The home take

Лукас лежал в своей новой комнате. Огромная и вся принадлежала ему. Он чувствовал в ней себя пусто и одиноко,но в тоже время…ему было комфортно от такого количества лишнего пространства. Это все здесь завораживало. Все принадлежало ему. Никогда не имевший ничего мальчик,получил все. И из его головы…Почему-то не выходила эта девочка. Будто сама фея. Прекрасная. Но…то,что с ней происходит… Мальчишка сидел на окне и наблюдал за прекрасным садом,за чудесным розарием. Прекрасные нежные и колючие розы. Хрупкие до безумия,но такие же болючие. С шипами. Они были самыми хрупкими и красивыми. Прямо как она… Розовые и белые,красные и желтые. Все они были связаны с Ати,их связывал Лукас,представляя как эта маленькая девочка бегала и пряталась среди кустов. Была еще глупой и несмышленной. Плакала мило и трогательно от того,что царапала тело шипами,а Клод успокаивал дочь. Таково было идеальное представление Лукаса. Ветер. Ветер перемен. Лукас вспоминает боль. Боль,которая пронзает все тело изнутри. Ребенок,не знающий идеала. Давно утерянное чувство. И вот почему-то оно снова вернулась. Воспоминания об аду жизни совсем не тускнели,но та боль кажется уходила. Сбегала от сияния солнца. Сияния трогательной до глубины души Атанасии. Маленькой и больной девочки. Боль которой понимал он. Бутылки разбросаны по полу. Шум телевизора недостаточно громкий,чтоб заглушить рев недовольного мужчины. Закончилась очередная бутылка пива,а поднять свою тушу,покрывшуюся слоем лени и безпамятства от алкоголя,желания не было. Крик,который заставлял застыть на месте от некого страха. -Лукас! Пива мне холодного!-ворчание после. Капошение в диване и громкое недоумевание. Мальчик всегда жил в страхе в этой семье,после ночной вылазки матери. Ушла посреди ночи собрав вещи и оставив ребенка ненужного на его «отца». Ушла и не вернулась. И не вернется к нему никогда. Он понимал,что его снова бросили. Маленький и безпомощный. А в телевизоре в хокей игра и член команды не сумел попасть в ворота,от чего и следовало недовольство,помимо того,что по мнению мужчины пиво несли слишком долго. -Где мое пиво,чертов сорванец! Тащи его сюда или останешься без ужина!-выкрикивает приемный отец,а Лукас на ногах своих маленьких бежит и споткнувшись роняет на пол бутылку,еще тяжелую и хрупкую настолько…что слышится треск битого стекла и детский плач. Крики побои и Лукаса запирают в ванной темной. Без света совсем. В приюте и то было лучше… Мальчик истекает кровью холодный и голодный. А всем плевать. В этом мире он один совсем. В темном и враждебном мире. В больнице сейчас отбой,но девочке не до сна. Она видела того мальчишку и он был милым. Глаза его необычые и на ручках кажется были пластыри,скрывающие побои. Он явно был активным,что нравилось Ати. И все же. Она не знала даже его имени. Из ровесников друзей нет и никто не хотел с ней играть. С ней…девочкой,что и ходить нормально не может. Атанасия по ночам плакала всегда. Ей больно и одиноко. Мамочка больше не прийдет и дочка больше не скажет ей счастливое детское «мамочка!». Не улыбнется больше по-детски невинно и мило. Не засмеется больше звонко для нее. Ати любила родителей и дорожила ими,но знала и понимала,что папочка не всегда будет рядом и это детское одиночество… Для всех она девочка,что еще совсем ребенок,желающий стать принцессой. Но не просто ребенок. Ребенок на смертном одре. Нормальной жизни ей не видать больше и лишь от подобной мысли на душе гадко безумно. Больно очень и не уютно. Атанасия плачет от боли лекарств,боли терапии и неудач из-за которых до сих пор предпочитает кресло. Девочке больно и одиноко. Она похожа на цветок. Самый хрупкий в мире,созданный из самого прекрасного и чистого хрусталя. Насколько чистый и хрустальный,что даже подаренные феей туфельки для Золушки грязны и порочны. Атанасия чиста. Атанасия ангел в земном обличии. Ангел без крыльев. С самого своего появления на свет она несет бремя страдания и боли. Бремя одиночества. Бремя горя. Смотря в глаза того мальчика Ати понимала. Ати видела такую же терзающую душу боль,терзающие его жизнь страдания. Чувства его одиночества и опустошения. Она понимала и понимала прекрасно. Эти чувства стали для Атанасии и Лукаса красной нитью судьбы. Будто чья-то веселая игра. И замысел хитрый удался. Их судьбы переплелись.