Бесстыдница

      Внутри отчетливо пахло Лань Чжанем и вином. Запах сандала, казалось, въелся в ее кожу, заставляя У Сянь еще сильнее желать раствориться в этом аромате.              Взгляд янтарных глаз приковал ее настолько, что она даже не почувствовала какого-либо укола вины за то, что посмела поцеловать его так бесцеремонно. Вэй Ин нервно выдохнула горячим воздухом, чувствуя приятное тянущее ощущение в самом низу живота.              Лань Чжань приподнял руки и коснулся талии, нежно, но настойчиво сжимая ее. Вэй Ин ахнула, млея от этого ощущения: давно ее никто не трогал так интимно-возбуждающе.              — Лань Чжань, — тихо произнесла она, положив поверх его рук свои ладони, а потом распахнула широко глаза, удивившись, ведь Ван Цзи, приподняв корпус и голову, вдруг поцеловал ее. Да к тому же глубоко, совсем не так, как это сделала только что она.              В голове пронеслось много мыслей касательно правильности и неправильности этого всего, но Ван Цзи так смотрел на нее, так касался, так целовал, что она сдалась. У Сянь положила руки на его плечи и сжала, начиная отвечать на неумелый поцелуй вполне себе умело.              Вэй Ин прогнулась в спине и поудобнее устроилась на коленях юноши, когда тот сел, меняя позу на более удобную. Руки Ван Цзи касались ее зада и даже груди — Лань Чжань без зазрения совести ее лапал так, как ни один мужчина не решался до этого.              Но самое безумное — это ответ тела Вэй Ин. Она вся дрожала в его руках, внутри нее бушевал огонь, который мог потушить один лишь Ван Цзи. Ее сердце билось так часто и сильно, что она боялась, что оно выпрыгнет из грудной клетки.              Несмотря на выпитое количество алкоголя, она понимала все возможные последствия и проблемы, но все равно не могла противиться своим низменным желаниям — слишком уж необузданный был у нее темперамент, слишком уж страстной она была по своей натуре.              Вэй Ин никогда до этого ни о чем не жалела, но сейчас ей стало по-настоящему жаль, что Ван Цзи будет не первым. Цзян Чэн столько раз ее предупреждал, что найдется когда-нибудь мужчина, которому она захочет отдать всю себя целиком, и что Вэй Ин из-за ошибок в прошлом не сможет этого сделать... Что ж, так и получилось: она не могла отдать всю себя Лань Чжаню, как бы того ни желала.              Горячие поцелуи в шею заставили ее сдержанно, но протяжно застонать, сбивая с мысли. Ей стало плевать на все: она возьмет все, что только сможет, а о последствиях будет думать завтра. Слишком долго она хотела этого — сгорать в руках возлюбленного: не просто симпатичного ей мужчины, а именно любимого, того, кто был мил сердцу.              Вэй Ин провела рукой по твердой груди, забираясь под ханьфу. Ван Цзи напрягся, но никак не остановил ее. Девушка поерзала на бедрах юноши и прижала его голову к своей мягкой, но упругой груди.              — Лань Чжань, ты же хочешь меня? Ха-а, я чувствую, что хочешь, — она для убедительности вновь проехалась по его паху, ощущая естеством, какой Ван Цзи твердый. — Лань Чжань, я разрешаю. Ты можешь меня коснуться.              Вэй Ин удивленно вскинула бровь, когда Ван Цзи вдруг резко взял ее на руки и отнес в постель. Он сел рядом, а потом вдруг зачем-то начал снимать с себя ленту. Взяв ее руку, он вдруг начал повязывать лобную ленту на ее запястье. Туго ее завязав, он вдруг нежно прижался губами к перевязанному запястью, отчего У Сянь жутко покраснела.              Она точно не знала значения ленты у клана Гу Су Лань, но она была не дурой и догадывалась, что то, что сделал Ван Цзи сейчас, — это какой-то важный для ордена Лань обычай. Возможно, этим жестом он отдал ей свое сердце. От осознания этого У Сянь едва ли не расплакалась на месте, настолько ей показалось все происходящее правильным.              Она решила взять в свои руки, чувствуя, что это ее прямая обязанность — как-никак ее возлюбленный совсем не выглядел, как профессиональный похититель женских сердец, хотя вел он себя и правда очень уверенно — совсем не так, как обычно. И вообще, все в нем сейчас казалось не таким.              Погодите... Лань Чжань что, все еще пьян?              Вэй Ин облизнула губы, а потом, надавив на грудь парня, заставила его прилечь на спину. Она нависла сверху, щекоча длинными волосами его лицо.              — Лань Чжань, я красивая?              — Мгм.              Вэй Ин улыбнулась, пытаясь и дальше что-нибудь придумать, чтобы раздобыть доказательства, что Ван Цзи во хмелю.              — Лань Чжань, ты думал обо мне как о своей возлюбленной?              — Мгм.              — А хочешь от меня детей?              — Мгм.              Вэй Ин жутко смутилась и хотела было отстраниться, но Лань Чжань ей не дал — прижал к себе за талию, заставив полностью лечь на него.              — Ах, Лань Чжань, что же ты...              Вэй Ин задышала чаще, когда Ван Цзи приподнял колено и тут же его опустил, повторяя это действие из раза в раз. У Сянь могла лишь беспомощно дрожать, чувствуя, как Лань Чжань ласкает ее там, возбуждая еще сильнее.              Внизу стало еще более влажно, поэтому Вэй Ин начинала полностью терять контроль над ситуацией. Ван Цзи стягивал с нее ханьфу, постепенно избавляя от одежды. Она поняла, что практически обнажена, когда парень несколько стянул с плеч нижний халат и ее грудь открылась ему так, как тогда, в их вторую встречу.              Решительность, настойчивость и мнимая опытность так и сочились из Лань Чжаня. Вэй Ин даже задалась вопросом: а первый ли это раз у него или же нет?              Вэй Ин натянула на плечи халат и отстранилась от несколько недовольного ее поведением Ван Цзи.              — Лань Чжань, я хочу сделать тебе приятное, — тихо сказала она прямо в губы юноши, а потом наклонилась вниз.              Расправившись с ханьфу и штанами, Вэй Ин достала горячий, упругий и немного влажный от смазки член. Сглотнув слюну, она широко раскрыла рот и вобрала в себя возбужденный орган. Она с трепетом представила, каково будет принять Лань Чжаня в себя, отчего завелась сильнее. В какой-то момент возбуждение стало настолько невыносимым, что она начала сама себя ласкать, тихонько постанывая.              Ван Цзи дышал часто и тяжело, она чувствовала, как он сдерживается от стонов. Подняв взгляд, она увидела совершенно разомлевшего Лань Чжаня: красные уши, блестящие глаза и широко открытый рот, которым он выдыхал горячий воздух.              Ван Цзи нежно коснулся ее головы, начиная управлять ее движениями, видимо, расхрабрившись уже и на это. И хотя она ясно видела, что у Лань Чжаня нет никакого опыта, он все равно вел себя так, будто бы ему каждый день греет постель девушка, настолько он показался ей горячим, самоуверенным и даже, пожалуй, нетерпеливым мужчиной.              Что ж, определенно, Лань Чжань все еще пьян. И она не знала, смеяться ей или плакать. Вэй Ин вообще не знала, что ей нужно делать, учитывая, что она соблазнила самого благопристойного человека из всех возможных.              У Сянь водила языком вверх-вниз, особое внимание уделяя самой чувствительной зоне у мужчин — головке члена. Ван Цзи сжимал ее волосы на затылке, когда она делала особенно приятно, и это действие очень сильно возбуждало У Сянь, настолько, что она была готова все прекратить и просто-напросто оседлать Ван Цзи.              Услышав очередной гортанный стон Вэй Ин, Лань Чжань вдруг потянул ее за волосы назад, заставляя все прекратить. У Сянь ахнула, когда тот вдруг нагнулся и глубоко поцеловал ее, вторгаясь языком в ее рот. Вэй Ин обняла Ван Цзи за шею, чувствуя, как он ловко стягивает с нее последний халат, полностью обнажая ее тело.              Девушка расслабилась или, лучше сказать, растворилась в его руках, теряясь в этой страсти вперемешку с нежностью. Ван Цзи тоже освободился от своего нижнего халата, и Вэй Ин почувствовала кожей его кожу, и почему-то это показалось ей очень интимным, важным и нужным.              Все было не так, как раньше. С Лань Чжанем ее мир приобретал какие-то другие краски, наполнялся смыслом. Сейчас она не могла понять саму себя в прошлом: неужели ей и правда казалось, что она делает все правильно?              То, что происходило сейчас, — вот это правильно. Да, возможно, они поспешили, возможно, она не должна была делать это все в таком состоянии, но в целом — все было правильно, потому что ее касался Лань Чжань, а не кто-то другой.              Вэй Ин застонала прямо в губы Ван Цзи, чувствуя яркую волну удовольствия, пронзившую ее тело. Лань Чжань находился в ней, заполнял ее, и дарил то наслаждение, которое никто, кроме него, не мог ей дать.              В голове было пусто, она перестала что-либо понимать и действовала на голых инстинктах: прижималась к нему, двигала бедрами и целовала все его лицо, а когда было особенно приятно — царапала его спину, умоляя его быть еще жестче с ней.              Лань Чжань, уложив ее на спину, крепко сжал девичьи бедра и начал еще более активно двигаться, с удовольствием вслушиваясь в ее стоны. Вэй Ин сжимала несчастную простынь пальцами, чудом не разрывая ее — настолько сильной была хватка.              Лань Чжань увеличивал амплитуду с каждым толчком, постепенно вознося Вэй Ин на самые высокие вершины, до которых она еще ни разу не добиралась.              Ван Цзи наклонился, чтобы расцеловать ее шею, ключицы, грудь и плечи, но для этого пришлось замедлиться, что позволило им обоим продлить близость и чуть-чуть отдышаться.              Юноша переплел с ней пальцы и, взглянув в ее глаза, наклонился и поцеловал. Страсть вперемешку с нежностью — это слишком сильный контраст для нее. Вэй Ин сгорала в этом пламени по имени Лань Чжань, как защитный амулет на ночной охоте.              Небольшая цзинши наполнялась стонами в унисон, частым дыханием и естественными запахами пота.              Вэй Ин стонала, металась по постели, царапалась и кусалась, извивалась и раздвигала ноги, обнимала и отталкивала, отдавала и забирала... Она чувствовала, что отдала всю себя, но и этого ей было мало. И не ей одной: Лань Чжань не желал останавливаться ни после первого, ни после второго раза...              Это была долгая, очень долгая ночь...