The home take

-Атанасия, тебе пора на процедуры. Вставай, солнышко-до Ати доносился голос заботливой медсестры сквозь сон. Девочка открыла слабо глаза, сил двигаться не было совсем. Она взглянула на медсестру. Она терпеливо ждала, когда девочка проснется для того, чтобы ребенку помочь. Атанасия поморгала и пощурилась слегка недовольно, после чего взгляд ее упал на окно. Светло. До боли в глазах. Медсестра подошла ближе и осмотрела капельницу девочки. Закончилась почти. Девушка слегка ускорила ее течение колесиком и от чувства холода проходящего по венам ребенок вздрогнул и по его телу пробежали мурашки. -Можно…еще одно одеяло…Мне холодно. – высказалась Ати с печалью взглянув на работницу больницы. Та укрыла малышку еще одним пледом. Лишь после этого на лице девочки засияла легкая улыбка и беспокойство сошло с лица бедно медсестры. Все таки Атанасию любили тут многие. Особенно дети помладше ее самой. Для Лукаса утро значило начало нового круга ада. В конце концов он понимал, что многие его в новом школьном коллективе не полюбят. Он в частной престижной школе, а в семье приемный. Из этого следовало, что в умах этих напыщенных павлинов он… Словно вышел из грязи в князи. -Молодой господин, вам пора. Иначе вы опоздаете. -донесся голос из-за двери вместе со стуком. Мальчик поднялся неохотно. Он зевнул, будто был готов съесть того, кто стоит рядом, и потер сонно глаза свои. До самой поздней ночи он вспоминал улыбку Атанасии. Такая яркая и сияющая, но… Такая грустная. Лукас понимал, что девочке больно и одиноко, поэтому собирался ее проведать после школы. День продвигался безумно медленно для двоих детей. Лукас старался держаться подальше от всех, ведь подлизы полезли к нему, чтоб получить блага его приемного отца, кто-то невзлюбил его, посчитав крайне высокомерным и наглым, кто-то из жалости, а большинство девочек были готовы уже за него вырывать друг другу волосы и царапать лица. Все для привлечения внимания. Но нашлось и несколько обычных ребят, которые посчитали его обычным ребенком. Как и они сами. На удивления Лукаса, его положение в иерархии класса совсем не зависело от того, что он усыновлен. Видимо они почему-то посчитали его родным ребенком. Так даже лучше. Хлопот меньше. Атанасия же ходила на процедуры и у нее был еще один сеанс терапии в планах, что заставляло появиться слезы на глазах. Сегодня все так заняты и она осталась совсем одна. Она сможет вытерпеть эту боль. Она должна. Ати ведь сильная. Клод сегодня работал над поисками докторов для дочери, потому что с каждым днем все хуже и хуже, хотя девочка молчит об этом. Просто потому что хотела видеть отца рядом. Он и сам все понимал и видел, но не мог оставить все так. Отец до безумия любит свою дочь. Желает видеть ее искреннюю улыбку. Ее настоящее счастье. Атанасия и сама это понимала. Девочка сейчас пыталась продолжить сама ходить, хотя ее через чур ослабленное состояние было видно еще с самого утра. Многие восхищались Атанасией, ведь она в свои юные годы терпела столько. И все равно улыбалась. Дверь со скрипом отворилась и прежде чем медсестра успела что-то сказать юной девочке, которая с грустью смотрела на пейзажи за окном, решил начать Лукас. Птицы пели и солнце светило очень ярко. Так ярко, что зеленые листья, казалось, тоже светились. -Тебе не стоит улыбаться, если не можешь. Фальшивые улыбки совсем пустые и никому не нужые-сказал мальчик. Он присел на стул около кровати и вздохнул обреченно. Почему именно она? Мальчик совсем не понимал. Атанасия с удивлением смотрела на Лукаса и его действия. Все это было слишком необычно, будто видит ее насквозь. -Не понимаю о чем ты. – спокойно сказала Ати. Она продолжала улыбаться все равно, ведь была рада, что этот мальчик заглянул к ней. Лукас вздохнул совсем тяжко, в его глазах это был запущенный случай, хотя искренность еще существовала где-то там. Незаметно. Палату накрыла тишина, отягощающая. Слишком смущало и никто в целом первым заговорить не решался. Так вот они и просидели минут пять. За дверью палаты раздалась беготня и детские выкрики. Они играли посреди дня, ведь их отпустили с процедур или же некоторые готовились попасть или уйти отсюда. Однако некоторые из них лежали по простым причинам. Для промываний, после операций на аппендицит к примеру. -Прости. Единственное, что донеслось в тишине после тех минут отягощающего молчания. Мальчик поднял голову на тихую Атанасию, которая смотрела вниз и сжимала одеяло. Волосы его встрепыхнулись и он смотрел так удивленно. -Мой отец наверняка тебе сказал. Тебя усыновили только из-за меня… Тебе придется стать моим донором…-тихо говорила девочка, но она была впервые с кем-то настолько искренней. –Тебе наверняка… Атанасия закончить не успела. Ей прилетел легкий щелбан, который для нее был больным. Из-за этого она зашипела и прислонила ладонь ко лбу -За что? Ты…Ты…Плохой!-заявила Атанасия злобно. Ей было больно. -Потому что ты бред говоришь! Да и ко всему как я, доброволец-донор, могу быть плохим?-спросил он нахмурившись. Шутка, конечно же, детская, но Атанасия с удивлением смотрела на посетителя. И в палате впервые воцарился искренний смех. Такой чистый и невинный, будто смех маленького ребенка. Девочка уже давно не смеялась так. Так живо. Щеки Лукаса покраснели слегка и он пытался спокойно на нее смотреть и слушать, однако просто не мог. Ати была слишком милой, слишком невинной для такой жестокой жизни. Парень смотрел на нее взглядом полным боли. -Что-то случилось? –неожиданно спросила Атанасия, слегка покраснев от неожиданного осознания. Раздался стук в палату и туда заглянул мальчик со светлыми волосами, в школьной форме. Он пришел с пакетом из,кажется,из кандитерского магазина. В нем были сладости с черносливом и другими фруктами. Атанасия снова натянула фальшивую улыбку. -Иджекил,я ведь говорила тебе… Не стоит приходить перед экзаменами… Твой отец будет зол,если ты их не сдашь,то твой отец будет ругаться. –сказала девочка улыбаясь. Пустая,но видит это только Лукас,что слегка странно. -Ничего страшного,Ати. Тебе ведь одиноко тут сидеть-Иджекил ласково улыбнулся. Он осмотрел комнату и сделал вид,будто даже не заметил Лукаса,но явно слегка нахмурился при его виде. Они уже виделись,хоть и не были знакомы. -Вообще-то…Я пришел раньше и договорился о прогулке Ати,так что ты можешь быть свободен. Пока я рядом,ей уж точно не будет одиноко. Вот так и зародилась искра ненависти между двумя парнями.