No more dream

Полтора года спустя. — Я хотела чёрное платье, а не этот пышный торт из тюля. Я люблю чёрный цвет. И не люблю свадьбы. Почему мы не могли просто расписаться, как Доён и Юнги? — возмущается девушка. — Господи, блять, боже, просто надень уже это долбанное платье, Эмили! — рычит Монкут. — А у нас впереди ещё как минимум три свадьбы… Может Хосок и Чауми тоже захотят просто расписаться? Мы с Чимином точно будем играть свадьбу, вам придётся потерпеть этот хаос, девочки, — улыбается Лин. — Мы ещё не говорили об этом, — краснеет Чауми, вбегая в комнату. — Ты где была, мы тебя обыскались! — перекидывает свой гнев с Эмили на Чауми госпожа Мун. — Я… Помогала Хосоку одеться, — девушка краснеет ещё сильнее. — Зато я принесла нам выпить. — Да вы издеваетесь! — кричит Мун. — Мне надо время, простите. — Один бокал можно, — успокаивает расстроенную девушку Чауми. — Девочки, простите меня! — всхлипывает холодная Принцесса, резко оттаивая. — Это гормоны. Терпи, солнце. Меня так до самых родов колбасило. А от шампанского ничего плохого не будет, пей, беременяшка, — выхватывает бутылку из рук Чауми Эмили, делая глоток прям с горла. — Так немного лучше, спасибо. Если я сбегу отсюда прямо сейчас, как быстро Джин найдёт меня и надерёт мне задницу?

***

— Нервничаешь? — спрашивает Чимин, поправляя бабочку Джину. — Немного, — улыбается Сокджин. — Не могу поверить, что мы, наконец, официально станем мужем и женой. Слишком долго ждал этого. — Поверь, это не то, чего стоит долго ждать, — ворчит Юнги. — Теперь ругаться с ней тебе будет сложнее. — Моя не будет угрожать мне разводом, — смеётся Джин. — Вы снова поругались с Доён? — Мы не поругались. Мы поспорили. Опять, — отворачивается Мин к окну, делая глоток виски из стакана, который покачивает в руках, словно это может успокоить его нервы. — Зачастили вы, — хмурится Намджун. — Она отказывается оставлять работу. И не хочет спешить с детьми, — поясняет Мин. — Ты, вроде, тоже с детьми не спешил, — напоминает Пак. — Не спешил. Во всём виновата Элис, — честно признаётся Юнги. — Моя дочь тут совсем ни при чём, — тычет пальцем в брата Джин. — Нечего перекладывать ответственность. — Нечего было рожать такую прелесть. Как вообще у таких родителей, как вы, родилось такое чудо, — издевается Мин. — Кстати, где она? — С бабушкой. У них всё в порядке, — заходит в комнату слегка растрёпанный Хосок. — Трахался, — констатирует Юнги. В ответ лишь получает ухмылку. — А где Тэхён и Чонгук? — спрашивает Джин. — Даже знать не хочу, какие ещё злачные места они используют для удовлетворения своих чрезмерных сексуальных потребностей, — ворчит Намджун. — Кто бы говорил, — заливисто смеётся Сокджин. — Сам давно ли страдаешь от недотраха? Надолго вам поставили запрет? — Нам его не ставили, мы его себе сами поставили, — бормочет Джун. — Юнги, так вы помирились с Доён? — уточняет Чимин. — Помирились. Сошлись на том, что она согласна родить мне двоих детей, — кивает Мин. — Боюсь спросить, сколько ты просил? — ошарашенно смотрит на него Хосок. — Немножко больше, — ухмыляется Мин. — Итак, жених, ты готов? Нам пора выдвигаться.

***

После пышного празднования девушки устало рассаживаются на лужайке перед домом, наслаждаясь относительной тишиной, вкусными напитками и общением. — Вы бы видели этого отца семейства, когда он в своём ресторане руководит… — прикусывает губу Эмили, вспоминая грозного и сосредоточенного Джина. — Просто тиран. Потрясающе красивый, строгий, неимоверно вкусный… В смысле готовит он вкусно. В общем, держит коллектив в ежовых рукавицах, но я вижу, как он счастлив. Всё-таки это его. Готовка, организационные моменты. Это стало делом его жизни и я рада, что у него получается. — Как твоя книга? — интересуется Лин, отпивая глоток шампанского. — В процессе, но меня постоянно отвлекают, — смеётся Эмили. — Кое-кто заставляет меня писать сплошную порнуху вместо глубокомысленных, эмоциональных произведений. — Я видела тираж, не вешай мне лапшу на уши, ты отлично пишешь, — тычет в неё пальцем Доён. Девушки смеются. — Хосок справляется с ролью генерального директора? — продолжает разговор Монкут. — Устал, но я вижу, что это делает его счастливым. Всё держит в своих руках, постоянно ругается по поводу опаздывающих мелких, — улыбается Чауми. — Штрафы за опоздание тоже не помогли, — подтверждает Доён. — Вы вообще видели, что они вытворяли? Снова затащили в кровать какую-то барышню… — хихикает Эмили. — Спасибо, что не парня… — бормочет Лин. — Спешу тебя расстроить или обрадовать, парни у них тоже были, — подмигивает ей Эм. — Вот это я понимаю разнообразие в сексуальной жизни, — восхищается Доён. — И это говорит человек, который получил штраф за занятие сексом в общественном месте! — хмыкает Монкут. — Могла бы и промолчать, — парирует госпожа Мин. — Могла бы стонать потише, чтоб не попадаться, — язвит будущая госпожа Ким. — Строительство парка по проекту Намджуна завершено? — переводит тему разговора Эмили. — Да, скоро будет праздничное открытие. Будут люди из правительства, — кивает Монкут. — Бррр, — вздрагивает Доён. — До сих пор мурашки по коже. — Согласна. Но он молодец, — улыбается Мун. — Да, я видела итог. Это потрясающе, — кивает Эмили. — Как проходит твой благотворительный проект? — спрашивает Чауми. — Хорошо. Мне нравится заниматься этим, — отвечает Лин. — Даже спустя столько времени не отпустило? — осторожно уточняет Доён. — Как сказать. Отпустили, пожалуй, сильные эмоции. Стираются из памяти лица тех женщин. Испуганных, ни на что уже не надеющихся. Но я создавала этот проект не для того, чтобы потом бросить. Я хочу помогать людям, попавшим в тяжёлые ситуации. Хочу, чтобы хоть у кого-то из них сохранялась надежда, что всё можно исправить, изменить, — искренне делится Лин. — Когда Чимин заявил о желании получить психологическое образование, я думала, он шутит. Когда он захотел стать куратором для подростков, я думала, его не хватит и на месяц. Но то, что вы двое создадите такое потрясающее дело… — Эмили подбирает слова, чтобы выразить весь спектр эмоций. — Как жена старшего из всех этих семерых потрясающих мужчин официально заявляю — я горжусь тобой и Чимином. — Наконец-то ты официально жена, — смеётся Монкут. — Законной супругой я давно стала, наконец-то, отыграли свадьбу. Так и не поняла, зачем Джину нужен был этот пышный бал, хотя он всегда мечтал именно о такой свадьбе. И ты зря смеёшься, Корона, — ухмыляется Эм. — Скоро однофамилицами будем. Намджун тебе больше бегать от регистрации брака не даст. И свадьбу тоже забабахает, готова делать ставки. — У меня только уладилось всё на работе, я не готова, — закрывает лицо руками Монкут. — Ребёнок. Замужество. Я года три назад даже представить себе это не могла, если честно. Смирилась уже, что мне это не надо. — Чего ты так замуж-то за него боишься? Просто штамп в паспорте. Что изменится? — не понимает Чауми. — Не знаю как это объяснить, — покачивается на шезлонге Монкут. — Он потрясающий мужчина. Иногда я всё ещё боюсь, что это сон. Я чуть не потеряла его. До сих пор перед глазами стоит иногда эта картина… Мун чувствует, как её обнимает за плечи миссис Ким. — Понимаю тебя, — шепчет Лин. — Мы так и празднуем два его дня рождения. — Мы тоже, — кивает Доён. Девушки молчат какое-то время, будто проживая заново события самых страшных дней их жизней. Когда они могли потерять всё. Всё, что имеет сейчас первостепенное значение.

***

— Жена, дочь, вы — мои братья, и ресторан. Мне не о чем больше мечтать, — улыбается Сокджин. — Скоро жена, ребёнок, наконец-то удовольствие от работы, а не сплошное напряжение. Мне, видимо, тоже больше не о чем мечтать, — кивает Намджун. — Помечтаю ещё о детях, — ворчит Мин. — Но самое главное в моей жизни есть. Остальное не мечты, а цели. — Моя мечта исполнилась уже давно, — улыбается Пак. — Осталось сделать её своей женой. И, как верно сказал Юнги, остальное цели. Хочется развивать наш благотворительный проект. — Мечты и цели. Слишком близкое понятие. Просто любовь даёт больше осмысленности жизни, — поддерживает разговор Хосок. — Где опять мелкие? — хлопает ладонями по коленям Сокджин.

***

— Блять, Чонгук, пиджак не помни, — стонет Тэхён, врезаясь больно спиной в стену. — К чёрту твой пиджак, хён! — рычит Чонгук, толкаясь глубже, удерживая Тэхёна на весу. — Чонгук, — сбивается дыхание Тэхёна. — Они такая красивая пара, — шепчет Чонгук, улыбаясь. — Мне всегда нравилось, как они смотрятся вместе, — кивает Тэхён, глядя на старшего брата и его жену, которые сейчас принимают поздравления гостей. — Жду свадьбу Намдужна и Монкут. Хочу видеть, как он будет переживать и как она лезет в окно, чтобы сбежать с собственной свадьбы, — смеётся Чонгук. — Норвегия или Швеция? — шепчет ему на ухо Тэ. — Что? — непонимающе спрашивает Чонгук, поворачиваясь к Тэхёну. — Где распишемся, говорю? — ухмыляется Ким-младший.