Вспомнить прошлое

После своих слов Грейнджер замолкла. От накативших воспоминаний слезы потекли по ее щекам. — Но? — выдал Снейп, на лице которого уже не было равнодушия. Казалось, что сейчас он был сильно взволнован, говорил он хриплым печальным голосом. — Но Вы дали мне надежду. Так давно Вы дали мне надежду, поцеловали меня и бросили. Бросили, оставив бедную девчонку, переполненную чистыми и искренними чувствами. Вы бросили и оставили слабую девчонку одну, чтобы та сама справлялась со своими мыслями, со своими, увы, неисполнимыми желаниями. Вы дали надежду и бросили совсем еще неокрепший организм. Все это время я верила, что Вы явитесь ко мне, все это время я что и делала, то просыпалась ночью и искала Вас, но Вас не было. Вы бросили меня, а поэтому этим заставили принять решение. — Так и какое же решение ты приняла, посмею спросить? — Я больше не хочу страдать в ожидании Вас, я больше не хочу думать о Вас и предвкушать встреч с Вами, я хочу забыть Вас. Я приняла решение, что не хочу больше ждать Вас, что я должна разорвать ту связь, что соединяет нас, поэтому я прошу Вас не находить меня после того, как Вы узнаете, что я восстановилась. Я хочу забыть Вас и относится к Вам не больше, чем к учителю. Прошу, позвольте мне это! — слезы невольно текли по ее щекам. Несмотря на ее радикальное и твердое решение, голос ее дрожал. Ей было больно это говорить, потому что она все еще любила Северуса, но она хотела забыть о нем, потому что боль, что она испытывала каждый день, убивала ее. Она так и не смогла справиться с уходом дорогого для нее человека. Так же она была зла на то, что Снейп, вероятно, знал о ее близких, знал о том, что им нельзя приходить к ней, знал и не говорил об этом. Это разбивало ей сердце. — Интересное решение Вы приняли, мисс Грейнджер, — сказал Северус и поднялся со своего места, взяв в руки палочку. Он медленно направил ее на Гермиону, та не шевелилась и следила за действиями мужчины, не понимая того, что он хочет сделать, но она не стала поднимать на него палочку в ответ, потому что не могла это сделать, даже после многочисленных обид. — Что Вы делаете? — задала она вопрос и закрыла глаза. Она все еще не понимала, что собирался сотворить зельевар. — Легилименс! — произнес он и они оба начали падать в воспоминания Грейнджер. Гермиона вспомнила это заклинание — это то самое заклинания, благодаря которому Снейп узнал о ее чувствах, которое поставило барьер между ними, но не смогло надолго его сохранить. Гермиона не знала злиться ей сейчас или нет. Ей было совершенно все равно на то, что мужчина мог увидеть, потому что она хотела, чтобы он видел ее мысли в последний раз. Возможно, он хотел убедиться в том, что Грейнджер неискренна с ним сейчас, что она все еще любит его. Сквозь туман он попал в Хогвартс. Он снова попал в Большой Зал на церемонию распределения. Снова попал туда, где уже был в прошлых ее воспоминаниях. — Гермиона Грейнджер! Судя по всему, маленькая Гермиона, в отличие от Гарри, с нетерпением ждала своей очереди и не сомневалась в успехе. Услышав свое имя, она чуть ли не бегом рванулась к табурету и в мгновение ока надела на голову Шляпу. — ГРИФФИНДОР! — выкрикнула Шляпа. Рон застонал — видимо, несмотря на все свои сомнения, он верил, что попадет туда же, где были его братья, а учиться вместе с настырной и всезнающей Гермионой ему явно не хотелось. Все вокруг переменилось и Гермиона с Северусом оказались на завтраке на следующий день после распределения. Грейнджер тихо сидела около Поттера и ела завтрак, чтобы набраться сил на весь день. — Что у нас там сегодня? — спросил Гарри, посыпая сахаром овсянку. —Два занятия по зельям — заниматься будем вместе со слизеринцами, — ответил Рон. — Занятия ведет профессор Снейп, а он — декан Слизерина. Говорят, что он всегда и во всем на их стороне, выгораживает их перед остальными преподавателями и ставит им лучшие отметки. Вот как раз и увидим, так ли это. Еще мгновение и ученики оказались в подземелье. — Глупое махание волшебной палочкой к этой науке не имеет никакого отношения, и потому многие из вас с трудом поверят, что мой предмет является важной составляющей магической науки, — продолжил Снейп, — Я не думаю, что вы в состоянии оценить красоту медленно кипящего котла, источающего тончайшие запахи, или мягкую силу жидкостей, которые пробираются по венам человека, околдовывая его разум, порабощая его чувства… могу научить вас, как разлить по флаконам известность, как сварить триумф, как заткнуть пробкой смерть. Но все это только при условии, что вы хоть чем-то отличаетесь от того стада болванов, которое обычно приходит на мои уроки.

***

— Это Снейп! Это он вызвал тролля! Вы видели большую царапину на его ноге? — воскликнул Поттер. — Знаешь, Гарри, в тот момент мне не совсем хотелось смотреть кому-то на ноги, — ответила с небольшим презрением гриффиндорка.

***

Сохатый, Лунатик, Хвост, Гарри, Рон, Гермиона и Снейп в Визжащей хижине: Яростно взревев, Блэк бросился к Снейпу, но тот нацелил волшебную палочку точно ему в лоб. — Только дай мне повод, — прошипел Снейп, — дай повод, и, клянусь, я убью тебя. Поттер взглянул на друзей — Рон пребывал в полном смятении и продолжал бороться с Коростой; Гермиона, хотя и неуверенно, но все же приблизилась к Снейпу и замирающим от волнения голосом спросила:  — Профессор Снейп… может… может, нет ничего страшного в том, чтобы выслушать… что они хотят… хотят сказать? — Мисс Грейнджер, Вы уже на грани исключения из школы! — рявкнул Снейп, — А что касается вас, Поттер и Уизли, вы вообще перешли все границы, проводите время в компании закоренелого убийцы и оборотня. Так что раз в жизни придержите языки. — Но если… если это ошибка… — Молчать, глупая девчонка! — Снейпа прорвало, он вдруг будто обезумел от злости, — Не рассуждай о том, чего не понимаешь! С его волшебной палочки, направленной в лицо Блэку, слетело несколько искр, и Гермиона умолкла.

***

Когда Снейп наблюдал за данными воспоминаниями в его сердце будто что-то сжималось. Он будто чувствовал стыд из-за сказанных слов несколько лет назад. Сейчас он видел самого себя — яростного и бесконтрольного, он слышал слова, сказанные им, и сейчас принял их на свой счет, поставил себя на место Грейнджер. Именно из-за таких моментов Северус и решил дать время Грейнджер, чтобы именно после того, как она вспомнит все моменты с ним на протяжении пяти курсов, он бы пришел к ней и спросил о ее решении. Он сам понимал, что он не самый лучший и добрый в мире человек, вовсе наоборот, поэтому дал девчонке время, но она этого не понимала. И, вот, снова воспоминания с их первой встречи после потери памяти, снова эти неловкие объятия, этот нежный и бескошмарный сон, этот поцелуй, что заставил все внутри Гермионы пылать, заставил разрываться ее от чувств внутри, заставил запомнить себя надолго и до сих пор заставлял никогда его не забывать. «Что ты делаешь со мной, Грейнджер? — подумал Северус, пытавшийся придумать, как ему себя вести, что ему сейчас чувствовать, кроме ответных чувств и сильного сострадания, — Зачем ты думаешь об этом сейчас? Зачем заставляешь меня видеть это? Неужели ты хочешь мне что-то доказать. Но это бессмысленно, потому что мои чувства с последней нашей втречи не изменились…»

***

— Закрой глаза, — прошептал мужчина. — И вы уйдете… — ответила гриффиндорка печальным голосом, полным обиды и разочарования. — Прошу. Закрой их и не открывай, пока сама не захочешь их разомкнуть, — Северус говорил уже грустным голосом, он словно не мог поступить по-другому, он не мог думать по-другому. — Тогда я открою их сразу же, как и закрою, — резко ответила Грейнджер. — И увидишь, как я уйду. Я не хочу, чтобы ты видела это. Прошу, послушай меня! Если ты… правда… любишь меня… «Я люблю Вас! Люблю больше всего на свете, но я не хочу, чтобы Вы покидали меня..» — повторялись в воспоминаниях одни и те же слова Гермионы. Слезы выступили на глазах у девушки, и она сквозь большое желание не закрывать глаза, до последнего видеть мужчину перед их предстоящим, как она думала, разрывом. Но для нее важнее было выполнить просьбу любимого мужчины. Она закрыла глаза и снова задержала дыхание. Если не видеть, то слышать его. Перед своим уходом он резко на секунду еще раз поцеловал Гермиону, и этот поцелуй вселил в нее надежду, надежду на то, что все будет хорошо, что мужчина вернется к ней — скоро. Этот поцелуй словно оставил следы на ее губах — следы любви и надежды.

***

— Я буду ждать Вас, — сказала она, сжала в кулаке часть мантии Снейпа и после этого положила ее на подоконник. — Инсендио! — произнесла она четко и уверенно, направив палочку на лоскуток. Тот вспыхнул и моментально сгорел, сгорел, забрав с собой всю неуверенность Гермионы, все ее печальные мысли, пережитую из-за мужчины боль, оставив только в ее сердце желание меняться, желание развиваться, счастье и самую искреннюю в мире любовь.

***

Еще секунда и Поттер набросился на Грейнджер с распростертыми объятиями. Он крепко сжал ее тело, обвил свои руки вокруг нее, прижав голову девушки к своему плечу. Гермиона тоже ответила на объятия. Сейчас она забыла о том, что избранного не было так долго, она позабыла о мыслях, что она не нужна своим друзьям, ведь Гарри здесь, а если он здесь, то они не переставали быть близкими друг для друга. У нее было много вопросов к нему, как и у него к ней. — Почему ты не пришел раньше? Как ты нашел меня, Гарри? — шепотом поинтересовалась гриффиндорка, не разрывая объятия. «Поттер?! — возмутился Снейп, — Он нашел ее. Но как? Неужели Римус… Я так и знал! Я так и знал, что нельзя доверять ему с самой первой его со мной встречи!»

***

— Ты не должна верить ему ни в коем случае! — почти крича, выпалил Поттер и волнующим взглядом посмотрел Гермионе в глаза. — Гарри, я уже доверяю ему. Он единственный, кто явился ко мне, единственный, кто решил спасти от… одиночества… Даже ты пришел только сейчас. Я так нуждалась в чьей-то поддержке. Почему тебя не было, когда ты был мне нужен. Гарри усмехнулся. — Мне до последнего момента не говорили, что с тобой происходит. Они скрывали это от меня, чтобы я не нашел тебя. Они думают, что это поможет твоему восстановлению, что своим присутствием я запутаю тебя. — Но сейчас я действительно запуталась… — Гермиона! Думаешь Снейп не знал об этом? О том, что у тебя есть близкие и друзья? Он прекрасно знал и молчал, а ты до сих пор хочешь верить ему! Сколько курсов ты вспомнила? — Один. — Ты еще слишком мало знаешь. Я советую тебе передумать насчет него. Прошу! «Поттер… Если бы ты знал, что я делаю для тебя и для нее. Заносчивый Поттер! Как же я не выношу тебя!» После увиденного для себя Снейп решил, что хватит с него воспоминаний Грейнджер на этот день. Он видел лишь то, что сам и совершал, за исключением поступка с Поттером. Он убедился в том, в чем хотел убедиться — каковы чувства Гермионы, и почему она приняла такое радикальное решение. Он понял, что Грейнджер до сих пор любит его и, узнав о нем много плохого, как из уст Поттера, так и из воспоминаний, ей стало больно. Больно осознавать в кого она влюблена. Но сама она говорила, что ей совершенно все равно на то, что было в прошлом, хотя сама хотела из-за него скрыть и забыть свои истинные и светлые чувства. «Она еще слишком глупа…» — подумал Снейп и взмахом палочки вырвал себя и Гермиону из воронки воспоминаний. Они смотрели друг на друга и пытались понять чувства друг друга. На лице Грейнджер снова появился тот стыд, что она испытала после того, как Северус узнал о ее чувствах. Выражение лица Северуса было взволнованное. — Простите, но, боюсь, что мне пора… Я все рассказала Вам, — опустив взгляд, сказала гриффиндорка и поспешила к двери. Снейп перегнал ее и преградил выход. — Прежде чем уйти я хочу кое-что сказать Вам. — Вы говорили, что примете любое мое решение, так примите и это, — со слезами на глазах говорила дрожащим голосом Гермиона. Она все еще не поднимала на мужчину взгляд, она не хотела показывать ему свою слабость. — Я рад, что Вы смогли запомнить то, что я говорил, но я очень разочарован в том, что Вы не выполнили свое обещание. Вы дали слово, что несмотря ни на что дождетесь своего восстановления. Я бы сам явился к Вам, но сейчас Вы заставляете увидеть меня Вашу слабость. Вы поверили не своим чувствам, а словам человека, что не любит меня всем сердцем, что я не могу выносить. Мне неприятно это. Я оставил Вам воспоминания в своих последних касаниях, я подарил Вам свой поцелуй, чтобы Вы верили в меня, но Вы не сдержали свое слово! — строгим, но хриплым голосом говорил мужчина, — И поскольку Вы все-таки дали обещание, я не принимаю ваших слов, я не верю ни единому Вашему слову, потому что убежден в том, что Вы лжете, что более не чувствуете ко мне ничего. Я убежден в этом! Я все еще буду ждать Вашего восстановления, и когда узнаю о том, что это случилось, сам найду Вас и обо всем спрошу, но сейчас, как больно бы Вам не было, я не приму ни одного Вашего слова всерьез — такая моя воля. В ответ Гермиона молчала. Ей стало по-настоящему стыдно за то, что она пришла сейчас. Она запуталась в том, что чувствовала, в том, что навязал ей Гарри. Именно сейчас она поняла, что решение о том, что к ней никого не будут пускать до самого конца, было правильным. Сейчас ей хотелось извиниться, но это только сильнее доказало бы ее слабость, она сильнее бы разочаровала мужчину. — Обещайте снова, что все-таки дождетесь того момента, когда я сам приду к Вам. В ответ Грейнджер снова промолчала. Тогда Снейп подошел к ней очень близко, взял ее маленький подбородок в свои руки и поднял его. Он посмотрел ей в глаза взволнованным полным искренних чувств взглядом. Грейнджер была напугана, но увидев его глаза, она забыла о страхе, о стыде, она снова утонула в них. — Обещайте! — повторился Северус. — О… Обещаю — прошептала Грейнджер и получила в награду то, что не могла ожидать, когда торопилась в это место. Она снова получила этот нежный, этот сладкий поцелуй. Она снова почувствовала вкус горячих губ любимого мужчины, что сводили ее с ума, снова внутри нее что-то разгоралось, что-то взрывалось. Вулкан чувств извергался по всем ее внутренностям. Сейчас она снова забыла обо всех своих обидах — была только она и он и больше ничего. И ничего не могло им помешать. Во время поцелуя Снейп вместе с Грейнджер трансгрессировал в ее квартиру. Он молча оставил ее там и снова ушел. Ушел тихо, без слов, так же, как и в тот раз — девятнадцать дней назад. Он почти вышел из квартиры, как вдруг услышал слова девушки. — Я буду помнить Вас всегда, потому что люблю. И Вы сами в этом убедились. Но… Извините меня, но я… Я не изменю своего решения, — прошептала ему в спину Гермиона. — Не верю, — ответил Снейп. Он тяжело вздохнул и наконец скрылся. Как он и говорил, он не принял всерьез эти ее слова и со спокойной душой отправился домой. Поцелуй, что он подарил Гермионе снова тоже вертелся у него в голове. Он наконец осознал, что тоже любит Грейнджер, что никогда не сможет забыть ее. Она единственная, кто проявила к нему светлые и искрение чувства, единственная, кто смогла растопить его сердце за долгие годы.