Это не наша война

На столе у каждого была тарелка мятой картошки с курочкой, немного хлеба и салат из помидоров и огурцов, которые нарвали Елена с Дженни в огороде. Тэхён кушал и приговаривал, что ничего вкуснее в жизни не ел, смущая девушек, что вдвоём готовили ужин. Ким тоже уплетала аппетитную курочку, ведь она её ощипала и приготовила. Елена налегла на картошечку. Один только Чимин ковырялся вилкой в курице и не мог приступить к трапезе. — Чимин-щи, ну попробуй, это просто объедение! — предлагал Тэхён. — Да не могу я, это выше моих моральных принципов! — психанул Пак и отбросил вилку. Лена и Дженни многозначительно переглянулись. — Ой, наш малыш не хочет кушать, — словно ребёнку говорила Ким и парень недовольно улыбнулся. — А ну открывай ротик, ну давай! — девушка крутила вилкой вокруг лица певца. — Ну не буду я, — как бы Чимин не строил обиженку, у него это плохо получалось. — Ну давай, давай Чиминни! Самолётик летит, летит, и приземляется в Корее. Ам! Ой какой у меня молодец. А теперь давай сам, ты же у меня взрослый мальчик, — Дженни мило улыбалась. Ей так шла эта счастливая улыбка. — Чёрт, это вкусно! — прожевав мясо произнёс парень. А Тэхён смотрел на это и завидовал. Лена эта заметила и тоже захотела включить режим «мама-сыночек». — Паровозик едет, колёсики стучат. А в вагонах едут, двое поросят, — Кузецова кормила парня с вилочки, а тот счастливый… В общем, девушки решили покормить ребят как маленьких. А те и рады стараться. За столом стояла такая непринуждённая, милая семейная атмосфера, что кажется, что войны совсем нету. Что она где-то там, далеко-далеко. Вся компания смеялась, ужинала, а неприглядное ночное светило наблюдало за ними и радовалось. Все проблемы, тяжёлые думы, отошли на задний план. Они переживали этот редкий момент счастья. Всем казалось, что они знакомы с детства. — Ну вот, парней накормили, а сами голодные сидим, — улыбалась Елена. — Так, куда же вас разложить… — вслух думала Кузнецова, уплетая ужин. — А кто сказал, что вы сами будите есть! — счастливый Тэхён взял вилку и стал кормить девушку. Парни и девушки поменялись местами. Они не хотели погружаться в проблемы завтрашнего дня. Компания хочет хотя бы на время, на какие-нибудь десять минут забыться. Но это будут самые прекрасные десять минут в их жизни. В них не будет суеты, горя, проблем, будут только друзья и счастливые улыбки. — Спасибо, мальчики, —произнесла русская. — Но вот в мытье посуды — каждый сам за себя! Я первая. — Да, вам тоже спасибо за такой чудесный ужин, — поблагодарил Ким. — Но может помоете за детишками посуду? Он глядел на Елену щенячьими глазками, а Чимин не отставал, немного приоткрыв рот пялился на Дженни умоляющим детским взглядом. Ну как тут отказать? — Ну вот что с вами делать, хитрецы, — Кузнецова забрала тарелку Тэхёна. К слову, у них на завтра ещё осталось немного курицы и салата. А вот картошку уплели всю за обе щёки. Дженни тоже помыла за Чимином посуду, а парни помогли убрать со стола. Когда все дела сделаны, перед Еленой встал вопрос: куда всех деть? — Так, ребят. Я могу разложить диван, там есть двуспальная кровать, и двухъярусная в комнате детей тёти Тамары. — Чур я сверху! — крикнул Тэхён и залетел в детскую. А Дженни и Лена снова переглядывались, обе думая о том, какие же эти парни дети. — Э, так нечестно! — следом побежал Чимин. — Куда побежал, я тебе ночнушку не дала! — но уже поздно — двое мальчишек навалились друг на друга и шуточно мутузят ради места сверху. — Вот придурки, — Лена широко улыбнулась вместе с Дженни. — А тебя куда? — Не знаю… Я перед сном всегда разговаривала с кем либо. Сначала девочками, потом с Чимином. — А, у меня есть идея! — девушка подняла указательный палец вверх. — Эй, хёны! — те прекратили друг друга мутузить подушками и обратили на Кузнецову внимание. — Идите тащите диван в спальню. — Чего? — возмутился Тэтэ. — В три часа ночи? — А, значит придуриваться у вас силы есть, а диваны таскать нет? Живо подняли свои жопы и потащили диван. — Лена не могла не вспомнить песню из «Зверополиса»*. — А вот диван, ну, а вот дебил! — и засмеялась в голос. Парни немного приуныли, а девушки пошли в спальню. Она была довольно просторная. По обеим сторонам прикроватные тумбочки, шкаф возле стены и туалетный столик. Они решили поставить тумбочки одна на одну слева, пододвинуть кровать вправо. А впритык к левой стене поставить диван. Так и место есть где ходить, и шкаф открыть можно. А вот и шли мужчины. Старались для своих ненаглядных. Наконец, они поставили мебель на место, и Пак заключил: — Да чтобы я. Ещё раз. Поехал в Россию… Да ни в жизни! Вся компания смеялась, и наконец решила лечь спать. Лена дала Чимину тот же комплект белья, что и Тэхёну и, вручив ему булавку, сказала, что пускай разбирается сам. Утром они с Дженни перешьют одежду под парней, а сегодня пока так им хватит. Не до жиру, быть бы живу. А перед сном Кузнецова и Ким разговаривали обо всяких пустяках. Истории из детства, юношества и предебюта. У неё оказалась интересная жизнь, полная друзей, приключений и горестей. Хотя, главное горе, бесспорно, происходит сейчас. Разговаривали девушки, пока парни на них не прикрикнули из соседней комнаты.

***

На часах телефона, который Лена успешно забыла поставить на зарядку со всеми этими корейцами, было десять часов. Она встала, умылась, затем разбудила Дженни и отправилась в магазин. Лена взяла Тэхёновский кошелёк. Там было очень много денег, и карточка, которую можно приложить. Вот на неё она и купит продуктов. Хоть денег и было предостаточно, но надо было всё равно копить и обходиться с ними осторожно. Однако побаловать себя и остальных надо. Так что банка кофе, пачка зелёного чая и банки сгущёнки вполне хватит. Ещё нужно купить уксуса и крышек, может что удастся наскрести с грядок и замариновать. Сахар с солью тоже нужен, куда ж без них. Конечно же, макароны, крупа, спички и прочее очень необходимое для поездки тоже было взято. В итоге закупилась Лена на пять тысяч рублей и выкинула карту — на ней всего четыре было. Кое-как дойдя до дома её встретила Дженни и помогла всё разложить по местам. Девушки очень сблизились за эту ночь и уже смело обращаются друг к другу как «подруга». Они решили наготовить тонких блинчиков всем на завтрак. Курочку и салат доедят на обед. Дженни положила четыре тарелки и всем распределяла сразу, чтобы было поровну. Когда уже почти всё готово, Кузнецова пошла будить парней, которые не очень хотели вставать, пока не уловили носом вкусные блинчики. Но «злые» девушки отправили их в ванну. А потом ещё заставляют ждать! Какие плохие девушки! Голодным парням покушать не дают! Наконец, когда в кастрюле уже практически нет теста, Лена поставила чайник и села за стол. Дженни разрезала последний блин пополам и положила себе с Еленой. На недовольные возгласы парней девушки ответили, что это они готовили, и что это они встали раньше, купили все продукты и разложили по местам. Чимину и Тэхёну пришлось согласиться — это было правдой. По утрам с девушками лучше не спорить. Кузнецова налила всем кофе и все принялись завтракать. Теперь их кормить не надо — блинчики со сгущёнкой просто объедение. После завтрака целый день прошёл в работе. Девушки то ушивали одежду, то занимались огородом, то ещё чего-нибудь. И бурчали на парней, которым-то и нечего особо делать. Поэтому их пнули выкапывать остатки картошки и рубить кур. Ибо нехер бездельничать. После все отобедали гречкой и остатками вчерашнего ужина. Девушки поставили на плиту ведро воды — час вода будет нагреваться, за полтора сварится курица, а там уж и вечер. На карауле они оставили парней и пошли собирать ягоды в лес. Дженни и Лена вернулись с одним полным бидоном черники, и полным ведром земляники. Через некоторое время Елена решила научить Дженни закатывать банки, а парни всё пытались попробовать варенье на вкус. Вечером, когда уже почти сварилась курица, все занимались своими делами. Тэхён с Чимином обсуждали старые добрые времена, а девушки читали книги. Для Дженни у Елены было только несколько книжек Достоевского и Пушкина на корейском. Большая часть книжек на корейском языке находилась у Кузнецовой в Мордовии. А Лена решила обосраться на ночь глядя и взяла почитать Стивена Кинга**. На следующий день было столько же дел. Девушки полностью ушили парням одежду, и полностью погрузились в заготовки для поездки в Якутск. Мемберы BTS ещё не знали, куда они поедут, а Дженни уже предвкушала встречу со своей подругой, которая будет их ждать вместе с её новым деловым партнёром. Во время обеда Дженни в шутку проронила фразу, что было бы круто уметь читать на русском. Ребята её поддержал, и вечерком, за кухонным столом, Лена объясняла корейцам русский алфавит из тридцати трёх букв.

***

Елена всегда вставала раньше всех, потом через час будила Дженни. Они вместе готовили всем завтрак и будили парней, которые теперь дрались за место снизу, ведь не надо было тратить время на спуск. Можно было сразу быстренько добежать до кухни. Так что это утро не было для Кузнецовой исключением. Погода на улице третий день (ровно столько, сколько они находятся в доме тёть Тамары) стояла жаркая. Хотелось уже дождичка, но его всё не было. Но всё что можно было, Ким и Елена уже собрали и закрутили. Не так много, но на неделю пути до Якутска для компании из четырёх человек с лихвой хватит. Однако Ленке и в голову придти не могло, что именно в это утро не одна она будет летать по дому ранней птичкой. Тэхён с первого яруса кровати через щель наблюдал за ней. Он конечно предполагал, что у неё длинные волосы, но чтобы ниже ягодиц… Парень теперь понял, почему она всё время в пучке***. Но ей идут распущенные волосы. Дальше, через щель Ким так и не понял, что она делала. Как он для себя решил — читала полушёпотом какую-то странную книгу. Не ту, которую она обычно читает после обеда. Это другая. После чтения она разбудила Дженни, и они вдвоём, после того как старшая приводит себя в порядок, готовят завтрак. На этот раз Тэхён решил не ждать, пока они придут звать их кушать, а сам идёт на кухню. — Доброе утро, девочки, — зевнул парень. — И тебе доброе утро, — ответили почти в один голос Ким и Кузнецова. — Лена, — обратился к ней Ким. — А что ты читала? Похоже этот вопрос ввёл её в ступор, и она застыла над запеканкой. — Эм… Вас это не касается. Вы всё равно не поймёте. Также, как и не поймёте причину того, почему я вам помогаю. Или почему я всё время улыбаюсь. Не поймёте, — скороговоркой отвечает она, практически не задумываясь над тем, что сказала. Дженни тоже заинтересовалась и Тэхён понял, что задал правильный вопрос. Он сел за стол, положил ногу на ногу, и с видом: «Я жду ответа» смотрел на девушку. Но Лена убежала, со словами: «Я пойду разбужу хёна». За столом все ели молча, а после, она выскочила из дома, крикнув, что на хозяйстве сегодня Дженни. Чимин вообще ничего не понял, а Тэхён с девушкой где-то в подкорках своего сознания ставят себе цель, что обязательно разузнают, что у этой Лены на уме. Ибо она слишком странная, как бы не притворялась обычной.

***

Кузнецова пошла к соседям. Надо было кому-то отдать тех кур, что ребята не съели за эти три дня. То есть двадцать с лишним штук она должна была куда-то сплавить, при чём быстро. Хотя с этим проблем не возникло — баба Света с удовольствием взяла себе этих птичек, ведь как выяснилось, всю её скотину взяли китайцы и поели дикие звери. Так как с этим она справилась быстро, (что, конечно же, её это огорчило, ведь она не хотела пока приходить домой) Лена решила прогуляться по Хабаровску с музыкой в ушах. Ну вот что за беспредел, один k-pop на телефоне! Но всё же, долго покопавшись, Кузнецова нашла себе несколько очень красивых русских и французских песен. Она просто шла по практически безлюдным улицам, и понимала, что все, кто мог сбежать, переехать к родственникам, переехали. И похоже, это тоже было в спешке. Смотря на пустые дома, рабочих мужчин и таких же женщин, сердце болело. Да, русский человек воистину силён — научился глумиться над своим безрадостным положением. Смеяться. Потому что слёз уже не было. Дети, маленькие дети, которые ещё не понимают, почему их не отводят в садик или школу, играются в песочницах на своих участках. Все, кто мог объединится — объединились; все, кто мог предать — предали; все, кто мог помочь — помогли. Но рано или поздно это должно было случиться. Если вспомнить, Россия никогда долго хорошо не жила. Даже до ста лет мирное время никогда не доходит. Страна убегает от войны, но война всё равно догоняет. Нет, она никогда не побеждает. Просто часто возвращается. Просто приносит боль и смерть. Просто потому, что это — война. Уставшие солдаты стоят на посту поодиночке с рацией. Видно, насколько они устали, за какие-то три месяца. А во время Великой Отечественной люди пять долгих лет терпели смерть. И вытерпели. Но сейчас другое время. Время зависимых от своих пристрастий школьников, возомнивших себя умнее взрослых; взрослых, которые не знают своих детей; и тупой власти, которая только лишь прикрывается демократией. Ага, а после ждём нормальной жизни. Лена посмотрела на небо. Музыка пошла уже по второму кругу. Птицы низко летают. К дождю. Пора возвращаться домой. Сегодня ночью нужно выезжать.

***

Трое друзей сидели на кухне и гоняли балду. Время приближалось к обеду, а Лены уже третий час не было. Ну вот, как говорится, вспомнишь солнышко, вот и лучик. — Так, хёны, ловите, — Кузнецова кинула в руки Чимину маску для сна и флакон каких-то таблеток. — Что это? — спросил Пак. — Снотворное. Идите пока отоспитесь с Тэхёном, а мы с Дженни упакуем припасы. Мы и так засиделись. — Но ты так и не ответила на вопрос! — противился Ким, не желая идти спать. — Потом, всё потом, — отмахнулась девушка. — Идите спать. Ночью вам меняться за рулём. — А вы будете спать, да? — не успокаивался парень. — Нет, давайте за руль посадим Дженни, за которой гоняется двухметровый китайский амбал, и меня, которая водить не умеет! — психанула Кузнецова. — Давайте позже, — она взяла себя в руки и подошла к Тэ. — Или мне вас ещё и уложить? — произнесла на ухо парню Лена, с наигранной милотой в голосе. — Не, не надо! — тот пулей вылетает из кухни.

***

Наступила ночь. На экране телефона 22:38. Девушки разложили консервы, крупу, бензин и воду в багажник, по коробкам. Парней уже давно разбудили и они сидели на передних местах. Дженни уговорила Лену взять одно одеяло и две подушки. («А парни обойдутся» — ответила Ким на вопросы Кузнецовой). Поэтому сейчас Лена закрыла входную дверь на замок, а затем гараж, сев в машину и попросила Тэхёна перенастроить навигатор на английский язык и проложить маршрут до Якутска. За рулём сидел Чимин, и перед тем, как жать на газ, он задал вопрос, который навсегда изменит его, и остальных жизнь. — Едем? — все кивнули головой. — А кто нас там ждёт? — Корейские шпионы, работающие на русских, — ответила с ухмылкой Лена. — Чон Хосок и Пак Чеён, — добавила Дженни.