Глава 2.
31 июля 2020 г., 16:14
Ещё издалека был слышен рёв мотора и визг колёс чёрной изящной Шевроле Импала. Дин Винчестер нёсся со скоростью света, и, не сбавляя темпа, маневрировал между кучами старых шин, запчастей и полуразобранных машин, каждый раз рискуя снести что-нибудь.
Резко затормозив у потрёпанного крыльца, парень вышел из несчастной машины, как тут на него снова нахлынули воспоминания.
***
1992 год, десятое декабря. Рождественские каникулы… Снега в этом году было много. Все машины, крыльцо и лужайка у дома были завалены этим холодным, белоснежным зимним чудом. До сих пор остаётся загадкой, как Дин уломал Каса поехать с семейством Винчестеров на неделю к Бобби. На часах было только девять утра, а старший Винчестер уже был на ногах. На цыпочках он пробирался в комнату для гостей, в которой спал ничего не подозревающий Кастиэль. Комната находилась на втором этаже. Зеленоглазый тихонько отворил дверь, подошёл поближе и невольно начал разглядывать спящего друга. Синеглазый обнимал большую белоснежную подушку, которая ярко контрастировала с чёрными волосами, которые были ещё в большем беспорядке, чем обычно. Губы были чуть приоткрыты, а тёмные ресницы еле заметно трепетали. Гирлянда, повешенная у изголовья кровати, почему-то работала и красиво подсвечивала лицо Новака в темноте комнаты. Кое-как заставив себя оторваться от созерцания столь милого зрелища, Винчестер вспомнил цель своего визита. Подойдя почти впритык к кровати, русоволосый наклонился к самому уху друга. Сердце унеслось в бешенный вскачь, а в голове промелькнула мысль, что у Кастиэля очень красивые уши. Помотав головой, Дин вобрал в лёгкие побольше воздуха, и, что есть мочи, закричал прямо в ухо: — Проснись и пой, солнышко! — нарушитель тишины ели успел отскочить, когда Новак резко сел на кровати. Комната наполнилась заливистым смехом Винчестера и недовольным сопением гостя. — Дин, вообще несмешно! — прохныкал Кас, потирая сонные глаза. Русоволосый какой раз за сегодняшнее утро отметил, что его друг невероятно красив. — Сейчас только девять утра! — простонал чёрноволосый, разминая шею. — Ой, да брось, — протянул зеленоглазый. — Пойдём лучше на улицу, там столько снега вывалило! Клянусь, что ты такого его количества ни разу в жизни не видел!***
Отчаянно замотав головой, старший Винчестер уверенным шагом направился к крыльцу порядком потрёпанного синего домика. Как настоящий джентльмен, русоволосый постучал в дверь и принялся ждать, но уже через несколько секунд его терпение лопнуло, и парень начал тарабанить в дверь без остановки. — Бобби! Сэм! Открывайте, это я! Дин так увлекся, что даже не сразу заметил, что дверь уже давно открыта, а он стучит по воздуху. Подняв наконец-то глаза от пола, Винчестер столкнулся со скептическим взглядом бледно-зелёных глаз. — Проходи, — без лишних вопросов сказал Сингер и отступил, освобождая проход. В этом был весь Бобби. Красноречие — не его конёк. Узкий коридор был в успокаивающих коричневых тонах. Повсюду валялись разные книги и бумаги, на стенах висели странные картины, а на полу валялись странные вещицы о назначении которых знал только сам хозяин сия хлама. Неудивительно, что Сэм захотел тут остаться. С кухни послышался знакомый голос: — Бобби? Кто это? — вскоре в коридоре появился здоровенный парень с длинными, переливающимися всеми оттенками каштанового, волосами. — Дин? Младший Винчестер ухмыльнулся и тремя большими шагами преодолел расстояние между ними. Крепко обняв брата, он отстранился, держа зеленоглазого за плечи и спросил: — Ты чего забыл здесь? Да ещё и так поздно? — Мне нужна ваша помощь, — как-то слишком тихо произнес старший Винчестер и прошмыгнул в кухню, оставляя недоумённых родных переглядываться в коридоре.***
Вот уже полчаса Бобби, Сэм и Дин сидели за небольшим столом и молча пили пиво, которое услужливо предложил хозяин сего особняка. Сингер и Винчестер младший часто переглядывались и всё ждали, когда зеленоглазый поделится целью своего визита. Но тот то увлечённо рассматривал учебники, которые аккуратной стопкой лежали на краю стола; «Криминалистика: Учебное пособие», «Процессуальное право для начинающих», «Прокурорский надзор», «Уголовное право» и вся прочая ересь, которую нужно знать, чтобы стать хорошим адвокатом. Затем Дин с интересом рассматривал кухню, которая ни капли не изменилась с его последнего визита. Всё те же зеленоватые обои с белыми стебельками растений и жалюзи в тон им. Плита немного закоптилась, а на конфорке стояла сковородка с чем-то на подобии макарон с курицей. Даже календарь остался тот же, видимо, никто им уже не пользуется. Возможно, эта компания так бы и просидела до утра, если б Бобби не начал раздражаться: — Ну всё, хватит, — достаточно громко сказал он. — Выкладывай! — М? — непонимающе уставился на него Дин, но столкнувшись с серьёзным взглядом Сингера и вопросительным Сэма, вздохнул, понимая, что притворяться глупым будет бессмысленно. — Дин, что случилось? — как всегда мягко и с ноткой тревоги в голосе спросил Сэм. Винчестер старший собрался с духом, и, вздохнув полной грудью, начал быстро-быстро говорить, чтобы не успеть передумать и не свалить ко всем чертям. — Сегодня был отвратительный день! С самого утра я своей пятой точкой чувствовал, что что-то должно произойти! Что-то плохое, ужасное! — весь свой рассказ Дин сопровождал живописными жестами, рискуя каждый раз разлить своё почти нетронутое пиво. — Из-за этого дранного предчувствия я был очень холоден с Лизой, а под вечер вообще свалил из дома, как какая-то девчонка-подросток! Думал, что одиночество, моя «Детка» и хорошая музыка мне помогут, но нет! Включи я это дурацкое радио, а там… Там… Зеленоглазый залпом выпил всё пиво и с громким звуком поставил его на стол. Сэм, как заворожённый, протянул ему вторую бутылку. Бобби же с каждым новым предложением хмурился всё сильнее и сильнее. Прочистив горло и отпив чуть-чуть успокаивающего напитка, парень продолжил, и его голос стал намного тише: — А там Кас… Кас, понимаете?! Вот я и приехал просить у вас помощи. Что мне делать? — подняв на своих близких глаза, спросил русоволосый почти что срывающимся голосом. — Я до сих пор чувствую вину перед ним, за то, что обидел, ведь он мой единственный лучший друг! Он понимал меня, как никто другой! Я не должен был так холодно себя вести. Когда Винчестер вывалил всё, что тяготило его душу, стало чуточку легче. Он снова опустил глаза. Первым заговорил Бобби: — Сынок, я вот, что тебе скажу. Не бери в голову. Кас всегда был очень умным мальчиком, и я почти уверен, что он не держит на тебя зла. Ты не должен себя накручивать. Вы оба были подростками, которые совершают глупые и необдуманные поступки, — Сингер встал из-за стола, похлопал зеленоглазого по плечу и направился в комнату, прекрасно понимая, что Дин что-то не договаривает и что Сэм наверняка знает больше про этих двоих.***
Как только Бобби скрылся в своей комнате, шатен схватил старшего брата за предплечье и потащил вверх по лестнице. Дин был слишком подавлен всем происходящим, поэтому покорно шагал за братом. Сэм буквально затолкнул зеленоглазого в комнату для гостей, закрыл дверь и плюхнулся прямо на пол, не спуская глаз с брата. — А теперь, рассказывай, — строго произнёс кареглазый и подпёр руками щёки. Винчестер наконец-то вынырнул из омута мыслей и рассеянно взглянул на Сэмми. — Я ведь не дурак, Дин, — немного обиженно начал объяснять парень. — Я прекрасно знаю, почему вы с Касом не общались вплоть до его переезда. И сейчас, когда ты на кухне пытался втереть мне с Бобби то, что ты просто испытываешь чувство вины! Если Бобби и мог поверить в эту чушь, то только потому, что не знает деталей вашей ссоры! — младший всплеснул руками от негодования. Русоволосый удивлённо вытаращился на брата. Сэм всегда без особого труда мог прочитать старшего брата как самую простую книжонку, даже тогда, когда Дин всё тщательно скрывал и утаивал. Младший всегда всё вынюхивал, а затем заявлял зеленоглазому о своих подозрениях прямо в лоб, и тот никогда не мог соврать братишке. Всегда, каждый чёртов раз! И сегодняшний день не был исключением. — Я не знаю, Сэмми, — честно отвечал парень. — Я услышал эту песню и… В его голосе было столько сожаления и надежды, прямо как тогда, в тот чёртов день! Я ведь всё чётко помню, Сэм, каждую деталь! Я не смогу жить как прежде, слишком сильно на мне сказываются воспоминания о нём. Теперь же всё будет по-другому, да? — грустно усмехнувшись, Дин поднял свои зелёные глаза и Сэмми чуть ли не задохнулся. В зелени вечно весёлых, смеющихся глаз, сейчас плескалась горечь, обида, вина и что-то ещё, что младший Винчестер никак не мог разобрать. Сэм сделал грустную мордашку и с жалостью посмотрел на брата. Так они и просидели где-то до трёх ночи, пытаясь решить, что же им делать. Когда Сэмми уже откровенно клевал носом, Дину пришлось силой выгонять брата из комнаты: — Но я не хочу спать, Дин! — отчаянно сопротивлялся младший. — Не ори ты так, Бобби разбудишь! — шикнул на него русоволосый. — Спокойной ночи! Старший захлопнул дверь прямо перед носом братца и в два шага подойдя к кровати, рухнул на неё камнем. Но сон всё не шёл. Перевернувшись на спину, парень задумался: «А ведь действительно, чего это он так завёлся, услышав несчастную песню? Да, возможно ему стыдно за своё поведение, но… Почему же тогда так хочется снова услышать этот приятный бархатный голос? Почему хочется вспомнить ощущения, когда эти прекрасные шелковистые волосы скользят меж пальцев? Почему хочется вдохнуть полной грудью такой родной запах мёда, ванили и клубничного шампуня? Почему, когда Дин закрывает глаза, он видит грустные, бездонные, синие океаны, которые смотрят в самую душу и никак не хотят уходить из его снов? Разве это можно назвать чувством вины? Может быть это всё же что-то другое?», — с такими тяжёлыми мыслями Винчестер провалился в беспокойный сон. А в этот момент, его мобильник, который остался на пассажирском сиденье Импалы, разрывался от тысячи звонков и сообщений, которые непрерывно приходили Дину от его девушки Лизы, которая не спала всю ночь, ожидая любимого.
Примечания:
Надеюсь, что эта глава не вышла хуже)
Пишите отзывы! Это очень важно для меня!
И спасибо, что читаете))
