Тринадцатый этаж

— Нет, я и книг здешних-то в глаза не видел, — замолчав на секунду, он продолжил, — прости. У нас для этих целей есть Александра. — Кто это? — Пейтон удивлённо воззрилась на юношу.       Она пыталась припомнить хоть кого-то с таким именем, но в голове упорно хозяйничала пустота, и мысленные шестерёнки раз за разом прокручивались впустую. — Кажется, она сестра Сэма и подруга Кассандры. Насчёт первого не совсем уверен. Последний раз я обращался к ней несколько месяцев назад. — И как, успешно?       Лесли только повёл плечом: — Если бы. У неё тогда было отвратительное настроение, прямо как у Кассандры, и мне пришлось уйти ни с чем. Но ты же хочешь испытать судьбу, верно? — Да, терять мне нечего. — Тогда пошли.       Протиснувшись через узкий пыльный коридор Уинлы и даже сумев попасться в паутину, они всё-таки выбрались на лестничную площадку. Пейтон вздохнула полной грудью, ощутив привычный запах тринадцатого этажа, и полностью расслабилась — лимонная свежесть, смешанная с ненавязчивой сыростью, успокаивающе воздействовала на её нервы, будто лаванда или вереск.       Она прикрыла глаза на пару секунд, чтобы восстановить душевное равновесие. «Если я здесь и правда останусь, то нужно будет прикупить стульчик, — девушка выпрямилась, потянувшись при этом макушкой к потолку, — так, а где я буду жить?» — Пейтон, ты ещё тут? — Лесли щелкнул пальцами прямо перед её носом, пытаясь как-то вернуть в реальность. — Нам в эту квартиру, — он указал на знакомую тёмную дверь, что располагалась напротив злосчастного лифта и была родной для Пейтон на протяжении пяти последних лет.       Как только она окончила школу и поступила в университет, начав параллельно обеспечивать себя всем необходимым сама, то почти сразу же переехала в пустовавшую доселе квартиру, доставшуюся ей по наследству от вдовы-тётки. Всё, что было куплено и устроено в доме, являлось её собственностью и прямой заслугой — маленьким поводом приводить редких знакомых и гордо отвечать на их вежливые расспросы фразой: «Да, всё сделала сама».       Но чаще всего подобные праздники жизни обходили её стороной, предпочитая случаться у людей, которые не работали с утра до утра и вели активную социальную жизнь. Страдала ли от этого Пейтон? Временами. Одинокими осенними вечерами, когда дождь беспрестанно стучал в окна, сдуваемый практически ураганным ветром, она чувствовала себя пятидесятилетней старушкой, прожившей долгую серую жизнь с проблесками белизны. Ей невыносимо хотелось укрыться каким-нибудь мягким тёплым пледом, включить многосерийный сериал без начала и конца и приняться за вязание новых шарфа и шапки. Осенняя пора — извечная хандра, которая не знала ни такта, ни меры в её преследовании. — Но это моя квартира.       Нахмурившись, юноша потёр висок. — Получается, здесь тебя не существует, как, собственно, и меня. Занимательно. Никогда не пойму механизмы работы этих вселенных. Серьезно, они такие странные!       Пейтон насупилась. Она вдруг почувствовала, как незнакомка одним лишь своим существованием лихо прошлась по её самолюбию, да и просто не могла принять тот факт, что во «второй реальности» всё её имущество принадлежало другому человеку. Ладно бы двойнику!.. — Так значит, здесь живёт Александра? — Она раздражённо дернула за ручку, ожидая, что дверь не откроется, как в прошлый раз, но та отворилась.       К удивлению, с внутренней стороны висела залитая чаем и порванная в нескольких местах бумажка с расписанием работы импровизированной библиотеки. — Обитает, скорее, — замялся Лесли. — Теперь понятно, почему я не смогла попасть тогда сюда. Она просто закрылась на ночь!       Подавив подкатившую к горлу обиду, она влетела в квартиру и почти сразу же поскользнулась на разбросанных повсюду газетах. Будь она одна, непременно расшибла бы лоб, однако Лесли вовремя оказался рядом: в самый последний момент он успел подхватить её, не дав клюнуть носом. — Осторожно, — он помог ей подняться и как ни в чём не бывало прошёл вперёд, — смотри, пожалуйста, под ноги, ибо я однажды покинул это место с разбитым носом.       Отряхнувшись, Пейтон двинулась за ним, с ужасом отмечая, что в этом мире её любимый дом напоминал классическую помойку. Лесли верно подметил: нужно было быть начеку. И от этого становилось как-то слишком уж скверно на душе. Стены оказались неаккуратно обклеены старыми журналами, по потолку ползали то ли тараканы, то ли какие-то неизвестные ей жуки, а на полу валялось что ни попади: стеклянные банки, осколки посуды, мотыги и чьи-то кости. Поверх этого всего была разлита жидкость, пахнущая, как уксус, — проверять на вкус она не решилась.       При виде останков какого-то зверька, прибитого вилкой к стене, Пейтон скривилась. Она уже была готова повернуть назад, но буквально через пару десятков мелких шажков они вынырнули из тьмы, внезапно оказавшись в округлой комнате с застеклённым потолком и сотней прямоугольных грядок. — Это что, оранжерея?       Лесли сдержанно кивнул головой.       И как только такая красота могла соседствовать с тем, что творилось в коридорах, ломала голову она.       Посреди этого благоухающего райского островка на причудливом троне из костей и разбитой посуды восседало существо, внимательно читавшее свежую газету, название которой Пейтон сразу же признала. Хлопая хищными голубыми глазами, оно параллельно крутило кудри своими мохнатыми тонкими ножками, произраставшими из чёрного брюшка с яркими жёлтыми полосами. — Александра? — Пейтон попыталась привлечь её внимание.       Паучиха нехотя оторвалась от утренних новостей, при этом не перестав наводить марафет: — День добрый, — протянула она. — Чего желаете услышать? — Всё то же, что и раньше, — Лесли наконец поравнялся с Пейтон и устремил взгляд на Александру, будто пытаясь ей противостоять.       Но она ни капли не смутилась: — Печально, ничего с тех пор не изменилось. Как только вы соизволите построить правильный семиугольник с помощью тех циркуля и линейки, — она небрежно махнула в сторону чертёжных инструментов, что валялись неподалеку от грядки с люпинами, — и расставите по вершинам любимый сервиз Уинлы Гризли, тотчас же окажетесь там, где так хотите. Всё в ваших руках, — договорив, Александра снова обратилась к газете, словно забыв о существовании тех, с кем только что говорила. — Правильный семиугольник? — шепотом поинтересовалась Пейтон. — Это ещё зачем? Как эта конструкция вообще работает? — Понятия не имею, но сколько бы я ни пытался, у меня никак не получалось начертить его. Я, конечно, не рассказывал, — он неловко отвёл глаза, — но я частенько сюда приходил, чтобы испытать удачу.       Девушка призадумалась — она была далека от всех этих заумных построений, однако чутьё ей подсказывало, что либо Лесли являлся просто глупцом, либо решения не существовало. — Может, его просто нельзя построить линейкой и циркулем? — предположила она. — А глаза вам на что? — гаркнула Александра. — Стройте.       Сначала Пейтон хотела возмутиться, но потом решила отпустить обиду, так как вовремя вспомнила, что её грубость могла запросто отнять последний шанс Лесли попасть хоть на пару мгновений домой. Поэтому она молча принялась за работу, а через полтора часа выдала дельную мысль: — А если поставить на линейке засечки? — она задумчиво покрутила инструмент в руке, пытаясь придумать, как же провернуть это дело.       Карандашей поблизости не было. — Давай попробуем. — Кстати, — она вдруг воззрилась на потолок, — всё время хотела спросить, что здесь с небом? Почему оно серое? — Это всё тучи, — Лесли вцепился в циркуль так, будто пытался его приручить, — здесь никогда не бывает солнца. С облаками вообще беда какая-то.       Идея с засечками действительно оказалась рабочей: как только у них стало получаться что-то путное, Пейтон бросилась за чашками и блюдцами миссис Гризли, оставив его с Александрой. Пока она носилась по залу владелицы ресторана, Волк собирал чемоданы. Попытка заговорить с ним окончилась неудачей — он просто ушёл, громко хлопнув дверью. В конце концов Пейтон решила, что кот скоро остынет и вернётся домой — он же как-то дожил до этих дней, — и побежала скорее назад. Она всем сердцем надеялась, что Уинла не будет сильно на неё злиться, а если и будет, то хотя бы не отправит на съедение на обратную сторону. Всё же в этот раз цель оправдывала средства. — Вот, — запыхавшись, она влетела в оранжерею с картонной коробкой, — я всё принесла.       Лесли широко улыбнулся: — Я тоже закончил.       Расставив чашки с блюдцами по семи вершинам, они одновременно повернулись к Александре. Оказалось, она пристально следила за ними всё это время. — Возьмите эту серебряную ложку, — она протянула её Лесли, — и хорошенько постучите по каждой из чашек. Так вы установите связь с другим измерением.       Последовав её совету, они с удивлением обнаружили, что чудной портал заработал: едва заметная дымка поднялась за считанные секунды в воздух и заколебалась на уровне чашек, издавая едва слышимый звон.       Пейтон восторженно захлопала в ладоши — радость окатила её пенной волной, заставив вновь воспрянуть духом: — Пошли же! — она посмотрела на потерявшую к ним всякий интерес Александру и, убедившись, что это никакая не западня, потянула застывшего статуей друга за собой.       Весь день они провели за работой и только сейчас смогли облегченно вздохнуть. Это и правда был знакомый им обоим с детства мир. Привычный розовый закат расплывался по кремовым голубым небесам, по которым и Пейтон, и Лесли успели сильно соскучиться, свежий осенний ветерок заставлял ощущать себя живыми, и привычные городские пейзажи радовали глаз. — Пейтон, у нас получилось. Спасибо.       Лесли никак не мог отвести взгляд от почти спрятавшегося за горизонт солнца и то сжимал, то разжимал кулаки, злясь, что раньше не ценил столь чудесные минуты. Как много прекрасного мы не замечаем, будучи занятыми делами или сиюминутными прихотями… — Ага. Без проблем, — девушка не сдержала смешок, но тут же осеклась, — ого, смотри, как высоко птица летит!       Она вдруг поняла, что ни разу за их вылазку с Лисом в «Ризотто» не видела ни животных, ни птиц. — Пейтон, — Лесли прищурился. — По-моему, это не птица, — он неуверенно потянул её на себя.       Массивный серо-чёрный объект, отнюдь не пернатый, стремительно приближался к ним и вскоре впечатался в крышу здания, едва не переломившись пополам. Он застонал, тщетно попытавшись приподняться на трясущихся лапах, однако по итогу не смог. — Волк? — не понимая, что к чему, Пейтон нерешительно подошла к коту. — Что ты тут делаешь?! — Убегаю.