Вспомнить прошлое

— Гермиона, не говори никому, что я здесь был! — попросил Поттер, грустным взглядом, смотря девушке в глаза, — Иначе я больше не смогу прийти к тебе. Есть люди, которым это невыгодно или не удобно. Я еще не разобрался. «Невыгодно? Кому я невыгодна? Неужели я так важна, что ко мне даже не пускают моих друзей?» — Хорошо, Гарри, — ответила Гермиона, улыбнувшись, — Я не собиралась этого делать. Я сама понимаю, что если сделаю это, то кто-то из Хогвартса запретит тебе посещать меня. Поэтому не волнуйся. — Ты знаешь о Хогвартсе? — Да, я же сказала тебе, что вспомнила первый курс. — Точно! — воскликнул Поттер с улыбкой, но потом лицо его поменялось на виноватое, — Ты только прости меня, что я не могу рассказать тебе все, что сейчас вокруг меня происходит. Придет время, и ты обо всем узнаешь. — Я понимаю… Гарри еще немного посмотрел в глаза гриффиндорке и после крепко, даже крепче, чем при встрече, обнял ее, словно прощался с ней последний раз. Он не хотел отпускать ее, он не хотел уходить. Он хотел просто забрать ее и унести с собой, и черт с тем, что ее будет искать Дамблдор. Но он не мог этого сделать, потому что навредил бы девушке. Он видел прогресс в ее поведении, а значит посещение Снейпа ей все же помогало. Это сердило Поттера, он хотел высказать все директору, но не мог, иначе его скроют от Грейнджер. Гарри улыбнулся на прощание, и поспешил к двери. — Ты еще придешь? — задала вопрос девушка ему в след. — Конечно! Я приду! Я приду с Роном. Знаешь его? Девушка кивнула и после этого Поттер наконец скрылся за дверью.

***

— Римус, я никогда тебя ни о чем не просил, — начал разговор Северус, — Но пришло время -это сделать. Римус вопросительно вскинул брови и сжал свои руки в замок. — Это очень неожиданно, что ты подошел ко мне с какой-то просьбой, но я к твоим услугам, если то, что ты хочешь попросить в пределах досягаемого. Можно сказать, что ты часто помогаешь мне, делая зелье для облегчения моего… недуга! Поэтому я готов помочь тебе. Снейп усмехнулся. — Ты мог не упоминать мои достижения, но все же это хорошо, что ты не забываешь о моем вкладе, — сказал равнодушно Северус. — Так зачем ты пришел? — задал вопрос Римус, которому уже не терпелось выслушать просьбу знакомого ему с детства слизеринца. — Прошу не задавать лишних вопросов — сказал Северус и, тяжело вздохнув, начал говорить о своей просьбе. Северус обрисовал всю ситуацию. Он объяснил Римусу, что не волен больше тратить на Гермиону время, что Дамблдор не понимает его, он не понимает, что у мужчины есть свои очень важные дела. Он не рассказал ему истинной причины отказа от такой работы по понятным причинам. — Но почему Дамблдор доверил это дело тебе? — удивился Римус. — Я просил не задавать вопросы. Еще я прошу тебя — никому об этом не говорить. Об этом знают: только я, Дамблдор и теперь… ты… — Хорошо, Северус. Я тебя понял. — Ты согласен? — Это будет трудно, — ответил Римус, — Но я помню твою помощь, и тем более для меня важна Гермиона, она подруга Гарри и моя ученица. Я обязан ей помочь. Снейп кивнул в качестве благодарности и скрылся так же незаметно, как и пришел.

***

Девятнадцать дней спустя: Северус сидел на большом мягком кресле у себя в гостиной и увлеченно читал книгу о противоядиях от змеиных укусов. Ничто не волновало его в этот момент. Он чувствовал смирение и спокойствие, ему было совершенно все равно на происходящее. То, что, за окном была глубокая ночь совершенно не касалось его. Сейчас он жил так, как хотел уже очень давно. Но такое состояние было только тогда, когда он был чем-то занят. Если же он оставался наедине сам с собой, то сразу начинал вспоминать свои последние сказанные Гермионе слова. То, какое обещание она ему дала, поцелуй. Этот самый нежный поцелуй постоянно вертелся у него в мыслях, их долгие и теплые объятия тоже имели место быть в его голове. Но, находясь в отдалении от девушки, он не чувствовал, что скучает по ней, потому что каждый раз, когда Римус заменял его, он сразу же расспрашивал его о произошедшем. Он знал, что с Грейнджер, а поэтому не волновался. Чаще всего Лунатик говорил, что Грейнджер практически не улыбается, как будто пожиратели стерли у нее не только память, но и эмоции. В глубине души это расстраивало мужчину в черной мантии, ведь он понимал, что это все из-за него, что, вероятно, в отличие от него Гермиона очень скучает, так как ей никто не может сказать о Снейпе, и она никому не может рассказать о своих чувствах, чтобы ее успокоили и утешили. Но единственное, что зельевару оставалось с этим делать — так это смириться и ждать подходящего момента, что должен настать еще совсем нескоро. Недавно мужчина узнал, что Грейнджер снова видела кошмар, но на этот раз не с участием родителей, а с его участием. Это безумно его интересовало, но Грейнджер не раскрывала суть своего сна, поэтому узнать о ее кошмаре в данное время было невозможно. Северус сидел и ничего не ждал. Он спокойно читал, забыв обо всем вокруг, как вдруг услышал, как кто-то негромко постучался по двери. Это удивило его, так как в такое позднее время он никого не мог ожидать к себе домой, да и за долгий промежуток времени у него никого не было, даже по делу, так как обо всех важных делах всегда говорили на заседаниях ордена и заседаниях в особняке у Малфоев. Он с опасением подошел к двери и, держа палочку в руках, открыл ее. Перед ним стоял тот человек, которого он никак не ожидал увидеть в это время — это была Грейнджер, с которой он не виделся уже больше полу месяца. Она дрожала от холода, она была вся промокшая, так как на улице шел огромный и страшный ливень. Она смотрела на него раздраженным взглядом полным разочарования. Снейп, не ожидавший прихода Гермионы, ухватил ее за плечо и быстро дернул в помещение. Закрыв за девушкой дверь, он молча усадил ее на кресло и отправился на кухню. Грейнджер сидела и оглядывалась вокруг себя. Место, где она сейчас находилась, было таким же скромным, как и квартира, в которой она сейчас обитала, точнее в которой ее держали. За спиной гриффиндорка заметила целый стеллаж с книгами. Он сильно привлек ее, поэтому она встала со своего места и начала изучать. — Эти книги… Я все их прочитал, — сказал Снейп холодным равнодушным голосом. От неожиданности Гермиона вздрогнула и обернулась. Мужчина поставил на стол большую чашку с горячим чаем, из которой шел теплый густой пар. Гермиона ничего не ответила на это и заняла свое прежнее положение в большом кресле. Помимо чая Северус принес также плотное теплое покрывало, в которое молча окутал гриффиндорку. Та приняла этот жест как должное. Сейчас она не робела перед мужчиной, как прежде, она, наоборот, чувствовала себя очень уверенно. Это удивило мужчину, но все же он быстро об этом забыл. Сейчас его больше волновали не изменения в Гермионе, а то, что она тут делала. Снейп принял удобное положение в кресле напротив Гейнджер и начал пристально смотреть на нее, заставляя этим проявить девушку - свою слабость, робость и неловкость. Но своим взглядом он не смог вызвать у гриффиндорки никаких эмоций. Она лишь также пристально осматривала мужчину и чего-то ждала. — Ваш чай скоро остынет, — произнес профессор зельеварения после долгого молчания. Гермиона взглянула на чашку и взяла ее в руки. После того, как она сделала первый глоток, щеки ее покраснели от большой температуры напитка, напомнив Снейпу смущение девушки в первые дни его работы с ней. Гермиона почувствовала жар на своих щеках и поняла, что все-таки это не только от чая. Она видела мужчину, в которого одновременно была по уши влюблена, и одновременно на которого злилась больше всего на свете. Его взгляд не давал ей полного спокойствия. Она ненавидела себя за то, что даже после большой обиды не могла скрывать свои слабости, не могла подавить свои чувства. — Как ты смогла выйти? Не думаю, что Римус разрешил бы тебе, — сказал Северус равнодушно, как будто он ожидал прихода Гермионы и вовсе не был этому удивлен. — Он здесь не при чем. Никто здесь не причем. Важно не то, как я здесь, а то, зачем я здесь, — ответила гриффиндорка уверенным, но дрожащим не успевшим согреться голосом. Северус усмехнулся. — И зачем же Вы здесь? — задал вопрос Снейп, вскинув брови вверх. — Для того, чтобы последний раз посмотреть Вам в глаза. Понять какого Вам жить, сделав нехорошие вещи, — еще уверенней сказала Грейнджер и чуть приблизилась вперед, пристально смотря на реакцию Снейпа. Тот совершенно не выдал никакую эмоцию. Даже равнодушие сейчас не читалось на его лице. Полная пустота, которая отражала его душевное состояние в последнее время. — И что же я натворил? — задал он вопрос без особого интереса и отвел взгляд в сторону. — Вам правда это интересно? — поинтересовалась Грейнджер, заметив полную отстраненность мужчины, которая еще больше разрывала ее сердце. Ей хотелось реветь, но за эти дни она хорошо научилась скрывать свои чувства глубоко внутри себя. — Интересно, — дал многозначительный ответ мужчина и снова посмотрел на девушку. Та уже перестала дрожать, согревшись теплым пледом и горячим чаем, что недавно подал ей Северус. Гермиона снова видела теплоту в его взгляде, который она вспоминала каждую ночь и никогда не забывала, она снова почувствовала что-то приятное внутри себя, но потом вскоре снова подавила это чувство и начала свой разговор. — Я пришла, чтобы сказать Вам это сразу, как только я приняла решение. Я не дождалась конца лета, потому что знаю, что останусь солидарна и согласна с собой до конца и не изменю решения, — сейчас девушка говорила уже менее уверенно, не смотря Снейпу в глаза, потому что как только она это делала, она сразу забывала о том, зачем сюда явилась, — Я благодарна Вам за то, что Вы были в моей жизни и до того, как я потеряла память, и после этого. Я благодарна Вам за то, что позволили раскрыть Вас с двух сторон, узнать Вас, как личность, что дали мне приятные эмоции и чувства, что я испытала, испытываю и, вероятно, буду испытывать еще долго, а может даже и всегда. Вы многое сделали для меня — Вы многому обучили меня. То, что я сейчас вспоминаю свою жизнь, то чем я жила — Ваша заслуга, ведь именно Вы изготовили это сложное зелье для меня, как сказал мне Римус. Что я пока единственная, кому Вы готовили это. Я никогда не забуду об этой благодарности. После своих слов Грейнджер замолкла. От накативших воспоминаний слезы потекли по ее щекам. — Но? — выдал Снейп, на лице которого уже не было равнодушия. Казалось, что сейчас он был сильно взволнован, говорил хриплым печальным голосом. — Но Вы дали мне надежду. Так давно Вы дали мне надежду, поцеловали меня и бросили. Бросили, оставив бедную девчонку, переполненную чистыми и искренними чувствами. Вы бросили и оставили слабую девчонку одну, чтобы та сама справлялась со своими мыслями, со своими, увы, неисполнимыми желаниями. Вы дали надежду и бросили совсем еще неокрепший организм. Все это время верила, что Вы явитесь ко мне, все это время я что и делала, то просыпалась ночью и искала Вас, но Вас не было. Вы бросили меня, а поэтому этим заставили принять решение.