Be with you

Путь к дому пролегал через переулок в районе парка. Здесь было тихо и спокойно. Не так как в центре, где шумно и пыльно. Чонгук любил это место. Но сегодня что-то изменилось. И даже этот парк казался ему ещë привлекательней. Широкая дорога была припорошена снегом. Следы одиноких перехожих почти тоже исчезли. Парень посмотрел на ботинки омеги. Какие маленькие у него следы. По сравнению с его, медвежьими. Или ему так казалось? Тот же самый Юнги ненавидел свои омежьи ступни и постоянно пытался одевать обувь на размер больше, подкладывая вату в носок и постоянно при этом спотыкаясь. Хорошо, что этот бзик у него прошел… Что-то последнее время он стал слишком скрытным…Всë занят да занят… Чем можно всë время заниматься? Вот его омега постоянно трудится в зале, тренируется, готовиться к поступлению, поэтому почти валится с ног… – Красиво… И необычно..– Чимин поднял голову и посмотрел на небо. – Да, красиво, – Чонгук с секунду полюбовался голубой луной и перевел взгляд на потускневшего омегу. – Ты устал? Хочешь я тебя понесу? – Что? Нет, нет. Я сам дойду,– омега пытался отговорить Чона, но тот уже присел и подставил спину. – Забирайся и крепко держись. – Тебе же будет тяжело, – пытался отговорить его от этой глупой затеи. – Не выдумывай. – Чонгук легко забросил его себе на спину. –Ты как пушинка. Если бы ты позволил, то всегда бы тебя носил… – Чонгукки, – смущëнно пролепетал омега и несмело обнял его за шею. – Не надо со мной носиться… – Надо,– утвердительно кивнул альфа и подхватил его поудобнее. Холить, любить и лелеять… ***** Парень закинул руку за голову и задумчиво уставился в потолок. Его диванный друг радостно принял его в свои объятия. И вроде должен был вырубиться сразу же…После всего пережитого за сегодня. Но сна не было ни в одном глазу. Под веки будто кто-то песок насыпал и скребком пытался его удалить… Жуткие ощущения. Альфа часто заморгал. Не хочется надевать очки, но придëтся. Чëртовы линзы! Где же его капли? Парень вздохнул и посмотрел на закрытую дверь. Мысли всë вертелись и вертелись. А взгляд то и дело возвращался к закрытой двери. Тогда уж и сердечные капли. Он прикоснулся к своим чуть опухшим губам. Видел бы кто его придурковатую мечтательную усмешку! Чон много раз целовал омегу, но этот поцелуй был особенный и от того, особо желанный. Свободный. Чимин сам проявил инициативу и… Альфа был в восторге… В дичайшем и невероятном восторге. Эти нежные ручки в его волосах, сладкие пухлые губы на его губах, длинные крепкие ноги – всё это только его. Омега в очередной раз выбрал его, покорил и привязал к себе… Чонгук перевернулся на бок и прикрыл глаза. Проклятый скрипучий диван. Он мог бы купить новый, но зачем? Если можно деньги потратить с пользой. Проведать,например, своего новорожденного двоюродного брата. Интересно, какой он? Дядя всë никак не может определится с именем… А сам Чонгук как бы назвал своего первенца? Вопрос Рейна поставил его в ступор. Он о таком и мечтать не смел… Но, где то в его сокровенных мыслях было одно имя, которое ему очень нравилось. Чон Сан. Мило и невычурно. И однажды можно было помечтать, как бы он выглядел. Наверное, с пухлыми щëчками и губками бантиком… Альфа смущенно закряхтел и попытался сосредоточиться на другом. Где же он видел ту кожаную куртку? Интересно, а его омеге она бы подошла? Да как ему может что-то не подойти? Он же такой изящный… Надо бы снова туда пойти… И всë-таки со светлыми волосами омеги куртка будет смотреться просто прелестно… Да и с тëмными тоже…И на его красивом лице вновь появиться самая милая на свете улыбка… ***** Казалось, он закрыл глаза на минуту, но вырубило его основательно. Так обычно у него бывает. 3 дня он носится как угорелый между подработкой, домом и учебой, а на четвëртый его сбивает с ног часов на пятнадцать и он спит независимо где: будь это автобус, перемены между уроками, а иногда и сами уроки. Чон приучился дремать с открытыми глазами и одновременно поглощать новую информацию. Но лучше всего он успокаивался на плече или на коленах своего омеги. Тогда он растекался возле него бесформенной лужицей и сопел, чувствуя спросонья, как пухлые короткие пальцы нежно и осторожно гладят его отросшие кудри… Такие моменты любил он больше всего… Однажды он даже пошутил, что готов уснуть на коленях Чимина вечным сном. Правда, потом он искренне пожалел о своей шутке, получив несильный щипок в руку и увидев дрожащие губы омеги… Чонгук взбил рукой подушку и устало опустил на нее голову, блаженно закрывая глаза…Вот так… Он опять почти задремал, но какое-то шестое чувство заставило его поднять голову и прислушаться… Через секунду раздался скрип двери и в полной темноте на пороге показалась маленькая фигурка в большущей пижаме и застыла. Альфа прищурился. – Чимин? Что… Погоди,я сейчас… – Чонгук потянулся к настольному светильнику, но тихий голос остановил его: – Не надо… Рука альфы опустилась на одеяло и он внимательно посмотрел на омегу. Тот как-то странно дышал и сопел заложенным носом и продолжал стоять на пороге. Чон провел рукой по лицу, пытаясь прогнать сон. Он вновь посмотрел на нерешительного Чимина, молча отодвинулся ко второй стороне дивана и откинул край одеяла. – Иди сюда… Омега быстро юркнул в спасительное тепло и тут же пара крепких рук прижала его к крепкой груди. Серая футболка альфы стремительно начала намокать. Чонгук дотронулся пальцами к щеке омеги. Так и есть… – Почему ты плакал? Ты выглядишь расстроенным… Если это из-за того, что тогда случилось, то я… – Я не плакал… И нет, я не жалею, – омега прижался щекой к груди мужа, чувствуя его неровно стучащее сердце.– Это другое… – О… Ну… – Где-то в глубине души в Чонгука запорхали бабочки от его ответа. Он не жалеет… Не жалеет… Значит ли, что он… – Я… скучаю по маме… Так скучаю… Я так надеялся, что хотя бы раз за все года она придет на моë выступление…Скажет, что гордится мной…Что у меня всë выйдет… Но потом я вспомнил, что я ей не нужен… И что она выбрала не меня… – Хм… Ты хочешь ее увидеть? – На самом деле я видел её. Несколько недель назад. Помнишь, мы с тобой были в торговом центре на Лунный новый год? Она… Она не выглядела так, если бы по мне скучала. На ней были новые серëжки и… Она смеялась… Смеялась, когда выбирала эту чëртову пепельницу из хрусталя… Ему. А говорила, что не любит курящих… Папе она никогда не разрешала курить. – Чимин шмыгнул носом и прикрыл повлажневшие глаза.– А хуже всего был еë взгляд, когда она увидела меня… – Чимин…Не надо… – Пустой и колючий… Как будто я еë предал, – Чимин приподнялся и горячо зашептал на ухо альфе.– Как будто я во всëм виноват… Понимаешь? Я. А он распускал свои грязные руки и неоднократно пытался… Пытался… – Ты ни в чем не виноват. – Чонгук повернул голову, прислонясь к мокрой щеке омеги. – Ты сильный, независимый омега, который достойный уважения и обожания… Самый талантливый и самый красивый… Самый лучший… А этот урод…Он должен быть наказан… Оторвать бы ему… Извини, но что это за мать такая… – Ему ничего не будет… – Почему? Он же… Он же чëртов извращенец… Педофил… Он ненормальный, Чимин! – Однажды… Я не выдержал и пошел в полицию… Я всë рассказал… И мне никто не поверил… Кто поверит 13- летнему мальчишке? Моя мама сказала, что я такой выдумщик и что это уже не впервые… У меня переходный возраст и так я пытаюсь привлечь внимание альф. Чтобы меня пожалели… Будто бы я… Я одеваюсь вызывающе и кручу перед ними задницей… – Еб…ь! Прости !– Чонгук сжал пальцы на плече омеги, на что тот поморщился.– Прости… Она ненормальная сука. – Да и доказательств у меня не было… – Почему вы переехали из Сеула? – У Дерека что-то случилось на работе и он провинился… По крайней мере, это всë, что я знаю… Я думал, что, – Чимин запнулся и продолжил, – если он возьмëт меня силой, – я покончу з собой. У меня даже было несколько вариантов. Труба в ванной комнате…Мост…Крыша… Когда я узнал, что он возвращается из командировки, то я почти на это решился. Я хотел это сделать. Передо мной было открыто окно в школе и я уже размышлял, выйдет у меня или нет… На что будет похоже моë никому не нужное, изломанное тело… Придëт ли за ним кто… – О Господи, Чимин! Я такой дурак… Я не знал… Я же видел, что с тобой что-то не то… – А потом я услышал твой голос… Ты посмотрел на меня такими глазами… – Я выглядел идиотом… – А потом ты назвал меня красивым… Ты так не думал, но… мне было приятно… Меня никто никогда не называл красивым… И я решил ещë чуть-чуть побыть возле тебя… Чонгук уставился в противоположную стену и горько выдохнул: – Ты всегда красивый. А я…Мной не надо восхищаться… Я не идеальный… Не герой… Не самый умный или красивый… Не такой высокий, как бы мне хотелось. У меня нет таких мускулов как у Вонхо. Я не знаю, получится ли у меня поступить и стать тем, кем я хочу… Я могу не мыть голову пару дней и захламляю квартиру всякими полезностями… – Чонгукки… – А ещë я безумно ревнивый…– Альфа прикусил язык. Ревную тебя к каждому столбу. Ревную к Тэхëну, с которым ты смеëшся так, как не делаешь это со мной. Ревную к Вонхо, который заставляет твои глаза сверкать. Ревную ко всем и всему… Потому что я без тебя пропаду… – Тебе не надо меня ревновать,– прошептал Чимин куда-то в ключицу альфы. Горячее дыхание омеги подняло волну мурашек по его телу. От него так пахло сладким малиновым гелем для душа. – Я же выбрал тебя…Такого, какой ты есть. Уже очень давно… Для меня ты герой… У тебя всë получится… Ты же мой… – Твой…. Всегда твой…– Чонгук наклонил голову, легко прикоснулся к губам омеги и тут же отодвинулся, давая пространство. Тот как то странно выдохнул и подтянулся поближе, нависая над лицом альфы. Они на секунду встретились взглядами и вновь слились в поцелуе. Нежный и ласковый, он говорил о преданности и доверии… И сейчас, когда сердце альфы отчаянно билось рядом с его сердцем, он понял, что именно о такой любви и мечтал… Чонгук будто подчиняет его своими поцелуями, доказывает, что он только его. Нечто странное заставило его запустить пальцы в густые волосы альфы и издать тихий удивлëнный стон. Внезапно осознав, что он сделал, Чимин оторвался от таких желанных сейчас губ, крепко прижался щекой к груди альфы и прикрыл глаза. Чонгук молча гладил его спутавшиеся волосы. Постепенно ритм сердца омеги замедлялся и наконец стал ровным и спокойным .Чон поправил на нëм одеяло и прикрыл глаза. – Спокойной ночи… ***** Парень внимательно прочел инструкцию на коробке и посмотрел на содержимое своего шкафчика. Получится или нет? Так, скорлупа от яиц вроде бы не плавает, и тесто жидкое. Вроде бы… Пробуем… Мда, Чонгук. Может надо было сперва масло хотя бы налить на сковородку? Как эту чëрную подошву можно грызть? Альфа с сомнением посмотрел на содержимое сковороды и решительно высыпал в мусорное ведро. Так, спокойно. Ты сможешь. Главное, разлепить глаза. Он опять вылил порцию теста на сковородку и приготовился ждать. Ну, это… Не очень изящный блинчик, но уже ничего, сойдëт. Это будет его поздний завтрак. Так, ещë раз… Ну вот, нормальный блинчик. Большеват, конечно и толстоват… Но Чимину надо много есть… Так что…Он осторожно переложил его с помощью лопатки на тарелку и вновь повернулся, чтобы продолжить готовить… Он был так занят своими мыслями, что не услышал, как омега тихо подошел к нему со спины и осторожно сомкнул руки на его животе, прислоняясь щекой к лопатке. – Я проснулся, а тебя не было… – Извини, – уши Чона стремительно розовели. Он вскочил ни свет ни заря, пытаясь угодить своему омеге, сделать хотя бы что-нибудь.– Я пытался приготовить тебе завтрак, но что-то пошло не так… –Мммм, – Чимин что-то промурчал в спину альфе, сонно зевнул и ещë крепче прижался.– Я съем что угодно… Я проспал и не успел ничего тебе приготовить… Чонгук погладил пухлые омежьи лапки у себя на животе и решительно выключил плиту. – Сейчас только одиннадцать. А нас ожидают к семи. Ещë есть время… – Для чего? – устало произнес Чимин, с полузакрытыми глазами лениво поедая толстенький блинчик. – Выспаться… –Ааааа…м… Поспать это хорошо… Хочу… в нашу кроваткуууу…– Омега, отчаянно зевая, с полузакрытыми глазами, скрылся за дверью. – Нашу кроватку, – повторил за ним Чонгук и уголки его губ растянулись в счастливой ребячьей улыбке… ***** Ну и что это такое? Что? Юнги повернулся боком к зеркалу и посмотрел на свои чуть заплывшие бока. Надо переставать жрать, иначе он будет таким колобком как Хëна. Вот тебе и сладкая морковка, и яблоки с рисом во втором часу ночи и шоколадные конфеты под подушками! Чëртов Ким Тэхëн! Это из-за тебя я так нервничаю и объедаюсь. Омега распахнул шкаф вывалил содержимое на кровать. Так, где его любимые джинсы? Он отбросил ногой пижамные штаны и попытался влезть в штанины. Твою ж м….ть! Мин упал на кровать и еще раз попробовал застегнуть молнию. Перекатился. Блин. А если вдохнуть? Он взвыл и схватился за свой жирок. Влезай, зараза паршивая! Спустя пять минут, покрасневший от злости омега выбрасывал 2 пары любимых джинсов с оторванными пуговицами в мусор. Спортивки так спортивки. Впервые в жизни придется идти на пробежку. Бл….ь! ***** – Привет! Юнги! Да стой же! Куда ты несешься как угорелый! Фух! Стой же! Ну! – нарядный и счастливый, Тэхëнс огромным трудом догнал омегу и схватил его за серый рукав ветровки. Чуть не разминулись. Он не поверил своим глазам, когда увидел, как вечно ленивый Юнги, сопя и бурча, несëтся по улице в странном наряде. Альфе пришлось попотеть, чтобы догнать его. Мин выскочил из дома, как ошпаренный и умчался, чуть не сбивая встречных с ног. – Тэхëн? – Юнги заземлился и посмотрел на парня. Тот ласково улыбался и омега вдруг понял, что сейчас явно не готов его видеть. Не тогда, когда у него немытая голова, опухшее лицо и весь он потный и грязный в древних спортивках. – Я прочитал твоë письмо… – И? – деланно равнодушно произнес Мин, избегая взгляда альфы и делая нервные взмахи руками и ногами. А что такого? Да я ничего.Зарядка. – Сегодня утром я был просто парализован страстной тоской по тебе,– признался альфа, смотря на это чудо в смешной полосатой шапке с помпоном. – Я тоже, – тихо признался омега и внезапно рванул бежать дальше по дорожке. Ну что за невыносимая омега? Пришлось альфе бежать следом, прислушиваясь к возмущëнному бурчанью Юнги. Хорошо, что дорожки расчищенные, иначе он бы давно убился. – Как я мог так поправится? Я годам не набирал вес….Да я ел как птичка… Я буду толстым как Хëна… Толстый Мин… Как же так? – Хватит бегать! Пойдем домой. – Это всë ты виноват! Ты! – омега развернулся и посмотрел в удивлëнные глаза альфы…– Если бы не ты… Мои бедные джинсы… Я их так любил… Нет, я не стану злится…. Я не умру! Всë нормально… Потому что я сильный. Да!– Юнги смешно подпрыгнул и завертелся на месте. Тëхен засмеялся. – Что смешного?- настроение Мина опять поменялось. – Ты такой забавный! Каждый раз я открываю в тебе новые и новые черты. – Тебе что-то не нравится? Проваливай. – Нет, мне всë нравится. Я просто от тебя без ума. – Молчи уже. – Ага.– Как можно не смеяться, если он похож на взъерошенного… – Я серьëзно. Не смотри на меня так. Я пытаюсь быть оптимистом. – Когда в следующий раз попытаешься побыть оптимистом – сделай это в тепле, иначе мы замëрзнем. – Я всë равно тебе не проиграю, – Юнги повернул в сторону дома. – Да, да, – Тэхëн посмотрел на улепëтывающего омегу, подождал, пока он отбежит на приличное расстояние (не будет же он говорить, что он двигается, как улитка и альфа его обгонит в два счëта) и медленно, трусцой, побежал за ним. **** – Ты думаешь, что невероятно умный?– Ким фыркнул, отбрасывая прядь волос с лица и уставился на омегу, который сгорбился над синтезатором и что-то записывал в тетрадь, прикусив язык. В это же время, его альфа, закатав рукава, ползал по всей квартире и делал влажную уборку, заглядывая за каждую щель и в каждый уголок. Знал бы он , что Юнги нравилась его оттопыренная пятая точка, то давно бы… – Эй, мой айкью выше среднего в Корее.Да я просто гений. – Ты такой дурак – Это ещë почему? – Ты же знаешь, что со мной можно быть настоящим? Не притворяться? Можно и слабым побыть, не обязательно постоянно окружать себя иголками… – Зачем мне они мне нужны? Они чужие. -Ты не можешь всю жизнь быть безразличным. – Человеком управляет мозг – Юнги выразительно постучал пальцем по лбу. – А у других я его не замечаю. – Ты такой умный а потратил сколько энергии на бездарный бег и… Это что, батончик? – Вот чёрт! Е…ь!.Чёрт! –Юнги со всей дури запустил шоколадку куда-то в коридор. Когда и какую по счёту он слопал? – Эй, я же там только- что пропылесосил! –Тэхëн подошел к омеге. –Ты так запачкался, - он провел пальцем по губам омеги, собирая подтаявший шоколад. – Сладкоооо… – Это не то, что ты подумал… – Да. И на кухне за пачками с рисом. И между книгами. И в комоде, и между подушками. Под кроватью… Всë не твоë. – Моë… –Моя сладкоежка… – Постой, на мне кошмарная одежда… – С каких пор тебя это волнует? – Я не почистил зубы… – Мне плевать… – Ты такой наглый… – Тебе же нравится… – Безумно… ***** Юнги кайфовал. Он плыл где-то себе на волнах удовольствия, медленно и неспешно раскачиваясь на лежащем под ним альфе. Ожидание этого стоило. Когда они таки дорвались друг до друга, то уже не смогли так просто остановится… Тэхëн резко сел и притянул его к себе. Он зажав в ладонях омежье лицо и страстно поцеловал его, ни на мгновение не прекращая коротких лëгких движений , заставляя Мина ещё сильнее трястись от переполняющих его чувств. Юнги вот-вот готов был упасть … Его ногти впились в плечи альфы… – Откинься назад, – шепнул ему на ухо Тэхëн. Омега подчинился и вцепился пальцами в покрывало у себя за спиной, всем телом ощущая дрожь от ускорившихся движений… – Ты точно ни с кем не был до меня? Ты слишком много всего умеешь. Откуда? – Я очень много читал… И смотрел… – Хвастун…Э, ты что обиделся? ***** Пара в нерешительности остановилась перед новой высоткой с огромными окнами и уютными балкончиками. Омега облизал пересохшие губы. Он так волнуется, что вот-вот упадëт. Ещë пару часов назад Чимин носился по квартире и не знал, что одеть, что обуть, как выглядеть, что принести. Это же мама его Гукки. Омега уже заранее предчувствовал беду. Кто он и кто она… – Ты уверен, что она хочет меня видеть? Наверное, она меня ненавидит. – Чимин нервно поправил воротник своей белой шубки и посмотрел огромными глазами на Чонгука. Тот перехватил у него из дрожащих рук торт и схватил за руку. – Всë будет хорошо… Спустя пятнадцать минут, они уже одевали тапки в прихожей и проследовали за управляющей в гостиную. Чимин старался не глазеть по сторонам, но успел заметить, что квартира была просторной и светлой. Японский минимализм. Ничего лишнего. Со вкусом подобранные светло-жёлтые шторы. Бежевая цвет. Изящная мебель. Восхитительно.. – Ты пришел! –на встречу им вышла женщина, которой на вид было лет 35, не более. С высокой укладкой и в широком цветастом платье, она была похожа на экзотическую бабочку. Красивая женщина. Теперь понятно откуда у Чонгука такие глаза и улыбка. – Мама! – альфа сжал женщину в объятиях. – Я хочу тебя кое с кем познакомить. – Он прижал зажатого омегу к себе. – Это мой Чимин. А это моя мама, Го Ин Ха. – Здравствуйте, госпожа Ин Ха, – пролепетал омега и поклонился.– Это вам протянул он женщине фруктовый торт. – Здравствуй, – она смерила его с ног до головы взглядом. Интересно… ***** Ин Ха осторожно прикоснулась к уголку губ салфеткой и бросила взгляд на омегу своего сына.Чимин ковырялся палочками в салате, но так и не съел ни кусочка. Значит з родителями он не разговаривает и ушел из дома. Интересно, почему? –Чимин, так почему ты ушел из дома? Захотелось свободы или ввязался в криминал? Омега побледнел и отложил палочки. Взгляд Чонгука потяжелел и он напрягся. Какого хрена она это делает? – Ну, они… Я… – Я его похитил. – Что? – непонимающе посмотрела на него женщина. – Как это похитил? – Они были против наших отношений. Против меня. Я был для них плохой партией. Да еще эти слухи о моих родителях… Вообщем, однажды ночью, я забрался к нему в окно и похитил его. – Альфа сложил руки на груди и уверенно посмотрел на мать. – И ни капли не жалею. Я жалею только о том, что не сделал этого раньше. – Что ты наделал? А как же его родители? Они знают? Ты сошел с ума! – Ты думаешь, после всех этих грязных статеек они не знают? Благодаря Бэкхëну и его славе, о нас не говорит только ленивый. Конечно, они в курсе. – О боже! –Ин Ха схватила бокал с водой и залпом его выпила. – Ты меня убил. Помнишь, когда ты был маленьким и тебе удаляли гланды? Я так долго молилась и чувствовала себя ужасно… Будто уже потеряла тебя. И сейчас… Ты ускользаешь от меня. – Ты не потеряла меня. –Чонгук схватил руку своего омеги и крепко сжал. Не нервничай. Все хорошо. Я с тобой. Го Ин Ха молча посмотрела на золотое кольцо и перевела взгляд на своего сына. – Ну, мы хотели вам сказать, – нерешительно проговорил Чимин, избегая взгляда женщины. – Интересно, когда? Объясни. – Я очень люблю вашего сына, – прошептал Чимин, не поднимая взгляд. –Мы поженились.По любви. – Подтвердил Чонгук и сжал подрагивающую ладонь омеги. – Ха, по-моему, я схожу с ума, – Ин Ха приложила ладонь ко лбу. – Твой отец говорил мне совсем другое… -– Мама… – Скажи,что это шутка! Чëрт. Я не могу поверить. Не знаю плакать мне или смеяться…. Только не говори, –женщина внимательным взглядом прошлась по фигуре омеги и ее глаза расширились, – что я стану… бабушкой? – На последнем слове ее голос задрожал. – Ещë и Роберт на работе. Как раз тогда, когда он мне так нужен. – Эмм… Нет. –О… Ладно. Так, у нас с Робертом 23 февраля свадьба. Раз уж вы пришли, то я дам вам приглашения сейчас. Дорогой, – обратилась к Чонгук мать,– принеси пожалуйста зеленую коробку из кухни. Она на столе. – Мама, – выразительно посмотрел на неë альфа и перевëл взгляд на Чимина. Он что, совсем маленький и не понимает, для чего он должен уйти? –Да не съем я его. Иди, – фыркнула она. Когда скрипнула дверь на кухню, женщина посмотрела на испуганного омегу и хмыкнула. – Мой сын сделал не лучший выбор. – Я знаю,– хрипло произнес Чимин и уставился на своë кольцо. Он и так знает, что худший из всех выборов. – Но и не худший. Не удивляйся так. Если мой сын тебя выбрал, значит что-то в тебе есть. Я рада, что у него есть кто-то, кто о нем позаботится. Я не смогла сделать его детство счастливым. И это моя вина. Мой крест, который я долго ещë буду нести… Бедный и потерянный мальчик. С тобой он становится совсем другим. Если он с тобой счастлив, то я не против… Но бабушкой мне становится слишком рано, ладно? ***** – О чëм она с тобой говорила? – Чонгук остановил омегу и внимательно на него посмотрел. Глаза не красные. Вроде не плакал. А там кто его знает. – Просила позаботиться о тебе. – Чимин обеспокоенно поправил варежку и поднял взгляд на альфу.– Я думаю, она тебя очень любит… – Иногда чья-то любовь может слишком ранить…