разбуди меня после выстрела

"Ты на голову больной,ты знал?" — с усмешкой спрашивает мужчина в черном костюме, Луис, телохранитель Господина Хван Хенджина, он с ним на протяжении последних трех лет. Парень напротив нервно перебирает бумаги, что-то подписывая. На краю огромного стола из красного дерева стоит бокал с дорогим виски. "Это единственный выход," — проносится в голове черноволосого мужчины. Что ж поделать, если в двадцать один ты уже занимаешься не самыми приятными делами — наказываешь нехороших людей, например. Да, Хвану двадцать один и в свои годы он уже оказывает огромное влияние не только на Южную Корею, но и на всю Азию . Мужчина, чье имя вселяет страх и ужас в преступников, чиновников и простых граждан, является главой самой крупной мафии Азии. В своем распоряжении он имеет два элитных клуба столицы, IT-компанию и владеет множеством акций других фирм. В семнадцать лет жизнь парня перевернулась с ног на голову. Кажется, тогда он действительно понял, что проебался. Семья парня была не самой благополучной, родной отец забрал сына у матери, особо не интересуясь ни мнением мальчика, ни жены, да и в дальнейшем, отпустив свое чадо в свободное плавание, забил на сына, бродившего с ночи до утра по району с не самыми благими намерениями и не в самом подобающем подростку состоянии. Предоставленный сам себе, Хёнджин смирился и понял: он один на поле боя, он будет сражаться за себя и своих. Спустя пять лет, фактически построив собственный мир своими руками, Хван и не заметил того, как его отец, уехав в Штаты, умер. Сын получил приглашение на похороны, но огромная занятость и нежелание в принципе прощаться с отцом оставили его в Корее. Он разыскал свою старушку-мать и обеспечил ей старость в достатке. Но в один момент все пошло по наклонной. В городе месяц назад объявился серийный убийца. И только одному Хёнджину было известно, что всеми шестью убитыми были его самые близкие друзья. Каждая встреча с каждым из них была последней. За этот месяц мужчина побывал на семи похоронах, одними из которых стали похороны его матери. Женщина умерла от старости, даже не успев попрощаться с сыном. Небо мрачнее прежнего. Дождь дерет душу, врезается в тело, словно миллионы кинжалов. — Все… — молчание, Хван поднял голову в небо. Он похоронил последнего "брата". Решение было принято. Обрубив все канаты, парень в безумии бросился выискивать ту сволочь, что рушила его жизнь. Он оградил себя самой колючей проволокой, чтобы никто не смел прикоснуться к нему, не увил его изнутри, не вывернул и не пострадал сам. Внутри все рассыпалось, словно карточный домик, и только алкоголь остался с Хёнджином, как самый лучший бессмертный друг. Стук в дверь продолжался некоторое время, когда внезапно все стихло. Чонин облегченно выдохнул, но не успел даже прийти в себя, как услышал, что стук возобновился. Мальчишка аккуратно ступал, прокрадываясь к двери, его дыхание сводило, он, замерев, посмотрел в глазок. Вздохнув от облегчения, Ян с осторожностью повернул замок, приоткрыл дверь и выглянул. На пороге стоял молодой паренек, словно солнце, ярко улыбаясь. Он протянул удивленному школьнику коробочку с черничным пирогом. Чонин косо посмотрел на это, затупив. — Приве-ет, я ваш новый сосед, переехал сегодня вечером. Будем знакомы! — на одном дыхании выпалил незнакомец и слегка поклонился. — З-здравствуйте…— похлопал глазами и смущенно улыбнулся Чонин. А он ведь думал это… — Могу я пройти? — чужой голос выбил ненужные мысли. Подросток пытался переосмыслить всё, что сейчас произошло, как обнаружил себя на кухне, заваривающего зеленый чай. Помявшись, Чонин решил, что невежливо будет, если он не спросит о предпочтениях своего гостя. — А т-ты, ой, то есть в-вы, какой чай пьете? — Ян старается, честно. — Зеленый, — послышалось в ответ. И где-то внутри у Яна стало так хорошо, словно разлилось теплым молоком с медом. Он улыбнулся, оголяя свои ровные белые зубки, и поставил чашки с чаем перед новоиспеченным соседом. — Извини, я, наверное, слишком поздно побеспокоил тебя, — гость заметил, что в комнате подростка горел свет, а стол был завален учебниками и тетрадями. Чонин перевел взгляд на кухонные часы и безмолвно ужаснулся: время было уже за полночь. Ну, не может же он выгнать только что зашедшего гостя — нехорошо как-то. Спустя тридцать минут приятной болтовни, хозяин квартиры узнал, что его нарушителя спокойствия зовут Сынмин и что тот на три года старше него, что парень работает репортёром-криминалистом. Спустя еще полчаса они переместились в комнату подростка, где Чонин рассказал о тяжелых буднях школьника, о том, что он живет один, что у него есть только отчим… "И вообще, почему я так распинаюсь перед ним?" — он поймал себя на этой мысли и оборвал последнее предложение. Поговорив еще на пороге квартиры Яна, парни попрощались. Чонин принял душ и уложил свое худое тело в кровать. Засыпал он с мыслью, что Сынмин на самом деле неплохой, что он может стать его хорошим приятелем. Они так похожи, словно соулмейты, от этих мыслей внизу живота что-то зашевелилось, приятно стягивая. Парень уснул. Снова та улица, этот безумный взгляд и дикая улыбка. Весь в холодном поту, Ян выдергивает себя из этого сна. Он чувствует на себе эти сумасшедшие глаза. Утро выдалось тяжелое, вся ночь была одним сплошным кошмаром. Каштановые волосы спутаны, Чонин вышел из квартиры, столкнувшись с управляющей по дому, она как раз выходила из квартиры нового соседа. Миловидная женщина закрыла дверь, повернув ключ в дверной скважине. Ян, словно в режиме слоумо, наблюдал за этим. Он вопросительно посмотрел на женщину. — Кажется, я вчера была слишком рассеянной, — проговорила она, — дверь закрыть забыла после уборки. Милая, виноватая улыбка осветила ее лицо. Лицо Ян Чонина в этот момент приняло более шокированный вид.