За мечтой

Иньяцио уже пару часов просто слонялся по дому. Отъезд Стефани вызвал прежнюю скуку, что одолевала его дни напролет, стоило ему остаться в одиночестве. Нет, он не жалел ни о чем — перед собой ему хватило мужества быть честным. Затея совместной поездки привела их к конечной точке, а Иньяцио своим дурацким оптимизмом и верой в лучшее лишь вынудил и Стефани, и самого себя притворяться, что все в порядке. И когда началось это «не в порядке», нельзя сказать точно. Главное, перед ним уже результат, вот он, перед глазами, так что можно завязывать с философскими разглагольствованиями. Иньяцио хихикнул. Либо у него уже сдали нервы с этой работой, либо он уже интуитивно не подпускает людей слишком близко к себе, чтобы в любой момент их можно было отпустить и не страдать по ним. Удобно. Но какой прок? Если ты постоянно в толпе, пусть меняющейся и нестабильной, но никому не позволяешь прочитать тебя настоящего? Иньяцио ловил себя на мысли о серьезных отношениях, но отчетливо понимал, что выдержать его стиль жизни и поймать ритм тяжело. Наверное, пока не щелкнуло, он и не обременял себя лишними связями. Иньяцио приготовил кофе, немного полистал ленту в Инстаграме и проштудировал книжную полку Чада, брошенную собирать пыль. Иньяцио мысленно обругал друга за такое небрежное отношение к прекрасному. В основном тут были скучные учебники по менеджменту от Чада и книги по психологии и саморазвитию от Триши. Даже «Гарри Поттера» нет! Но среди этой профессиональщины затесалась парочка экземпляров художественной литературы, а именно детективов, и Иньяцио вытащил на свет божий томик Агаты Кристи. Он смотрел две экранизации «Убийства в Восточном экспрессе», но почему бы не окунуться в книжный оригинал? Но Иньяцио не успел и страницы дочитать, как проснулся мобильный. Звонил синьор Лео Джинтоли, давний друг семьи Боскетто, по совместительству один из успешных современных авторов Италии, который творил в стиле мистического реализма. Иньяцио с удовольствием прочитал несколько его книг во время бесконечных перелетов, так что мог с чистой совестью рекомендовать его произведения. — Иньяцио, привет! — весело отозвался Джинтоли. — Звонил твоему отцу, хотел пригласить вас на презентацию моей новой книги в Милане, но он сказал, что ты уже там! — Салют, Лео! У тебя новое творение? Я и не знал. Конечно, с удовольствием почту за честь, если дата в пределах моего отпуска. — Да, презентация будет в четверг, сможешь? — Не вопрос, — Иньяцио приободрился от перспективы избавиться от бесполезного штанопротирания. — Отличная новость, Лео. — И еще, у меня небольшая просьба к тебе. — Слушаю. — Я из Марсалы смогу выехать только на саму презентацию, но мне звонили из издательства, просят срочно забрать авторские экземпляры и копию договора. Я спрашивал, до четверга это не терпит, не знаю, что у них там за система. — Ты хочешь, чтобы я сходил в издательство? — уточнил Иньяцио. — Да, друг. Ты же все равно в Милане, забери и книги, и копию, — облегченно вздохнул Джинтоли. — А то мне весь телефон оборвали, а я не могу мотаться из одного конца Италии в другой каждую неделю, и Анжела плохо себя чувствует, так что… — Не волнуйся, — Иньяцио махнул рукой. — Я все сделаю. Что за издательство? — Букбридж. Иньяцио, ты — мой спаситель, буду должен. Букбридж. Что-то знакомое. Иньяцио мысленно закопошился в обрывках разговоров из «Лазари», пока его не осенило. Подружка Триши, Диана, там работает! Любопытства ради Иньяцио зашел на сайт издательства и в разделе «Контакты» действительно увидел знакомое лицо. Ему с экрана вполне дружелюбно улыбалась Диана Велоче, заместитель главного редактора «Букбридж». Он отчего-то хмыкнул. Непростая штучка, насколько он мог заметить по первому знакомству, а какой подзатыльник ему отвесила! Иньяцио подумал, что решение задержаться в Милане правильное.

***

— Эй, Лука! Как жизнь у моего главного человечка? — Диана! — в трубке раздался звонкий мальчишеский голос. — У меня сегодня было первое занятие на кружке физики! — Поздравляю! Надеюсь, ты там всех сделал своими знаниями законов Ньютона? — рассмеялась Диана, неторопливо вышагивая домой. — Наш учитель синьор Ноэль сказал, что еще слишком рано для этого, но мы скоро пойдем в аквапарк испытывать ускорение и свободное падение. Луке всего девять лет, особыми школьными успехами он не выделялся, но явно тяготел к точным наукам и конструированию. И когда он напросился на экскурсию по издательству и в хранилище только что напечатанных книг увидел энциклопедию «Физика для детей», Диана решила, что нужно записать его на кружок физики при школе. Она специально для этого ездила в Болонью, нашла учителя, ведущего занятия, изучила программу, но мало что поняла — в физике Диана не мыслила ничего, но ей было достаточно радостных возгласов Луки, узнавшего о такой крутой новости. — Отличная идея. Только не заставляй нервничать бабушку и принимай витамины, понял? — Конечно! Диана, когда можно приехать к тебе в гости? — Лука был слишком счастлив и хотел чувствовать то же веселье и от нее. — Ты же был у меня две недели назад перед началом учебного года, — Диана улыбнулась. — Возможно, я приеду в Болонью на какие-нибудь выходные, и ты продемонстрируешь мне свободное падение пакетов с водой с балкона, идет? — Здорово! — Лука пришел в восторг. — Бабушка, Диана разрешила покидать с балкона пакетики! Его голос начал отдаляться от телефона — Лука никогда не завершает вызов должным образом, и Диана собралась сама его сбросить, но услышала чуть усталый голос матери: — Диана? — Да, мам, — рядом с ней Диана невольно становилась немногословной и предельно собранной. — Как у вас дела? — Очень хорошо. На той неделе делали снимки — все в порядке. Физиотерапия закончилась, и Лука очень ждет, когда его допустят до уроков физкультуры. Синьора Эмма Велоче жила в Болонье вместе с мужем Умберто в их родовом гнезде вот уже тридцать пятый год. Диана прекрасно понимала, что им уже тяжеловато возиться с таким активным мальчишкой, как Лука, но и взять его к себе в Милан она не могла. Слишком непредсказуемая и нестабильная у нее работа — выставки, презентации, куча проектов, частые командировки за границу и засиживания до позднего вечера. Диана сомневалась, что все перечисленное является пунктами полноценного и успешного воспитания ребенка. Она бы потерпела фиаско в первую же неделю. Поэтому Лука живет с бабушкой и дедушкой, но приезжает к ней на каникулах и звонит похвастаться успехами. Диана любила его, хотя и не произносила этого вслух. Синьора Велоче тоже не признавала праздных разговоров и пустого лепета, что передалось и дочери, поэтому произнесла: — Диана, я очень надеюсь, что ты не сильно расстраиваешься из-за должности. Представь, что это просто этап, который ты обязательно преодолеешь. Диана фыркнула. — Ага, а на следующем этапе будет уже не одна Фива, а две, и я просто сойду с ума, пытаясь вправить им мозги и не утопить издательство. Мама негромко рассмеялась. — Ладно, дочь. Смотрю, настроение у тебя очень даже боевое, мне нравится. Мы вот сегодня собрались в театр, какой-то детский мюзикл, хочется верить, что не придется слишком часто закрывать глаза Луке. Диана хихикнула. — Отлично, мам! Удачного похода! Дома Диана первым делом скинула каблуки и сварила свежий кофе. Каждый звонок из дома отдавался глухим, но болезненным спазмом, вызывавшим фантомную боль от чего-то важного и потерянного. И потерянного не на время, а навсегда. Диана быстро заморгала, прогнав опасные сантименты с горизонта, и обреченно уставилась на пять тысяч страниц рукописи, несколько глав которой ей точно нужно прочитать. Редакция никак не может решить — печатать или нет, требовалось мнение еще одного человека, чтобы решить спор. И этим человеком стала не Фива, конечно. Но Диана и страницы не успела прочесть, как телефон снова ожил. На этот раз — Триша. — Отвечай и не думай: Артур Конан Дойл, Агата Кристи или Эрл Стэнли Гарднер? — Кристи, — вздохнула Диана, давно привыкшая к подобным звонкам подружки. — Отлично! — Что за эксперименты на этот раз? — Не скажу, но буду свято блюсти конфиденциальность, ты же мне доверяешь? — Нет, — без запинки ответила Диана. — Особенно после того, как вы притащили вчера Роберто в «Лазари», и он не давал мне прохода весь вечер, чем ужасно бесил. — А мне-то казалось, что раз он единственный, что так долго крутился вокруг тебя, то ты дала ему окончательный зеленый свет, — немного озадаченно пробормотала Триша. — Я тебя очень прошу, будь просто моей подругой, а не личным психологом. А то иногда я чувствую, будто пришла на прием. — Иногда мне очень хочется тебя туда отправить. Так что с Роберто? — Ничего. Он писал сегодня, но я была на работе и не ответила, — Диана в порыве раздражения махнула рукой и разлила кофе по столу. — Он умеет выбрать момент. — Ты слишком строга. Выгляни из башни, прелесть моя, твои ворота уже давно пытаются взять рыцари разной весовой и социальной категории. — Прелесть моя, — передразнила ее Диана, вытирая стол. — И я не строга, а дальновидна. Если нет никаких перспектив, то не вижу смысла вступать в отношения. — Ты сказала это таким тоном, будто вступать в отношения — это как вступать в… Диана развеселилась. — Очень непрофессиональное выражение с твоей стороны! И я бы не определилась так категорично на свой счет. — Как хочу, так и выражаюсь. Мы же не на приеме, — поддела ее Триша. — Ладно, с Роберто вопрос отложим. А что ты делала на работе? — Госпожа собирала планерку. Ей же нужно как-то обозначить собственную важность где-то кроме отфотошопленного профиля в Инстаграме, — Диана не удержалась от колкости, но подруга не стала ее за это журить. — Это по поводу презентации? — Точно. Знаешь, что выкинула? Организовала живую музыку на банкете в виде Тициано Ферро и понтанулась передо мной во всей красе, полагая, что это ущемит мое самолюбие. Перед Тришей Диана могла позволить себе и злорадство, и нелестные высказывания, и редкие минуты жалости к себе, потому что знала — подруга не осуждала никогда, а наоборот помогала выйти закопанному негативу и вернуться в привычное состояние. — Диана, — после некоторой паузы как-то осторожно произнесла Триша. — Тебе звонили из дома? — Звонили, но это не имеет значение. Знаешь, я просто устала, лучше почитаю что-нибудь. — Почитай, Диана. Если что, то звони, — миролюбиво ответила Триша и повесила трубку. Диана отложила рукопись и улеглась на диване с томиком Агаты Кристи «Десять негритят».