Нас бьют - мы летаем!

      После возвращения в «Хвост Феи» Люси ушла к себе, Альзак и Биска как-то странно переглянулись и тоже ушли.       — А тебе-то не пора по каким-нибудь делам? — поинтересовалась Эльза у Леона, который, судя по всему, покидать её не собирался.       — Вот сдам тебя Грею из рук в руки, тогда и уйду, — ответил парень.       — Как будто со мной может что-то случится за те пять минут, что я буду идти в свою комнату! — возмутилась она.       — Я обещал Грею, что буду сопровождать тебя ровно до того момента, пока ты не окажешься с ним, — сказал Бастия. — Так что, придётся тебе потерпеть моё общество ещё несколько минут.       Девушка только рукой махнула. Спорить у неё желания не было, да и бесполезное это дело — пытаться переубедить Леона. Особенно, с учётом того, что это — приказ Грея. Бастия, что не прикажет Фуллбастер, всё исполнит.       — Я вернулась, — объявила Скарлет, открывая дверь в свою комнату.       — С чем я тебя и поздравляю, — сказал Грей. — Ну, что? Как съездили? Узнали что-нибудь интересное?       — Если твоя Эльза что-нибудь там и узнала, то мне она об этом не говорила, — ответил Леон. — Только был один эпизод… Рядом с могилой её матери мы встретили какого-то незнакомого парня. Эльза говорит, что никогда его не видела, а он утверждает, что являлся другом её матери. Он назвал своё имя — Ранг, но я на него ничего не нашёл. Вообще ничего — где родился, где вырос, учился, женился… Как будто человека с таким именем в природе не существует.       — Может, солгал насчёт своего имени? — предположил Грей.       — Если и да, то в чём смысл? Откуда он мог знать, что мы будем пробивать его имя?       — Кто знает. В любом случае, раз выяснить про этого незнакомца мы ничего не можем, то забудем о нём на время. Ещё что-то было?       — Из того, о чём мне известно, нет. Я могу идти? А то я ещё хочу попробовать по-другому выяснить что-нибудь об этом парне, — сказал Бастия.       — Да, иди. Спасибо, что присмотрел за Эльзой.       — Не за что, — и Леон ушёл.       — А теперь я хочу услышать от тебя, Эльза, что там происходило, — заговорил с ней Грей.       — Этого Ранга я, действительно, не знаю. А о том, что он — друг моей мамы… не очень-то мне в это верится. Слишком молод.       — Так, оставь уже этого парня Леону. Если о нём что-то можно узнать, то будь уверена — Леон эту информацию из-под земли достанет. Меня интересует то, что моему другу неизвестно.       — В общем, ходила я в свой старый особняк, — начала она рассказывать. — И там… ты слышал что-нибудь о домах, которые хранят в себе миражи-иллюзии того, что в них происходило?       — Слышал, но сам не видел.       — Вот этот особняк и оказался одним из таких домов, — продолжила девушка. — Домом, который хранит в себе воспоминания. Сначала я просто услышала, что меня кто-то зовёт. Там был парень, который, как выяснилось, был миражом. В начала ничего особенного не было — парень просто стоял в саду. Но потом…       И Эльза всё в подробностях рассказала.       — Хм… Этот Руфус… может быть опасен, — задумчиво произнёс Грей после её рассказа.       — Никак не могу понять, кто мог просить падшего ангела за мной присматривать? По этому поводу мне ничего в голову не приходит. Да и по поводу всего остального я тоже ничего не понимаю. Я ведь так ничего и не вспомнила. Всё, что я видела… я не воспринимаю это, как свои воспоминания. Это, как смотреть фильм. Да — страшный, жуткий, но, всё же, фильм. И ещё… монстр, что убил Аки… если это, на самом деле, тот мальчик, который был в подвальной лаборатории, в клетке, то… как я могу теперь его ненавидеть или, что совсем невозможно, убить?       — Я сделаю это за тебя, — спокойно ответил парень. — Если не можешь убить сама, то позволь это сделать мне. Мне убить его ничего не стоит. Ведь для меня он просто монстр и не более того.       — Грей, я вот, что ещё подумала. У меня были крылья. Получается, что либо мне, как и другим детям, вживили чьи-то клетки, либо, что более невероятно, я… не человек? Но, тогда почему этих крыльев у меня нет сейчас?       — Не знаю. Могу сказать одно — кем бы ты не была — хоть человеком, хоть дьяволом — моего отношения к тебе это точно не изменит.       — А вот моё собственное отношение к самой себе — очень даже изменит! Ты не будешь против, если я поговорю с Макао?       — Зачем тебе это? — удивлённо посмотрел на неё её хозяин.       — Кобольт был тем, кто увидел, что мои воспоминания — фальшивые. Кто их сделал таковыми — это уже другой вопрос, хотя, всё говорит о том, что это сделал тот Симон… По моей же просьбе. Но, сейчас речь не об этом. Когда я подслушала разговор Макао с Вакабой, Кобольт сказал, что не знает, может он мне вернуть настоящую память или нет. Но, как я поняла, шанс есть. Я хочу попросить Макао попробовать вернуть мне память, — объяснила она.       Лилейный, спокойно сидевший до этого в кресле, встал, посмотрел на неё недовольным взглядом своих жёлтых глаз и ушёл.       — Что это с твоим фамильяром? — не понял его реакции Грей.       — Он такой с тех пор, как я сходила в особняк. Он с самого начала был против этого и теперь злится. Так ты не против Кобольта?       — Поступай, как знаешь. В конце концов, это твои воспоминания, а не мои. Только не ходи к Макао прямо сейчас. Отдохни хоть немного с дороги.       — С чего это вдруг такая забота? — с подозрением спросила Скарлет. — И не пошлёшь меня никуда сегодня? К Локи, например?       — У Локи сейчас других дел полно, кроме как с тобой общаться.       — Ты с ним что-то сделал? — забеспокоилась девушка. — За то, что он втянул меня в историю с Макбетом?       — Солнышко, не переоценивай меня. У меня, может быть, и много власти в пределах «Хвоста Феи», но вне её я полагаюсь на таких, как Локи. Тех, с кем я работаю, с кем у меня заключён договор и кто заинтересован в сотрудничестве со мной. И даже ради тебя я не намерен рвать с Локи деловые отношения, либо, «что-то с ним делать». Но, разумеется, Локи виноват в том, что произошло, поэтому сейчас он отрабатывает возможность вновь встречаться с тобой. Пока не сделает то, что я у него попросил, ходить к нему ты не будешь.       — Используешь меня, как средство воздействия?       — Использую. Ну, а что? На Локи, кстати, неплохо действует. И ещё, Эльза… Мы с тобой не виделись почти неделю, а ты так холодна. Даже не обняла ни разу.       — Я не холодна. Просто…       «Ну, вот и как мне объяснить, что я не представляю, как это — обнять его! Начнём с того, что я ещё даже не свыклась с мыслью того, что он мой парень. Это тоже звучит как-то нереально. Согласна, звучит по-детски, но… С Роугом было так просто — взяла, подошла, кинулась на шею… а здесь… Да, я скучала по нему, я рада его видеть, я бы сейчас с огромным удовольствием оказалась в его объятьях. Но, не могу. Всё-таки, ассоциация Фуллбастера с опасностью у меня слишком стойкое».       — Что за сомнения опять в твоей голове? — произнёс парень, обращаясь, скорее, к самому себе, чем к ней самой. — Ну, ладно. Если сама не идёшь ко мне, то я приду к тебе.       Он посмотрел на неё так, что она сразу поняла, что она никуда от него не денется. А потом Грей вдруг прижался к её губам. И она сама потянулась к нему, требуя продолжения поцелуя. Он целовал так… искусно, и в то же время, осторожно… Словно, боясь испугать. Но уже через пару секунд ситуация изменилась. Поцелуй стал требовательным, страстным. А потом все вдруг прекратилось.       — Ты нарочно так делаешь, да? Сначала чуть ли не соблазняешь, а потом резко всё прерываешь? — с лёгкой обидой в голосе спросила Эльза. — Ладно, раз продолжения банкета не намечается, я пойду к Кобольту.       — Уже? Я тебе не говорил отдохнуть немного?       — Говорил. Но я не устала, да и не хочу я это дело откладывать в долгий ящик, — и она направилась в учительскую, где надеялась найти Макао Кобольта.       Девушка не прогадала — Макао был там.       — Здравствуйте, учитель Кобольт, — поздоровалась она. — Извините, что так долго не посещала ваш факультатив. Обещаю исправиться в самое ближайшее время.       — Эльза? Рад тебя видеть. Не надо извиняться — я знаю, почему тебя не было, — ответил Кобольт. — Прими мои соболезнования. Насколько я знаю, Аки за эти несколько дней стал тебе довольно близок.       — Спасибо. Я уже почти оправилась, так что со следующей недели начну к вам ходить.       — Кстати, помнишь, что я тебе говорил при нашей первой встрече? Когда мы одни — называй меня просто Макао.       — Уговорили. То есть, уговорил, Макао, — поправилась Скарлет.       — Так, по какому поводу ты решила осчастливить меня своим визитом? — поинтересовался Макао.       — Я присяду? Думаю, разговор будет долгим.       — Ты меня, прям, заинтриговала. Садись, конечно.       — В общем, тут такое дело, — начала она, присаживаясь в предложенное кресло. — Я слышала твой разговор с завучем Вакабой о том, что моя память — фальшивая.       — Подслушала?       — Так случайно вышло, — пожав плечами, ответила девушка. — Я не хотела подслушивать. Просто в разговоре услышала своё имя и не смогла уйти.       — И как много ты слышала?       — Да практически всё. По крайне мере то, что я не помню год своей жизни — я знаю. И это главное. После всего услышанного, я решила сама вернуть свои воспоминания. Решительность стала ещё больше, когда я познакомилась кое с кем, кто знал меня в эти года. А потом, после смерти Аки, я поехала в особняк своего отца, где часто бывала в детстве, надеясь там что-нибудь узнать.       — И как? Выяснила что-нибудь?       — Да. Особняк Найтуолкер оказался домом, заполненным миражами того, что там когда-то происходило. Я там много, чего видела — не буду вдаваться в подробности. Но… всё, что я видела… это не мои воспоминания. Это просто картины, которые не имеют ко мне ни малейшего отношения. Это как смотреть спектакль, в действии которого ты не участвуешь. Я так ничего и не вспомнила. Ни одной минуты. И здесь я за тем, чтобы попросить тебя попробовать вернуть мою память. Я знаю, что ты сам не уверен — возможно ли это, но я готова схватиться даже за малюсенький шанс, если он есть. Ты мне поможешь, Макао?       — Да я, в общем-то, с самого начала хотел попробовать, — вздохнул Макао. — Но… Майн сказал не лезть не в своё дело. А ты сама знаешь — слово хозяина для подчинённого…       — Это закон, — закончила она за него. — Знаю. А теперь что-то изменилось?       — Раз ты сама обо всём узнала, то ничего не поделаешь, — притворно грустно произнёс Кобольт. — Придётся мне тебе помочь. Давай, садись прямо передо мной.       — А своего хозяина предупреждать не будешь? — спросила Эльза, пересаживаясь ближе к учителю.       — Он и так всё поймёт, когда я воспользуюсь телепатией. А сейчас, не моргай и просто смотри мне в глаза.       — Что-то это сильно гипноз напоминает, — с подозрением сказала она, у которой, после знакомства с Эриком, к гипнозу было чисто негативное отношение.       — Это не гипноз, — покачал головой Макао. — Когда ты смотришь мне в глаза, мне легче «войти» в твою память. Кстати, у тебя будет нечто вроде транса. Ты, словно наяву, будешь видеть те воспоминания, которые я буду смотреть. А потом я буду отделять твои настоящие воспоминания от фальшивых. От этого в твоей голове будет сущий бардак — настоящее перемешается с поддельным так, что будет непонятно — что и где.       — Ты меня специально сейчас запугиваешь, да? — содрогнулась она от одной только мысли о подобной перспективе.       — Ты сама на это подписалась, — ответил учитель. — Но ещё не поздно передумать.       — Ни за что! Давай уже — устраивай в моей голове бардак. И ещё. Долго ты потом эту свалку воспоминаний разгребать будешь?       — Не могу сказать. Всё зависит от того, насколько хорошо зачистили твою память. Это может занять от пары минут до нескольких часов. Но, как ты и сказала, я не могу со стопроцентной уверенностью сказать, что у меня получится. Ну, что? Готова?       — Нет. Но даю согласие на то, чтобы это началось.       — Честный ответ, — усмехнулся Макао и посмотрел прямо ей в глаза.       В первые секунды ничего не происходило и она уже было решила, что их попытка провалилась, но потом… Сначала в её памяти вспыхнули те моменты, которые происходили совсем недавно — смерть Аки, подвал с Люси, особняк Найтуолкер, могила матери, Ранг, Руфус… Всё это мелькало перед глазами так, как будто это происходило в данный момент! Она не только видела, но и ощущала те эмоции — боль от потери, ярость на Макбета и его людей, сомнения и страх от увиденного в особняке. После недавних воспоминаний начались воспоминания о жизни в бывшей школе, потом последние годы жизни в семье Найтуолкер…       «Мама, почему папа меня не любит?». «В этом нет твоей вины». «Но, ты меня любишь?». «Больше жизни». «Когда тебе будет восемнадцать… Господи, доченька, что же я натворила?! Я… я же поступила ещё хуже, чем твой отец!». Чья-то кровь, которой испачканы её руки… Чужая кровь — не её… А затем… Незнакомые ей люди… «Отец! Отец! Не уходи! Не оставляй меня здесь!». «Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу!». «Мне жаль, что я не нашёл тебя раньше, Эльза. Но теперь всё изменится. Ты хочешь уйти отсюда, вместе со мной?». Тела людей… Незнакомец — Симон протягивает ей руку, и она берёт её. Разрушенные здания, крики… Какой-то незнакомый дом… Чьи-то слова, не связанные ни с каким местом… «Ты нарушила закон! И ты за это ответишь!». «Ты хочешь уйти, Симон, и забрать её с собой? Ты не сможешь этого сделать!».       — Хватит, — вдруг сказала она сама, непривычно холодным тоном.       «Почему я говорю — хватит?! Нет, я хочу всё знать! Всё вспомнить!»       Это были её последние мысли перед тем, как её сознание полностью угасло. А последнее, что она слышала перед этим, был изумлённый голос Макао:       — Ты не Эльза! Кто ты?!