Из квартиры напротив

Джоа разбирала всякие безделушки в маленькой, красной сумочке Джури, рассматривая каждую, после качая головой, потому что ни одна из стольких не подходила для шёлковых длинных волос Джу. Та уже устало переминалась с одной ноги на другую, то дёргаясь, то раскачиваясь. Видно, что ей уже не хватало терпения. — Ты уже скоро? — Послышался слабый голос девочки, что уже сто раз успела пожалеть о своей просьбе сделать ей причёску. А уж тем более на усмотрение старшей. Поэтому, Джоа долго думала что делать с ней, несколько раз портила то, над чем трудилась минут пятнадцать под предлогом, что это не красиво, а теперь, когда всё готово, не может найти нужную резинку. — Всё, нашла! — Старшая подняла зелёную резинку с белыми маленькими бусинками, и через минуту две косички были готовы. И, да, это было единственное, на что Джоа способна и что у неё действительно хорошо получается. — Последний штрих, — закрепляет выбившиеся волосы с боку чёрными блестящими заколками, и идеальная по мнению Ким Джоа причёска готова! С гордостью посмотрев на свою работу, девушка скрестила руки на груди, подумывая о том, что ей нужно подобрать себе правильную профессию, и не заметила, как младшая не очень-то и довольна, ведь она хотела что-то помимо косичек. — Вы уже закончили? — Женщина поглядывала на них из-за кассы, время от времени зевая, и открывая уже третий баночный холодный капучино. Сегодня Джоа к матери была весьма жестока. Оставила на ней всю работу, а сама стояла в сторонке, то полностью уходя в листы с лекциями, которых она умудрилась притащить на работу, то дурачась с Джури. Хённи не ругала их, молча изредка поглядывая на дочерей, попутно разбираясь с покупателями. Джо нужен был отдых и поменьше работы за кассой, так что, женщина сегодня перетянула эти обязанности на себя. Кроме одной. Близился вечер, а значит, кому-то нужно уйти пораньше и позаботиться об ужине. Недолго думая, Хённи решила продолжить работу, а дочь отправить домой, чтобы та хотя бы раз показала свои кулинарные способности. Когда она нарочно громко кашлянула в третий раз, Джоа перестала рассматривать детскую сумочку, и, быстро отложив его в сторону, мигом помчалась к матери с готовностью слушать приказ. Она сама прекрасно знала и стыдилась того, что превратилась в бездельницу, забыв о своём обещании, что не перекинет этот груз на неё.  — Что-то не так? — Заулыбалась девушка, беспрерывно смотря на женщину, как она переставляет некоторые коробки, — Нужна помощь? Ещё одной целью Джо было не показывать матери, как она ужасно устала от всего, что ей не хочется учиться, работать, да и жить в общем-то, и всё время выглядеть счастливой, чтобы она не смела опускать руки. Поэтому, как можно радостнее, будто ей очень нравится торчать в университете, а после и в магазине, девушка пошла помогать. Без понятия, что Хённи собирается сделать, Джоа взяла в руки одну коробку, думая о дальнейших действиях. — Куда это поставить? — Продолжала широко улыбаться, и даже представить боялась, как её улыбка выглядит со стороны. Наверное, она скорее походила на душевнобольную, а не на счастливого человека. — Нет, ты лучше… — Касса? Хорошо. Я и так отлично отдохнула сегодня, теперь можно и поработать! — Протараторила брюнетка, не дав докончить свою речь матери. Почему-то казалось, что это и есть приказ, судя по её усталому виду. — Нет-нет, с этим я сама разберусь, — остановила она уже направляющуюся в назначенное место девушку, — Ты лучше иди домой, позаботься об ужине. Я ужасно голодна, уверена, вы тоже. И если бы не обещания данные самой себе, Джо завыла бы на весь район, показывая нежелание выполнять это. Она не любит готовить после нескольких провалов, ненавидит стараться вложить всю любовь и силы, а потом осознать, что совсем безнадежна. Много раз пыталась научиться, но была вынуждена пережить неудачи. Это было в каком-то смысле обидно, ведь мама отменно готовит, и даже Джури в сто раз лучше старшей, а у неё руки не из того места. Впрочем, с затеей приготовить идеальную еду попрощалась ещё почти год назад, после испорченной новой кастрюли, и вот, этот день снова настал. Застыв с тупой улыбкой, девушка издала тихий разочарованный стон, а когда мама с еле видным разочарованием взглянула на неё, отвлекшись от работы, девушку как будто по голове стукнули, и она быстро пришла в себя. Всё-таки, обещала, а значит должна выполнять, чего бы этого ей не стоило. — Да… Конечно. — Джоа развернулась, вяло потопала к двери, как обиженный ребёнок опустив голову и время от времени поворачиваясь к матери. Та конечно же не передумала, наоборот, была очень даже довольна таким решением. Давненько ведь она не освобождалась от готовки, — А что приготовить-то? — У самой двери опомнилась девушка, но мама пожала плечами, как бы говоря, что ей абсолютно всё равно. Значит, кухня сегодня в её распоряжении. Весна в этом году выдалась тёплой. Не как раньше. Даже вечером было достаточно тепло, что вверх можно было снять и пойти в одной футболке. Джоа радовалась такой погоде. Радовалась тому, что не приходится укутаться в пальто и шарф, по настоянию матери натянув толстые штаны поверх теплых колготок. И вот, настала пора снять эти шаровары, и теперь девушка гордо шагала по улице в чёрных джинсах, майке и пиджаке. Теплый ветер игрался с волосами, срывал розовые лепестки с цветущей вишни, и чувствовала Джоа себя так умиротворённо, что не удержавшись, задрала голову, и, закрыв глаза, развела руки по сторонам. Вдыхала аромат цветов, и на минуту ушла из реальности вслед за мечтами, решив, что о суровой жизни можно хотя бы на миг забыть. Не успела Ким сделать ещё один глубокий вдох, как носок кроссовки цепляется за что-то, вырывая девушку из мечтаний. Выставив руки вперёд, девушка ждала, когда уже почувствует знакомую боль, но ей всё же удается удержаться на ногах. Жар, резко поднявшийся по ногам от страха отступил, и она, отдышавшись, решила смотреть под ноги и побыстрее добраться до дома. Иначе, очередные синяки будут украшать её лицо. — Кажется, Вселенная не хочет, чтобы я расслаблялась. — Хмыкает себе под нос, и больше не отвлекаясь на мелочи, решительно направилась к уже виднеющемуся дому. Предвкушая интересный вечер наедине с собой, девушка прошмыгнула между двух близко стоявших машин, и через минуту оказалась в подъезде.  В помещении всегда было светло и чисто, только иногда можно было увидеть пустую бутылку или бумажку и прочий мелкий мусор, но в целом это никому не мешало. Тот, кто первый натыкался на это, без лишних скандалов или шума выкидывал мусор, жители уже как-то привыкли к этому.  Она замерла у лестницы, раздумывая над чем-то, и пришла к решению заменить лестницу на лифт. Джо кивнула самой себе, и уверенно свернула в другую сторону. Поправив по привычке свой пиджак словно перед важной встречей с кем-то, она встала на носочки, собираясь нажать на круглую кнопочку. Давно она не подходила к нему настолько близко, не говоря уже зайти внутрь, после того, как полгода назад в нём застрял старик, живущий этажом ниже. Тогда страх оказаться на его месте мотивировал подниматься по длинным ступенькам, не смотря на усталость и дикую боль в ногах. Джоа еле дотянулась до кнопки, и в последнее мгновение появилась рука, и нажала на вызов вместо неё. Девушка ошарашенно смотрела, как рука исчезает так же неожиданно, как и появилась, и кто-то за её спиной тихонько кашлянул. Сердце Джо в миг забилось в бешеном темпе от испуга, побуждая развернуться и побыстрее проверить, с кем ей придётся ехать в тесном помещении. И она ожидала всех, кто живёт в этом и даже в соседнем доме, но только не своего соседа. Джоа только сейчас поняла, что на несколько дней он без следа исчез из её головы. После того случая в аудитории, они больше не сталкивалась, чему девушка безумно радовалась. Конечно приходилось иногда видеть того в конце коридора в компании нескольких парней, но Слава Богу, больше не было причин ощущать жуткий взгляд на себе. Да и тот не заметил бы её, даже если она села прямо к нему на стол в столовке, как и не обращает внимания прямо сейчас. Брюнет как будто не видел пристального взгляда, смотрел поверх её головы, как открываются двери лифта. Она заметила это, и попытавшись не реагировать на него тоже, отвернулась. Даже не думая пропустить парня, Джоа кинулась первая к кабине, и забилась в угол. Он же остановился почти у самого входа. «Ну и хорошо» — думает она, не желавшая контактировать с ним никаким образом. Лифт медленно покатился вверх, и ей показалось, что внутренности зашевелились. Довольно давно она не ощущала это, так как всё время отказывалась пользоваться лифтом. А зря, ведь так быстро и без боли в ногах. Не успела Ким в лишний раз порадоваться, как лифт резко дёрнулся и остановился. Когда до затуманенного разума дошло, что случилось, сердце в панике забилось сильнее, руки задрожали. Как же она не хотела оказаться в такой ситуации сейчас. Пусть позже, с кем-то другим или одна, но точно уж не в это время, когда она спешит, и не с этим человеком, которого она всячески старалась не встречать. Видно, судьба снова не на её стороне. Лампочка над головой неожиданно стала чуть слабее, освещая помещение не таким ярким светом как раньше, и от мысли, что она может совсем погаснуть становилось тревожно. Но Минхо среагировал слишком спокойно для такой ситуации. Он посмотрел на двери и кнопки так, словно это обыденное дело и он проживает абсолютно каждый день из своей жизни именно таким образом. Заблокировав телефон, в который смотрел минуту назад, брюнет засунул его в широкий карман толстовки, безразлично уставившись в металлическую дверь. — Мы застряли. — Констатировал он, посмотрев на девушку через плечо. Джоа незамедлительно кивнула, хоть её уже не видели. Парень продолжал осмотр кнопок, думая лишь о том, каким должен быть следующий шаг, давненько он не оказывался в такой ситуации. В последний раз глянув на двери, Минхо мысленно махнул рукой, ведь в конце-концов должен же заработать, не останутся же они здесь навечно. Он садится на пол подперев спиной стену. Ему, кажется, было всё равно, пыльно там или нет, он без сомнений устроился поудобнее, согнул ноги в коленях и пустым взглядом упёрся в противоположную стену. Отросшая чёлка падала на глаза, но он ещё ни разу не захотел её убрать, видимо, не так уж и сильно мешала. Джоа смотрела на него удивлённо, поражаясь его спокойствию, в то время как она уже успела придумать самые разные варианты своей гибели, сдерживая давящую панику. Что угодно, лишь бы не закатить истерику и не заплакать перед ним. Это просто вершина стыда! Как она может так глупо показать свою трусость?! Эти мысли были единственной преградой безудержным рыданиям. Следуя примеру соседа, девушка осторожно опустилась на пол, стараясь не волноваться о джинсах, которые она, кстати, как раз сегодня после стирки надела, и прижалась спиной к стене.  Скучно. И тишина давит. Даже в телефоне делать нечего, а парень так и продолжает неотрывно пялиться в одну точку, словно замороженный. Джо и не знает, хорошо ли это или плохо. Молчание заставляет чувствовать себя неловко и странно, поэтому захотелось, чтобы он сказал что-нибудь. Ну или хотя бы подышал погромче, а то ощущение, что он действительно замер. Честно сказать, Джо думала, что если они встретятся ещё, то он снова начнёт «угрожать» и смотреть на неё так, словно она виновник всех его бед. Но на удивление, сосед не был заинтересован в ней. Не пытался пугать, говоря сомнительные вещи, напротив, он сам не хотел контактировать, усердно изучая стену напротив. Джоа должна была быть рада такому равнодушному обращению к себе, но что-то внутри неё разочарованно заныло. Добродушная девушка не привыкла спокойно существовать с тем фактом, что наверняка случайно обидела кого-то. Это шокирует, но Джо успела хорошенько подумать о своих словах и понять, что её безобидное выражение могло так задеть парня. Может, это действительно многое значит для него? Возможно, она чего-то не понимает, но всё равно разрешила так глупо повести себя в тот вечер. Нет, совесть её точно не перестанет мучить, и чем быстрее она это исправит, тем лучше для неё же. Да и настроение у Ким лучше, чем в прошлые их встречи, ужас как хотелось идти на контакт. Джоа тихо кашлянула в кулак, тщательно прочистив горло, прежде чем с уверенностью начать не до конца обдуманную речь: — Застрять вот так в лифте — обыденное дело. Каждый в этом доме привык, — голос звучал уверенно. Ей казалось, будто Минхо с радостью ответит и подхватит разговор, но пока такого не случалось, — С тобой такое впервые? Тот упрямо продолжал молчать. Джо с глупой улыбкой, которую она только могла изобразить, выжидающе смотрела на него. Минхо искренне удивился, но виду не подал. Слушал её речь с неким раздражением, с желанием поскорее вернуть прежнюю тишину, но несмотря на полное игнорирование и хладнокровность, девушка продолжала вести бессмысленную беседу: —… несмотря на свой первый раз в такой ситуации, мне совсем не страшно, — добродушно делилась своими мыслями, не догадываясь, что тот уже почти на грани и порядком устал слушать её. Она снова и снова давала ему шанс, надеясь на внезапное проявление доброты. После последних слов, Минхо всё-таки соизволил посмотреть на соседку, прервав свое увлекательное занятие. Он направил угрожающий взгляд, заглянув прямо в чёрные глаза, и Джоа вдруг сильно захотела пойти домой. Она запнулась, вспоминая только что сказанные слова, дабы проверить, не сказала ли она случайно что-то лишнее. — Так ты… — Сглотнув ком в горле, нагло начала по новой, но голос не был твёрдым как раньше. Уверенность помахала ей ручкой, и ушла в тот же миг, — Теперь учишься в нашем университете?.. Очень глупо. Очень и очень глупо. Ким готова биться головой о стену, лишь бы втянуть эти слова в себя обратно, потому что звучали они слишком тупо. Одна бровь Минхо полезла вверх и казалось, что он сейчас покрутит указательным пальцем у виска, тем самым подтверждая слова Джоа. — Только сейчас поняла это? — Его голос не звучал дружелюбно, в нём чувствовалась отчуждённость. Густые брови нахмурены. Смотрел он так холодно, что у Джо невольно мурашки по телу забегали. Казалось бы, нужно именно на этих словах закончить жалкие попытки казаться ему хорошей, но темноволосая упрямо восстанавливала диалог. Джоа позволила себе расслабиться, отпрянув от стены и обхватив руками коленки, она села поудобнее, и направила на него мягкий взгляд. Ей как будто отключили мозг и включили все хорошие качества, которые только преобладают в ней, на полную. Зачем ей это нужно? Хочет задобрить соседа, которого казалось бы, на дух не переносит? Странно. Или день сегодня какой-то особенный, что ей захотелось подружиться с таким человеком? Ею точно что-то двигало, когда она говорила следующее: — Меня Ким Джоа зовут, и мне скоро двадцать будет. — С гордостью назвала цифру, чувствуя себя очень взрослой. Она вздёрнула маленький нос, и еле отговорила себя от идеи протянуть ему руку. Что-то ей подсказывало, что он всё равно не пожмёт. — А я разве спрашивал? — Не грубо, а как-то устало выдаёт он, и криво усмехается, видя растерянность на её лице. Все надежды в один миг рухнули. Желание продолжать попытки тут же испарилось. Так неловко себя она не чувствовала давно. После непонятного опустошение пришёл гнев. Сначала маленький огонёк загорелся в ней, перерастая в сильно обжигающее пламя. Джо попыталась не выпустить его наружу, плотно сжав губы, вцепившись холодными пальцами в пиджак. Кое-как удалось пережить его. Он продолжал смотреть на девушка задумчивым взглядом, как и она на него расстроенно. — Грубиян. — Неожиданно вырвалось, прежде чем успела толком подумать. Парень ничуть не удивился, — Я тут пытаюсь быть дружелюбной, а он… — Зачем? — Искренне удивился Минхо. «Зачем? Мне бы тоже хотелось знать, зачем мне это нужно!» — Мысленно прокричала девушка. — А-а, — послышался короткий смешок, — Я по-любому не собирался говорить другу про твой секрет. Мне это не интересно. И тебе не обязательно притворяться доброй. Глаза Джоа округлились от шока. Она от всей души действует, поняв и приняв свою ошибку, а он вот как это понял. Теперь ей точно не хотелось находится здесь рядом с этим парнем. Она вскочила на ноги, переступив через вытянутую ногу Минхо, и взялась нажимать разные кнопки, надеясь, что это хоть как-то поможет лифту начать свою работу. Сколько уже можно ждать? Минхо не сводил с неё глаз, увлеченно следя за тем, как соседка с угрюмым видом тыкает пальчиком в круглые кнопочки. — Не думаю, что это поможет, — с довольным видом заметил он, — Бесполезно. — Сделаю что угодно, лишь бы не оставаться здесь. Пожав плечами, Минхо остался следить за ней, находя чем-то забавным видеть разъярённую девушку. — Как сильно тебе нравится Чан? Этот вопрос вынудил Джоа приостановить свою работу, буквально застыв на месте. Сомнения закрались в её сердце. Нет, они были не насчёт своих чувств, они были самыми настоящими. Не верила она соседу. Почему он вдруг решил спросить об этом? Ведь несколько минут назад не хотел разговаривать с ней, а теперь что? Девушка настороженно посмотрела на него. Он не выглядел так, словно пытался насмехаться над ней и её чувствами, наоборот, его лицо выдавало какую-то грусть. Он серьёзен и глубоко задумался о чём-то. Но не успела Джо подумать, что же у него на сама деле на уме, как лифт затрясся, сильно дёрнулся и в тот же миг медленно покатился вверх, сбивая её с ног. Не удержавшись она падает на пол, задев ногу парня, больно ударяясь пятой точкой. — Не советую сильно влюбляться в него, — не обращая внимания на неудачное приземление темноволосой, Минхо с еле видной тревогой заглянул ей прямо в глаза. Теперь она была ещё ближе. После этих слов он поднялся на ноги, и через секунду двери лифта открылись на их этаже. Он вышел, оставив девушку на полу, и когда двери снова начали закрываться, парень подставил ногу, ожидая, пока та уже выйдет. Джоа поправила одежду, отряхнувшись от пыли, когда Минхо продолжил звучащие для неё загадочно слова: — Да и не только в него, — брюнет полез в карман джинсов за ключами, не смотря в её сторону, и направился к чёрной двери, — Веселись, живи для себя, пока есть возможность. Знал бы я это раньше, не ходил бы сейчас как… Он замолчал, открыл и дверь, и постояв так несколько секунд, скрылся в темной прихожей. Хотел что-то ещё добавить, но он же ведь не показывает свою слабость, а уж тем более перед какой-то девчонкой. Раздался звук поворачивающегося ключа в замочной скважине, и Джоа в одиночестве осталась стоять наедине со своими мыслями.