Только любовь

Духота в комнате не позволяла заснуть. Шарлотта отбросила одеяло к ногам и выпила два стакана воды, но это никак не помогло. Проблемы со сном редко беспокоили её, потому что после тяжелого и выматывающего дня только и думаешь, как бы оказаться в постели и не шевелиться несколько часов. Моррис не чувствовала усталости, а, напротив, беспричинный прилив сил подталкивал к какой-либо деятельности, а вариантов, чем же заняться ночью, у неё немного. Шарлотта поднялась с кровати и включила свет. С недоверием посмотрев в сторону белого холста, она тихо, дабы не разбудить дедушку, пододвинула к мольберту стул и достала из нижнего ящика шкафа палитру, кисти и краски, которые за несколько месяцев неиспользования успели покрыться тонким слоем пыли. Без предварительного рисунка карандашом и даже какого-либо проекта в голове, школьница стала заполнять самый центр листа цветом, наслаждаясь запахом краски. Внутри всё ощутимо трепетало, и улыбка растянулась на лице. Шарлотта стала корить себя за то, что так долго не возвращалась к любимому делу. Это походило на окончание диеты, такой популярной среди молодых девчонок, когда сбросившие заветные килограммы обладательницы фигуры мечты добирались до плитки шоколада. Девушка писала что-то похожее на теплый закат и не могла выбросить из головы их переписку с Томасом, которая продолжалась уже второй вечер подряд. Шарлотта стала проводить больше времени за ноутбуком, так как ей казалось невежливым заставлять собеседника ждать. Моррис испытывала странные чувства — разговоры с Кайлом безумно нравились ей, но они были другими, потому что Худ знал о ней всё, а Сангстер проявлял такую заинтересованность в её персоне, что Шэрли вновь ощутила свою важность и значимость. Но что удивительно даже для неё — она сама что-то спрашивала и слушала истории школьника, отмечая про себя, что в сети он куда смелее. Ну, или у него есть время подумать. Рисование успокоило Лотту, привело мыслив порядок, и Моррис, оценив небольшой результат своего творения, вернулась в постель, решив всё-таки поспать оставшиеся часы до учёбы. *** Кайл чувствовал себя глупо, согласившись на встречу в доме Лазовски, где кроме них двоих никого не было. Именно этот факт напряг Худа, но озвучивать он не стал, и со спокойным выражением лица прошел в комнату подростка и присел на край кровати. — Чай, кофе, сок? — спросил Питер, становясь возле стола. Ему данная ситуация нисколько не казалась волнительной или напряженной, и потому он едва подавлял желание подтрунить над излишним беспокойством гостя. — Думаю, сначала мы обсудим кое-что. Кайл не хотел быть строгим, но серьёзность сделала всё за него. Парень планировал обойтись без предисловий и длинных нравоучений, но ничего не шло на язык, несмотря на подготовку к разговору. Ему впервые было так сложно — даже объяснение с Шарлоттой не казалось ему таким трудным. Худ не представлял, как расставить всё так, чтобы не ранить мальчика, но при этом и выразить свою позицию. Долгий мыслительный процесс заставил брюнета нервно дергать ногой, и молчание неприятно затянулось. — Ну и напугал я тебя, конечно, — засмеялся мальчишка, замечая растерянность тренера, и с беззаботным видом присел на стул, так и не дождавшись обещанного обсуждения ситуации. — Прости, Кайл, я не думал, что ты так это воспримешь… — А как я должен на это реагировать? — чуть громче чем следовало ответил Кайл, но сразу смягчился: — Пит, я натурал, поэтому не понимаю, с чего ты вдруг решил… Да и намеков никаких не было. — Ты просто многого не замечаешь, — тихо сказал Лазовски и быстро добавил: — В общем, проехали, окей? «Лучше бы по мне сейчас проехали, — подумал Кайл. — Можно ли вообще такую ситуацию просто забыть?» Худ ничего не ответил, и какое-то время парни просто сидели в молчании. Где-то внутри Питера, как ни странно, веселило смущение тренера. Скорее всего, Кайл относился к нему как к маленькому, боялся обидеть, из-за чего Лазовски хотелось смеяться. Да, по документам он ещё ребёнок, но это не значило, что отказ брюнета заставит его расплакаться и, может быть, даже ненавидеть весь мир из-за неразделенной любви. Почему-то Питу казалось, что именно так думает о нем парень. — Ты ведь специально выбрал именно меня в качестве тренера, не так ли? — с подозрением спросил Худ, хотя уже понял, каким был идиотом. — Да, ты сразу мне понравился, но… — мальчишка притормозил, выставляю руки вперед, чтобы Кайл, упаси господь, не накрутил себя и не лишился чувств, — но обещаю, что подобных ситуаций больше не повторится. Тренировки с тобой действительно дают результат и быстро. Так что, надеюсь, они не прекратятся из-за данного недоразумения. — Получается, всё в порядке? — недоверчиво покосился Худ, который и сам не понимал, как должен был закончиться разговор. — Ну, да. А ты чего ожидал? — откровенно засмеялся Пит. — Что я буду убиваться или писать любовные письма? Нет, но если ты хочешь… — Пожалуй, откажусь, — чуть улыбнулся Кайл из-за заразительного хохота школьника, хотя внутри чувствовал некий оттенок беспокойства. Решив, что мусолить эту тему больше не имеет смысла, Лазовски встал со стула, приставив его обратно к столу. — Поднимайся, у нас сегодня паста с грибами, — не интересуясь, голоден ли Худ, сказал блондин и, заметив, что Кайл направился за ним, незаметно улыбнулся. — Кстати, как мама? *** Шарлотта просидела за картиной более трех часов, поэтому не заметила, как в комнату вошел дедушка. — Мне нравится, когда ты такая, — тихо проговорил Хью, положив сухие ладони ей на плечи. — Какая? — она не отвлеклась от холста, но улыбнулась. Дед был в восторге, когда Лотта сообщила ему, что хочет сократить количество рабочих часов, и всецело поддержал её идею. Он давно мечтал, чтобы внучка занялась учебой, хобби и просто любыми подростковыми делами и отдыхала. Шарлотта позволила себе это лишь, когда один из кредитов был, наконец, погашен и стало заметно легче. — Счастливая, — он чмокнул её в макушку, а после прошел и сел на кровать, наблюдая за художеством со стороны. — Может, пригласишь его в гости? — Кого? — Того, с кем постоянно щебечешь, ведь слышу уж я, как ты хихикаешь тут с женихом своим, — со смешком уточнил Хью. — Дедушка-а…- школьница сразу засмущалась и раскраснелась, словно её поймали за чем-то очень личным. — Мы только дружим… Ей стало неловко и из-за того, что он всё знает, и из-за того, что она слишком громко выражает эмоции во время переписки и, наверняка, доставляет неудобства дедушке в соседней комнате. Прежде она никогда не вела себя подобным образом. Даже с Кайлом. — Ну ладно-ладно, я не отчитывать же тебя пришёл, хотя мне и не нравится, что ты не спишь допоздна, — с укором заметил старик. — А над приглашением подумай. Живое общение лучше ваших этих интернетов, — специально исковеркав слово, сказал Хью и направился в сторону кухни, чтобы разогреть ужин. *** Фильм закончился, и Шарлотта потянулась, чтобы выключить ноутбук, стоявший на тумбе, и только острее почувствовала, как Худ тепло прижимает её к себе. Школьница постаралась сохранить спокойствие, глубоко вдохнула и повернулась к другу лицом. — Я так скучал, — сорвалось с губ Кайла прежде, чем он успел подумать. К слову, это самое нейтральное, что он мог сказать сейчас. Парень действительно безумно соскучился и не посчитал странным признаться в этом, несмотря на их трудный разговор некоторое время назад. Понимание того, что Шарлотта испытывала к нему нечто больше, чем положено друзьям, никак не останавливало Худа от употребления столь искренних фраз или от слишком откровенных объятий. Брюнет не старался поиздеваться или поставить в неловкое положение, он просто, как и обещал, никуда не собирался её отпускать и избегать общения. Ничего не изменилось. — И я, — выдавила школьница и положила голову ему на плечо, не в силах смотреть в глаза. Сердце предательски громко стучало в груди, что Худ, наверняка, слышал это. Лотта пыталась сконцентрироваться на чем-то другом, но от близости друга сделать это было нереально. Особенно после того, как Кайл взял её за руку и переплел пальцы. Внутри Моррис всё сжалось и замерло. — У тебя всё хорошо? — тихо поинтересовалась она. — Конечно, — тут же отозвался брюнет. — Почему ты спрашиваешь? — Ты давно ничего не рассказывал. На самом деле Шарлотта подозревала неладное из-за его странного поведения, но решила промолчать. Почему-то казалось, что это так или иначе связано с ней, а поддерживать подобные разговоры школьница не горела желанием. Худ только сейчас понял, что действительно уже многим перестал делиться с шатенкой. И не потому, что не доверял. Ему не хотелось взваливать на детские плечи ещё и свои проблемы, поэтому старательно избегал таких тем. Когда-нибудь он обязательно расскажет ей всё. В лучшие времена. А когда они наступят — уже другой вопрос. И к тому же ему нравилось сохранять ту беззаботную атмосферу, что установилась между ними ещё в детстве. Когда восьмилетний мальчишка увидел непонятно куда несшуюся со всех ног со звонким смехом кудрявую малышку, мир словно замедлил ход. Он ощутил это впервые, но стало ясно, что это неспроста, и, переборов стеснение, протянул девчушке руку в знак приветствия. И с того дня Кайл воспринимал её как спасательный круг, потому что только в её обществе он чувствовал себя спокойно. Когда ругались родители, когда в школе доставали хулиганы, когда просто было плохое настроение, — Худ всегда находил утешение рядом с тем маленьким солнышком, которое и само тянулось к нему. И ни за что на свете он не потеряет её. Сделает что угодно, но никогда не отпустит Шарлотту, даже если это будет эгоистично. — А я рассказывал, как чуть не спалил квартиру? Нет? Ну, так вот…