А ну-ка, практиканты!

— Нежданова?

— Здесь!

— Преображенская?

— На месте.

— Романова?

Повисла пауза.

— Где Романова?

Был сбор на практику; в этот день требовалась полная явка, и только попробовал бы кто-нибудь заболеть или откосить — всё, самая мучительная смерть на свете ожидала того человека от профессионального киллера Виктории Викторовны. И именно поэтому на перекличке были все, кроме Романовой. Предупрежден значит вооружён — это явно не про неё. — Она сегодня в школе была? — Была. — Так где её носит?! А носило всё ещё в кабинете русского и литературы. Саша, стоявшая около стола Татьяны Андреевны, с интересом и особым вниманием слушала её замечания. — В целом, сочинение очень неплохое. В нём есть хорошая мысль и идея, и ты её замечательно раскрыла, только с выводом надо поработать. Но вот это меня просто убило: "Катерина умерла, упав в реку...". Я, конечно, всё понимаю, увлеклась, но это грубая фактическая ошибка. Может сложиться впечатление, что ты не читала произведение, — Татьяна держала в руках тетрадь, в которой через слово было всё перечеркнуто, намазюкано и в помарках. Зато от души. — Ой, — Александра засмеялась, — я даже не заметила... Упала в реку... Надо исправить, — руки Саши потянулись к тетради, но Татьяна её не отдала. — Ты лучше сейчас там ничего больше не черкай, а перепиши мне с моими уточнениями на новый лист и заново принеси. — Хорошо, — Саша улыбнулась. — Я читала "Грозу", ничего не подумайте. — Я знаю, что ты читала. Просто будь внимательней в следующий раз. Ну и поаккуратнее пиши, а то на ЕГЭ... — Романова, тебя ждать ещё долго? Виктория с её гневом без спроса зашла в кабинет Татьяны, перебив её. Саша бегло взглянула на часы — уже как десять минут назад она должна была быть внизу и ждать свою повелительницу биологии. А в итоге торчала здесь, у учительницы русского и литературы, и общалась с ней на тему сочинения. — Извините, — она быстренько взяла тетрадь и, попрощавшись с Татьяной Андреевной, вышла вместе с Викторией из кабинета. Теперь ей точно сделают секир-башка. — Я же сказала двадцать раз накануне, что опаздывать нельзя. Все там, а ты тут, — Виктория Викторовна вздохнула, нахмурив лоб. — Там было очень важное дело. — Сейчас твоё важное дело — это практика. — Как ваша рука? — резко спросила Александра. — Уже почти не болит, — и здесь их обеих перенесло в тот день, когда они разговорились... Неприятное ощущение посетило обеих, и они предпочли поскорее избавиться от этих мыслей. Вскоре они дошли вниз, где ожидали ребята. — Наша потеряшка нашлась! — саркастически вылез одноклассник. — Отстань, Дюльгер, — Саша закатила глаза, и они все вместе поплелись за Викторией. Настроение у всех было весьма не оптимистичное. — У тебя ничего не стряслось? — спросила Софья, когда они уже шли недалеко от колледжа. Виктория шла где-то впереди, переписываясь с кем-то, а Саша по пути задумчиво рассматривала дома и растения. — А? — она вышла из себя. — Говорю, какая-то ты сама не своя сегодня. Всё нормально? — Сил просто нет. Бывает иногда, — Саша продолжила своё невероятное наблюдение за ветками деревьев. Соня ещё пару раз пыталась завести диалог, но ничего не выходило. В здании их уже ждал преподаватель, Матвей Ипполитович, и ребята, облачившись в халаты, стали ждать указаний. — Здравствуйте, мальчики и девочки, надеюсь, у всех сегодня хорошее настроение, — тридцать пар уставших глаз взглянули на него. — Сегодня у вас будет первая практика за курс на основе материала, который мы прошли за прошедший месяц. Всего у нас запланировано ещё около девяти-десяти практических занятий с учётом экзаменов. Сейчас мы будем оказывать, или хотя бы пытаться, первую медицинскую помощь — будем делать перевязку, непрямой массаж сердца и искусственное дыхание. На последнее Саша повела бровью. В голову сразу ударили воспоминания о той поездке с Викторией и том практикуме. " — Нет, грудь у неё и правда зачётная... — Заткнись!", — внутренний диалог разыгрался в её голове, и она непроизвольно посмотрела на Викторию, которая была хмурее тучи. — Что же, давайте начнём. Разбейтесь по парам, а мы с Викторией Викторовной будем каждому помогать и исправлять ошибки. Но опирайтесь больше не на нас, а на теоретический материал с занятий. Начнём с перевязок. Соня и Саша встали вместе. У них неплохо для первого раза получалось делать перевязку, но Виктория Викторовна вечно отчитывала их. — Ты ей сейчас не то, что кровотечение остановишь, ты ей просто доступ крови к конечности перекроешь, — Виктория закатила глаза. — Мне совсем не больно, — спокойно ответила Софья. — Вот видите, всё я вполне неплохо делаю, — продолжила дело Александра. — А должно быть лучше, чем неплохо. С массажем сердца было примерно то же самое. — Хорошо, что манекен не человек, а то без ребер бы его оставила. А на искусственном дыхании было самое весёлое. Манекен по имени Витя (или Витёныш) был приготовлен к тому, чтобы в него вселили душу, Саша опустилась, чтобы начать. Так как опыт был, она надеялась, что больше замечаний не услышит. Саня спокойно всё сделала, а Виктория молча наблюдала. — Нормально? — спросила она. Виктория молчала, со скепсисом смотря на картину. — Что-то не так? — Ты должна делать искусственное дыхание лучше всех, вон, у них на галёрке и то лучше, — биологичка посмотрела в сторону мальчиков, от которых шёл басистый смех. — По-моему, вы просто придираетесь. — Я хочу, чтобы ты научилась делать всё не просто хорошо, а отлично. — Я и так отлично справляюсь. — Но хуже, чем могла бы на самом деле. — С чего вы взяли? — У тебя большой потенциал. — Раз он большой, то пусть им и остаётся. — Нужно всегда стремиться к лучшему. — Для меня и это хороший результат. — Вот ты вроде умная, а иногда создаётся впечатление, что передо мной пятилетний ребенок, который твердит своё и всё. — Да что вы ко мне пристали?! — не выдержала Александра. Соня испуганно взглянула на них, Виктория замолчала. — Простите, — Саша виновато отвела взгляд. — Я просто хочу, чтобы ты раскрывала свои способности и знания на максимум. А для этого нужны усилия. — Хорошо. Александра сегодня слишком нервная, хоть и вспылить она любит, а Виктория слишком терпелива, либо слишком устала. В другой день случилась бы серьёзная перепалка, либо же вообще никто к друг другу бы не цеплялся, но именно сегодня они были сами не свои. И будто бы обещания больше никогда не грустить между ними не звучало. Закончили на спокойной ноте; на обратной дороге все более-менее повеселели, появились шум и лёгкость. — А ну-ка, практиканты, признавайтесь: понравилось? — спросила у толпы Виктория. Парни в первых рядах весело закричали ответ и продолжили смеяться на всю улицу. Викторовна улыбнулась. — Ты помнишь, что в пятницу едем на экологию? — Викторик подкралась незаметно сзади, чем напугала Сашу. — Конечно, помню, — на самом деле, Саша ничего не помнила. — Порешай задания прошлых лет, чтобы хоть немного иметь представление, что тебя ждёт. Я тебе, кстати, за проход пятёрку поставила? — Не-а, не поставили. — Напомни тогда на уроке. — Хорошо. Вскоре они все разошлись у школы. Виктория пошла в противоположную сторону от Александры. Саша проводила её взглядом, ожидая, что та вернётся и пойдет с ней на автобус, но она исчезла. Её ждала Татьяна, чтобы вместе поехать сегодня к кому-нибудь из них, предпочтительней к Белинской, и хорошо провести вечер. — Запрыгивай, красавица, — Таня разблокировала двери своего авто. — Твоё имя точно не Ашот? — Вика пристегнулась, и они поехали. — Ну что, ко мне? — Если есть что-то покрепче вина, то с удовольствием. — Ты разве уволилась? — Нет, завтра просто к третьему. — Мне тоже, — обе засмеялись. — Тогда можно и не к тебе, — они сделали музыку погромче и поехали в одно миленькое место, куда обычно ходили тогда, когда уставали от всего, что их окружало, честнее сказать, даже от них самих. Там можно было пить что-то наподобие водки и не думать о последствиях. В будний день, конечно, будет сложно забыть обо всем на свете, но Татьяна и Виктория постараются. В первой раз, что ли? Александра переписывала сочинение. "Вот завтра я его принесу, и Татьяна Андреевна точно заценит. Блинский блин, я же обещала по экологии задания посмотреть". Она открыла варианты прошлых лет, быстро пробежалась глазами по первым нескольким. Пришло уведомление о сообщении. Мирослав Станицкий. 19:40. "Привет, Санёчек, не хочешь сейчас прогуляться?" Flashback. Май этого года. — Какой задумчивый, наверное, о тебе мечтает, — Маша, Саша и Женя сидели в школьном коридоре и ждали урок. Мария третировала Александру. Мирослав, их одноклассник, смотрел в окно на двор. — Меня сейчас стошнит, — прокомментировала Евгения. — Успокойтесь обе уже, — Саша закатила глаза. — Один раз скажи вам, что мне понравилась компания парня, и вас понесет. — Если бы просто понравилась... — Маша хихикнула, Саня ударила её по ноге. — Хватит уже. Никто никому не нравится, просто с ним приятнее общаться, чем с дурочками нашего класса. — Я уже вижу, как вы ходите вместе под ручку, а не просто во двор по вечерам, — мечтательно вспыхнула Мария. — Я тебе сейчас опять врежу! — Он, кстати, уходит, — зевнула Женя, и Александра ринулась за ним. — Мир, — она окликнула его, — ты сегодня свободен? Может, прогулялись бы, погода отличная. Прошлись бы подальше двора, поговорили, — на самом деле, Саша выглядела очень нелепо со стороны, а подруги заливались смехом на заднем плане. — Скажи честно: я тебе нравлюсь? — выпалил парень. Саша повела бровью, явно не ожидая вопроса. — Если да, то я бы хотел сразу прояснить: мне сейчас отношения точно не нужны, всё-таки экзамены скоро. Так что, думаю, лучше нам наши прогулки пока приостановить. Без обид? — он говорил с довольно серьезным лицом, обычным для него. — Конечно, без проблем...— улыбнулась Александра. Она развернулась, чтобы уйти, но он ее остановил. — Ты на урок не собираешься? — Физ-ра же, — Саша продолжала улыбаться и, пока он не ушёл, стола на месте. Мирослав исчез, и Романова присела к подругам. — Это же полный пиздец, Саша, — Мария стала рукоплескать. Женя положила руку на её плечо, Александра пыталась сфокусировать глаза хотя бы на валяющемся огрызке от яблока. — По сути, он ведь прав: сейчас экзамены, отношения точно не следует заводить, — пыталась рационально рассуждать Евгения, но оно было сейчас точно ни к чему. — Если я начну вам ныть, то заткните меня, пожалуйста. — Да ладно тебе, мы же Андрея прошли и его пройдем, — улыбнулась Маша. — Я же просила о нём не напоминать, — Александра нахмурилась. — Так, давайте сейчас пойдем к Екатерине Сергеевне, она нам чай нальёт. Все кивнули и пошли. Домашки в принципе не очень много, а что из себя представляет Мирослав спустя несколько месяцев молчания стало интересно. Саша Романова. 19:45. "Буду через десять минут во дворе, опоздания не принимаются". Мирослав Станицкий. 19:45. "Хорошо)". — Ба, я пойду сейчас с Машей погуляю, ты не против? — крикнула Саша из свой комнаты. Не говорить же ей, что она идёт гулять с пацаном, который полгода не объявлялся? — Не поздно гулять-то идти? Уже темно. — Так мы только во дворе, ба. — Ну ладно, иди. Только всегда будь на телефоне, Саш! — Обещаю! И через указанные десять минут они встретились на качелях у дома. Перед Александрой стоял он: красивый, темноволосый и кареглазый. Мирослав изменился за лето, стал выглядеть ещё серьёзней, крупнее и даже моднее. Интересно, а внутри что-то изменилось? — Давно мы с тобой не гуляли, правда? — начал он. — Да, с самого мая... А уже октябрь. — Я тогда переживал, что не сдам экзамены, вот и наговорил всякого. — С кем не бывает. Как сдал, кстати? — Всё на четверки... Ну, кроме математики. — Я думала, лучше. — А это разве плохо? — Ведь целый май освободил, чтобы готовиться к экзаменам! — Давай забудем то, что было? Саша вскинула брови. — Или ты согласилась выйти, чтобы отчитать меня? — Не совсем. Хотелось в принципе посмотреть, как ты изменился. — Вот оно что, — он усмехнулся. — Как лето провела, кстати? — Таня! Таня! — Виктория стала трясти подругу. — А как мы обратно поедем? Тебе за руль нельзя! — подвыпившую Гринину осенило. В них было по несколько рюмок, на часах — около девяти, в баре немноголюдно. — Успокойся. Закажем такси, а завтра я заберу машину, — Татьяна взяла пальцами лимон и приготовилась к следующей порции. — Слушай, пойдем на улицу? — Татьяна удивлённо на неё посмотрела, а потом поняла, что количество употребленного спиртного у них довольно-таки разнится. — Там сейчас так хорошо, ночь, заезды, озеро рядом... — Ага, вот тебя бы туда скинуть. — Ну Тань, ну пошли? Таня выпила, сморщилась. — Ладно, пойдем. Заплатив и оставив хорошие чаевые (ведь это их излюбленное место, как не поощрить бармена?), они, смеясь, вышли из заведения. Татьяна держала Викторию за талию, Вика обхватила её плечи. Так они уверенно шагали в непонятно какую сторону. — Тань, я так завтра не хочу на работу... — Понимаю. — Может, отгул взять... — И это говорит глава мет.объединения естественных наук, ответственный учитель и пример для подражания? Теряешь хватку! — ответила Таня, а Вика рассмеялась. — Чего ты смеёшься? — Ну ты сказанула, пример для подражания. Спасибо, что наши пьянки ещё никто не видел. — Ну, ещё не вечер. — Сплюнь! — Тьфу-тьфу-тьфу. — Смотри, собачка! — ахнула Виктория. Татьяна сразу стала искать глазами милое существо, но его и в помине не было рядом. Вика усмехнулась и пылко и жарко поцеловала Татьяну в губы. Таня оторвалась и улыбнулась. — А я тебе поверила! — Я же знаю, как ты обожаешь собак. — Обманщица! И дальше они поплелись по улицам, смеясь, обнимаясь и рассказывая истории. — Наверное, скоро уже разойдёмся? Я ещё домашку не сделала, — они шли вокруг домов из улицы. — А зачем ее делать? Вот бери пример с меня — читаю только параграфы по общаге. — У меня завтра контрольная по математике, а мне нужна пять в четверти. — Забыл, с кем связался. Медалистка, — протянул он последнее слово. Да, Саша училась отлично и не хотела понижать планку. — А тебя ебёт? — выскочило у неё. Она ненавидела, когда её начинали подкалывать на тему её отличных успехов в учебе. Это всегда несло характер того, что она зубрила и не живёт ничем, кроме уроков, что было полной противоположностью реальности. — Ну что ты сразу закипаешь, — он засмеялся. — Потому что я тебе говорила, что не люблю таких приколов. — Извини, забыл. — За столько времени-то можно. Мирослав закатил глаза; Александра возмутилась ещё насчет чего-то, но он повернул её к себе, взял рукой за плечо и прикоснулся к губам. — Ты мне уже давно нравишься, и... Послышалась пощёчина. — Идиот. Саша развернулась и пошла прочь. Мирослав пошёл за ней. Она перешла в бег. — Погоди! — Кто тебе разрешил меня трогать? — крикнула она и быстро забежала в подъезд. Господи, придурок вселенского масштаба. Точно не надо было идти с ним никуда. — Долго ещё ждать? — Осталось две минуты, потерпи. — Я хочу спать... Таня и Вика ушли куда-то совсем далеко, было около одиннадцати ночи, и обе устали. Такси вскоре приехало, и девушки уселись. Татьяна назвала адрес, и через двадцать минут очутились на нужной улице. — Приехали, — сказала Таня, но ответа не услышала. Уснула. — Вот же чёрт, — взругнулась она и стала будить Викторию. — Вставай, Вика! — Отстань, — она сопротивлялась. — Алло, мы в такси, вставай, говорю! — она всё-таки растолкала Гринину. — Ой... В квартире Виктория пыталась отключиться ещё в прихожей, но Татьяна ей не позволила. — Не думаю, что лучшая идея лечь здесь. — Прекрасное место, Танюш! — Пойдем в комнату. Они кое-как дотащились, разобрали постели и моментально вырубились. Будильник никто не завёл. Завтра же к третьему уроку.

***

— Стоп, прямо поцеловал? Серьёзно? На следующий день Александра поведала всё от и до своим подружкам. Маша была в шоке, Женя сидела с лицом покер фейс. — Надо было ему сразу в яйца дать, — сказала Евгения. — Я ещё думала, чего он гулять надумал спустя полгода... Как же бесят такие дебилы. — Но он же тебе нравился, разве нет? — лукаво улыбнулась Мария. — Никто никому не нравился, по-моему, я тебе уже говорила. — Ты так же говорила с Ан... — Маша! — крикнули Саша и Женя одновременно. — Ладно, молчу-молчу! — Надо постараться с ним не пересекаться... — Я его сегодня весь день буду под стулом ногой бить! — По ебалу сразу надо, чтобы не лез. А то, видите ли, полгода где-то ходит, а потом... — Ладно, давайте позже поговорим. — на горизонте появился Мирослав. Ну как на горизонте: в метрах двадцати. Саша побежала к своему кабинету. Была литература. Сегодня с Татьяной Андреевной они начали "Отцы и дети". Александра блистала весь урок: и биографию Тургенева рассказала, и "Муму" вспомнила, и историю создания "Отцов и детей" изложила. — Гуманитарный класс по тебе так и плачет, Саша, — улыбнулась Татьяна, когда они разговаривали после урока. Хоть они с Викторией обычно не обсуждали учеников, коллег и касающееся школы, но иногда приходилось или хотелось. Она знала, что в медицинский Александра попала не без помощи её подружки Виктории Викторовны и искренне не понимала, зачем та подсобила. "Она любит литературу, языки, зачем ей оно?", — спрашивала Татьяна Викторию, когда увидела, что в "В" классе, куда обычно попадали дети, не особо любящие и понимающие гуманитарные предметы, так как профиль у них другой, была Романова. "Меня попросили, я помогла. Может, ей понравится", — ответила ей тогда Виктория. Конечно, ей было, наверное, все равно, кого куда сплавлять, а кому-то теперь приходилось мучиться. А может, она и нарочно это сделала, кто знает. — Я и сама по нему плачу. Татьяна Андреевна, проверите сочинение? — Александра протянула ей листок с аккуратно написанными строками. Белинская стала быстро читать, остановилась и взяла красную ручку. Саша задергалась. Ещё с детства боялась, когда при ней пишут красной ручкой в её работе. — Вот уже другое дело, всё исправила! Только одна ошибка, наверное, ты спешила и случайно "Кабаниха" с маленькой буквы написала. — Ой, правда? — Саша улыбнулась, забирая свой листок. — А так молодец. Практически идеально. — Спасибо, — Александра взяла свои вещи и быстро ушла. Теперь математика.

***

Пятница. Конец последнего урока в четверти. — Всем хороших каникул, по подвалам не шастать, грязными руками не есть, Романова, стой. Романова была готова первой бежать из этой шизанутой колонии одиннадцати лет ада. Она хочет домой есть покупные пельмеши, теребонькать кота и слушать музыку, а не на олимпиаду по экологии. — Через пятнадцать минут сбор, готова? — строго, но решительно спросила Виктория. Саша посмотрела на неё неуверенно. — Наверное, готова. — Должна будешь показать высший класс, поняла? — Викторовна стала около доски. — Давайте я сотру? — Стирай. Саша взяла тряпку, стала водить по доске. Мел исчезал. В животе заурчало. — Ты голодная? — спросила Виктория. — Не то что бы... Биологичка прошла в лаборантскую, повозилась там с полминуты и вернулась со "Сникерсом". — Это чтобы не тормозить. Иначе как ты будешь там всех выигрывать? — Саша улыбнулась и покачала головой. — Да бери, — Виктория прищурилась, показывая всем видом, что если Саша его не возьмёт, то она запихнёт его силой. — Спасибо, — ученица села за парту и развернула упаковку. — Ешь давай. Чай будешь? — Можно.... — Только надо быстрее, а то опоздаем. — Хорошо. Виктория Викторовна... — М? — она посмотрела в глаза Саше. — Вы какая-то грустная. — Только если от четвертных твоих одноклассников. Хотя мне, в принципе, всё равно, — на это Александра усмехнулась. "Включила режим пофигистичной сучки". Виктория быстро заварила им зелёного чая в пластиковые стаканчики и принесла в класс. — А ну-ка скажи мне, сколько разлагается пластик? — резко спросила Вика. — Около трехсот лет, но Светлана Алексеевна говорит, что он вообще не разлагается. Они обе посмотрели на посуду, из которой пьют, и усмехнулись. — Пора бы завести сюда обычные чашки, а то, считай, олимпиады пишем, а заповеди экологии не исполняем. — Мне кажется, я там ничего не напишу, — сказала Саша. — Напишешь, не бойся. Естественные науки знаешь? Знаешь. Значит, напишешь. А там, к региону... — Вы серьезно думаете, что я пройду куда-то дальше? — Романова отпила чай. — Вполне уверена. На втором этапе не так сложно. Ты доела? Идём. Они вышли из кабинета, закрыли его на ключ и пошли на улицу. Там стоял небольшой заказной автобус, ученики девятых — одиннадцатых классов и ещё двое учителей. Ну что, мы русские с нами Бог? Поехали! — Романова, сто раз сказала, ремень пристегни! — Да он не вставляется! — Что у тебя там не вставляется? Дай сюда! Господи... Нет, тут даже Бог не поможет!