Самая скандальная невеста

Фредди тяжело сглотнул и снял шляпу, положив чрезмерно украшенный предмет женской одежды на сиденье рядом с собой, нервно снимая перчатки. — Фредерик. Фредерик Авингтон, — ответил он после долгой минуты молчания, приподняв голову и глядя прямо на Монкруа. Монкруа улыбнулся, и Фредди почувствовал, как у него запылали щеки. — Брат-близнец Элеоноры, я полагаю, — сказал он. Когда Фредди кивнул, его улыбка исчезла, — Правильно ли я понимаю, что меня бросили ради валлийского кузнеца? — Фредди в изумлении разинул рот, и Монкруа одарил его самодовольной усмешкой, — У нас не было обширной переписки, но я читал ее письма своему брату, прежде чем согласился на свадьбу. Она не была так осмотрительна в своих чувствах, как могла бы быть. — Все верно, — сказал он, откидываясь на сиденье кареты, — Думаю, ты понимаешь, что я не должен был проходить всю церемонию. Наша мать следила за тем, чтобы Элли не сбежала из-под венца, поэтому я должен был подменить ее, пока они не доберутся до Гретна Грин. Я пытался признаться тебе перед церемонией, но моя мать поймала меня возле твоей комнаты, и после этого… —он замолчал, бесцельно разводя руки, — все вот так… вышло. Монкруа откинулся на спинку сиденья и задумчиво промычал. — Что ж, раз уж ничего не поделаешь, я желаю им всего наилучшего, — сказал он после долгой паузы, — А что касается тебя, Фредерик… — Фредди, пожалуйста. — Фредди, — продолжал Монкруа, — каковы твои намерения сейчас? — Мои намерения? — растерянно повторил он, — Я не понимаю. Монкруа небрежно пожал одним из своих широких плеч и начал снимать перчатки, пальцем за пальцем. — Ну, у нас с тобой появилась настоящая дилемма, Фредди. У меня есть юридическое доказательство законного брака с Элеонорой, и она будет иметь такой же доказательство о ее браке с кузнецом. Конечно, я мог бы обратиться в суд с ходатайством о расторжении брака, сославшись на мошенничество, но это будет стоить тысячи фунтов и вызовет настоящий переполох. Я, вероятно, смогу пережить это возмущение, только что вернувшись с битвы с Наполеоном и желая лишь выполнить обязательства брата, но ты? — он посмотрел прямо на Фредди, — Даже если тебя не обвинят в содомитстве или не запрут в Бедламе, ты и вся твоя семья будете обречены. Для вас будет невозможным избежать скандала, только если вы не покинете страну, но как я понимаю, у вас нет средств, чтобы путешествовать по Континенту. Он не сразу продолжил, и Фредди облизнул губы, наблюдая, как взгляд Монкруа опустился на них, прежде чем вернуться к глазам. — У тебя есть какие-нибудь альтернативы? — спросил он дрожащим голосом. — У меня есть кое-какие мысли, — сказал он, понизив голос, — В своих письмах твоя сестра упоминала тебя, — Фредди открыл было рот, чтобы возразить, но Монкруа поднял руку, чтобы успокоить его, — Ничего компрометирующего, уверяю тебя. И мой брат, конечно, не понимал, о чем она говорила. Но человек учится читать между строк, когда это необходимо. — Не-необходимо? — заикнулся Фредди. Мог ли он иметь в виду то, о чем Фредди думал — нет, то, на что Фредди глубоко внутри надеялся? Его сердце бешено колотилось в груди от своих догадках, и Фредди спросил: — Эти, э-э, альтернативы? Медленная, чувственная улыбка расплылась по лицу Монкруа. — Ты мог бы и дальше продолжить изображать из себя леди Монкруа. Рокочущий баритон вызвал образы обнаженного Монкруа, склонившегося над ним, и член Фредди затвердел так быстро, что у него чуть не закружилась голова. Ему ничего так не хотелось, как перепрыгнуть через карету и сесть мужчине на колени, но он чувствовал, что должен возразить, на случай, если он неправильно понял. — Ты же знаешь, я не настоящая леди. Он наклонился вперед, пока их колени не соприкоснулись в центре кареты. Его ноги были обтянуты шерстью, Фредди — шелком и шифоном. — По правде говоря, — прошептал он, — я больше предпочитаю тебя таким. — Ох, — изумился Фредди, второй раз за это утро лишившись дара речи. Монкруа быстро сел, откинувшись на спинку сиденья, выражение его лица стало безразличным. — Но, конечно, если ты не… — Я такой! — взвизгнул Фредди, хватая мужа за руки и вызывая у него смешок. Он прочистил горло, делая глубокий вдох, чтобы сосредоточиться, — Ты просто удивил меня, — улыбнулся он в ответ, наклонив голову, чтобы посмотреть на Монкруа сквозь темные ресницы, и был рад увидеть, как покраснели щеки мужчины, — Кроме того, я думаю, что мне понравиться играть леди Монкруа, милорд, — сказал он, понизив голос до более страстного тона. Монкруа застонал и, схватив Фредди за руки, потащил его через всю карету к себе на колени. — Здравствуй, жена, — прошептал он, устраивая их так, чтобы Фредди оседлал его бедра, колени уперлись в сиденье, а платье задралось почти до талии. — Муж, — согласился Фредди, обхватив ладонями его лицо и наклонившись, чтобы поцеловать его. Без нависшего над ними давления церемонии поцелуй был нежным, и Фредди смаковал восхитительные тихие звуки, которые издавал Монкруа, когда они исследовали рты друг друга. На вкус он был как чай с привкусом хорошего бренди, а при такой близости его мускусный одеколон не мог полностью замаскировать чистый запах мыла и пота. Каждый толчок кареты прижимал возбужденное достоинство Монкруа к округлым бедрам Фредди, пока ему не пришлось отстраниться, тяжело дыша в губы мужа. Монкруа провел губами по бледной колонне шеи мужа, кусая и посасывая достаточно сильно, чтобы оставить следы, и Фредди засунул кулак в рот, чтобы не закричать. — Не надо, — сказал Монкруа, вынимая руку Фредди изо рта и проводя губами по вмятинам, оставленным зубами на его костяшках. Он прижался нежным поцелуем к золотому кольцу, обвивающему безымянный палец Фредди, кончик его языка высунулся, чтобы погладить перепонку между ним и мизинцем, — Я хочу слышать тебя. Я хочу слышать звуки, которые ты издаешь, когда я доставляю тебе удовольствие. Я хочу слышать, как ты зовешь меня по имени, когда я доведу тебя до пика. — Твое… твое имя, — заикаясь, пробормотал Фредди, пока его пропитанный похотью мозг пытался вспомнить, что Монкруа писал в церковной книге. Он усмехнулся и облизнул губы Фредди. — Уильям. Меня зовут Уильям. Фредди выдохнул и наклонился вперед, прижавшись лбом к лбу Монкруа, чтобы собраться с мыслями. — Уильям, — выдохнул он, это слово было одновременно проклятием и молитвой. — Я хочу попробовать тебя на вкус, — сказал он, опустив руку между ними, чтобы обхватить член Фредди. — Здесь? Монтруа рассмеялся над его возмущенным тоном. — Конечно, здесь. Мы не будем в моем имении до ужина, и я не могу ждать так долго, чтобы обхватить тебя ртом, — он потер ладонью нижнюю часть члена Фредди, — Скажи, что позволишь мне, любимый. Фредди прикусил нижнюю губу и прижался к руке мужа, в голове крутились образы Уильяма, стоящего на коленях. — Да, — прошептал Фредди, наклоняясь, чтобы прикусить его губы, — Да. Уильям застонал и впился пальцами в бедра Фредди, как раз под конец его корсета. Используя эту хватку, он поднял Фредди со своих колен и усадил обратно на сиденье, затем опустился на колени у ног Фредди. Когда он поднял глаза, его голубые глаза были почти черными от желания, а губы блестели и припухли от поцелуев. Он ухмыльнулся. — Не сдерживай себя, — сказал он, затем задрал юбку Фредди до талии, обнажив нижнее белье в прохладном воздухе кареты. Фредди зажмурился, не в силах смотреть, как Монкруа — как Уильям — разглядывает его. Большие теплые руки обхватили сзади обтянутые шелком икры Фредди и раздвинули его ноги, большими пальцами лаская чувствительную кожу под коленями. Прохладный воздух ласкал его член, уже твердый и сочащийся, когда он высунулся из разрезанной промежности его шаровар, изгибаясь вверх к туго зашнурованному корсету, который придавали его телу более женственную форму. — Прелестно, — выдохнул Уильям, наклоняясь, чтобы слизнуть каплю предэякулята с головки. Фредди проскулил имя Уильяма и зарылся руками в темные волны его волос, заставляя себя смотреть, как его член исчезает в нетерпеливом рту. Скользкие от слюны губы растянулись вокруг члена, когда кончик языка коснулся чувствительной точки под головкой, и Фредди сжал руки в кулаки, резко дернув Уильяма за волосы. Он немедленно отпустил, с его губ сорвалось заикающееся «Прости, прости», но Уильям застонал в его член и потянулся к рукам Фредди, чтобы вернуть их на место. Он на мгновение отстранился, губы его стали еще краснее, чем раньше, и посмотрел Фредди в глаза. — Я бы хотел, чтобы ты воспользовался моим ртом. Стон вырвался изо рта Фредди, и его член дернулся. — Тебе это нравится, любимый? — спросил Уильям, адресуя вопрос не лицу Фредди, а его члену. — Да, — ответил он хриплым голосом, — Уильям, да. — Хорошо, — сказал его муж, одним быстрым движением заглатывая член Фредди почти до корня. Фредди ударился головой о спинку сиденья с такой силой, что было больно, но укус боли только добавил ему удовольствия. Он схватил Уильяма за волосы, чтобы показать ему правильное направление, сначала легко толкаясь вверх, просто проверяя. От этих движений Уильям сладко застонал в его член. Вибрация и очевидное удовольствие убедили его сделать так, как просил Уильям, и он начал плавно трахать его теплый рот. Фредди не мог оторвать взгляда, наблюдая, как его член исчезает в этих прекрасных губах, а головка упирается в заднюю стенку горла Уильяма. Каждый третий или четвертый толчок нос Уильяма касался мягких завитков у основания его члена, а язык не переставал дразнить Фредди. Вскоре он потянул Уильяма за волосы, бормоча какую-то чушь: — Я… я не могу, Уильям, я… Вместо того чтобы отстраниться, Уильям удвоил свои усилия, заглатывая головку его члена еще глубже, и Фредди кончил густыми струями тому в рот. Его муж проглотил первый глоток, затем отстранился, позволив остальным попасть ему на лицо и шею, слишком озабоченный тем, чтобы расстегнуть пуговицы и взять себя в руки. Когда Фредди размяк, он увидел, как Уильям обхватил большой рукой свой член, скрывая от него все, кроме головки. Прижавшись лбом к обнаженному бедру Фредди, Уильям резко и быстро дернулся, издав сдавленный крик, и всего после нескольких взмахов, его сперма выплеснулась на пол кареты. Измученный, Фредди откинулся на спинку сиденья, поглаживая влажные от пота волосы Уильяма. — Муж, — прошептал он, улыбаясь испачканному лицу человека, все еще сидящего между его ног. Уильям усмехнулся. — Муж, — повторил он, — Я никогда бы не подумал, что захочу быть мужем, — сказал он, все еще тяжело опираясь на ногу Фредди, — Война — это ад, правда, но для таких людей, как мы, Фредди, армия — это рай, — Он уткнулся носом в бедро Фредди, и прорезающаяся щетина послала всплеск желания в его изнуренный член, — Когда мой брат скончался, мне пришлось комиссоваться из армии… — Он замолчал, и Фредди большим пальцем осторожно вытер часть своей спермы с лица Уильяма, — Когда мой поверенный сказал мне, что Артур помолвлен с дочерью Авингтона, я впал в ярость. Не пролежал в земле и месяца, но все еще делал все возможное, чтобы разрушить тот маленький мир, что у меня остался. Если бы я мог воскресить его из мертвых, то только для того, чтобы самому задушить. Тогда я бы это сделал. Он замолчал, и Фредди провел пальцами по влажным волосам Уильяма. После долгой паузы он продолжил: — Я читал их переписку — твоей сестры и Артура. Она казалась достаточно приятной, хотя было ясно, как она относится к кузнецу. Я подумал, что, возможно, мы сможем договориться; мне бы не понравилось воспитывать бастарда, но если бы это дало мне свободу придерживаться своих собственных интересов, это было бы не так уж плохо. Когда он не продолжил, Фредди собрался с духом и спросил: — Ты все это время знал? Уильям усмехнулся, вытаскивая носовой платок из нагрудного кармана и вытирая лицо от спермы Фредди и собственной слюны. — Почти, но я не был уверен, пока не увидел твои руки. Твои руки не принадлежат благовоспитанной леди, — Он притянул к себе одну из этих рук, чтобы оставить на тыльной стороне поцелуй, — Поможешь мне с галстуком? Фредди развязал и перевязал шелк, в то время как Уильям продолжал стоять на коленях у его ног, вытирая с подбородка и шеи все то, что туда попало. Когда он выглядел более презентабельно, Уильям засунул свой обмякший член обратно в бриджи и застегнул брюки, а Фредди стал поправлял юбки. Фредди протянул Уильяму руку и потянул его вверх, чтобы усадить на сиденье, и прислонится к его плечу. — Уильям, когда мы доберемся до твоего дома… Уильям шикнул на него, приложив палец к губам. — Тише. У меня очень маленький и очень скромный штат сотрудников. Они ожидали, что я вернусь с женой, и я вернулся. Остальное мы проработаем по мере необходимости. Вздохнув, Фредди немного расслабился. — Их волнует, что ты, — он махнул рукой на себя, — что твои вкусы тяготеют к мужчинам? Он отрицательно покачал головой. — Они знают меня всю мою жизнь. Мои родители умерли, когда я был совсем маленьким, и мистер и миссис Томпсон практически вырастили Артура и меня. В тот день, когда я уехал во Францию, миссис Томпсон так сильно плакала, что мой брат вынужден был вызвать доктора, — Он взял Фредди за руку и начал рисовать абстрактные фигуры на его ладони, — Деревня маленькая и сплоченная, и до тех пор, пока я поддерживаю церковь и дом викария в хорошем состоянии, они готовы закрывать глаза на любые странности, которыми я могу обладать. — Это звучит прекрасно, — сказал Фредди, чувствуя, как сжимается грудь от эмоций. — Я думаю, что они найдут тебя совершенно очаровательным, дорогой муж, — сказал Уильям, наклоняясь, чтобы прикусить мочку уха Фредди, заставляя его дрожать в предвкушении. Фредди повернул голову и поймал губы Уильяма своими. Хотя он кончил всего несколько минут назад, его член начал набухать под юбкой, и он потянулся к члену Уильяма, готовый ко второму раунду. Уильям поймал его руку, прежде чем Фредди успел коснуться его бридж. — Я уже не так молод, как раньше, любимый, — сказал он, криво улыбаясь, — Пройдет некоторое время, прежде чем я снова буду готов, — хныканье Фредди вызвало у Уильяма смешок, — Но это не значит, что мы не можем повеселиться с тобой, — сказал он, задирая юбку Фредди. Еще один страстный стон вырвался из горла Фредди при ощущении сухой мозолистой ладони, обхватившей его эрекцию. Уильям медленно погладил его, потирая большим пальцем разрез на верхней части, размазывая предэякулят по головке. — Радости юности, — сказал Уильям хриплым от вожделения голосом, — Как ты думаешь, сколько раз ты можешь кончить за ночь? Фредди застонал и потянулся, чтобы схватить Уильяма за плечи. — Я… я не… я не знаю, — прошептал он, не в состоянии связно мыслить, когда большая рука Уильяма сжимала его член. Уильям наклонился и запечатлел влажный поцелуй на челюсти Фредди. — Мммм, возможно, нам стоит как-нибудь проверить эту теорию, — сказал он, ухмыльнувшись над звуком, который издал Фредди, — Да, я думаю, тебе нравится эта идея. Он ускорил свои движения, пока Фредди не начал задыхаться в его шею, удовольствие огромной волной расцветало внизу живота, но потом рука замерла. Фредди выругался, когда его оргазм отступил, а его член дернулся в неподвижной руке Уильяма. — Уильям, — выдохнул он сквозь зубы. — Фредди, — ответил Уильям слегка дразнящим тоном, но рука снова продолжила свое движение. Грубые мозоли восхитительно царапнули чувствительную кожу его члена, и Фредди с облегчением подался вперед, — Терпение — это добродетель, любовь моя. — Это не то, чем я обладаю в данный момент, — парировал он, шипя, когда Уильям сжал его член. — Иногда предвкушение делает финал еще слаще, — сказал Уильям, снова двигая рукой, сначала медленно, но неуклонно ускоряясь. Мозоль на его указательном пальце потерлась о чувствительное место под головкой члена Фредди, и его бедра начали двигаться сами по себе, преследуя это ощущение. Он почувствовал, как его оргазм снова нарастает, ощущение сжалось в животе, и он заскулил в грудь Уильяма, — Все в порядке, любимый, — прошептал Уильям, пока его рука уверенно двигалась по члену Фредди, — Я больше не буду тебя дразнить. Отпусти себя. Последуй за мной. Эти слова, произнесенные рокочущим голосом Уильяма, сломали что-то внутри него, и Фредди сделал, как велел Уильям, кончая густыми струями в его руку. Уильям продолжал гладить его, остановившись только тогда, когда Фредди неуклюже толкнул его руку с чрезмерно чувствительным всхлипом. Уильям отпустил его, и поднес покрытую спермой руку к собственному рту и начал облизывать ее дочиста. Истощенный член Фредди болезненно дернулся от невероятно возбуждающего образа, он застонал, но заставил себя отвести взгляд. — Ты невозможен, — пробормотал он, откидываясь на сиденье кареты. — Мне доставляет удовольствие дразнить тебя, — сказал он, посмеиваясь. Когда Фредди удалось заставить себя открыть глаза, Уильям вытирал сперму Фредди своим уже испачканным носовым платком. Он ухмыльнулся, и наклонился к нему за ленивым поцелуем. Карета резко остановилась, и Фредди, широко раскрыв глаза, попытался привести себя в порядок, поправляя юбки и схватив шляпу и перчатки. Раздался стук в дверь, и Фредди отвернулся, завязывая шляпу, в то время как Уильям открыл дверь и тихо переговорил с водителем. К тому времени, как Фредди снова полностью оделся, дверь закрылась, и Уильям нахмурился. — Что случилось? Уильям потер морщинки, появившиеся у него между бровями. — Мост вышел из строя. Есть обходной путь, но это займет вдвое больше времени, и я думаю, что эти дороги ничуть не лучше, — Он вздохнул и виновато посмотрел на Фредди, — Джордж собирается отвезти нас обратно в ближайшую гостиницу. Нам придется остаться на ночь. Фредди теребил вырез своего платья, глядя на него сверху вниз. — Ну, никто не может винить молодоженов за то, что они провели свою первую брачную ночь вместе, не так ли?» Извиняющееся выражение лица Уильяма превратилось в голодную ухмылку. — Нет, я полагаю, что они не могут.