Лекарство для тебя

Трудно улыбаться, когда внутри всё рвётся по швам. Так паршиво на душе становится, когда понимаешь, что ты ничего не можешь поделать с этим. Ни-че-го. Ты крошишься на мелкие кусочки. Словно пазл, ты ходишь и собираешь себя заново. Жаль, что эту картину ты не соберёшь уже никогда. *** — Чимин, привет, как самочувствие? — в трубке раздался всё тот же хриплый, но безумно тёплый и душевный голос Юнги. — Привет, Шуга. Ты, наверное, сам знаешь о моём самочувствии. — Пак сказал это с какой-то ноткой грусти в голосе. — Всё хреново, одним словом. — Так! — отрывисто произнёс Мин. — Ещё раз скажешь, что всё хреново, и в твоей жизни реально всё будет хреново, я обещаю! Пак удивлённо отодвинул телефон от своего уха и посмотрел на экран, чтобы убедиться, что это и правда звонит Шуга. И да, это был он. — И чтобы ты перестал так пессимистично относиться ко всему, — задержав воздуха и выискивая некую паузу, Мин продолжил на выдохе, — я приглашаю тебя прокатиться на моём! — Чего? — Чимин был на грани, чтобы не засмеяться в голосину. Чтобы не выставить себя пошлым идиотом, он прикрыл рот рукой, чтобы задержать какую-то часть нервного смешка. Вдруг, Шуга не договорил, а Пак тут уже всякое надумал. — Прокатиться на моём коне, лошадке моей быстрой. — Юнги будто специально выводил Чимина из себя, заставляя смущаться от своих слов ещё больше. — Я не понимаю, о чём ты? — Пак и правда старался, но на последнем слове запнулся и начал громко смеяться в трубку. — Я имел в виду на машине моей, извращенец. — с довольным видом Мин чесал указательным пальцем у виска и улыбался. Когда Чимин полностью успокоился, то ответил: — Сам ты извращенец! Будто специально не договаривал слово, чтобы у меня реакцию какую-то вызвать. Ну ты и пошляк! — В общем, я приеду к тебе через 30 минут. Будь готов к тому времени. А за извращенца ты ещё ответишь! Сайонара! — Пока. Что же это такое? Чувство такое приятное, будто тепло распространилось по всему телу, проникло на каждый сантиметр. Чимин сам не понял, как начал улыбаться. Просто так. Без особой причины. Пак встал с кровати, где так удобно прилёг, и начал собирать вещи. День обещал быть очень удачным. *** — Ну наконец-то! Юнги видит выходящего из подъезда Пак Чимина. То, что он был великолепен, не надо даже озвучивать. Он всегда хорош. Рыжий был одет в белую просвечивающую майку, на ногах красовались черные шорты по колено и кроссовки на высокой подошве. Теперь Чимин был даже немного выше Юнги, что немного злило последнего. Зайдя в машину, Шуга быстро и тихо пробормотал: — Ты сегодня шикарно выглядишь. — Что? — переспросил старшего Пак. — Ничего. На самом деле Рыжий всё услышал. Абсолютно всё. От этих слов было так хорошо, но и одновременно стеснительно. Никто ему так не говорил, это впервые, когда он слышит комплименты от других. Но этот комплимент был от Шуги. И он в тысячу раз лучше, чем все другие вместе взятые. — Ну что, навстречу приключениям, Чимин? — Юнги прервал раздумье Пака, нарушил его покой. Тот оторвался и ответил "Да". Мятный вновь лучезарно улыбнулся и двинул в путь. Чимин снова погрузился в свои мысли. Почему же сердце так бешено колотится при виде Шуги? Почему от его комплиментов становится душно? И дело даже не в температуре окружающей среды. Дело где-то внутри. Что-то внутри заставляет думать о нём 24/7. Это так странно. Что же с ним происходит в последнее время. Он будто. Снова начал жить? Юнги боковым зрением проверил лежащего Пака на заднем сидении автомобиля. — Ты такой милый, когда спишь. — Юнги сказал это тихо, чтобы не разбудить младшего. — Эй, Чимин, ты спишь? — Шуга сказал это громче, чтобы проверить, спит ли Пак. Он вновь заглянул на заднее сидение. — Я тебя люблю. Чимин открыл глаза. Боковым зрением увидев это, Юнги спросил: — О, выспался? Пак протёр веки и сказал: — Я такой странный сон увидел. — Расскажешь? — Юнги не отрывался от дороги, но мог говорить с Рыжим. — Нет. Он слишком странный. Чимин вновь лёг. — Ладно, как хочешь. — Такой глупый сон. Шуга ни за что не мог признаться мне в любви. Надо просто забыть это, что за глупости... Что только не придумает мой мозг. — пока Чимин думал у себя в голове, вновь заснул. — Вроде пронесло. — Юнги вздохнул и, с облегчением, продолжил водить машину. Я тону. Тону из-за тебя.