Сараби? — спросила львица с порванным ухом, внимательно смотря королеве в глаза. Сараби с секунду молчит и её хвост резко дёргается, выдавая волнение владелицы, а затем отвечает:        — Ни о чём особенном. Зира заметила попытку подруги выкрутиться.        — А я думаю, что твоя задумчивость связана с тем, что вчера ни ты, ни Скар не вернулись на Скалу Предков, — хитро сощурилась она. Песочная львица вздрагивает и нервно сглатывает.        — С чего ты это взяла? — спросила она, — может, я просто гуляла в одиночестве. Зира хихикнула.        — Вы точно были вместе, — уверенно сказала кровавоглазая львица, — да ты сегодня прям сияешь, подруга, — добавила она, по-дружески толкнув Сараби в плечо. Сараби издала тихий и немного нервный смешок, поняв, что подругу не проведёшь, но она боялась реакции Зиры на подтверждение её догадки. Она не хотела снова причинять ей боль, как когда-то. Но врать и увиливать перед ней Сараби тоже не хотелось.        — Ну, допустим, ты меня раскусила, — всё же собравшись с духом, сказала королева, — это правда, — а затем подняла взгляд на Зиру, напряжённо ожидая её реакции. Зира вдруг резко посерьёзнела и уголки её губ опустились вниз. Она ожидала этого ответа, ожидала, что это когда-нибудь случится, и сейчас львица с порванным ухом замерла, прислушиваясь к своим эмоциям и ощущениям. Зира искала внутри себя хоть какую-то эмоцию: грусть, злость, ревность, но, к своему удивлению не почувствовала ничего. Не было терзающего её когда-то гнева, не было печали и обиды на подругу, не было всеразрушающего огня ревности, который когда-то выжигал душу изнутри. Не было абсолютно ничего. И Зира почувствовала от этого безумное… Облегчение? Да, она чувствовала огромное облегчение от того, что в её душе больше не было этих разрушающих чувств.        — Зи? — обеспокоенно позвала её Сараби, — всё в порядке? На миг песочной львице показалось, что она снова непроизвольно ранила подругу тем, что тот, кого она всегда любила, снова во второй раз предпочёл ей другую. Сараби испугалась, ведь ей очень не хотелось терять подругу в очередной раз, но Зира вздрогнула и посмотрела на неё тёплым взглядом, а затем искренне улыбнулась.        — Всё в порядке, Сараби, — сказала она, и уткнувшись в шею подруги, добавила, — я очень рада за вас, вы оба сполна заслужили того, чтобы быть счатливыми вместе. Зира смогла, спустя столько времени наконец-то смогла окончательно отпустить свою навязчивую и лежащую тяжёлым камнем на душе влюблённость в Скара и порадоваться за подругу, от этого чувства ей прям дышать легче стало. Возможно, Зире помог разговор с Рафики, а возможно и кое-кто, кто уже трижды наглым образом ворвался в её жизнь… Сараби крепко обняла подругу, даря свои тепло и поддержку, и не ведая, как поступать: то ли просить прощения, то ли просто обнимать, показывая, что она всегда будет рядом. Было огромное желание делать и то, и другое.        — Зира, — сказала королева, — я так боялась, что ты будешь снова злиться на меня, я очень не хочу вновь терять тебя и нашу дружбу… Зира издаёт судорожный вздох и крепче прижимается к подруге, всё так же пряча мордашку в изгибе её шеи.        — За что я должна на тебя злиться? — сдавленным голосом спрашивает кровавоглазая львица, — в том, что мне не повезло в любви, ты же никак не виновата, а терять нашу дружбу я тоже не хочу. Я нисколечки на тебя не злюсь. «Уж я стала намного мудрее, чем была когда-то, — думает Зира, — и не совершу прошлых ошибок». Мгновение они просто молча сидят, обнимая друг друга, а ветер обдувает их приятным холодком, успокаивая обеих львиц. Но спустя секунду Зира отстраняется от подруги, постепенно вернув себе прежнее настроение. Кровавоглазой стало намного легче от того, что лучшая подруга всегда будет рядом.        — Ну всё, — натянув улыбку, говорит она, — хватит уже нежностей, мы уже идём к водопою, а потом на охоту, или сегодня нам кушать не нужно? — уже более бодрым и весёлым тоном добавляет Зира. Сараби молча кивает, усиленно стараясь делать вид, что не чувствует влаги на своей шее, чтобы не задеть гордости первой. Подруги продолжили свой путь к водопою, Зира радостно что-то щебечет, словно это не она плакала мгновение назад, а королева всё удивляется силе её духа. Когда Зира и Сараби пришли к водопою, последняя спросила:        — А ты что вчера вечером делала? Как я понимаю, тебе тоже не спалось? Львица с порванным ухом на миг смутилась, а перед глазами пронеслись события прошлого вечера. * * * Вечером Зира так и не смогла уснуть. Сна не было ни в одном глазу и она просто ворочалась с боку на бок. После пару минут таких мучений кровавоглазая решила пойти погулять, чтобы не мешать своим мирно спящим сёстрам по прайду. Саванна встретила её приятной тишиной и прохладой. Зира думала, что прогулка нагонит на неё сон и она быстро вернётся назад, но шло время, а сонливости как не было, так и нет. Зато грустные мысли стали терзать душу львицы, которая задавалась вопросом о том, почему же ей не суждено быть любимой кем-то. Единственная влюблённость в её жизни всегда была, есть и будет безответной. Да уж, в любви ей никогда не везло, зато очень повезло с друзьями. Зира до сих пор с содроганием вспоминала о том, как Сараби бросилась спасать её от буйвола, чуть не поплатившись своей жизнью и свою вину, когда подруга несколько недель лежала раненой у Рафики. Кровавоглазая львица была благодарна хотя бы за то, что судьба вернула ей подругу. Но любить и быть любимой ей, как и всем, хотелось не меньше. «Хех, — думала Зира, — видимо, не всем суждено встретить свою любовь и с этим нужно смириться». На мгновение перед её глазами яркой вспышкой пронеслось воспоминание о насмешливом и дерзком взгляде фиолетовых глаз с синим отливом. Зира замотала головой, прогоняя этот образ из своей головы. «О чём я только думаю! — стала она злиться на саму же себя, — я видела его всего два раза в жизни! Почему же он всё не выходит из моей головы?» В своих размышлениях львица не заметила, как забрела почти на границу земель. Оглядевшись, Зира всё же решила вернуться назад на Скалу и попытаться заснуть. Львица уже даже сделала несколько шагов, но до её ушей вдруг донёсся жалобный скулёж.        — Что это? — Зира огляделась вокруг, ища источник звука. Скулёж исходил из находящегося рядом оврага, к которому она и подошла. Заглянув туда, львица увидела маленького детёныша гиены, который, завидев её, заскулил ещё жалобней с надрывом в тоненьком голоске.        — И как же ты там оказался, а, малыш? — спросила Зира, на что получила новую порцию жалоб в виде жалобных пищаний. Детёныш был совсем ещё маленьким, всего месяц от роду. Видимо он, как и свойственно детёнышам, ушёл из своего логова, ведомый любопытством, что и привело малыша в такую вот беду. Зира всё смотрела на малыша гиены, а тот смотрел на неё в ответ грустными, молящими глазками. Первой мыслью у львицы было развернуться и уйти, но совесть тут же отвергла такой вариант действий. Зира вспомнила, что гиены всё же очень их выручили в битве с чужим кланом, да и бросить беззащитного, напуганого детёныша в любом случае было бы мерзким действием с её стороны, какого бы вида он не был. Вздохнув, львица стала искать место, с которого можно было бы безопасно спуститься к детёнышу.        — Вот не сиделось мне спокойно в пещере на Скале, — сердито ворчала она себе под нос, спускаясь в довольно-таки глубокий овраг и несколько раз чуть не упав вниз. Но вскоре Зира оказалась возле гиенёнка, который инстинктивно в испуге попятился от неё назад.        — Да не бойся ты, не съем я тебя, — успокаивающе сказала ему львица, — везучий ты, однако, раз не ушибся при падении с такой высоты, — задрав голову к верху, добавила она, оценивая высоту оврага. Детёныш несмело подошёл к ней и осторожно обнюхал её. Зира улыбнулась.        — Ну что, — сказала она, — давай отсюда выбираться? Гиенёнок коротко пискнул, когда львица аккуратно взяла его зубами за загривок, но смиренно замер, ожидая, что она будет делать дальше. Зира разбежалась и в прыжке зацепилась когтями за отвесную стену оврага, пытаясь удержаться на ней и выкарабкаться наверх, но буквально в нескольких сантиметрах от края земля под её задними лапами предательски осыпалась. Львица вместе с детёнышем упали назад на дно оврага, но она попыталась ещё, и ещё, но каждая её попытка оканчивалась неудачей. Кто мог подумать, что земля окажется настолько рыхлой, что будет осыпаться при каждом движении. После очередной неудачи Зира села и задумалась.        — Да уж, — заметила она, — не рассчитала я своих сил. Похоже нам самим отсюда не выбраться, ей, здесь кто нибудь есть?! — закричала львица, — помогите! Не получив отклика, горе-спасательница грустно вздохнула и легла на землю. Детёныш подошёл к ней и вопросительно посмотрел в глаза.        — Похоже, нам придётся ждать до утра, пока либо меня, либо тебя не начнут искать, — грустно вздохнула Зира, — по крайней мере я надеюсь, что меня будут искать, — добавила она. — И почему я такая неудачница? Даже сейчас, хотела как лучше, но получилось, как всегда. Как всегда я не рассчитала свои силы и оказалась здесь с тобой, — обратилась Зира к гиенёнку, который сидел напротив неё и с интересом слушал её душеизлияния, — вот сидела бы в пещере, и всё было бы в порядке, но нет, меня, дуру, вечно тянет к приключениям! Хотя я их совершенно не ищу!        — Ну, не стоит быть к себе настолько строгой, — неожиданно вмешался в её монолог голос, который заставил Зиру вздрогнуть и посмотреть наверх. На краю оврага лежал и со спокойствием за ней наблюдал Бокари, собственной персоной, всё с такой же насмешкой во взгляде. Зира нахмурилась.        — И как же давно ты здесь? — холодно спросила она вместо приветствия. Бокари заинтересованно вскинул брови, а затем сделал вид, что задумался.       — Примерно с начала твоего занимательного монолога, — ответил он и его губы расплылись в игривой усмешке, — ты как вообще здесь оказалась? — спросил Бокари. В кроваво-алых глазах львицы сверкнули опасные огоньки. Она явно не была настроена на шутки. Заметив, как поджались её губы, лев подумал, что она не ответит, но Зира ответила даже более-менее спокойным голосом, невзирая на явное раздражение:        — Захотела стать спасателем, как видишь, не вышло, — затем, громко выдохнув воздух, Зира спросила в ответ, — а ты как здесь опять оказался?        — Услышал крики о помощи, и как благородный лев бросился спасать прекрасную даму, — невозмутимо ответил Бокари.        — А если бы на моём месте была другая львица и ты бы выдал себя? — спросила Зира, даже не понимая, почему это её так волнует.        — Так я тебя сразу по голосу узнал, и понял, что мне точно можно показаться, — с прежней невозмутимостью возвестил лев и подмигнул ей. Ему явно нравилось дразнить львицу. Хвост Зиры, хлеставший её по бокам, явно показывал, что его владелица на пределе.        — Так тебя спасать или нет? — продолжал развлекаться лев.        — Ты издеваешься? Разве это не очевидно? Вытащи меня отсюда! — на последней фразе нервы Зиры не выдержали и её голос сорвался на крик, — пожалуйста, — добавила она немного спокойнее, заметив приподнятую бровь Бокари.       — Ладно, — наконец-то посерьёзнел лев, — давай ты прыгнешь, а я попытаюсь поймать тебя за холку, пока ты не скотилась назад, — предложил он. Другого выхода не было, и Зире пришлось ему довериться. Она взяла в зубы детёныша, и разбежавшись, снова прыгнула. Львица чуть не упала назад, но Бокари вовремя схватил её зубами за холку и вытащил на долгожданную свободу. Зира опустила гиенёнка на землю и с облегчением выдохнула.        — И ради него ты полезла в овраг? — указывая на малыша, который уже во всю с интересом его разглядывал, спросил лев.        — Нельзя же было бросить его одного, — сказала львица.        — Ладно, соглашусь, — согласился Бокари, — и что ты будешь с ней делать?        — С ней? — не поняла Зира.        — Это девочка, — сказал Бокари, указывая на детёныша, что резвился, как ни в чём не бывало, упав на спинку вверх животиком и качаясь перед ними туда-сюда по траве. — Ты этого не заметила? Если честно, разглядывание гиенёнка было последним, о чём думала Зира в овраге, но сейчас она обратила своё внимание на малышку. Шерстка малышки была серой, но при свете Луны она отливала розоватым оттенком, глазки были пурпурными и на них падала забавная чёлочка тёмно-серого цвета, что делало её очень миленькой. Ещё на скулах малышки было по два пятнышка с каждой стороны, также у неё были три полоски сзади на шее, и дуга пятен на обоих плечах. Отведя взгляд с детёныша на Бокари, Зира пожала плечами.        — Не заметила, — фыркнула она, из-за чего гиенка заинтересованно на неё посмотрела, — я думала отвести её к клану, но… Договорить Зире не дал чужой голос, который звал кого-то, и судя по тому, как оживилась и истошно запищала малышка, это был кто-то из её семьи.        — Быстрее прячься, — зашипела Зира и толкнула опешившего льва, под заинтересованный взгляд детёныша, в ближайшие кусты, куда также спряталась вместе с ним. И как раз вовремя, потому что в следующую секунду из-за травы вышла взрослая гиена, которая взволнованно оглядывалась вокруг и к которой сразу же бросилась малышка-гиена, радостно пища.        — Ох, как же хорошо, что я тебя нашла, маленькая негодница, — с облегчением выдохнула мама-гиена, — как ты могла сбежать и так напугать меня! Твоя сестра вот спокойно спала в логове, а ты сразу же сбежала! Тут гиена настороженно принюхалась к земле и с осторожностью огляделась вокруг. Львы сразу же поняли, что она учуяла их запах и заметно напряглись.        — Ты здесь была не одна? — спросила самка у дочери, потверждая их догадку. Сердце Зиры и так бешено колотилось в груди, а когда малышка радостно подпрыгнула и пошла прямо к их с Бокари убежищу, оно вообще ушло куда-то в область живота. И почему они не догадались её чем-то отвлечь! Делать было нечего, Зире придётся спасать ситуацию. Львица набирает в лёгкие побольше воздуха и выходит навстречу детёнышу, что весело прыгает и виляет своим маленьким хвостиком. Зира усердно отвлекает малышку и отводит её подальше от места, где спрятался Бокари. Гиена, заметив рядом с дочерью львицу, сначало настораживается, но видя, как её кровинушка радостно прыгает вокруг неё, расслабляется и смотрит на эту картину удивлённым взглядом.        — Здравствуйте, — вежливо здоровается с гиеной Зира, — Вы простите за такую странную ситуацию, но я нашла малышку в овраге и не смогла пройти мимо. Зная, что Вы испугаетесь, я решила спрятяться, но она меня выдала. Не пугайтесь, я ей ничего плохого не сделала. Услышав такую тираду и опешив от вежливого обращения из уст львицы, гиена сначала замерла, а затем сказала:        — Оу, ну спасибо большое за Ваше участие и милосердие. Рада, что в Саванне есть хорошие львы. Моя дочь постоянно норовит убежать, она прям очень активная, вот её сестра совсем не такая, — дружелюбно прибавляет гиена.        — Понимаю, — поддерживает беседу Зира, про себя думая о том, чтобы гиена скорее забрала свою дочь и ушла восвояси, заметив краем глаза, как малышка продолжает внимательно смотреть на кусты.        — Хорошо, — говорит гиена, — мы уже, пожалуй, пойдём. Спасибо Вам ещё раз за спасение дочери. Обещаю, что она запомнит этот урок и не будет судить львов по одному лишь плохому образцу.        — Несомненно, — отвечает Зира, сдержанно улыбаясь, а затем с облегчением вздыхает, когда гиена с дочерью, попрощавшись, наконец-то скрываются из виду.        — Очень мило с твоей стороны помочь мне, спасибо, — спустя секунду слышит она голос Бокари прямо у себя над ухом, от чего подпрыгивает и резко оборачивается к нему передом.        — Зачем пугать так, — возмутилась Зира, а затем добавила, — не за что, ты помог мне, я помогла тебе, теперь мы квиты.        — Наблюдать за тем, как львица вежливо беседует с гиеной было прям очень забавно, — подмечает Бокари спустя секунду молчания, — вы с ней выглядели безумно мило вместе. «Нет, он просто невыносим! Его тут спасают, а он ещё смеет глумиться! Как такие наглые мерзавцы вообще существуют на свете?» — сердито думает Зира, чувствуя, как её терпение окончательно лопается.        — Да как ты… Я вообще была не обязана помогать тебе! — говорит она, задыхаясь от возмущения, — тебя вообще здесь не должно было быть!        — Да я прост… — пытается вставить слово лев, но его прервали, не дав вставить и слова.        — Ещё раз сюда заявишься, я тебя покрывать больше не стану! — резко прерывает его Зира.        — Оу, ты уже ждёшь нашей следующей встречи? Я польщён, — пытается обернуть всё в шутку Бокари, но терпит фиаско. Глаза Зиры начинают метать яростные молнии.        — Ты милее, когда не злишься и не смотришь таким яростным взглядом, — подмечает лев, — хотя, и когда злишься, тоже очень милая.        — Да пропади ты пропадом! — нервы Зиры окончательно сдают, — и я не милая! Сказав это, львица сердито разворачивается и уходит от него.        — Как скажешь милашка! — кричит Бокари ей вслед, не удержавшись от того, чтобы напоследок не поддразнить её. В ответ он получает лишь сердитое рычание, что вызывает у него смешок.        — А я ведь просто пошутил, — сказал лев сам себе, — ох уж эти львицы… Никогда не поймёшь, что им нужно. С этими словами Бокари тряхнул своей гривой и исчез в ночной темноте. * * * Из воспоминаний Зиру вырвало робкое прикосновение Сараби к её лапе. Она спохватилась, вспомнив о том, что подруга до сих пор ждёт от неё ответа.        — Эм, да так, ничего интересного не делала, — говорит Зира, — просто немного погуляла и пошла спать. Сараби с секунду внимательно смотрит подруге в глаза, а потом открывает рот, будто хочет ещё что-то спросить, но её прерывают голоса других львиц, подходящих к водопою.       — Вот вы где, — говорит Сарафина, заметившая их издалека и подойдя к ним, — мы вас уже обыскались. Ну что, идём на охоту? — спрашивает она.       — Да, пойдём, — отвечает ей королева, и собравшись, все львицы пошли искать добычу, на которую они сегодня будут охотиться. Весь путь Зира думала о том, почему же она не может никому ничего рассказать про Бокари. «Возможно… Может потому, что ты этого сама не хочешь, Зира? Не хочешь, чтобы с ним по твоей вине случилось что-то плохое? И это почему-то очень важно для тебя?» — мелькает в голове мысль. Да нет, вздор! Ей абсолютно наплевать на этого наглого, отвратительного льва. Просто у неё ещё не было времени и предлога, чтобы рассказать о нём. Точно! Именно поэтому и не по какой-то другой причине! Она обязательно о нём расскажет, просто не сейчас, попозже, когда для этого будет подходящее время. Прийдя к такому выводу, Зира откинула лишние мысли и сосредоточилась на охоте вместе с другими львицами.