Только любовь

Вряд ли Кайл предполагал, что когда-нибудь сможет выйти из больницы в хорошем расположении духа, но сегодня был именно такой день. Курс химиотерапии подходил к концу, мама чувствовала себя — несмотря на все обстоятельства — прекрасно, и даже бледность на её лице сменилась легким румянцем, что не могло не радовать. И из всех обострившихся в последнее время проблем только вопрос с Хлоей оставался нерешенным. *** Тайное общение с Томасом в школе порой начинало забавлять Шарлотту, так как они походили на шпионов, которые ни в коем случае не должны допустить утечки секретной информации. Кто бы мог подумать, что у них будет столько тем для разговора и каждый с нетерпением будет ждать ответа от другого. Но в то же время это всё казалось ужасающим, что липкий пот и тревожность в груди появлялись мгновенно. Уже очень давно единственным другом девушки был только Кайл, который прошел с ней всё и в ком она ни секунды не сомневалась. Детская травма, связанная с лучшей, на тот момент, подружкой, пошатнула радужный мир Шарлотты, поэтому к людям она стала относиться с осторожностью, которая с годами трансформировалась в холодность, отрешенность и злобу по отношению к окружающим, что пытались нарушить её личное пространство. А Томасу хотелось верить. Может быть, всё дело в его настойчивости или харизме, а, может, Моррис потеряла маску безразличия и скоро снова станет сопливой и наивной девчонкой, но, тем не менее, шатенка хотела узнать его ближе, поделиться с ним чем-то личным. Но ощущение, что жизнь с заточенным клинком стоит у неё за спиной и ждёт своего часа, не покидало. И несмотря на всевозможные последствия и опасения Шарлотта, набравшись смелости и воодушевившись поддержкой дедушки, сделала то, о чем размышляла несколько дней. «Хочешь зайти к нам в гости сегодня вечером, часов в семь, например?» Записку с таким текстом Лотта подложила в шкафчик к Сангстеру и поспешно вернулась в класс, чтобы никто не заподозрил её в чем-то из-за долгого отсутствия, хотя одноклассникам давно уже всё равно — они иногда практически не замечают её, что было ей только на руку. Школьница надеялась, что он ответит таким же образом и ей не придется краснеть, но, словно прочитав её мысли, Томас сделал всё с точностью наоборот. Ну не мог упустить возможности посмотреть, как мило она смущается и прячет румяные щечки за кудрями. «С удовольствием. Я приду» Это он написал ей на физике, когда, наконец, появился шанс посидеть за одной партой. Шарлотта расценила это не иначе как пытку, так как получила ответ в самом начале урока, а значит, предстоит более получаса сидеть под его любопытным взглядом и прятать глаза. Но было в этом и что-то чарующее. *** Он окликнул её в холле. Нэйрил обернулась и постаралась сохранить невозмутимость на лице, так как была в компании двух одногруппниц, которые не были в курсе происходящего. — Можем поговорить? — спросил Кайл вежливо, но решительно, чего и сам от себя не ожидал. Если бы у него действительно была решимость, то они бы уже давно обсудили всё. — Ну, встретимся на экономике, — объявила одна из девушек, схватив вторую под руку, и они незамедлительно удалились, дабы не мешать разговору. — Да, давай, — кивнула блондинка, и пара отступила к стене, освобождая проход. — Хло, что происходит? — В смысле? — Наше молчание затянулось, тебе не кажется? В чем дело? — Может быть, потому что уже нечего продолжать? — без какой-либо злобы ответила Хлоя, с холодным спокойствием смотря парню в глаза. — Хочешь расстаться? — на секунду во взгляде Кайла показалось что-то трудно неуловимое: злость, растерянность, испуг или всё сразу. — Мы и не встречались, но, в целом, да, думаю, пора поставить точку. Если бы он только знал, каких усилий ей стоило сказать это так спокойно, то подумал бы хорошенько над своим ответом, но вместо этого тихо бросил: — Понял. Кайл наклонился и мягко поцеловал её в щеку. Худ хотел добавить что-то вроде «спасибо за всё», но передумал, потому что не понял для чего, и сразу же ушел, и блондинка молча была ему благодарна за это, так как, если бы он всё-таки остался и сказал это, она бы впервые заплакала на публике. Сколький ком застрял в горле, и Хлоя хотела отправиться в уборную, чтобы прийти в себя, но звонок оповестил о начале пары, и девушка поплелась на ватных ногах в аудиторию, решив, что выдержит всё. У неё, как и в графике любой сильной и независимой, всегда выделены часы для истерики. И они, к превеликому сожалению, не сейчас. Но удача была явно не на её стороне. Сегодня пара проходила в маленьком кабинете, так как только в нём были работающий проектор и интерактивная доска, которые нужны для проведения семинара. Техническое обеспечение их универа оставляет желать лучшего. И ввиду того, что мест было впритык, единственный свободный стул, по иронии судьбы, остался рядом с Худом. Впервые, наверное, близость Кайла доставляла такой дискомфорт. Хлоя чувствовала себя глупой школьницей, которая оказалась в центре любовной драмы, начавшейся из-за неё самой. Всю пару девушка старалась себя убедить, что поступила правильно. Она не нужна ему. И убедилась в этом окончательно, когда Худ так легко её отпустил, словно она очередная и в запасе у него ещё целый десяток. Так зачем унижаться? Любить себя — вот в чем не сомневалась Нэйрил и во что бесспорно верила. Всегда на первое место ставить уважение и любовь к себе, и никому не позволять вытирать об себя ноги. И эти мысли успокаивали Хлою и помогали пережить адские минуты рядом с Худом, на лице которого была такая обыденность, словно ничего не произошло. И, выйдя отвечать подготовленный материал к семинару, блондинка собрала остатки самообладания и уверенности, приподняла подбородок и улыбнулась, чтобы никто и не подумал, как мучительно накатывающая истерика разрывает внутренности. И только Худ всё прекрасно видел и понимал, потому что испытывал то же самое. Только аргументация была противоположной. Он не нужен ей, поэтому она так просто отказалась от него, потому что заметить кем-то получше не составит труда. И Кайл не стал препятствовать и отпустил. Парень уже давно начал подозревать, что их союз дает трещину, потому что базировался только на удобстве. И неудивительно, что при малейшем недопонимании Нэйрил решила всё прекратить. Отношения между людьми — дружеские, деловые, любовные — всегда сложны. У каждого своя правда, каждый смотрит на ту или иную ситуацию со своей стороны. Но это не значит, что всё двугранно. Граней гораздо больше, а вот сколько из них способен разглядеть один человек — хороший вопрос. *** Чайник согрелся, когда на часах было уже десять минут восьмого, но Томаса видно не было. Шарлотта не хотела накручивать себя и старалась сосредоточиться параграфе по истории, но то и дело поглядывала на время. Всё это было волнительно. Шатенка давным-давно не приглашала кого-то в гости, а если учитывать тот факт, что дедушка уехал к Худам под предлогом того, что Маргарет выписали, а Кайл сейчас на соревнованиях, ситуация напрягала ещё больше. Маленькая стрелка на настенных часах уже доходила до восьми, и Лотта отправила парню сообщение: «Ты придешь?». Ответа не последовало ни через две минуты, ни через тридцать, и Моррис отправилась в ванную. Ждать уже было бессмысленно, поэтому она расплела волосы, умылась и переоделась в пижаму. Школьница села за мольберт и успокаивала себя тем, что это даже к лучшему. Пускать кого-то нового в свою жизнь — это опасность. Вероятно, она должна была расстроиться или обидеться, но почему-то ничего подобного не ощущала, тяготившись только сомнениями о правильности и неправильности ситуации. Лотта прорисовывала закатное солнце, как в дверь постучали. Девушка была уверена, что это дедушка, так как он забыл свои ключи на тумбе в прихожей, поэтому без задней мысли пошла открывать. — Прости, Шэрли, я урод, я знаю, но я могу всё объяснить, не злись, — затараторил запыхавшийся Сангстер, а после протянул букет ромашек. — Это тебе. Моррис застыла на месте. Увидеть Томаса сегодня она уже никак не ожидала. И уж точно встретить его в пижаме не входило в её планы. — Спасибо…- она приняла цветы и продолжала смотреть на него огромными глазами, надеясь, что он подскажет ей дальнейший ход событий. — Я понимаю, что уже поздно, но я не мог не извиниться, — одноклассник перевел дыхание. — Дерьмово получилось. — Нет, всё в порядке, — преодолев растерянность, Шарлотта отлипла от места и попыталась улыбнуться. — Заходи, — она освободила проход, — ну, если не торопишься. — Не тороплюсь, — с облегчением выдохнул Сангстер и ступил на порог. Томас снимал обувь, пока Моррис ушла ставить цветы в вазу, и почему-то не сомневался, что Шэрли поверит в ту версию событий, которую он придумал за время пробежки до её дома, потому что причин ему не доверять у школьницы не было. И Сангстер понял, что должен постараться, чтобы их и не появилось, иначе вскроется тот самый проклятый чемодан, запрятанный на чердаке его сознания.