Фиолетовый

      Что такое верность? Это морально-этическое понятие, что характеризирует стойкость, уверенность и постоянность в своём выборе. Люди часто относят понятие верности как к неживым предметам или понятиям, так и к людям.       Чонгук верен Тэхёну в своих чувствах вот уже шесть лет. Или больше? Суть в другом, верен — и всё тут.       Чонгук просыпается до будильника. Долго смотрит в потолок и прокручивает в голове список дел на сегодня.       Позавтракав кофе с тостами, он покидает квартиру, дабы разогреть нисан и отправиться на работу. За ночь асфальт практически высох, остались только особо крупные лужи. Чонгук открывает окно и смотрит в небо, стоя на красном. Солнце светит ярко, он находит взглядом солнцезащитные очки, что висели возле видеорегистратора. Ветер задувает в салон при движении машины и Чонгук наслаждается этим и отсутствием освежителя в своём авто.       Заехав на подземную парковку, Чонгук осматривается в поисках свободного места и паркует авто. На пути в свой кабинет его встречает девушка-стажёр из отдела конструирования, тыча в лицо отчёт и пытаясь подобрать слова.       Чонгук одаривает её взглядом. Стажеров все недолюбливают, спихивая на них мелкую работу, вроде подай-принеси. В своём кабинете, что не был особо большим, он садится за письменный стол и внимательно перечитывает отчёт, подписывает и отправляет на стопку к таким же.       На обед к нему приезжает Юнги. Решают пообедать в кафетерии через дорогу. После обмена любезностями, Юнги делится новостями, рассказывая о новом контракте с американской фирмой и прочих мелочах.         — Как успехи с твоим проектом? Всё так же секретно? — спрашивает Мин, и, прищурившись, придвигается ближе к собеседнику напротив.         — Думаю, мне понадобится твоя помощь, — немного подумав, ответил Чон.         — О. Даже так… — губы парня вытянулись, затем он развернулся к окну, будто внимательно за чем-то следил. — И в чем же состоит моя помощь?         — Скажем, нужно поработать над программным обеспечением. А так как программист здесь ты, а не я, собственно, поэтому я и прошу у тебя помощи, — Чонгуку неловко просить у кого-либо помощи, но давайте начистоту: Юнги — тот человек, к которому Чон может подойти с любой просьбой. Потому, как Мин ему, как минимум — не откажет, как максимум — действительно поможет. — Ты как?         — Я, конечно, всеми руками «за», но ты же понимаешь что теперь всё тайное станет явным? — шутя, говорит Юнги.       — Я знал, на что иду.         — Тогда по рукам.       По пути в офис, Чонгук заходит в цех. Если говорить в общем, биоинженерия — штука сложная, но интересная. В цеху стоит новый, только что собранный МРТ аппарат. Выглядит внушающе.       Чонгук подходит ближе, осматривает машину в целом и переключает внимание на панель управления, что находилась рядом. Перед ним уже стоит парень среднего роста в очках и неуверенно поглядывает на Чона.         — Как успехи? — спрашивает Чонгук.         — Как видите, аппарат собран, остаётся только тестирование. Прошлая модель не прошла проверку по причине того, что не все функции были запущены удачно. К примеру, аппарат так и не смог отследить ток крови, поскольку уровень магнитного поля был ниже нормы. Сейчас мы удалили проблему и модернизировали согласно ваших записей, — парень продолжал распинаться о преимуществах этой модели над прошлой. Чонгук, если честно, перестал его слушать на фразе «преимущественно контраст оксидов железа». Он вспоминает этот проект и то, как подолгу засиживался у себя в кабинете, добираясь домой ближе к двум, дабы побыстрее закончить и сдать чертежи в срок. О том, как прошлые две модели провалили испытание.       В общем, он думал о многом касательно своей работы. Тысячу раз хотел всё бросить и уволиться, но каждый раз вспоминал об учёбе в университете, о безуспешных поисках работы, о том, как глотки рвать хотел чтобы добиться должности главы отдела. И добился.       Чонгук останавливает монолог инженера и просит предоставить расширенный отчёт после проведения первого испытания.       Вечером звонит Юнги. Чонгук в это время гуляет в парке возле дома. Парни договариваются о встрече непосредственно в квартире Чона. Юнги дает обещание быть через полчаса возле подъезда.       Чонгук вдыхает новую порцию воздуха. Голова идет кругом от запаха цветущих деревьев. Парень запрокидывает голову вверх и смотрит на небо, что успело приобрести фиолетовый оттенок. Солнце скрывается за горизонтом.       Юнги приезжает на семь минут раньше, Чонгук смотрит на экран своего смартфона и удовлетворённо хмыкает. Юнги дважды повторять не нужно, он первым подходит к двери в подъезд, по пути здороваясь с консьержем.         — Так что с тем проектом? — спрашивает Юнги, отпивая зелёный чай. Он удобно сидит на кухонном табурете, упершись локтями в край стола. С каждым новым фактом его поза из расслабленной, где он подпирал щёки ладошками, превращается в напряженную, где он сидит, сгорбившись и сцепив руки в замок перед собой.       Чонгук говорит неторопливо, часто делая паузы между предложениями, чтобы дать собеседнику время подумать о вышесказанном.       Юнги хмурит брови.       Юнги выпячивает нижнюю губу.       Юнги уже давно отодвинул чашку ближе к средине стола.       Юнги отводит взгляд в окно.       Юнги смаргивает, поднимается, начинает нарезать круги вокруг стола.        — Нет, я просто понять не могу: откуда такие идеи? Чем ты думал, начиная этот проект? Да что, в конце концов, творится в твоей голове?! — Юнги негодует.       Чонгук терпеливо ждёт окончания бури. Юнги ещё минуты три топчет ногами кафель, говорит с возмущением в голосе, делает недовольный вид.         — Хён, успокойся, — и этого достаточно, дабы успокоить бурю внутри старшего, что так и норовила затопить весь дом.       — Успокойся? Серьезно? Ох… — он садится обратно на табурет, ложа голову на собственные руки. Думает. Решает. В процессе немного дёргает средним и указательным пальцем на левой руке, морщит лоб. Глаза, хоть и сомкнуты наполовину, видят ясно и чётко.         — Ладно, я подумаю. Только с тебя полная картина со всевозможными рисками и недостатками, — сдаётся Юнги. Как и всегда. Чудненько.         — Окей, — Чонгук подавляет улыбку в кулаке. Его веселит поведение хёна.         — Сколько человек ты уже подключил к этому делу?         — Пока что только ты, я, и одна девушка из отдела. Несмотря на возраст, талантливый инженер. Далеко пойдет. И да, я ей доверяю.         — М-м, ладно. Стоп. Ты уже приписал меня к этому всему? Сучонок, — Юнги ухмыляется, потирая затылок рукой.         — Хён, в одиннадцати случаях из десяти ты принимаешь мои предложения, какими бы бредовыми они не были, — Чонгук скалится, смакуя победу в этом раунде.         — Ты уверен? — спрашивает серьёзно.       Чонгук замирает на долю секунды. Уверен ли он? Стоили ли эти полтора года того, чтобы сейчас отступить? Чертовски да.         — На все сто, — поднимается всем корпусом, и, упираясь руками в стол, говорит прямо, без лишних эмоций.         — Тогда я в деле, — говорит Юнги и разворачивается к окну, дабы не треснуть затрещину этой ухмыляющейся роже. — Не забудь подготовить документы и все отчёты за последних… Сколько ты там уже ковыряешься?         — Полтора года.         — Серьёзно… — скорее, для галочки, нежели из большого удивления, тянет Мин, — Ребёнок. — Юнги проводит ладонями по лицу. — Ладно, мне уже пора домой.         — Я проведу тебя.       Солнце уже опустилось за горизонт.       Машина Юнги скрывается за поворотом возле круглосуточного, что в двадцати метрах от дома. Чонгук вышел за угол дома, чтобы проводить взглядом машину друга.       Чонгук берёт с холодильника пиво, идёт к кассиру, чтобы оплатить товар. Зависает на полке с чипсами. Нет, не сегодня. Организм требует отдых и нормальное питание. Чонгук кидает к пиву ещё две упаковки чипсов с паприкой и ещё чем-то, чёрт, не посмотрел, как так. Упаковка приятно трещит под давлением пальцев, и Чонгук, кажется, немного повредил содержимое. Плевать.       Он завидует ночному работнику — его работа куда проще и не требует особых ресурсов.       Работа кассира — улыбаться людям и желать хорошего дня, а в промежутке между этим пробить товар и взять деньги.       Работа Чонгука — предотвращать возможные смерти, улучшать и упрощать работу медицинским работникам. Слишком много ответственности. Бесит, но увлекательно. Чонгук выходит из круглосуточного, поворачивая голову к окну многоэтажки, что через дорогу. На шестом этаже, в окне, видно лишь очертания силуэта и огонёк сигареты. Всё же солнце ещё не за горизонтом.