Правда или Действие?

      Очнулся Куникида в странном месте, которое больше напоминало не комнату, а коробку, потому как не было видно ни окон, ни дверей. Стены были белыми, а вместо пола — мягкая, большая красная махровая подушка. Люстры не было, поэтому можно было предположить, что свет шёл от стен. В комнате не было мебели.       Сам же Куникида находился среди горы разноцветных подушек, которые были раскиданы в форме круга, по краям которого находились большие спинки из них же. Как только блондин осмотрел этот «подушечный рай» внимательней, то настолько удивился, что его челюсть чуть не встретилась с полом. В этом кругу друг напротив друга сидели довольно знакомые ему люди. Справа от него сидел Дадзай, а слева Атсуши. С другой стороны от тигра сидел Акутагава собственной персоной, а около него уже и Чуя Накахара, который сидел по правую сторону от Дадзая. Его бывший напарник выглядел крайне недовольным и разозлённым.       Блондин уже успокоился и ещё раз осмотрел всех людей в комнате. Когда он внимательно всё проанализировал, то у него появилось не очень приятное ощущение того, что он здесь лишний. Потому что если хорошо подумать, то Дадзай и Чуя, как и Атсуши с Акутагавой, были членами дуэтов «Двойной черный», а вот он, Куникида, как-то не вписывался в эту картину. Это его немножечко напрягало и заставляло чувствовать себя не в своей тарелке. Куникида перевел взгляд на Атсуши и заметил, что паренёк был крайне напряжённым. Он судорожно сжимал и разжимал руки и, казалось, пытался незаметно подвинуться к блондину. Переведя взгляд немного левее, Куникида понял причину такого беспокойства со стороны Атсуши, поскольку слева от него сидел взбешённый Акутагава.       Раздражение Акутагавы можно было понять. Рядом с ним сидел ненавистный ему тигр, которого он хотел прямо на месте убить, но сделать этого не мог. Практически напротив него сидел его учитель — Осаму Дадзай, который мог не одобрить такого поведения своего ученика. Из-за этого он пытался держать себя в руках, но у него это плохо получалось, и тёмная энергетика окутала его с головой, не позволяя никому приблизится.       Тем временем только что проснувшийся Дадзай веселился вовсю. Брюнет, завидев Чую, скривился, и смотря поверх его шляпы, надменно произнес:       — Ой, а Чуечка попался в довольно банальную ловушку, как я погляжу.       — Заткнись, суицидник хренов! Ты, кстати, тоже в этой «банальной ловушке»! — сразу же вспылил Чуя.       — Я нахожусь в ней несколько секунд, а ты, голова-шляпа, скорее всего уже весь день сидишь на этом месте.       — Да что ты понимаешь!.. Подожди. Почему это ты не смотришь мне в глаза? Испугался? — с насмешкой спросил рыжий, смотря снизу вверх.       — Ха. Прости, Чуечка, я просто думал, что за всё это время ты должен был немного подрасти. Видимо, я ошибся, — насмешливо сказал Дадзай и картинно поклонился.       Такого нахальства Чуя уже выдержать не смог. Он схватил наглого брюнета за воротник и приготовился ударить, но его вдруг остановил женский голос:       — Успокойтесь, пожалуйста, Чуя Накахара и Осаму Дадзай. В ином же случае вас ожидает наказание.       Все пятеро эсперов обернулись на голос, и увидели прямо посередине горы подушек призрачную фигуру голубоглазой блондинки. Она была одета в простую школьную форму: воздушная блузка с зелёным воротником, накинутым поверх, тёмно-изумрудная юбка до колен. На ногах были того же цвета чулки и белые туфли. Её волосы были курчавыми и доставали до копчика, хоть и были заплетены в хвост.       Она внимательно осмотрела всех присутствующих, и радостным голосом начала объяснять:       — Приятно с вами всеми познакомится. Меня зовут… Хотя это даже не важно. Перейдем сразу к делу. Я собрала вас здесь для того, чтобы сыграть в одну популярную игру «Правда или Действие», но правила будут немного другими.       — Подожди. Кто ты такая и зачем нас сюда перенесла? — задал вопрос Куникида, пока Дадзай с Чуей, схватившим его за воротник, стояли в неудобной позе.       Сама девушка смерила его оценивающим взглядом, фыркнула и обиженно сказала:       — Ну, допустим, призрак. И что с того? Это сейчас неважно. Вы должны прослушать правила проведения этой игры… — рассказать всё, что она хочет, девушка не смогла, потому что неожиданно к ней подбежал Дадзай.       — О, прекрасная дева, твоя красота затмила даже солнце. Как только я тебя увидел, то…       Под ошеломлённые взгляды всех присутствующих, Дадзай встал на одно колено и попытался схватить её за руку, но не получилось. Его рука просто прошла сквозь призрачную руку девушки, что, безусловно, возмутило последнюю. Она, скривившись, произнесла:       — Я же говорила, я призрак. Я уже мертва.       — О, какая потеря для нашего мира, — картинно заломил руки брюнет. — Такая хорошая кандидатура была бы для двойного самоубийства!       — Меня убили, — сказала девушка, и её лицо на секунду погрустнело.       — Кто тебя убил? Ты видела его лицо? — включился в разговор Атсуши.       — Нет, —ещё более грустно сказало привидение.       — Подожди, а как ты тогда с нами сейчас общаешься? Ты была эспером? — спросил Куникида.       — Мне помогли… — в последний раз грустно сказал призрак, и в тот же момент её лицо снова озарила радостная улыбка. — Но сейчас это не важно, потому что мы начинаем играть в «Правду или Действие»! Объясняю свои правила. Каждый из вас по очереди будет выбирать для себя правду или действие. Но правду за игру можно выбирать лишь три раза, а вот действия — бесконечно. Если игрок перед вами выбрал правду, то вы не имеете права так же выбрать правду, и вам остаётся лишь сказать: «Действие». Если игрок отказывается выполнять действие или говорить правду, то ему придётся снять одну из деталей своей одежды, которая выберется по собственному желанию. Выпустим мы вас отсюда лишь тогда, когда игра закончится успешно. Игра закончится тогда, когда один из игроков победит, а другой проиграет. Выигравшим будет считаться тот, кто ни разу за игру не снимет с себя одежду. Проигравшим же будет считаться человек, который снимет с себя как минимум половину своей одежды. Только в таком случае игра будет считаться успешной. В ином же случае мы частично сотрём вам память, оставив лишь самые постыдные воспоминания. Только тогда мы вас и выпустим.       — Постойте, а мы можем отказаться? — спросил Куникида у призрака.       — Нет, — категорично ответила девушка, и перед тем как пропасть, добавила: — А, и ещё одно: именно я виновата в исчезновении всех тех людей, и пропасть я смогу лишь в случае успешного проведения игры. В ином же случае исчезновения продолжатся, и вы вернётесь ни с чем. Сомневаюсь, что вы хотите так подвести своих коллег и других, обычных людей. Удачной игры всем вам!       После этих слов она щёлкнула пальцами, и её призрак постепенно растворился, оставив после себя зеленоватое свечение и искорки. Посмотрев на это, Дадзай деловито поинтересовался у Акутагавы:       — А вы когда здесь появились?       — С утра, Дадзай-сан. Недалеко отсюда мы выполняли важную миссию, и в самый ответственный момент перенеслись сюда. Эта девушка продиктовала нам правила игры и сказала, что подыщет ещё участников, под стать нам. Потом она пропала и до этого момента не появлялась, — спокойным голосом сказал Акутагава, пустым взглядом смотря куда-то вперёд.       — Спасибочки, Акутагава-кун, — радостно сказал Дадзай и, обернувшись к своему бывшему напарнику, начал ехидно говорить: — Воу, так ты с Акутагавой умудрились…       Договорить и вывести из себя Чую брюнету не дал странный хлопок с места исчезновения призрака. Все пятеро эсперов снова уставились на то самое место.       Как оказалось, зеленоватое свечение и искры не пропали, а просто застыли на месте. Они висели в воздухе таким образом несколько секунд, и только теперь свечение начало густеть и вместе с искрами скапливаться в центре. Сначала все искры соединились и образовали зелёное ядро, от которого шло белое свечение. Тем временем свечение вокруг ядра полностью преобразовалось в сгустки, которые сложились в форме перевёрнутой цилиндрической шляпы вокруг импровизированной сердцевины. Эта шляпа, управляясь белым светом ядра, сама начала белеть. Наконец, белые сгустки воздуха стали более твёрдыми и гладкими, и вот перед игроками в воздухе уже витала белая шляпа.       Опомниться им не дали. Сразу же после этого под шляпой появилась стеклянная подставка, которая подперла головной убор. Сам цилиндр начал закрашиваться. На нём начали выделяться линии, которые складывались в ромбы. Потом часть фигур закрасилась в чёрный цвет, а другая — в тёмно-розовый. Затем в перевернутой шляпе пропала часть материи, и на её месте появился открытый улыбчивый рот. Полость рта была сделана в стиле иллюзий: две линии белого и красного цвета по очереди, обвиваясь, следовали в неведомую темноту. Зубов рот почему-то не имел. С его угла свисал длинный язык, закрашенный в синий цвет с большими красными кружками.       Единственным, кто смог хоть что-то сказать, был Осаму Дадзай. Брюнет заинтересованно повернул голову набок и тихо спросил:       — И для чего эта штука?       Несколько секунд царила гробовая тишина, и никто даже не пытался её нарушить. Вдруг её прервал голос уже знакомого призрака, идущий откуда-то сверху:       — «Эта штука» будет придумывать вам задания, следить за тем, чтобы вы их исполнили, и будет чувствовать, когда вы будете врать, а когда говорить правду.       — А кто будет первым? Как нам решать этот спор? И в какую сторону мы будем продвигаться? Против или по часовой стрелке? — деловито спросил Куникида, поправив очки.       — Не волнуйтесь, все эти вопросы решит мой помощник, — спокойно ответила девушка, а потом добавила: — А теперь… Да начнётся же игра!       Как только она это сказала, ромбы на шляпе начали по очереди сиять. Потом так же начали сиять все линии, кружки на языке и во рту. Постепенно цилиндрическая шляпа начала раскручиваться на подставке, пока не достигла сверхзвуковой скорости.       Во время этого Атсуши нервно сминал руками ткань своих штанов. Акутагава всё так же излучал негативную энергетику и сидел, поджав ноги к своему животу. Накахара уставился на эту шляпу, не моргая, и казалось, молил о том, чтобы ему не попалось задание с его бывшим напарником. Куникида пытался внешне выглядеть спокойным, но внутри у него была далеко не солнечная погода, потому как ему придётся открывать душу практически незнакомым людям. Блондина это явно не радовало.       Спокойным выглядел лишь Дадзай. Он вальяжно раскинулся на подушках и, положив руки за голову, прикрыв глаза, из-под ресниц наблюдал за шляпой, а на его лице, как всегда, была заметна издевательская улыбка.       Шляпа начала останавливаться. На её языке появилась бумажка. А сам язык остановился напротив Атсуши и в секунду удлинился, достав аж до парня. Тот дрожащими руками взял бумажку и начал читать её в уме. Язык же снова стал нормального размера.       Игра началась!