Полный Game Over

      Хенджин уже сутки не мог дозвониться до Чонина, также как и Бан Чан, Феликс и Сынмин. Телефон на постели разрывался от звонков, постоянно вибрировал и заряд батареи почти полностью истратился. Чан уже успел обзвонить все участки полиции и подать в розыск, Сынмин – морги, Феликс обзванивал знакомых и родственников, которых знал, Хенджин ходил взад-вперед по офисной каморке Чана и разрывал телефон Чонина каждую минуту: – Ну же, ответь, - бормотал он себе под нос, грызя большой палец левой руки. – Феликс, он точно ничего больше не говорил о планах на эти выходные? Может в парк сходить или ещё куда-нибудь?.. – Точно. Да и это ведь Чонин, он никуда не выйдет из дома, пока не отстримит запланированное. Как-то раз он даже не ел, потому что не успевал к сроку… – было видно, как Феликс отчаивался всё больше. Его беспокойство было написано у него на лице, в отличии от Сынмина, который казался внешне спокоен, но те, кто знают его не один год, понимали, что на самом деле он очень зол. Зол не из-за Чонина, а из-за бессилия в данной ситуации. Когда человек пропадает без единой зацепки, найти его – настоящее чудо.       Чан не спал вторые сутки. Он потёр глаза от чего на коже появилось временное покраснение: – Полиция тоже ничего не может найти. Чем дольше мы его ищем, тем меньше вероятность… – Третьи сутки пошли… – тихонько прошептал Сынмин. – Вряд ли это длительный сон после долгого стриминга, он бы обязательно отписался хотя бы одному из нас или позвонил. – Тут ему в голову пришла идея, граничащая с нарушением закона: – А кто-нибудь вообще заходил к нему домой на этих выходных?       Все молчали, но замысел был очевиден – нужно немедленно как-то пробраться в квартиру Чонина, вполне возможно, что их друг очень сильно болен и не в состоянии сам позвать на помощь. Это весьма незаконное занятие, но лучше нарушить закон и спасти чью-то жизнь, чем потерять её навсегда, зато остаться без штрафов или судебных исков.       Первый среагировал Хенджин: он подорвался с места и выбежал за дверь каморки. Сбегая по лестнице, он снял с сигнализации свой автомобиль, запрыгнул в него и вдарил по газам до квартиры Чонина. Все остальные, кто не успел вовремя среагировать, поняли, как сильно Хенджин переживает. Не то чтобы Чан или Феликс с Сынмином переживали меньше, но у Хенджина особая забота, граничащая с материнской. Он нашел Чонина ещё до его карьеры стримера, в подростковом возрасте. Хенджин всеми правдами и неправдами отговаривал Чонина от такой судьбы, потому что это давление со всех сторон: родители, друзья, компания, зрители и их реакции, учёба… Он чувствовал себя ответственным перед Чонином за то, что дал ему шанс, за то, что Чонин теперь лишен, в какой-то степени, нормальной жизни, потому что Хенджин был первым, кто предложил стримерскую карьеру и лишь после понял каковы могут быть последствия, но Чонина было уже не остановить…       Попутно названивая на телефон, Хенджин поднимается по лестнице, так и не дождавшись лифта. Набирая, уже выученный наизусть, номер в последний раз, перед дверью, Хенджин слышит гудки, а потом тишину, хотя вызов не был сброшен: – Алло? Алло, Чонин! – Ему по-прежнему никто не отвечал и Хенджин не выдержал, из связки ключей нашел дубликат и сам открыл им дверь в квартиру.       Из прихожей, он сразу вбегает в единственную комнату – спальню. Хенджин осматривает помещение: всё аккуратно прибрано, на столе стопкой сложены тетради и учебники, два монитора, на которых по прежнему идёт стрим, VR-шлем - на застеленной кровати и рядом телефон с отвеченным звонком, что выключился, когда его взяли в руки, только самого Чонина нигде нет. – Алло, Чан? – Хенджин вышел обратно в коридор, закрыв за собой дверь в спальню и предварительно забрав чужой телефон. – Включи стрим Чонина, тут что-то не так…       Не сбрасывая вызов, Чан переключился на одном из мониторов на стрим: – Немедленно возвращайся в офис. Я позвоню Чанбину, он нужен будет мне здесь. – Понял, – тон Чана был холодный, с нотками нескрываемой злости. Хенджин чувствовал, что дело приняло невероятные обороты и становилось только сложнее.       Через час в каморке Чана сидел уже и Чанбин со своим ноутбуком, все собравшиеся требовали объяснений. Чан показал пальцем на другой экран, где была запущенна игра. Как разработчик, он имел право вмешиваться прямо во время игрового процесса, всё же, игра была рассчитана на совместное онлайн прохождение. – Посмотрите, – он указал на начальную локацию «Леса зависти». – Что это? Скачущие белки? – удивился Феликс. – И что в этом такого? Это же лес, всё логично. Хотя отрисовано не очень, я ожидал от сонбе большего. – Проблема в том, Феликс, что в этой локации и в помине нет белок, – Чан стал что-то набирать на клавиатуре, входя в игру как разработчик. – В этой игре вообще нигде нет белок. – Бельчий вирус, – догадался Сынмин. – Да, тот самый, который приходит в новенькие игры и за считанные часы разрушает их программу, маскируясь под обычные текстуры или фоновых персонажей игры. – Игрок даже не догадывается, что этот вирус, после удаления игры, останется в его компьютере и будет пробираться уже в каждую установленную им игру, – добавил Чанбин, присоединяясь к сети администратора. – И я не знаю почему, но… Наш Чонин тут, – на лице Чана отобразилось волнение и страх, когда он показывал пальцем на экран монитора компьютера. Посреди леса, окруженный белками, окончательно потеряв всякую надежду выбраться, на пеньке сидел Чонин и разглядывал деревянный меч, полученный при исследовании начальной локации. – Как это вообще возможно?! – воскликнул Феликс. – Это что-то из разряда фантастики… Я читал о таком, но в жизни никогда не сталкивался, – нахмурился Сынмин. – Чан… Не знаю, что это такое, но может это как-то связанно с занесенным вирусом в игру? – Чанбин положил руку на плечо друга. – Понятия не имею, но Чонина надо не просто возвращать в реальность, а делать это со скоростью света, потому что эти белки плодятся прямо на глазах, они пожирают файлы игры и от этого множатся. Я предвидел, что наша игра тоже подвергнется нападению, поэтому постарался с программистами сделать как можно меньше уязвимых файлов, но главное преимущество этого вируса в том, что когда они уничтожают все слабые файлы, то спокойно принимаются за что-то посложнее, как будто прокачиваются… – Чан быстро нажимал на клавиши клавиатуры и параллельно что-то набирал другой рукой в телефоне. – Значит времени у нас немного. Игра ещё даже не в релизе толком, она не обросла так сильно, как проекты, которые мы держим хотя бы год. – Да, и есть ещё одна не мало важная проблема – я сделал эту игру такой, что у неё невероятно мало автоматических сохранений, напрочь отсутствует запас жизней и проще говоря, если Чонин хотя бы один раз умрет до ближайшего сохранения, то он умрет навсегда. Эту игру нельзя пройти с того места, где ты умер, тебе придется начинать сначала: заново прокачиваться, набирать опыт, собирать броню и оружие… В общем… – Ты создал монстра, – закончил за него Сынмин с горящими от злости глазами. – Да. Но не думаю, что хоть что-то из игровых процессов для поддержки персонажа будет работать на живого человека. Я вообще не понимаю, что теперь там будет работать и как чувствует себя Чонин, потому что теперь игра ещё и заражена, постепенно она будет сама стирать собственные файлы. – Шансы выбраться в реальность у Чонина стремительно сокращаются, – Феликс чувствовал, что он может расплакаться от одного представления смерти Чонина. – Кто бы они не были, я найду этих Толстопуза и Гаечку. Найду, притащу в этот офис, заставлю вытащить Чонина и деактивировать вирус, а потом публично выпорю железным прутом обоих на площади победы над японской оккупацией! Я заставлю их пожалеть о содеянном! – Чан был в гневе. Даже по спине Сынмина прошелся холодок. Как-то раз ему пришлось столкнуться в коридорах с очень злым Чаном. Он застал не самую приятную картину: Чан возвращал «должок» какому-то парнишке, который пытался ранее помешать Чонину прорваться в рейтинги стримеров компании. После того случая Сынмин знал, что Чан способен на нечто большее, чем оглашенные им вслух угрозы, что он может защитить Чонина, но и принимать Чана как партию для его друга он не хотел. Ему казалось, что в порыве гнева Чан может не сдержаться и причинить Чонину боль. – Я помогу, – Чанбин пододвинул свой стул ближе к креслу Чана. – Спасибо, Бин. Как в старые-молодые, да? – Чанбин лишь усмехнулся на этот вопрос. Воспоминания о детских и юношеских «баловствах» мгновенно всплыли в его голове. Тогда они ещё не понимали, чем им могут грозить такие шутки и когда их поймали главные разработчики JYP, им пришлось выбирать: тюрьма или работа на компанию в той сфере, которая будет наиболее интересна. Неотъемлемым пунктом в контрактах обоих стала возможность обязательной совместной работы, поэтому большинство музыки для игр Чана пишет Чанбин. – А нам что в это время делать? – негодовал Феликс. – Я снова поеду к Чонину. Надо отключить стрим и игру, – отозвался Хенджин. – Ни в коем случае! – вмешался Чан. – Мы не знаем, что может случиться, если игра вдруг будет закрыта, что, если Чонин останется там навсегда из-за такой глупости? – К тому же, если выключить такой длинный стрим, да ещё и так резко, без Чонина, это может подорвать репутацию компании, – размышлял Сынмин. – Конечно, рейтинги компании – это последнее о чём я сейчас хочу думать, но если обыграть всё это как «продвинутая версия VR-шлема» или «усовершенствованная версия игры для VR – полное погружение», то никто ничего не заподозрит. – Плюс ко всему, если откроется правда, это может привлечь новых хакеров. Слабая игра – легкодоступная игра, – не отрывался от клавиатуры Чан. – И то верно… – Поник головой Хенджин. – Тогда буду следить за комментариями к стриму и реакциями внешнего интернета. Уж с регулированием этой части я точно должен справиться лучше кого-угодно! – Слишком много на себя берешь, – фыркнул Сынмин в сторону Хвана. – Я попробую найти какую-нибудь информацию о похожих случаях, помимо, конечно, фэнтезийной литературы и псевдонаучных высказываний, – Сынмин вышел из кабинета Чана и направился в общежитие, чтобы забрать свой ноутбук и после провести поиск информации в городской библиотеке. – А я… – Феликс и вправду не знал, чем он может помочь, но очень хотел. – Кофе, Ликси, – спокойно поднял на него глаза Чанбин. – Очень много кофе. – Понял! – Просиял Феликс и побежал в ближайшую кофейню из офиса с мыслью: «Он назвал меня Ликси… Боже, Феликс! О чём ты только думаешь! Соберись – Чонину требуется вся наша помощь и поддержка!».