The Family You Choose

В пять лет Зуко впервые понимает, что с ним что-то не так. У большинства людей вокруг есть крутые, разноцветные метки. Обычно их прячут под одеждой, но бывает и так, что они появляются там, где их не спрячешь. У его слуги есть две необыкновенные, яркие метки на задней стороне предплечий. Та стражница носит целых три на левом плече. А у его матери только одна: она находится на задней части шеи и потому не слишком заметна. У Зуко же меток нет. Только странное, розоватое пятно на левой части живота. Кожа в этом месте обезображена морщинами и почти нечувствительна. — Мамочка? — зовет он, когда они играют с уткочерепахами в саду, около пруда. — Почему у меня нет меток? Урса делает глубокий вдох. Она украдкой осматривается, проверяя, не подслушивает ли кто их разговор. — Они были у тебя, милый. Такие метки. Но твой отец и Хозяин Огня решили, что они могут навредить тебе, и поэтому избавились от них, — тихо шепчет женщина. — Ой, — мальчик опускает взгляд вниз. Он уже знает, что они оба — и его отец, и дед — всегда правы, и он никогда не должен с ними спорить. Но от этого не менее обидно: ему нравятся яркие цвета. — Что они значат? — спрашивает Зуко. — Они обозначают, что у тебя есть соулсемья. Самые важные люди, из тех, что ты встретишь в жизни, — Урса наклоняется и шепчет уже в ухо. — Никому не говори, но я успела их посчитать. У тебя было пять меток. Я помогу тебе найти их когда-нибудь. Мальчик радостно хихикает. Ему нравится хранить их с мамой секреты.

***

Впервые он «встречает» одного из своих соулмейтов через пару недель. Мальчик забирается на дерево, хотя мама и говорила ему этого не делать, и, соскользнув с ветки, падает, больно ударяясь о землю. Малыш начинает плакать, и к нему тут же подбегает служанка. А потом случается очень странная вещь: Зуко чувствует руку. Она невидима, и когда он пытается дотронуться до нее, его собственная ладошка хватает только воздух. Но это определенно рука, холодная, как снег с горной вершины. Она нежно касается его щеки, и это так поражает мальчика, что он перестает плакать и садится ровнее. А рука не исчезает, осторожно стирая горячие слезы обиды с его пухлых щечек. — Из-за чего весь шум? — требует ответа Озай, заходя в сад. Служанка, только закончившая осматривать ребенка, вновь склоняется в глубоком поклоне. В этот момент призрачная рука, словно стараясь защитить, обнимает Зуко. Почти так же, как это делает мама. — Я упал, — бубнит он. — Он сломал что-нибудь? — с непроницаемым видом спрашивает его отец. — Нет, мой принц, — отвечает служанка. — Только набил несколько шишек. — Тогда прекрати ныть, — строго приказывает Озай. — И переоденься во что-то поприличнее. Сегодня вечером у нас ужин с твоим дедом. Зуко спешно подскакивает и подчиняется. Призрачная рука исчезает.

***

Когда он спрашивает об этом у матери, та улыбается. — Это был один из твоих соулмейтов, — говорит Урса. — Когда бы тебе ни понадобилась поддержка, они помогут и подставят надежное плечо. По крайней мере, пока ты не встретишь их лично и не укрепишь связь. Позже мальчик узнает, что укрепление связи обозначает особый ритуал: два соулмейта делают маленькие надрезы на ладонях и пожимают друг другу руки. Этим они закрепляют свою духовную связь через кровь. Многие проводят такой ритуал несколько раз. Почему же больше раза? Вскоре ему рассказывают, что это немного похоже на путешествие во времени. Когда ты создаешь с кем-то связь, ты можешь отправиться, как объяснила мама, в любой момент прошлого этого человека, когда ему требовалась поддержка. Однако, есть одно правило: в этих воспоминаниях ты не можешь касаться никого, кроме своего соулмейта. В целом, это как призраки, путешествующие во времени. Мальчик успевает прочитать о концепции душевных семей так много, как может, пока Озай не узнает и не накладывает запрет. — Соулмейты делают тебя уязвимым! — рычит тот. Зуко… не согласен. Они помогают ему чувствовать себя лучше.

***

Азула открывает в себе магию огня на год раньше брата. Конечно же, Зуко немного завидует. Но в то же время… — Смотри, Зуко! — восклицает она, и яркие, золотистые языки пламени вырываются из ее пухленьких ладошек. — Я могу им управлять! Глаза мальчика восхищенно расширяются, и на его лице расцветает счастливая улыбка: — Круто! — радуется он за сестру.

***

Он и правда не понимает, когда именно их с Азулой отношения пошли под откос. Зуко без обиняков признает, что он не лучший брат. Он бывает завистливым и злым, иногда выплескивает свой гнев на окружающих. Но кроме этого он нередко выступает в роли защитника или учителя и позволяет вести себя более молодым, если понимает, что они справятся с задачей лучше. Проблема, скорее всего, как обычно, заключается в Озае. Когда Азула начинает использовать магию, тот потакает ее желаниям, демонстрирует ее превосходство над братом, настраивая дочь против семьи и всего мира. Но это все же одно из первых и самых любимых воспоминаний Зуко: ее лицо, озаренное осознанием того, что теперь она станет настоящим магом, и ощущения самого мальчика, еще не раскрывшего свой дар, но уже всем сердцем поддерживающего свою сестру. Это заставляет его задуматься: если бы Озай был лучшим отцом или просто не находился рядом в период их детства, какими бы стали они с Азулой? (А потом он встречает Катару и Сокку и понимает. «Вот. Вот такими»)

***

С течением времени он все чаще встречается со своими соулмейтами и каждому из них дает свое прозвище. Первую, ту, у которой почти ледяные руки, мальчик называет Снежинкой. Она (Зуко и сам не знает, как понял, что это именно она) всегда рядом, когда он болен или нуждается в помощи, а ее холодные ладони сбивают температуру лучше любого мокрого полотенца. Снежинка не покидает мальчика и когда он страдает от душевных ран. Стоит Озаю жестко бросить «Азула родилась везучей, а тебе повезло, что ты родился», эта неизвестная девушка кладет руку на плечо Зуко, и тому кажется, что еще немного, и все его тело обратится в лед. Но это даже хорошо. Ощущение расползающейся по коже изморози отвлекает от жгучей боли в груди, разожженной словами отца. Еще есть Перышко, названный так за свои почти невесомые касания. Он приходит, когда мальчик хочет поиграть. Конечно, есть Мэй и Тай Ли. Девочки нравятся ему, особенно Мэй, но в первую очередь они подруги Азулы, об этом нельзя забывать. Со временем его сестра становится все более и более невыносимой, и потому прежние их развлечения постепенно уходят в прошлое. Но Перышко все еще рядом: он подталкивает мальчика к группе задорных музыкантов, указывает ему на миленького котенка или просто мелкую безделушку, которая может понравиться маме. Озая никогда нет рядом, когда Зуко удается правильно исполнить серию сложных ката или хорошо выполнить другое задание. Его нет, потому что мальчик не всегда может повторить успех своей сестры, а наследник, неспособный заткнуть за пояс девчонку, не представляет интереса для правителя. Зато Брат всегда рядом. В такие моменты он радостно треплет волосы Зуко, обхватывая сильной рукой его за плечи, или задиристо щелкает того по уху, когда парнишка делает глупости. Именно так, как сделал бы это настоящий старший брат. Забияка же, скорее, отвесит подбадривающий хлопок по плечу, чем просто протянет руку. Обычно она появляется, когда мальчик расстраивается или терпит поражение, что, к слову сказать, не редкость. Тогда он чувствует грубоватый толчок сзади или резкий рывок вперед, будто кто-то пытается заставить его встать, подталкивая вперед и швыряясь камнями. Именно это Зуко и делает: встает и доводит дело до конца, одерживая верх. И снова ощущает осторожный, но радостный толчок в плечо. Страж же появляется, если мальчику угрожает опасность. Впервые она показывается, когда шестилетний Зуко отдыхает со своей семьей на Угольном Острове. Он гоняется за крабами по пляжу, не замечая, что вода начинает отступать, и вдруг чувствует мягкий толчок в спину, вынуждающий его сдвинуться с места. Мальчик бежит изо всех сил, осознав, на что намекает его соулмейт, но все же не успевает. Высокая волна протаскивает его по дну и почти утягивает в море. После этого происшествия парнишка весь день откашливает солено-горькую морскую воду, но ему повезло: он не утонул. Едва ли Зуко может вспомнить хотя бы один день, когда он не встречал ни одного из этой задорной пятерки. Урса лишь вымученно улыбается, слыша это, и в сотый раз старается убедить его найти себе настоящих, живых друзей. Как будто это так просто для ребенка, который за свою жизнь почти не покидал пределы дворца.

***

Кузен Лу Тен гармонично сочетает в себе все те черты, которыми Зуко хотел бы обладать, когда вырастет. Он — храбрый и сильный солдат, он обязательно сокрушит всех магов земли! Когда-нибудь он даже станет Хозяином Огня. Они много тренируются вместе, и мальчик, радуясь возможности показать свои умения, демонстрирует техники огненной магии, над которыми так долго трудился. — Отлично! — с улыбкой замечает Лу Тен. — Но твоя позиция немного неправильная, — он осторожно поправляет стойку Зуко и чуть отходит. Позже мальчик понимает, что из спокойных и дружелюбных объяснений Лу Тена — и позже Айро — понимает все намного лучше и полнее, нежели чем из той агрессивной и жестокой манеры, которой обладали, казалось, все нанятые Озаем учителя. При малейшей неудаче ученика «награждали» неслабым ударом по ребрам. В лучшем случае. В худшем же — ожогом. Снежинка и Перышко всегда старались помочь в таких ситуациях, но едва ли они были способны сделать что-то с неуклонно возрастающим чувством бессилия и собственной ущербности, которое разрывает его после каждой такой тренировки. Ему только-только исполняется восемь, когда Лу Тен отбывает в Ба Синг Се вместе с Айро. Зуко обнимает его и желает удачи. «Будь осторожен!». Лу Тен ухмыляется, добродушно похлопывая его по голове: — Эй, не волнуйся обо мне, парень. Я позабочусь о том, чтобы отец отправил вам несколько сувениров! Зуко никогда больше не увидит своего кузена.

***

Примерно через год после отъезда Айро и Лу Тена Зуко заводит «опасную привычку», как называет это Урса. Парень зовет свое хобби веселой игрой. В действительности же оно называется «Прыгни с одной высокой фигни на другую и не разбейся». Зуко винит в этом изобретении совместные усилия Тай Ли, Перышка и Брата. Тай Ли постоянно показывает друзьям все новые и новые способы сломать себе шею, Перышко невольно обращает его внимание на то, как весело прыгать по крышам, убегая от многочисленных служанок, нанятых для присмотра за ним и его сестрой, а Брат поощряет такое безответственное поведение, нежно взлохмачивая его волосы и забрасывая свою руку ему на плечи. Как бы то ни было, нагоняи от матери он теперь получает с завидной регулярностью. А потом Азула решает присоединиться к его «занимательным экскурсиям» по крышам их летней резиденции на Угольном острове. В тот день Зуко на всю жизнь запоминает, что к ней никогда и ни при каких обстоятельствах нельзя поворачиваться спиной. Ни на секунду. Стражнику внизу не хватает времени даже предупредить парня, когда Азула сталкивает его с края крыши. Пока лекари разбирались с растяжением лодыжки у Зуко, Азула, идеально имитируя истерику и проливая пустые слезы, объясняла, что тот просто упал. Это был не первый раз, когда она так нагло врала. Но это был первый раз, когда все послушали ее, проигнорировав его собственные слова.

***

— Ты насквозь мокрый, — говорит Урса, когда ее сын проносится мимо, игнорируя хихиканье у фонтана. — Девчонки просто чокнутые! — кричит он. Брат понимающе похлопывает его по спине.

***

Лу Тен погиб. Айро прекращает осаду Ба Синг Се. Той ночью Зуко не может остановить свои слезы. Он засыпает лишь под утро, полностью вымотанный.

***

Все четверо членов их семьи преклоняют колени перед Хозяином Огня Азулоном. Азула демонстрирует свои не по годам развитые навыки, и Зуко, движимый легкой завистью, вызывается повторить ее успех, но терпит поражение. Как и ожидал его отец. Урса пытается успокоить его, но она не может избавить мальчика от внутреннего голоса, который твердит, не переставая: «Ты слишком слаб! Ты позор семьи!». В ярости Азулон прогоняет их из зала, но Озай остается. Зуко же поддается уговорам своей сестры, и вместе они прячутся за портьерой, подслушивая. Потеря наследника Айро обозначает, что следующим Хозяином Огня должен стать младший сын нынешнего правителя, предполагает Озай. Это только сильнее злит итак расстроенного смертью внука Азулона, и Зуко внутренне содрогается.

***

— Отец собирается убить тебя! — «обрадовала» брата Азула. — Он действительно собирается. Это жуткое предостережение продолжает звучать в ушах, даже когда мама оттаскивает девочку. Зуко старается прогнать его, повторяя снова и снова: «Азула всегда врет. Азула всегда врет», — но это мало помогает. Хоть его соулмейты и не могут по-настоящему защитить мальчика, но их объятия успокаивают его. Благодаря им Зуко все же удается уснуть той ночью.

***

Вспоминая об этом теперь, Зуко думает, что Азулон вряд ли ожидал, что его сын пойдет на это. Как бы ни было жестоко со стороны Хозяина Огня выжигать соулмарки с тела внука, этот факт не означал, что мужчина желает ему смерти. Весь этот разговор о том, что Озай «должен убить своего первенца», был нацелен лишь на то, чтобы последний понял: родитель, ребенок которого погиб или находится в опасности, испытывает ужасные муки, которые не должны усугубляться посягательством на его права. Зуко не кажется, что Озай ненавидит сына достаточно сильно, чтобы согласится на условия отца. По крайней мере, ему нравится так думать.

***

Урса исчезает бесследно. Все вокруг притворяются, что ее здесь никогда и не было, как бы Зуко ни умолял или ни расспрашивал слуг. Азулон умирает, и Озая коронуют как нового Хозяина Огня. Мальчик вдруг осознает, что роль его при дворе кардинально меняется: теперь он наследный принц и потомок главной ветви. Всю жизнь Зуко твердили, что его судьба не имеет никакого значения для государства. Не только Озай, вообще все люди во дворце знали, что после смерти их нынешнего правителя трон должен отойти к Айро по праву старшего сына, после к его сыну Лу Тену, а потом и к его потомкам. Парень никогда не думал, что будет иметь какое-либо отношение к этой вполне гармоничной картине. Но теперь, когда его кузен мертв, а дядя опозорен, Зуко становится одним из наиболее значимых людей народа огня. Но кое-что все-таки неизменно: Озай до сих пор смотрит на него с разочарованием и холодом. — Хммм, — тянет он задумчиво, наблюдая за тренировкой сына. Они находятся во дворе, наставники же наблюдают за происходящим из здания около дворца. — Пожалуй, начни мы войну с уткочерепахами, ты бы стал неплохим правителем. Но не более. Зуко вздрагивает: холодное касание Снежинки едва ли способно его успокоить. Почему он не может перестать проигрывать? Почему он не может стать лучше? — Хватит, брат. Они оба подскакивают от неожиданности и, обернувшись, замечают Айро, приближающегося ко двору. — Айро? — удивляется Озай. — Ты, наконец, появился. Все думали, что ты лишился рассудка. — Нет, всего лишь путешествовал, — отвечает мужчина с улыбкой, слегка склоняясь в поклоне перед братом. — Корона идет вам, Хозяин Огня. Спасибо, что убедили отца передать ее вам. На мне она бы не смотрелась и вполовину так хорошо. Взросление во дворце, среди заговорщиков и подхалимов, успело оставить на новоявленном принце неизгладимый след: уже в таком юном возрасте он может без труда разглядеть в реплике дяди не только комплимент, но и замаскированную издевку. — Почему ты здесь? — холодно спрашивает Озай. — Около года я путешествовал по всему миру. Хотел бы я уйти на пенсию, но, кажется, ваш военный консул все еще держит закрепленное за мной место за столом военных совещаний, — «вскрывает карты» Айро, не стирая с лица дружелюбной улыбки. — Думаю, нам потребуются твои советы, даже если ты уже настолько обленился, что не появляешься на полях сражений, — изучающе оглядывает его Хозяин Огня. Мужчина раскатисто смеется: — Скорее, настолько состарился, — он, наконец, поворачивается к племяннику, и его лицо освещается радостью. — А, принц Зуко. Ты так сильно вырос! Даже выше меня! И определенно стал симпатичным молодым человеком, дай-ка мне рассмотреть тебя! Мальчик подходит ближе и принимает объятия дяди. Он не совсем понимает, как именно должен реагировать. Айро никогда не был жесток к нему. Он не похож на Озая и Азулона. Но и в жизни Зуко он появлялся слишком редко, чтобы он мог понять, как относится к дяде. Большую часть своей жизни Айро провел в генеральской палатке на передовой, составляя планы атак и возглавляя войска. Дома же Великий Дракон Запада проводил время со своим сыном или был занят военными советами и пикировками с придворными. Но тогда он выглядел… Более элегантно? Более аккуратно? Этот, новый Айро, который, несмотря на гибель сына, продолжает тепло и легко улыбаться, который умеет быть оскорбительно вежливым и не боится повернуться к Озаю спиной, чтобы поприветствовать племянника… Он определенно необычен. — Я немного понаблюдал за тобой, — говорит Айро. — Ты уже многому научился! Но всегда нужно стремиться к новым вершинам, и вряд ли ты сможешь их достичь со своими наставниками. С этого момента твоими тренировками займусь я. Зуко недоуменно моргает. Он чувствует, как Снежинка осторожно касается его плеча: девушка не злится, а, скорее, подталкивает его к родственнику. Это… наверняка к лучшему? «Что ж, он ведь Великий Дракон Запада», — напоминает себе мальчик. Вдруг во двор стремительно вылетает верховный наставник. Видимо, растеряв по дороге всю свою храбрость, он с негодованием начинает бубнить, имитируя неистовый гнев оскорбленной души: — Это возмутительно! Все члены королевской семьи по давней традиции нашего народа проходят обучение под контролем Совета Наставников! — Однако это не правило и не закон, — спокойно возражает Айро. — Мой племянник заслуживает самого лучшего. — Наследник Хозяина Огня Озая получает лучшее образование с нашей помощью, — запальчиво выкрикивает другой наставник. Мужчина сардонически выгибает бровь: — Действительно? Должен ли я сейчас на ринге показать вам, кто здесь мастер магии огня, или вы и так это понимаете? — предельно невозмутимо осведомляется он. Снежинка немного сдвигается: теперь она опирается на Зуко, располагая локоть на его плече. Девушка явно наслаждается зрелищем. Как, собственно, и сам принц. К их огромному сожалению, верховный наставник, будучи достаточно умным, чтобы понять, что в борьбе с Айро ему не победить, сдается и передает генералу право тренировать мальчика.

***

На первых нескольких тренировках Зуко старается быть предельно осторожным. Совершая ошибку или даже малейшую оплошность, он ожидает нового ожога, сильного тычка или, по крайней мере, гневного крика. Ведь этого и заслуживают дерьмовые ученики, верно? Но все его ожидания оказываются ложными. Айро ни разу не позволяет себе поднять на него руку или повысить голос. Самой серьезной санкцией с его стороны стало строгое замечание, когда мальчик делал что-то опасное или не понимал основ нового приема. Это было… приятно. Под руководством дяди обучение Зуко проходило плодотворнее и быстрее. И это касалось не только занятий магией. — Почему ты решил научить меня другим боевым стилям? Чему-то кроме магии? — недоверчиво спрашивает мальчик. — Я не понимаю. — Какое твое любимое блюдо, принц Зуко? — отвечает вопросом на вопрос Айро. — Я, как твой дядя, должен бы знать об этом, но с прискорбием сознаюсь, что не знаю. — Острая лапша с креветками, — непонимающе отвечает тот. — Как думаешь, что случится, если ты будешь есть острую лапшу с креветками каждый день? — Эм… Я устану от нее? — Верно, ты устанешь, — подтверждает Айро. — Тело человека, как и его разум, не приспособлено к однотипной работе. Поэтому необходимо расширять свои горизонты и заниматься различными искусствами. Навыки в одной области могут оказаться удивительно полезными и в другой. — Что ж… Мне всегда нравилось холодное оружие. Мечи или что-то такое, — все еще колеблется Зуко. — Тогда я знаю одно местечко, — добродушно улыбается дядя.

***

Зуко начинает тренироваться с парными палашами под наставничеством мастера Пиандао. Озай это явно не одобряет, а Азула издевается над ним при каждом удобном случае, но мальчик давно к этому привык. А владение мечом становится той самой вещью, в которой он, наконец, превосходит сестру. И, кроме того, совершенствовать свои умения ему помогает Брат.

***

Когда Зуко исполняется тринадцать, он, впервые появившись на военном собрании, честно высказывает свое мнение. Все звучит так, будто он лжет, пытаясь подмазаться к генералитету, но мальчик действительно готов подписаться под каждым своим словом. Он хочет стать хорошим Хозяином Огня и потому должен разбираться в подобных вещах. Что станет со страной, если завтра Озай скончается от сердечного приступа? Именно поэтому парень пришел на собрание, пообещав не говорить ни слова. Всего-то. Это было проще простого. Но не для Зуко. Ему не требовалось и подсказки от соулмейтов — он был настолько зол, что не понял, кто именно подтолкнул его — чтобы возразить генералам. Как они посмели?! Как могли они, лучшие из лучших представителей народа огня, звать себя людьми чести, если так бесстыдно жертвовали жизнями людей, как пушечным мясом? Это мнение не снискало популярности на совете. Озай рычит, устраивая сыну трепку за настолько наглое проявление неуважения. Этим принц обесчещивает не только себя, но и свой род. Единственный способ смыть этот позор — огненная дуэль Агни Кай. — Хозяин Огня, — умоляет Айро срывающимся голосом. — Он еще совсем ребенок. — Он наследный принц. Его даже не должно было быть там. Дуэль состоится завтра. Зуко, стараясь казаться равнодушным к происходящему, заверяет генерала, что не испытывает и капли страха.

***

Принц уверен в своих силах, хоть и понимает, что шанс потерпеть поражение достаточно высок. Он не позволит этому лицемерному ублюдку отдать приказ, который отправит на верную смерть тысячи людей. Поэтому принц заходит в пределы ринга и, согласно традициям Агни Кай, становится на колени к противнику спиной. Забияка легко хлопает его по плечу, желая удачи и заставляя слегка улыбнуться. Зуко делает глубокий выдох и поднимается, оборачиваясь. Его соперником оказывается не генерал.

***

Прямо перед тем, как выпущенный Озаем столп пламени опаляет лицо принца, парень чувствует призрачные касания своих соулмейтов. Страж тянет его назад, будто пытаясь оттолкнуть с линии атаки. Забияка же подталкивает вперед, стараясь помочь ему найти в себе смелость противостоять отцу в поединке. Брат, Снежинка и Перышко уже поняли безнадежность этой идеи: они втроем защищают лицо мальчика от обжигающего пламени. Все бесполезно. Их попытки не приносят результата, и Зуко застывает на месте, словно обращаясь в камень. Но он ценит их старания.

***

За то время, что парень лежит в лазарете, его любимицей среди соулмейтов становится Снежинка. Ее касания похожи на холод настоящего льда, который хотя бы немного помогает облегчить боль. Зуко обещает себе, что подарит ей коробку конфет и букет цветов (они ведь нравятся девчонкам, да?), когда встретит ее лично. Но он не может оставаться здесь надолго. У него есть три дня, чтобы найти корабль с командой и покинуть Страну Огня. И, судя по всему, поиски будут долгими: вряд ли кто-то захочет добровольно иметь дело с изуродованным и изгнанным из собственных земель принцем. К его счастью, Айро не может бросить племянника на произвол судьбы.

***

Два с половиной года. Два с половиной года он скитается по всему миру в поисках одного человека: обыскивает храмы воздушных кочевников, ищет на обоих полюсах и преследует его в Царстве Земли. Он тренируется упорнее, чем когда-либо, не забывая и о парных палашах. Но чаще всего он срывает свой гнев на окружающих: на своем дяде, на команде или просто на местных жителях. Изгнанный принц, подстрекаемый неугасающим желанием вернуться домой, полностью концентрируется на своей цели: найти аватара и вернуть себе честь, утерянную после поражения в Агни Кай. И, несмотря на весьма грубое обращение с его стороны, Айро не покидает племянника. Как и его соулсемья. Перышко всегда старается подбодрить Зуко, хотя бы чуть-чуть. Он беспрерывно щелкает парня по носу, пока тот не поворачивает голову, замечая в окне падающий снег, который поначалу так поразил юношу. Он привлекает внимание принца к тигровым тюленям, не побоявшимся последовать за кораблем. Он останавливает Зуко перед прилавками магазинов, торгующих разными милыми безделушками. Это работает редко, но даже в худшие свои дни в такие моменты принц чувствует, как нетерпение и тревога, сковавшие грудь, немного отступают. Снежинка оказывается рядом, когда он ранен или испытывает боль. Это случается все реже и реже по мере того, как парень учится защищать себя и игнорировать насмешки окружающих. Но когда пропущенный удар или жестокое словцо все же попадает в цель, ее холодное касание успокаивает Зуко лучше любых уговоров. Помощь Брата абсолютно неоценима, когда дело доходит до стратегии. Изредка принц чувствует, как он подталкивает или тянет его руку к какой-нибудь карте, находящейся в таком месте, что Зуко ни за что бы не догадался ей воспользоваться. Там, куда указывал его соулмейт, не находилось новостей об аватаре, но зато там были вместительные порты для кораблей, лавочки, в которых продавалось все необходимое по весьма приемлемым ценам, и достаточно теплое отношение к принцам народа огня. Полномочия Забияки постепенно расширяются: сначала ее тычки только поднимали его с кровати по утрам (теперь он вынужден справляться с этим самостоятельно, у него нет слуг), но через некоторое время Забияка начала прописывать ему призрачные затрещины, когда парень вел себя, как идиот. А если точнее, то каждый раз, когда он начинал кричать и ругаться на Айро, свою команду или кого-то еще, кто этого явно не заслужил. (Она, конечно, права, но он никогда этого не признает). Страж всегда прикрывает тылы. Вне зависимости от того, в чем заключается угрожающая ему опасность или с кем он сражается, она сделает все, что в ее силах, чтобы предупредить его. От головорезов на улицах, которые намерены неплохо на нем нажиться, до мятежных членов экипажа, считающих, что в их ситуации самый легкий способ вернуться домой заключается в убийстве неугодного власти капитана, до солдат Царства Земли, сидящих в засаде. Чаще всего он и сам замечает угрозу, но сам факт, что у него есть кто-то, готовый в любой момент предупредить об опасности, вселяет уверенность и гарантирует, что завтра утром он проснется без лезвия у горла. Зуко думает, что все они находятся в Стране Огня. Соулмейты, принадлежащие к разным национальностям, — это редкость. Именно поэтому ему нужно поймать аватара как можно скорее, чтобы найти их. (Позже он поймет, что соулмейты, принадлежащие к разным национальностям редки, потому что люди разных национальностей банально не могут встретиться друг с другом. И это нужно изменить).

***

Однажды, размышляя над картами, Зуко чувствует руку Брата поверх своей. Парень закрывает глаза и позволяет своему соулмейту выбрать следующую точку в этом бесконечном путешествии. Когда ощущение холода на коже кисти пропадает, принц открывает глаза. И удивленно поднимает бровь. Его палец указывает не на порт и не на город. Он указывает на Южный Полюс. Именно тогда все кардинально меняется.

***

Когда аватар сбегает, оставляя их с носом, часть команды желает вернуться в поселение племени воды и сжечь его до основания. — Он знал, каковы были условия договора! — спорит лейтенант Джи. — Или он идет с нами, или вся деревенька сгорает. И он должен выплатить должок! Айро ничего не говорит. Лишь наблюдает за племянником, позволяя тому самостоятельно принять решение. И Зуко берет минуту на размышления, что для него довольно необычно. Он знает несколько людей — Джао, Азулу, своего отца — тех, кто не стал бы колебаться. Они бы не оставили от небольшого поселения ничего, кроме костей и праха. Однако на другой чаше весов были две вещи, которые удерживали его от принятия решения. Первая из них — чисто практическая. Корабль сильно поврежден, а им нужно гнаться за аватаром, который уже давно улетел из деревни. Они не могут рисковать потерять его след просто чтобы утолить свою злобу. А во-вторых… — В той деревне нет воинов, — говорит Зуко, вспоминая о том глупом парне, которого и воином-то назвать сложно.– Нет солдат. Только старики, матери и дети младше меня раза в два. Сделает ли нам честь кровавая резня, начатая из-за того, что мальчишка нарушил обещание? — Он не сдержал слово! — бормочет лейтенант Джи. — Его бесчестие не искупит твое, — парирует Зуко и уходит в свою каюту. — Мы следуем за летающим бизоном. Я все сказал. Краем глаза он замечает счастливую улыбку Айро и чувствует ободряющий тычок в плечо от своего соулмейта– этот отличается от тычка, обозначающего «ты повел себя как идиот». Но действительно шокировало его то, что произошло в его каюте, пока он был один. Один шаг — и парень буквально влетает в стену своих соулмейтов. Поначалу он даже немного путается. В голове у него ни единой идеи: что вообще происходит? Сколько его соулмейтов здесь прямо сейчас? Но через пару мгновений юноша понимает. Это Снежинка — он везде узнает это освежающе прохладное ощущение на коже — и, учитывая шероховатости в касаниях, похожие на мозоли, Брат. И они оба обнимают Зуко. Он не понимает, за что. Может быть, потому что он впервые повел себя как настоящий лидер. Или просто за то, что он выжил. Или это предвещает плохие новости для него лично. К черту. Парень просто закрывает глаза и позволяет себе насладиться дружескими объятиями.

***

Следующие несколько дней знаменуются мощнейшим вихрем событий, который переворачивает жизнь Зуко с ног на голову по нескольку раз на дню. Но тот все же понимает кое-что. Каждый раз, вступая в схватку с аватаром, парень делает это из-за чувства долга. Ведь это ради его народа, ради его чести и ради его соулмейтов. Но во время битвы с командой аватара он чувствует себя… до странного правильно. И когда Аанг после освобождения из форта Джао и истории о «Синей маске» спрашивает, могут ли они стать друзьями, какая-то небольшая часть Зуко искренне хочет ответить «Да». Это пугает его до чертиков. К сожалению, к этому моменту он уже приноровился преобразовывать свой страх в ярость и разрушение. Позже, когда все они сражаются с Азулой в опустевшем городе и огненный поток попадает прямо Айро в грудь, Зуко вновь хочет согласиться. Маг воды сможет помочь. Даже учитывая свою вражду с командой аватара, принц понимает, что им можно верить, они окажут необходимую помощь. Вместо этого парень вновь отпугивает их огненной волной.

***

Они с дядей прибывают в Ба Синг Се, и отчетливее всего Зуко чувствует, что запутывается все сильнее. Айро говорит ему, что он может сам выбирать свою судьбу и принести, наконец, этому миру хоть какую-то пользу. Азула говорит ему, что он может помочь ей уничтожить Царство Земли и вернуть все то, ради чего он так долго трудился: его честь, любовь его отца, его соулмейтов. И, что весьма странно, последние… не дают ему никаких подсказок. Они прошли этот путь вместе с ним. Каждое сражение, каждое ранение, каждое препятствие, и по крайней мере один из них всегда оказывался рядом, оповещая об опасности, успокаивая раны или помогая каким-то другим образом. Но в катакомбах Ба Синг Се они устрашающе безмолвны. Парень выбирает Азулу, и жизнь аватара почти обрывается. (Позже Зуко вспомнит, что соулмейты появляются только тогда, когда Судьба решает, что он в них нуждается. Но иногда каждый должен принимать решения самостоятельно). Этой ночью его спина будто горит — настолько сильной кажется боль. Парень списывает это на мышечный спазм или незначительную травму, полученную в бою. Позже он узнает, что именно так чувствует себя тот, чей соулмейт находится одной ногой в могиле.

***

Его честь восстановлена. Его девушка с ним. У него есть любовь отца и даже одобрение сестры. Так почему же он не счастлив? Соулмейты появляются время от времени, но теперь все по-другому. Они почти не могут ничего сделать, словно их силы пропали. Зуко пытается поговорить об этом с дядей, но тот молчит, отказываясь отвечать, и все также смотрит бессмысленным взглядом на тюремную решетку. Он уже собирался рассказать об этом Мэй, но вспоминает, что у нее нет соулсемьи, она не сможет понять. Зуко знает, что аватар жив. Одна из лучших заклинателей воды в мире носила с собой флакон с водой из священного источника и, скорее всего, имела духовную связь или встречалась с ним. Так что да, Аанг не умер. Сильно ранен и теперь восстанавливается — да, мертв — нет. И, спасибо Азуле, если это каким-либо образом всплывет на поверхность, вся вина падет на Зуко. Все, к чему он так долго шел, в мгновение ока обратится в прах и исчезнет. Поэтому принц делает единственное, на что он способен в подобной ситуации — он нанимает ассасина. Это решение оставляет неприятный привкус на губах и необыкновенно тяжелый удар по плечу от Забияки.

***

Когда Айро сообщает ему о кровной связи с Року, Зуко запоминает это, но просто игнорирует, как и многие другие вещи до этого: судьбу аватара и его друзей, тот факт, что информация, предоставляемая национальной пропагандой, оказалась, откровенно говоря, бредом сивой кобылы, разрастающееся и вскипающее в животе море вины, гнева и ненависти к себе. Его тактика, по большей части, работает. До военного собрания.

***

— Хозяин Огня Созин, используя силу кометы, уничтожил всех воздушных кочевников, — говорит Озай. — А я воспользуюсь ею, чтобы уничтожить Царство Земли. И тогда стану править миром! Генералы радуются. Азула ухмыляется. Зуко хочет рвать и метать. Его соулмейты позади, за спиной. Некоторые подталкивают его вперед, предлагая высказаться. Он не поддается. Он просто изучает огромный портрет Озая на стене, поддерживая под руку Мэй, и понимает две вещи. Во-первых, его отец — монстр. А во-вторых, он пожертвовал ради этого монстра всем, что у него было: своей личностью, своим дядей, своей честью.

***

Помочь аватару во время вторжения казалось наиболее простым способом покончить с этой ярмаркой тщеславия. Вот только он опоздал. Слишком много сил и времени уже было вложено в его организацию. И если Зуко попытается вмешаться сейчас, его могут заподозрить в шпионаже. Нет, он должен дать затмению пройти, как планировалось, и просто продолжать надеяться, что аватар в очередной раз вырвется из острых, словно бритва, зубов смерти. Поэтому в день затмения Зуко все утро готовится к своему побегу. Он пишет Мэй письмо, в котором оповещает о разрыве их отношений, отказывается от своего оружия и короны. Единственное, что парень забирает — это его палаши и небольшой запас провизии. Когда на яркий солнечный диск находит тень, юноша направляется к бункеру. И вот Зуко уже стоит перед тяжелой дверью, отделяющей его от отца, ожидая официального начала затмения. Снежинка настолько крепко сжимает его левую руку, стараясь поддержать, что та немного покрывается инеем. Перышко держит его правую ладонь, успокаивающе постукивая по ней пальцами. Забияка же сдавливает предплечье, рука Брата мягко касается плеча парня, а Стража — его спины. «Теперь я готов встретиться с ним лицом к лицу», — говорит мятежный принц, входя в двери.

***

Выходя из бункера, Зуко чувствует, будто с души падает тяжеленный камень. Озай называет его трусом, но парень и не ждал радушного приема. А потом… — Ты разве не хочешь узнать, что случилось с твоей матерью? Парень останавливается. Страж, Забияка и Перышко все вместе стараются вытолкнуть его из залы. Он и сам знает, что именно делает Озай. Но все равно оборачивается: — Что произошло той ночью?

***

Его мать жива. Айро вырвался из тюрьмы. Аватар и его товарищи направляются к Западному Храму Воздуха. Зуко выкрадывает военный шар и устремляется за ними.

***

На самом деле то, что Зуко намного проще было послать нахер своего абьюзивного отца, чем убедить команду аватара в том, что это не очередная его попытка убить их, многое говорит о ситуации в целом. И все, как обычно, идет не по плану. Эхх… Все было бы намного проще, будь Айро рядом.

***

Самый темный час — перед рассветом. Поэтому путь Зуко к прощению начинается с того, что он случайно обжигает ступни единственному человеку, который был готов ему поверить. И, рыча в небо от разочарования, чувствует утешающее похлопывание по плечу от Забияки.

***

Следующим утром Зуко и правда раздумывает над тем, чтобы бросить эту идею. Ведь именно этого от него и ждут: в последнее время парень приносит больше вреда, чем пользы. Может быть, это будет правильным решением. Однако он не сможет. Потому что это он должен разбираться с тем дерьмом, которое развел его народ. И Зуко решает просто оставаться рядом, но сохранять дистанцию, пока аватар и его товарищи не поймут, что он не является угрозой. Хотя его соулмейты, кажется, думают по-другому. Забияка первой подталкивает его. Потом к ней присоединяются Брат, Снежинка и, в конце концов, Перышко. Все они тянут его за руки или толкают в спину, заставляя встать на ноги. — Что? — срывается парень. Давление усиливается. — Ладно! Я поднимаюсь! Поднимаюсь! — он раздраженно вскакивает. — Ну сейчас-то что, засранцы? Они продолжают толкать парня вперед. Зуко тяжело вздыхает, но закрывает глаза и идет туда, куда тянут его соулмейты. Ему так удобнее. Более осторожный человек хоть чуть-чуть прищурился бы, чтобы не запнуться ненароком о корень или булыжник, но он доверяет своей соулсемье больше, чем кому бы то ни было еще. Юноша вдруг понимает, куда его ведут, и распахивает глаза. — Серьезно? Снова сюда? — спрашивает он, сверху вниз оглядывая храм. — Ладно, но только потому что в прошлый раз все прошло относительно гладко… Однако случайно замечает отблеск металла. Лысую голову. И очень знакомые татуировки. Зуко срывается с места.

***

Он усвоил урок: если хочешь, чтобы группа людей изменила свою позицию с «мы хотим убить тебя» на «мы будем мириться с твоим присутствием, пока ты не дашь нам весомой причины убить тебя», тебе нужно спасти их от безбашенного ассасина, которого ты сам и нанял, и эффектно спрыгнуть со скалы. К черту. Зуко никогда не надеялся на удачу и достигал всего только своими силами. Он примет их чрезмерно опасливое отношение, полночные угрозы и не слишком-то радушный прием с улыбкой на губах. Даже это можно считать значительным прогрессом. Ухх… Если бы только он снова мог использовать магию огня.

***

Короткое путешествие к Воинам Солнца в компании Аанга заставляет его отчетливо осознать, насколько юн на самом деле его бывший противник. Преследуя мальца по всему свету, Зуко не брал в расчет, что в действительности ему едва ли исполнилось тринадцать. Он рассматривал аватара как свою жертву: опасного мага, который становится все сильнее и сильнее с каждым днем. Сейчас же, как бы это сказать… протусовавшись с Аангом весь день, Зуко начинает понимать, что его новый товарищ — просто слишком оптимистичный, необычайно мудрый и до смерти напуганный ребенок. Аватар, как ни странно, довольно опасливо относится к магии огня, настороженно относится к потенциальным ловушкам и, что особенно удивило нового члена команды, боится Озая намного сильнее, чем Зуко в его возрасте. И за ближайшие два месяца он должен спасти весь мир. С другой стороны, когда Аангу впервые удается укротить огонь, никого не ранив, на его лице отражаются чистое удовольствие и любознательность. Зуко никогда не сможет забыть это восхищенное выражение. После этого дня парень обещает себе, что защитит аватара, своего нового друга, даже ценой собственной жизни.

***

«Защищать Аанга» в переводе с языка мятежных принцев на человеческий обозначает «Методично прожаривать Аанга на бесконечных тренировках». Тоф, по крайней мере, с этим полностью согласна. Дни текут один за другим, и Зуко замечает, что постепенно вливается в повседневную жизнь обитателей Западного Храма Воздуха. Он занимается «домашними хлопотами» вместе с Тео, Хару и Дьюком. Тренирует Аанга. Даже осмеливается спросить у Сокки, почему Катара и Аанг не встречаются, ведь он считал их настоящей парочкой с первой встречи с командой, и тот в ответ восклицает: «Именно! Если мне придется наблюдать за их переглядками и после войны, то однажды я не выдержу и запру их в шкафу!» Он возит Тоф на спине, пока ожоги на ее ногах не заживают, и даже после этого не забывает об их маленькой традиции, потому что та явно наслаждается этим. А Катара уже через неделю — пусть и слегка неохотно — принимает приготовленный им чай. С тех пор он ужинает вместе с командой, а не в одиночестве собственной комнаты. Хотя спит все еще отдельно. Частично из-за того, что все еще остается своего рода аутсайдером, хоть Аанг и Тоф уже приняли его. Рядом с ним другие члены команды чувствуют себя неловко и немного напряженно, словно опасаясь атаки с его стороны. Что, на самом деле, довольно нелепо, ведь даже когда они враждовали, Зуко никогда не прибегал к настолько коварным и хитрым уловкам. Другой причиной были кошмары. Они нередко посещали его, пока он находился в изгнании, но после событий в Северном Племени Воды вдруг отступили. Но вот кошмары вернулись. Иногда они — лишь воспоминания пережитых страхов: Озай, опаляющий его лицо во время Агни Кай, тихий, пронзительный плач матери, молящий о помощи, но затерянный так далеко, что отыскать его уже невозможно, или же он сам, тонущий и задыхающийся во тьме под аккомпанемент зловещего смеха Азулы. Но все чаще и чаще он видит новые кошмары. Озай, безжалостно сжигающий заживо сначала Аанга, а затем и его друзей. Дядя Айро, раненый или даже при смерти, который обвиняет в этом своего племянника, с ледяным торжеством прожигая того взглядом. Весь мир, сгорающий в яростном пламени кометы Созина. Обычно Зуко успевает сдержать свой крик, просыпаясь в холодном поту, но иногда у него не выходит. После этого легче всего сделать вид, будто ничего не произошло, и отложить неловкий разговор в долгий ящик. А потом еще раз. И еще. Но он все же предпочитает ужинать с командой. Во время одного из таких ужинов и всплывает тема соулсемей. Соулмейты Зуко уже давненько не проявляли признаков жизни. С того самого момента, как привели его к лысому безбашенному ассасину. Он немного волнуется из-за этого: он не может вспомнить, когда в последний раз они отсутствовали так долго. Но в то же время, ему не требуется их помощь прямо сейчас. Ему есть чем заняться с Аангом и остальными ребятами из команды, и, кажется, впервые за всю свою жизнь Зуко чувствует, что то, что он делает — правильно. К тому же, парню не хотелось бы показывать своим соулмейтам, какой ужасной задницей он был на самом деле, пока ему не удастся это исправить. Сокка останавливается на середине шутки, вдруг останавливаясь и переводя взгляд на свою ладонь. Зуко слегка хмурится: «Сокка?» Тот, не отвечая на вопрос, снимает перчатку и начинает распутывать тугой бинт на руке. — Я ничего не чувствую, — замечает Тоф. — Я тоже, — добавляет Аанг. Катара тепло улыбается брату, который все так же игнорирует остальных товарищей: — Скорее всего, это просто судорога из-за перенапряжения во время тренировки. — Я знаю, знаю, но… — перчатка Сокки падает на землю, демонстрируя полоску из меток, начинающуюся у основания большого пальца и кончающуюся у сгиба локтя на внутренней стороне. Так как Зуко сидит прямо рядом с парнем, он с легкостью может разглядеть каждую из меток, но отворачивается. Это слишком личное. Сокка облегченно выдыхает, осмотрев одну из меток. Под удивленными взглядами других членов команды Катара поясняет: — Один из наших соулмейтов пропал. — «Наших»? — переспрашивает Зуко. — Легкие Ноги, Принцесса, этот идиот и я — соулмейты, — объясняет Тоф, игнорируя Сокку, недовольного данным прозвищем. — Еще есть Суюки, та, что пропала, а шестого из нашей компании мы еще не встречали. Зуко задумчиво хмыкает в свою тарелку с лапшой. Учитывая, как сильно все они сблизились, он совершенно не удивлен, что эти четверо являются соулмейтами (плюс еще двое, кстати говоря). Ну разве что его удивляет связь Катары и Сокки: братья и сестры редко становятся соулмейтами просто потому что уже слишком близки, чтобы Судьбе приходилось вмешиваться в их дела. — А у меня три метки, — говорит Дьюк, закатывая рукав, чтобы продемонстрировать их. Он указывает на ту, что напоминает собаку. — Это Пипсквик. А кто двое других, я не знаю. — У меня четыре, но все они на ногах, — высказывается Тео, опуская взгляд на свои перебинтованные конечности. — А у меня нет, — пожимает плечами Хару. Все оборачиваются на Зуко. Может быть, это лишь игра его воображения, но ему кажется, что Сокка, Аанг и Тоф нетерпеливо задерживают дыхание. — Пять, — бросает он, надеясь, что на этом расспросы закончатся. Аанг заинтересованно наклоняется вперед: — Можешь показать их? — Нет. — Почему нет? — недоумевает Катара. Парень вздыхает и поднимает рубашку, оголяя старый шрам: — Потому что мой дед выжег их, когда я родился. Все присутствующие немного бледнеют, некоторые даже выглядят ошарашенными. Зуко старается скрыть свою неловкость. Он никогда не чувствовал себя таким незащищенным, даже когда стоял полуголым на корабле, полном людей. — Мой вопрос может показаться странным, — неуверенно начинает Сокка. — Но почему? — Ни у него, ни у отца, ни у Азулы не было соулмейтов, — объясняет парень, опуская, наконец, рубашку. — Он считал, что связи между соулмейтами делают людей слабыми, и потому лучшим решением было просто избегать их, выжигая любые напоминания о них. — Так значит, ты даже не знаешь, как выглядят твои метки. Зуко качает головой: — Как только это случилось, мама зарисовала их в надежде показать этот рисунок мне, когда я вырасту, и помочь найти моих соулмейтов. Но отец увидел его и уничтожил. — Тогда, возможно, ты уже встречал этих людей, но не понял этого? — уточняет Сокка. — Надеюсь, этого не произошло, — вздрагивает Зуко. — Почему? — спрашивает Тоф. — Черт, я не знаю. Может быть, потому что бóльшую часть своей жизни я вел себя, как самый отъявленный говнюк, и я действительно не хочу, чтобы мои соулмейты считали меня таким? — он переводит взгляд на Катару. – Будь у нас на пару минут больше тогда, в катакомбах, я бы попросил тебя излечить этот шрам, а не тот, что на лице. — Что ж, значит, мы оказали твоим соулмейтам неоценимую услугу, — язвительно отвечает девушка. — Подлый прием даже для тебя, Снежная Королева, — присвистывает Тоф. — Ой, да перестаньте! Как вы можете утверждать, что он… — Он не лжет, — обрывает подругу та. — Я чувствовал их, — говорит Зуко. — Всех пятерых. Так что в каком-то смысле я их все-таки встретил. Я просто не встречал их вживую. — Постой! — вдруг вскакивает Сокка. — У меня появилась теория. Смотри, Зуко. У самого основания большого пальца Сокки красовалась метка в виде золотистого веера. Чуть ниже находился синий символ Южного Племени Воды, повторявший дизайн ожерелья Катары, за ним шли голубая стрела, похожая на татуировку Аанга, очертания невидящего глаза, прямо как у Тоф, и ярко-золотистые языки пламени, складывавшиеся в символ народа огня. — Моя метка выглядит как бумеранг. У остальных она есть, — говорит Сокка, обводя присутствующих широким жестом руки. — А вот эта вот, — он указывает на последнюю метку, — до жути напоминает эмблему народа огня, не так ли? — Да, она похожа, но цвет немного другой, — отмечает Зуко. — То, что она золотистая, имеет какое-то значение? — Это цвет короны. Но кроме этого золотистый может обозначать, что ваш шестой является ювелиром. Или вором, специализирующимся на золоте. Или что-нибудь еще, — пожимает плечами парень. — Хм, есть еще кое-что, — говорит Сокка. — Мы знаем что этот чувак — маг огня. Жар, которым пышет его дух, будто исходит от настоящего пламени. Достаточно удобно, если живешь на Южном Полюсе. — Прекрати, — предупреждает Зуко, недобро прищуриваясь. — Я просто говорю: все сходится. Все наши соулмейты стремятся к завершению этой войны, чем с недавнего времени занят и ты. Ты сам признал, что цвет метки указывает на принадлежность к правящей семье, а ты являешься принцем. В нашей работе случайные совпадения невероятно редки. — Я не ваш соулмейт, — отвечает парень, молясь, чтобы это оказалось правдой. Все, что он сделал с ними и через что заставил пройти, было ужасно даже применительно к незнакомым людям. А если они его соулмейты? С таким же успехом он мог спрыгнуть со скалы прямо сейчас. — Тогда есть только один способ, чтобы проверить, — говорит Тео. — Я согласен! — радуется Аанг, с помощью магии воздуха перелетая через костер и усаживаясь напротив Зуко со скрещенными ногами. — Сокка, у тебя есть нож? — Эй, ребят, перестаньте, — пытается отговорить их от очередной безрассудной идеи Зуко. — Если ничего не случится, то так тому и быть, — заверяет его Сокка. — Ты все равно останешься нашим товарищем. Мы просто хотим… убедиться. Парень тяжело вздыхает и наблюдает, как Аанг слегка надрезает центр ладони ножом, который ему одолжил Сокка. — И чего же я должен ожидать? — Ну, если мы окажемся соулмейтами, появится свет, когда кровь на наших ладонях вступит в контакт. А потом наша связь укрепится, — объясняет Аанг. — Физически пройдет не больше трех секунд, но в памяти соулмейта ты сможешь увидеть любой момент его жизни: тот, что интересен тебе, тот, когда ему требовалась помощь, или просто тот, который Судьба сочтет важным. Иногда эти отрывки вообще выбираются хаотично, но это и правда классно! — Хорошо, — неуверенно пробормотал Зуко. Сокка забирает нож у Аанга, протирает его и передает парню. Тот принимает клинок и, немного поколебавшись, режет ладонь. — Слушай, Аанг, — обращается он. — Ты уверен, что хочешь этого? Потому что если мы и вправду соулмейты, то… многое из того, что ты увидишь, тебе не понравится. Было множество трудностей, через которые мне пришлось пройти и… Я не уверен, что тебе стоит так глубоко погружаться во все это. Широкая улыбка сползает с лица Аанга, и юноша подходит ближе: — Серьезно, Зуко, я никогда не считал, что твоя жизнь была… Такой уж беззаботной. Но это значит, что если мы действительно соулмейты, то тебе понадобится моя помощь, наша помощь, чтобы справиться с этим. Согласен? Зуко вдруг чувствует, что вряд ли сможет сказать что-то внятное. — Да, — бубнит он, делая глубокий вдох. Пожалуйста, не будь моим соулмейтом. Пожалуйста, не будь моим соулмейтом. — Хорошо. Давай начнем. Парень протягивает руку, и Аанг пожимает ее в ответ.