Станции на Ганимеде

VI

Пока на станции ККК твориться, извините, лютый пиздец, мы вновь вернёмся к МКЭООН. «Так. У кого-то должен быть сегодня день рождения, – Капитан Водин стал искать раздел календаря на компьютере, потому что там у него были записаны даты рождения, – О, вот. День рождение у Ыйе». Константин вышел из каюты и отправился в направлении комнаты Густава. Подойдя, Водин-Черный постучал и услышал какую-то возню перед тем, как швед сказал: «Войдите». Войдя, капитан увидел то, что ожидал увидеть. — Я же вас просил прекратить ваши любовные отношения. Что, так сложно подождать возвращения на Землю? — Очень, kapten¹. — Так, ладно, я пришёл вас не ругать, а просить помощи. У Ыйе сегодня день рождения. Нужно всё подготовить и отвлечь её. Отвлекать тебе, Кохинур. Займи её изучением каких-нибудь камней, на которых может быть жизнь, поковыряйтесь в кремнии, углероде. — Так точно, – геолог вышла из каюты на поиски эстонки. — Густав, разыщи Мерали, и отправляйтесь в пищевой блок, я буду ждать вас там. Швед кивнул головой и тоже вышел. Вслед за ним помещение покинул Водин. — Тук-тук. Ыйе, я могу войти? — О, Кохинур, это ты. Вхоти, конэцно. Цто-то хотэла?² – спросила Кирсипуу со своим эстонским акцентом. — Ну, во-первых, я хотела поздравить тебя с днём рождения, а, во-вторых, я нашла некие породы, на которых могут быть следы жизни. — О, отлицно. Спасибо са постравлэниэ! Они у тэпйа с сопой?³ — Увы, нет, они у меня в кабинете. — Так пойтём сэ скорээ⁴, – Ыйе взяла с собой микроскоп и отправилась вслед за иранкой на другой конец станции, а пока девушки изучают камни, отправимся к мужчинам. — Капитан, я нашёл консервированную клубнику в тюбике. — Отлично! Ей мы смажем наши импровизированные коржи. Густав, неси клюкву, – во время раздачи команд Водин-Черный замешивал специальную муку, которая при реакции с водой становится тестом, которое превращается в хлеб на воздухе. Главное было делать всё очень быстро, но Константин уже наловчился в этом деле и замешивал уже второй корж. Первый корж в это время Мерали покрывал клубникой из тюбика. Выложив и смазав три коржа, парни стали выкладывать на импровизированный торт клюкву. — Кохинур, у нас всё готово, можете идти, – Густав позвонил иранке. — Не можем. Она слишком увлеклась, пускай капитан ей позвонит, – шёпотом проговорила Кохинур, чтобы Ыйе ничего не услышала. Сразу же на приёмник эстонки пришёл вызов от Водина. Он сказал, что на кухне в ящиках развелась какая-то плесень. После этого Кирсипуу сорвалась с места и отправилась и помчалась на кухню, иранка поспешила за ней. — Капитан, ктэ васа плэсен?⁵ – для Ыйе работа была куда важнее какого-то дня рождения. — С днём рождения! – выкрикнули мужчины из углов пищевого блока — Сто, плэсэни нэт?..⁶ — Конечно... Нет... – Кохинур пыталась отдышаться, – Это лишь... Повод... Чтобы поздравить... Тебя. Казвини потрепала работящую Ыйе по голове. — Ты не рада? – спросили всё. — Конэцно рата! Йа просто силно сарапоталас...⁷ — Раз так, то давайте кушать торт! – Мерали вручил Ыйе нож, чтобы она разрезала торт. Сегодняшний день был очень хорош на станции МКЭООН ¹ - капитан на шведском ² - Входи конечно. Что-то хотела? ³ - О, отлично. Спасибо за поздравление! Они у тебя с собой? ⁴ - Так пойдём же скорее. ⁵ - Капитан, где ваша плесень? ⁶ - Что, плесени нет?.. ⁷ - Конечно рада. Я просто сильно заработалась...

VII

— Бортовой компьютер, открыть бортовой дневник. — Дневник открыт, записей не найдено. Желаете создать первую запись? — Да. — Запись открыта. Использовать ручной набор или голосовой набор. — Набор голосом. — Запись начата, – произнёс женский механический голос. «Бортотовой дневник, запись первая, дату, месяц и год я не знаю, да и знать не хочу» – Склиросакис упал в кресло, достал сигарету, закурил и продолжил записывать, – «Мне уже всё осточертело на этом проклятом Космическом Камне. Эти два узкоглазых чмошника меня довели до ручки, я их чуть не убил. Надеюсь, конечно, что они живы, но лучше бы сдохли, честное слово. Я не знаю, как сам на себя не наложил руки. Моя вылазка к МКЭООН была ужасной и если рассказывать о ней, то это будет больше похоже на не смешной анекдот. Здесь совсем нечем заниматься: ни по работе, ни просто чем-либо. В нашем секторе ни хуя нет, а начальство всё требует хоть каких либо отчётов, хоть бери и пиши им: „Ничего нет, отъебитесь“. Как я заебался, Господи». Артемизайос всё продолжал выкладывать свою душу компьютеру, но от этого ему становилось легче. В то время, два азиата уже пришли в себя и обработав раны друг другу, решили искать грека, что нанёс им клеймо. — Как думаешь, где эта мразь? — Мне похуй где он, я ему глаз на скальпель насажу, – яростно прошипел Шеньг.