Тринадцатый этаж

      Прошло ровно две с половиной недели с тех пор, как Пейтон по воле злого рока попала в параллельную реальность. Смешанные чувства овладели ей в тот самый момент, когда она бессильно упала на кровать и долго не могла уснуть: здравый смысл и инстинкт самосохранения боролись с жаждой наконец-таки что-то изменить в своей скучной и крайне утомительной жизни. Она переворачивалась с боку на бок, вспоминая детали своего удивительного путешествия, обдумывала поход к психотерапевту, желанное увольнение из утренней газеты, на работу в которой тратила уйму времени без надежды на какое-либо повышение.       Хмурые пасмурные дни монотонно следовали за прохладными ночами, ознаменовывая скорое приближение суровой осени. Сочная зелень перестала радовать по утрам, и легкая дымка постоянно застилала глаза. Казалось, будто мир потерял все свои краски. Такое случалось с ней в конце каждого сентября, но этот оказался особенным. Впервые её днями и ночами преследовало стремление изменить своё окружение и измениться самой, стать чуточку смелее, сделать так, как вожделеет того душа.       И на удивление она начала действовать. Всерьёз заинтересовавшись лазейками в другие миры, она обратилась к архиву газеты — предусмотрительный владелец не пожалел денег на музей-читальню, предположив, что сможет не только быстро окупить вложенные средства, но и прилично заработать на постоянных экскурсиях. Перерыв практически все выпуски за последние несколько лет, она наткнулась на колонку о пропавшем без вести юноше — Лесли Паркере, который вышел из дома одним дождливым вечером и больше никогда не возвращался. По словам домовладелицы, у которой он снимал квартиру на протяжении аж четырёх лет, консьерж как обычно ушёл на работу в районе девяти часов вечера, и она не обратила на это никакого внимания. «А зачем? Я же не надсмотрщик», — отвечала всегда миссис Коллс. Только когда он не объявился на следующее утро, ей стало слегка не по себе.       Полиция вяло расследовала столь мутное дело, ссылаясь на то, что каждый месяц люди таинственно пропадают по всему миру, не оставляя следов, и ничего, а руководство «Плазы» наняло через неделю нового сотрудника и только разводило руками. Никому не было дела до испарившегося Лесли Паркера, и никто подумать не мог о возможном существовании других вселенных, которые функционировали практически точь-в-точь, как наша, но из которых было трудно вернуться.       А Пейтон повезло, её можно было действительно назвать любимицей фортуны: встреча с Кассандрой настолько упростила ей жизнь и понимание той реальности, что она почти без особого труда, если не считать смену в кафе, которая принесла ей одно лишь удовольствие, попала обратно. И с каждым днём ей всё больше и больше хотелось оказаться там снова: любопытство распирало изнутри.       Когда наступила суббота, что означало появление двух свободных от мирских забот дней, девушка всерьёз задумалась о посещении «второй реальности», как она теперь любила говорить. Разговаривала она, конечно, по большей части с самой собой, так как предполагала, что окружающие её не поймут, но всё же.       Огромное количество загадок не давало ей покоя, и вот, одевшись потеплее, Пейтон выключила всё освещение в квартире, заперла её на ключ и, добравшись вмиг до лифта, нажала на кнопку вызова.       Приятное волнение, будто от скорой встречи с хорошим другом спустя несколько месяцев вялого общения, охватило её: кончики пальцев похолодели, ладони вспотели, и мурашки забегали по спине. Она съежилась и начала нервно постукивать ногой по бетону.       Лифт прибыл через несколько секунд. Пейтон неуверенно вошла, нажала на цифру тринадцать, как в прошлый раз, и стала ждать. Двери плавно закрылись, перед этим оповестив о том, что она подошла слишком близко к выходу, а после снова открылись. Но ничего не произошло: привычный серый этаж предстал перед ней, заставив широко раскрыть глаза. Сердце затрепыхалось в её груди, отдавая в уши, и она стала переминаться с ноги на ногу, не в силах устоять на месте. Воскликнув в сердцах: «Да как же так!», девушка уверенно нажала на кнопку — она не привыкла сдаваться. И в этот раз всё получилось.       Перед ней в мгновение ока возник знакомый коридор, сокрытый в полумраке, со странными дверями, живностью и даже запахом. Стойкий аромат подвальной плесени, смешанной с горько-кислыми цитрусовыми, остался с прошлого раза и стал ещё напористей.       Пейтон облегчённо выдохнула и, выйдя из лифта, прошествовала к ярко-розовой двери с табличкой «Квартира Уинлы Гризли и ресторан «Без остановок». Усмехнувшись, она дернула за ручку и беспрепятственно вошла внутрь.       Во время своего первого посещения квартиры Уинлы, она мало обращала внимание на окружающую обстановку, сейчас же её глаза сами бросались из угла в угол, жадно ловя каждую деталь. На стенах с отставшей штукатуркой висели дорогие картины-фотографии, люди, животные, монстры и пейзажи на которых изменялись в течение нескольких секунд, а затем снова застывали; маленькие паучки ползали по стенам, выступая в роли источников живого освещения, как и на лестничной клетке. В прихожей висел постоянно изменяющийся календарь: он показывал температуру воды, воздуха, какую-то насыщенность, дату и точное время. А в самом его низу непрерывно бежала полоска свежих новостей. — Надо себе такой же прикупить.       Впереди же был вход в придорожную забегаловку, а сбоку — приоткрытая дверь, которая в прошлый раз была плотно закрыта. Не удержавшись, Пейтон заглянула в щёлку. В богато обставленной комнате с колоннами, больше походившей на залу какого-то английского дворца, размеренно покачивалась в кресле Уинла и беседовала с фарфоровыми чайником и чашкой.       Не став отвлекать старушку, девушка зашла в кафе, куда намеревалась попасть с самого начала. Близился обед, и она ожидала увидеть в нём толпы голодных существ, терпеливо ждущих своей очереди, но забегаловка оказалась полупустой. Лишь редкие клиенты сидели за медленно крутящимися по кругу столиками, вяло поедая блюдо дня. Огромный мохнатый паук — кузен Сэма, раскачивался на потолке в самом центре помещения, Волк считал выручку, пританцовывая у кассы, а Лис прилизывал распушившуюся шёрстку. — Доброе утречко, — бодро проговорила Пейтон, подходя к прилавку. — До-о-оброе, — протянул Лис. — Агась, — Волк отложил ещё пачку купюр и принялся дальше озабоченно вести подсчёты.       Девушка присела за барную стойку и, не выдержав, поинтересовалась: — А куда подевался весь народ? — Как это куда? Спят, конечно. Время-то позднее, — кот-повар достал несколько больших пакетов и начал их аккуратно складывать. — Кассандра разве не рассказывала?       Волк вновь отстранённо поддакнул брату. Похоже, деньги интересовали его намного больше общения с живыми и нормальными людьми. Хотя Пейтон не раз замечала, что и в привычном мире он уж очень тяготел к деньгам и при любом удобном случае умудрялся вытащить из её кошелька несколько долларов. — Пей-Пей, — Лис вдруг хитро уставился на неё. — А не хочешь мне помочь? Я как раз собирался скататься за провизией, а тут ты со своими тоненькими худенькими ручками.       Пейтон вопросительно взглянула на него и неожиданно даже для себя произнесла: — Да! — уж очень ей хотелось посмотреть улицы этого города своими глазами. — Почему бы и нет?       Кот одобрительно кивнул. — Тогда пойдём, мой любимый кролик Рей уже нас заждался.       Она решила не уточнять, о ком же говорил с такой любовью Лис. Да и ей не пришлось долго ломать голову: выйдя из ресторана на парковку, они прошли в самый конец, и пред ними возник автомобиль, который был больше похож на фуру с огромными тёмными глазами, белоснежным мехом, длинными ушами и хвостиком-пимпочкой. Пейтон почему-то была уверена, что такие причудливые транспортные средства выбирали здесь только те, кто был вынужден колесить по миру месяцами. Но она сильно ошибалась.