Ангел за твоей спиной

      — Какой-то мужик его тогда спас... Мужик! Какой-то! Знал бы ты, Юра, как дорог стал этому "какому-то мужику".       Павел сидел на своей излюбленной крыше, свесив ноги вниз, и громко сетовал в пустоту на своё существование, пользуясь тем, что никто из смертных не может его услышать.       — И почему мне всегда достаются музыканты? Как наказание какое-то, только непонятно за что. В рай всё равно попадут единицы из них, сплошь пьяницы и наркоманы одни.       — Зато какая музыка, ммм, закачаешься! Ты вообще в курсе, что ворчишь, как бабка старая?       Ехидный голос за спиной ангела заставил его обернуться.       — Тебя ещё здесь не хватало. Катись обратно в ад, Данель, — устало проговорил Павел, лениво наблюдая, как демон усаживается рядом с ним на край крыши.       — Да я тут проездом, собственно. Заглядывал к одной смертной и увидел знакомое лицо, — демон повернулся к Павлу, лукаво щуря чёрные глаза. — Ну, как клиенты? Прости, прости, профессиональный юмор, — смеясь произнёс Данель, выставив вперёд руку, отмахиваясь от гневного взора ангела.       — Поверить не могу, что мы когда-то были друзьями, Дань.       — Мы были больше чем друзья, ангел, — глаза демона сверкнули в темноте. — Именно поэтому я никому не скажу, что ты втюрился в смертного.       Глаза Павла округлились и он поперхнулся воздухом, запоздало вспоминая, что дышать-то ему вовсе не обязательно. Да, он слишком очеловечился с этой работой.       — В какого ещё смертного? Ты что несёшь, чёрт? — мгновенно ощетинился ангел.       — Как это в какого? — Данель на секунду сделал удивлённое лицо, только для того, чтобы тут же расплыться в ехидной ухмылке. — В подопечного своего, в музыканта. Да ладно тебе, я никому не скажу. Сам таким грешен, каюсь, — на безоблачном небе прогремел гром, и демон громко рассмеялся, запрокидывая голову назад. — Тих-тих, не греми там, я пошутил.       Павел смотрел вниз на безлюдные улицы и мрачно думал, что быть демоном куда проще. Грешить направо и налево дело нынче привычное. Именно поэтому в ад нескончаемым потоком лились человеческие души, а на небесах апостолу Петру изредка доводилось открывать врата для очередного старичка-священника из глухого богом забытого местечка, да для невинных детских душ, ещё не успевших нагрешить.       Этот мир погряз в разврате, вероломстве и лжи, даже сама суть веры уже чужда человечеству. Люди теперь надеятся на себя, не полагаясь больше на милость высших сил. Но его работа, как и работа бессчисленого количества других ангелов, от этого не стала ничуть менее ценной и полезной. Их долг — оберегать, защищать и помогать людям. Без надежды, без свидетелей, без награды.       — Я люблю только Отца нашего, Данель. И больше я не в праве никого любить по-настоящему, — смиренно произнёс ангел, низко опустив голову.       Демон помолчал, прислушиваясь к окружающим звукам, и щёлкнул пальцами. Павел ощутил как вокруг них куполом разлилась звенящая тишина.       — Умничка, сказал то, что они хотели от тебя услышать. А теперь, когда нас никто из "твоих" не подслушает, давай начистоту. Ты же давно уже не в восторге от своего начальства, да и работа тебе, мягко говоря, надоела. Преимуществ ноль, отдаёшь всё, а для себя ничего взамен не получаешь. Защищаешь людей, а кто защитит тебя от твоих же собратьев, которые коршунами накинутся на тебя за любую провинность?       — Они когда-то были и твоими братьями! Не забывай, с кем говоришь! — ангел резко расправил крылья, задевая демона, и гордо поднял вверх подбородок.       — Да тише ты, праведный наш, — осторожно отодвигая крыло в сторону, произнёс Данель. — Я же просто говорю как есть. Неужели я неправ? Прав, по глазам твоим вижу. Так давай к нам, а? По старой дружбе предлагаю, ты не подумай. Работка не пыльная, да и...       — Исключено, — отрезал Павел.       Демон со свойственной ему лукавостью сделал вид, что оставил эту тему. Он достал пачку сигарет, постучал ею об свою ладонь и, прикурив одну, принялся насвистывать какую-то только ему одному известную мелодию.       Данель знал, где в бронированной защите ангела была брешь. Он спокойно докурил, обдумывая, как лучше начать разговор и забросил крючок, с первых же своих слов понимая, что выбрал нужную наживку.       — А наверху знают, что ты музыканту своему помогаешь больше, чем нужно? Группа у него успешная, хотя всем участникам, кроме подопечного твоего пофигу было изначально, пока деньги не полились рекой. Семья образцовая, хотя жёнушка целый год нос от него воротила, и он чуть не спился от этого. А у тебя друг Купидон есть. Совпадение? Не думаю, — ухмыльнулся демон. — Бизнес у него в гору пошёл. Скажешь, правильный маркетинг и творческая составляющая? Брехня. Немного ангельской помощи и сверхъестественное везение, вот что я скажу. Так что же наверху сделают, если это всё вскроется?       Чем больше говорил демон, тем сильнее сжимались Пашины кулаки. Он имел поистине ангельское терпение, чтобы не наброситься на исчадие ада и дать ему договорить.       — Ты мне угрожаешь? — очень тихо и крайне настороженно спросил Павел, понимая, что демон давно и пристально следил за ним.       — Боже упаси!       Несмотря на защитный купол, его слова вызвали разряд молнии, которая с оглушительным треском ударила в метре от демона.       — Да я понял, понял! — заорал Данель в небо, тут же елейным голосом обращаясь к Паше. — Это ни в коем разе не угроза, ангел. Просто думаю, что тебе-то может с рук всё и сойдёт. Подумаешь, превышение полномочий в благих целях. Ты же не для себя старался, а для него. Хотя, если хорошенько подумать, то для собственного спокойствия, — демон подмигнул и расплылся в улыбке. — Но музыкант-то твой не святой. И дорога ему после смерти к нам. Как ты будешь коротать свою вечность, зная, что его истязают искусные мастера нашей пыточной? Был бы ты там, ты мог бы как-то облегчить его участь.       Взгляд ангела, обращённый внутрь себя, застыл на одной точке. Он с горечью осознал, что в словах демона имелся смысл.       — Я что-нибудь придумаю, — уверенно сказал Павел.       Он оттолкнулся ногами от края крыши и камнем полетел вниз, на ходу расправляя крылья. Спустя пару мгновений ангел исчез за кронами высоких деревьев.       Данель задумчиво постучал пачкой сигарет по ладони и прикурил одну.       — Красиво ушёл от ответа, ничего не скажешь. Я так скучал по этому.