If it's love, don't hate it

       — Твою мать! — оглушительный вопль пронёсся по улице. Мамаши, которых в это время было очень много, закрыли уши своим чадам и зло уставились на источник звука. Молодой парень скакал на левой ноге, держась за ушибленную правую. Рядом на земле валялась коробка с книгами и разбитой вазой.        — Винчестер! — к русоволосому стремительно приближалась брюнетка с медовыми глазами, которые так и светились счастьем. — Неужели так сложно донести одну несчастную коробку?        — Нет, Лиз, уже не болит, спасибо, что спросила, — прошипел Дин.       Брейден не обратила на возлюбленного никакого внимания. Она присела на корточки и ойкнула. Её любимая ваза была безвозвратно разбита. Лиза поменялась в лице. Между тонкими изящными бровями появилась уродливая морщинка, а глаза переполнились горечью:        — Дин, ну как же так? — с грустной улыбкой спросила девушка, смотря в глаза любимого. Винчестер наконец-то отпустил многострадальную ногу и почесал затылок.        — На счастье? — неловко выдавил он, обнимая девушку за плечи.

***

      Прошло несколько дней. Дин и Лиза обустроили своё маленькое гнёздышко и всё было как в самых лучших романтических фильмах. Совместная готовка, посиделки у телевизора вечером.       Вот и сегодняшний день обещал быть точно таким же, как и все предыдущие.        — Дин! У нас закончились продукты! — Лиза стояла у подножья лестницы и пыталась докричаться до парня. На часах десять утра, — Винчестер, только не говори мне, что ты всё ещё спишь!       Девушка быстро поднялась на второй этаж и зашла в спальню. Её взгляду предстала очень смешная картина: Дин Винчестер, собственной персоной, распластался на кровати в виде морской звезды и сопел что-то неразборчивое в подушку. Одеяло же было натянуто по самую макушку.        — Подъём! — закричала брюнетка и стянула одеяло. — И марш в магазин!        — Ну, Лиза! Дай поспать! — пробурчал недовольный ранним подъёмом парень.        — Какой спать? Десять часов уже! Либо ты сам встанешь, — с этими словами Брейден слезла с кровати и встала у дверного косяка. — Либо я сама съезжу на твоей машине!       Парень тут же вскочил с кровати, чуть не споткнувшись, устоял на ногах.        — Буду готов через пять минут, только «Детку» не трогай.

***

      Весь день Дина преследовали странные мысли. Ему казалось, что сегодня что-то не так, как будто должно произойти что-нибудь ужасное или же что-то, что ему явно не понравится. Всё время он прикидывал, что же такого может произойти, но ничего на ум не проходило. Парень был так рассеян, что успел получить пару лёгких подзатыльников от своей девушки, которая никак не могла понять что же произошло.       Дома пара, как обычно, занялась готовкой, но в этот раз они не болтали обо всём на свете, Дин не рассказывал разные смешные истории из своей жизни, а Лиза не смеялась, держась за живот. Между ними за всё время их знакомства появился какой-то барьер, и оба не знали, что с ним делать.       Уже под вечер, в районе семи часов, Винчестер не выдержал и со словами:        — Съезжу-ка я к Сэмми. Давно с ним не виделись, — схватил куртку, ключи и выбежал из дома.

***

      Сэм жил вместе с Бобби за городом. Младший Винчестер ещё учился в колледже, в то время, как его старший брат окончил только школу и подрабатывал в местной автомастерской.       Зеленоглазый быстро мчался по пустынному шоссе. Дорогу освещали только фары Импалы, а на небе выступили грозовые тучи. На душе у парня было хреново. Никогда в их с Лизой отношениях не было такого, чтоб им не о чем было поговорить.        — Что ж сегодня за день такой? — пробормотал парень и на автомате включил радио. Сейчас он не мог слушать даже свой старый обожаемый рок. Дин не прислушивался к речи ведущих, пока один из них не сказал:       «А сейчас, дамы и господа, песня, которая взорвала все рейтинги, и вот уже неделю держится на первом месте в чартах!», — объявил весёлый голос явно молодого парня.       «Ну, это и не удивительно, Адам, ведь исполнитель тот ещё красавчик!», — перебила коллегу девушка. — Тёмные взъерошенные волосы и синие, как океан глаза! Такую необычную внешность редко встретишь!       Дин заметно напрягся и сильнее сжал руль. В голову полезли воспоминания…

***

1992 год, 2 сентября…        — Дин!       К Винчестеру подбежала блондинка и сразу же повисла на его шее.        — Я так соскучилась! Ты почему не звонил мне, мерзавец?        — Малышка Джо! — парень обнял девушку в ответ. — Извини, дел было куча.        — Не оправдывайся, — наигранно обиженным тоном ответила Харвелл и пихнула друга в бок. — Ты вообще в курсе, что у нас новенький?        — В последний то год?        — Ага, я сама сначала не поверила… Говорят, — блондинка пододвинулась поближе, и, делая вид, что собирается рассказать какую-то страшную тайну, заговорила громким шёпотом. — Говорят, что он убойный красавчик.       — Джоанна Бэт Харвелл! — грозно прорычал Винчестер.       — А я то что? — наигранно удивилась девушка, усмехнувшись.       Они могли бы ещё долго препираться, но им помешал неловкий кашель:        — Вы не будете против, если я к вам присяду? — послышался тихий бархатистый голос.       Дин поднял глаза и открыл было рот, чтобы ответить, да так и замер. На него смотрели два огромных океана, в которых плескалась неловкость и смущение. Большие, пухлые губы были изогнуты в неуверенной улыбке. Рука незнакомца была запущена в чёрные, как ночь, взъерошенные волосы, а на шее болтался синий галстук, под стать глазам парня.        — Конечно! — вернул Винчестера в реальность беззаботный голос подруги. — Я Джоанна Харвелл, но можно просто Джо.       Незнакомец смущённо улыбнулся и пожал руку девушки. А затем обратил внимание на до того молчавшего Дина. Новенький улыбнулся самой дружелюбной улыбкой и представился, протягивая руку:        — Кастиэль Новак.       Зеленоглазый пожал тёплую ладонь, отвечая:        — Дин Винчестер.

***

      Воспоминания пронеслись яркой вспышкой, оставляя после себя неприятное жжение в груди и чувство вины, что сворачивалось узлом где-то внутри. Встряхнув головой, чтобы прогнать все мысли, водитель начал рассуждать вслух:        — Ну не может это быть Кас. Просто не может. Мало ли сколько тёмноволосых и голубоглазых певцов. Кастиэль, скорее всего, стал каким-нибудь работником какой-нибудь компании, и не за чем мне себя накручивать.       Это помогало ровно до тех пор, пока из колонок не полился до боли знакомый голос. Винчестер резко ударил по тормозам, послышался отвратительный скрежет шин. Дыхание участилось, а сердце выписывало невероятные пируэты. И тут сама судьба решила добить бедного парня.

***

1992 год, 29 августа…        — Дин, к тебе пришли! — кричит мужчина, стоя у лестницы на второй этаж. — Дин!        — Да иду я, иду! — послышался раздражённый голос. Вскоре появился и сам обладатель явно плохого настроения. — Кто там?       Вопрос был риторическим. Парень прекрасно знал, кто пришёл к нему:        — Здравствуй, Дин.        — Привет, Кастиэль, — с заметным холодом ответил зеленоглазый.        — Прогуляемся? — голос Новака стал заметно тише. В нём слышались нотки страха и… Горечи?        — Хорошо, — Дин схватил куртку и сказав отцу, что будет где-то через час, вышел за Касом.       Парни молча шли между рядов аккуратных домиков. Листва уже начинала сменяться с изумрудно-зелёного цвета на жёлтый и оранжевый. Небо было затянуто серыми тучами, но кое-где мелькало ясно-голубое небо. Солнце начинало садиться и напоследок зарывалось своими лучами в листья и красиво подсвечивало их будто изнутри.        — Дин… — начал брюнет, останавливаясь и заставляя Винчестера развернуться. — Мне жаль, я правда…       Договорить ему не дали:        — Я знаю, Кас, ты уже миллион раз извинялся, — зеленоглазый устало потёр переносицу. — Но ты это не всё, что ты хочешь сказать, так ведь?       Новак удивленно посмотрел на друга и поджал губы. Спустя минуту, когда казалось, что Кас ничего уже не скажет, синеглазый опустил голову и тихо начал:        — Мы уезжаем, — увидев, что его хотят перебить, он поднял руку. — Не надо, Дин, ладно? Мне правда очень жаль, что я так поступил с тобой, не нужно было… Я был уверен, что это взаимно. Я видел, как ты смотрел иногда на меня, как улыбался, когда я делал комплименты, но… Видимо, я ошибся. Я лишь хотел сказать тебе, что если это и была любовь, то не нужно её ненавидеть, Дин. Не ты решаешь, в кого влюбиться, а сердце, запомни это, ладно?

***

      Когда Винчестер старший услышал ту самую фразу, которую, кажется, запомнил на всю жизнь, сомнения отпали.        — Твою мать! — выругался Дин, вылезая из машины, и, что есть силы, хлопая дверью.       Сложив руки на крыше в замок и положив на них голову, Винчестер позволил одинокой слезе скатиться по щеке. Только начавшие заживать раны на сердце снова кровоточили с большей силой. Мысли в голове парня носились как дикие пчёлы и ни одна из них не задерживалась дольше, чем на секунду. Перед кем и как он провинился, что судьба преподносит ему всё новые и новые удары?       Злость, обида на саму судьбу и ещё куча непонятных чувств необходимо было выплеснуть. Ударив по крыше машины кулаком, Винчестер сел на водительское место, зло крутанул выключатель радио, чуть не отломав ни в чём не повинную кнопку и вжал педаль газа в пол. Ему необходимо было разобраться в себе, своих чувствах, получить совет и ответ на вопрос «и что же мне делать дальше?». А кто может помочь с этим лучше, чем любимый младший брат, дядюшка Бобби и бутылка пива?