Be with you

– Чего тебе?– Го Ин Ха остановила беговую дорожку, не спеша отпила с бутылочки и нехотя ответила на звонок. Вот же настырный! – А что ты так тяжело дышишь? Наверное, не слазишь с члена своего Хоббита… – Завидуй молча. И да. Его зовут Роберт… Всë, я вешаю трубку…– женщина уже отвела трубку от уха, но следующий оклик заставил еë вернуть трубку. –Мой недалëкий сын окончательно сошел с ума. Ты видела это губастое чучело? –Какое чучело? Это ты о своем новом любовнике? Или о ком? Я вот познакомилась с Чиминни. Он такой милый... – Чимином? Ты так всë и оставишь? – А что я по-твоему должна сделать? Портить мальчику жизнь и дальше? – Бесполезная с…а. Ты наверное и квартиру ему до сих пор оплачиваешь? – Нет. Он никогда не просил у меня деньги. – Прекрасно. Просто отлично. Ты не хочешь, чтобы он вернулся? –К кому? Ко мне он не вернется, хотя очень этого хотела. К тебе? Что, припекло уже настолько, что и сына готов опять использовать, а потом опять его благополучно выбросить? –Не понимаю о чëм ты… – Да, конечно. А то никто не видел твоë провальное интервью… Да и рейтинг твой ниже плинтуса… 2 процента. Ха-ха-ха… – Ах ты, еб…я бл…ь, да я тебя… Женщина победно нажала на кнопку отбоя и выдохнула с облегчением. – Пока, пока. Скотина. ***** Глаза Юнги всë больше сужались и сужались. Если бы у него была шерсть, то она давно бы стала дыбом. Перед ним чавкали. Позади него жевали. Слева хрустели. А он сидел со своим стаканом яблочного сока и всë пытался не заорать. Да сколько же можно жрать? Духовная пища духовной пищей, но и морить себя голодом оказалось не так и легко. А всë из-за этих проклятых лишних сантиметров, которые он нахомячил за последние пару недель. Сидевший перед ним Хосок подвинул к себе суп тхочанчук и покосился на омегу. Взгляд Мина метал молнии. Кошак кошаком! Как тут можно спокойно поесть? Бета кашлянул: –Слушай, ты меня пугаешь. Хочешь с тобой поделюсь? А то ты так мне хорошего аппетита пожелал, будто бы хотел чтобы я удавился. – Я не голоден, – отрезал Мин и показательно отвернулся. –Ну, как хочешь.–Хосок пожал плечами и приступил к еде. У Юнги дëрнулся глаз. – С каких это пор ты на диете? – поинтересовался бета, доставая палочками небольшой кусочек свинины. – С тех пор, как наел лишние кило, – буркнул омега и уставился в свой пустой стакан с яблочным соком. Что за… Где? Когда? –Обычно ты сметаешь всë со стола. С твоим обменом веществ тебе вообще не надо бояться потолстеть. Да и сейчас ты нормально выглядишь. Ну может,– Хосок присмотрелся к омежьему лицу и опасливо заикнулся,– щеки чуть округлились. А так, заморыш заморышем… Тэхëн еще тот гурман! – Ешь молча! – Юнги поднялся с места. – Да ем, я ем. Нет, чтобы искренне пожелать приятного аппетита! ***** Юнги поджал губы и расстроено хмыкнул. Зачем он пришел на тренировку? Омега забыл, что Тэхëн опять пропадает уже 2 дня на своей сверхсекретной работе. В принципе, омега догадывался, что это связано как-то с модельным бизнесом. Эти его изменения в осанке, цвете волос, поведении. А это изучение статеек и журнальчиков о современных модных тенденциях? Буклетики и визитки? Нет, он не рылся у него в кошельке. Ну…Почти. В общем, сложив дважды два, Юнги задумался. Если это правда, то почему и нет? Его альфа красивый и высокий. Даже его странная дурацкая ухмылка тоже красивая. И его руки с длинными пальцами… И крепкие плечи… И длинные ноги… И…Так,стоп. Если у него что-то выйдет, то Мин будет только рад. Даже если нет, то ничего страшного. Его альфа может всë… Даже спеть песню под окном (правда соседки, потому что растяпа, блин) в четыре часа утра. Навести такой порядок в доме, что будет всë сиять. Приготовить подгоревший, но ужин. И главное, быть преданным и глупым настолько, что изо дня в день любить его охамевшее и обнаглевшее величество. Настигшая омегу тоска и ностальгия, заставила его посмотреть в свою сумку. Сигарет нетушки. Не найдя ничего из съедобных припасов, он мысленно взвыл, чувствуя, как дикие бабочки пытаются сожрать его желудок. Сейчас бы солëных крекеров с луком или хотя бы какой-то чупа-чупс… Плевать на жир. Сейчас бы что-нибудь пожрать. Вопли внизу отвлекли его внимание. Юнги прищурился. Как удачно. Не надо никого искать, чтобы выпустить пар. Прелестно. На арене опять были два клоуна, которые сами не играли и не давали этого сделать другим. – Блин, Намджун! Что ты опять сделал с мячом? Он какой-то изогнутый и кривой!– Джин, широкоплечее чудище, причитал возле баскетбольной корзины. – У меня что-то плечо закоротило. – Намджун покрутил рукой и застонал.– Не рассчитал я силы… Кто же знал,что так будет? – Что? Закоротило? Где? Покажи. – Джин начал щупать бицепс альфы, на что тот сдержанно зашипел. Парни заржали, смотря на двух чудиков. – Так лучше? – Я бы посоветовал вам снять номер, – Юнги гордо прошествовал мимо них с сумкой на плече. Сил его нет смотреть на эту убогую игру. И тем более на брачные игры двух мамонтов… – Чего? –Джин сжал кулаки и сделал шаг вперед. Эта мелкая зараза. – Ах, я забыл. Вам не надо снимать номер. Это уже у вас было! – Мин ленивой походкой протопал к двери спортзала. Не надо попадаться под руку голодной омеге! Ох, не надо! Мин Юнги никогда ничего не забывает! – А? – Намджун всë ещë не догонял. – Можно я его прибью? – Помни о Тэхëне! – Только ради Тэхëна. Блин, нам ещë детей их крестить! – А он хочет минимум 8. Джин взвыл. ***** Снег мерзко чавкал под ногами. Небо весь день было мрачным. И здесь, в этом странном месте, не хватало только стада ворон. Одинокие ряды надгробных памятников навевали на Чимина ужас. Так обычно начинались все фильмы, которые омега так не любил. Однажды ему даже приснилось, что он упал в свежевырытую яму, а стадо мертвецов над ним стояло и ржало. Протягивало к нему свои холодные и костлявые пальцы. А их зловонное дыхание? Чимину резко захотелось назад, под крылышко, к его Чонгукки… – Тэ, ты уверен, что это короткая дорога? А по другому никак нельзя попасть быстрее в тот магазинчик? – Верь мне. У нас мало времени. Я не раз так делал. – Тэхëн схватил омегу за руку и потянул между рядами старого кладбища. – Мне здесь не нравится, – пискнул Чимин. – Почему ты шепчешь? – Потому. – Чимин… Эти люди давно умерли. От них и не осталось ничего… – Тихо. Не ори. Если ты будешь так вопить, то зомби нас услышать, – Чимин запнулся и чуть не поцеловал надгробок. – Ааааааааа….. Пойдëм быстрее…. – Чимин? – Да? – Я всë хотел тебе сказать. На следующий день после выпускного я уеду. Со мной подписали контракт. – Как? Это же не навсегда? – расширенные глаза Чимина говорили сами за себя. – Конечно, нет. Как же я буду без своей лучшей булочки? Буду безумно по тебе скучать. Я должен уехать. Если я уеду, я стану лучше. –Ты и так хороший. А как же Юнги? – Я ещë не говорил ему. Не знаю, как ему сказать и попросить, чтобы он ждал меня… – А если он не захочет? – Ну, значит такая судьба…– Ким нервно хихикнул. Сама мысль о скором расставании была ужасной. Как ему это сказать?– В крайнем случае, я поступлю с ним, как в древние времена. – Эээ… Это так? – Свяжу, наброшу мешок на голову, перекину через плечо и утащу за собой в пещеру. – Ты такой романтик, –Чимин покосился на странный памятник в виде ангела. Пустые глаза смотрели прямо на него. Вот чëртттт! – Ага.– Пойдëм, трусишка. Я еще должен проводить тебя до дома и сдать из рук в руки твоему мужу. – Он придёт сегодня поздно… Так что ты хотел там купить? – Увидишь. ***** – Чонгук меня прибьëт,– омега прижал к себе поближе переноску и посмотрел на Кима. Тот улыбался и фыркал. – Не выдумывай. –Я серьëзно. Он выгонит меня из дома. – Не утрируй. Ты его муж. Да он из тебя чуть не пылинки сдувает. Ты чего? – Я же с ним даже не посоветовался… –Ты тоже имеешь право голоса. Или твой муж диктатор? Если что, то я вправлю ему мозг. Не посмотрю, что в нас временное перемирие. – Диктатор? Нет, нет. Но, это же дополнительные расходы и… – Ничего глобального, переживëт. Как там говорят? Любишь меня –люби и мой зонтик. Кстати, –Ким поправил сползающую на глаза шапку и посмотрел на светофор. Ещë 20 секунд. – Ты будешь участвовать в Дне признаний? – Что это? – Ты до сих пор не знаешь? Каждый год , на 14 февраля, любой желающий сможет признаться в любви на школьном радио. Правда, время ограниченное. Минута. Да и текст признания прочтут, прежде чем пустят тебя к микрофону. А то мало ли. Может, ты там свои порнографические фантазии хочешь рассказать всей школе? Вот Джин однажды… – Боже,– Чимин прижал ладошки к покрасневшим щекам.– Это же унизительно. Кто это выдумал? – Наш директор. Он любит себя чувствовать купидоном. Сводить парочки и говорить, что за годы его мудрого правления в стенах школы ещё никто не залетел и не вышел замуж. Правда, в этом году вы основательно пошатнули эти традиции. Повезло, что Бэкхëн ещё был мэром и об этом скандале пытаются умалчивать. Других бы давно наказали. – Был мэром? Я не очень много слышал. Только знаю, что кандидат Хань вроде бы опережает его в соцопросе. – Нам туда, – Тэхëн махнул рукой в сторону ряда с цветочными магазинчиками. – Сократим путь. Опережает – мало сказано. Господин Чон может набрать только два процента. Да ещё эти слухи о его новом любовнике. Вроде, он очень молод. Может, даже нашего возраста. Короче говоря, они ничего и никого не стесняются… Так что… Ты куда? – Извини, я сейчас подойду,– Чимин боязно прошествовал к магазинчику, на котором висело объявление о поиске помощника. Он вздохнул и дëрнул ручку двери на себя. Разнообразные запахи цветов тут же окружили его… ***** Спустя 10 минут, омега на негнущихся ногах выплыл из магазинчика навстречу ожидавшему его другу. Тот оживился, пытаясь понять по лицу Чимина, что случилось. – Меня взяли на работу, – сиплым голос проговорил омега и протянул руку к переноске.– После занятий, два часа каждый день, а в субботу и воскресенье – четыре. – Это же прекрасно! Ты же давно хотел найти работу. – Почему они меня взяли? Я же ничего не умею. – Научишься. Ты же хочешь работать? Вот. Я тоже много чего не умею. Знаешь, сколько лет я учился ради Юнги играть на саксофоне? А у тебя всë выйдет. Ты очень талантлив. Да и от твоего дома недалеко. Кстати, мы оторвались от темы. Ты будешь признаваться на радио? Омеги умрут от зависти и злобы. Хотя о чëм это я ? Вам это и не нужно. Женатики. С вами всë ясно… – Нет, я… – Чимин замялся. – Я хотел отвести Чонгука в художественную школу и… –Зачем? Аааааа…. Ну если ты всë же решился… Повезло же ему. Не будь у меня Юнги, я бы сам на тебе женился. – Тэ…А сам то? Признаешься? Или и далее будете скрывать? По-моему многие уже догадываются… – Вот и я о том же. Нет смысла скрывать, что и так всем ясно. Надо завязывать с прошлым… Так что, да. Я решился. – Если что, то я тебя поддержу. – Да, не забудь проведать меня в больничке после моего признания. Кулаки у Юнги тяжелые. – Может, всë будет хорошо… – Надежда умирает последней. Главное, чтобы передо мной не выступал Намджун. Это будет надолго. С философскими размышлениями о вечном и смысле бытия. Он мастер толкать речь. – А Джин будет? –А как же. Он каждый год кому-нибудь признается в любви. Ты видел стайку его поклонниц? Интересно, кому он признается в этом году? Он записался первым. – Наверное, кому-то очень дорогому для него. –Наверное. ***** – Я в ванной. Если хочешь увидеться – приходи домой скорее. – Брови Юнги полезли вверх. Вот же мерзавец! Он схватил сумку и рванул на выход. – Ты куда? Мы же договаривались! – Хосок не успел выйти на порог школы, как мимо него пронеслось матерящееся недоразумение. Какой гололëд? Какой там мороз? О чëм вы! – Мда. Придëтся идти самому, – бета оглянулся и, заметив, пару девушек, протанцевал к ним. А может и нет… Не у всех есть кошачьи лапки, Юнги. Да и падать втроëм как-то приятнее… ***** – Эй, ты что делаешь? –омега столкнулся в дверях ванны с Тэхëном, который вытирал мокрые волосы. Поли его халата распахнулись и мокрые капли скатывались на обнаженную грудь. Что-то губы Мина странно пересохли. – Ты так быстро.– Ким наклонился и сжал в ладонях его щëки. – Так сильно скучал? Так бежал… Наверное, что-то хотел рассказать. Приходи в спальню через пять минут. И стакан водички не забудь. Юнги остался стоять с открытым ртом. – Бл…ь… Что с ним такое? С каких пор он отрастил себе яйца и смеет ему приказывать? И с каких пор он хочет этого? Спустя 5 минут, он явился на пороге с большой чашкой кофе. Взгляд Юнги остановился на поджарой и худой фигуре альфы. Глаза его расширились. – Ты до сих пор не оделся? Проветриваешься? – А ты стесняешься что ли? Что ты здесь не видел? – альфа поставил руки на пояс, дабы показаться во всей красе. Знал бы Юнги, что тот со всех сил старался не покраснеть и продолжать строить из себя альфа-самца.Надо для имиджа. Надо. Но как перебороть себя и не залезть в одеяло? – Тоже мне, мачо. – Юнги фыркнул и протянул ему кофе. – Выпей и оденься наконец. – Спасибо, – Ким, как бы нехотя, надел опять на себя халат, затянул пояс и хлебнул кофе. – Ты такой заботливый… – Ага.– Мин отбросил покрывало и залез в кровать. Он подложил подушку под спину и сложил руки на животе, наблюдая за одевающимся альфой. Какой вид! – Где ты так долго шлялся? – Вызвали на фотосессию, – честно ответил альфа и повернулся к омеге, чтобы посмотреть на его реакцию. Тот зевнул. – А, понятно. И как? – Тяжело. Стой. Ты не спросишь какая фотосессия? И почему я пропадаю время от времени? – С тобой всë и так понятно. Поговорим чуть позже…– Юнги накрылся с головой покрывалом. Ах, да. Я там немного посуду не домыл. Так что… Тэхëн посмотрел на вырубившегося омегу. И как прикажете ему реагировать? ***** Лифт пискнул и остановился на 17 этаже. Он раскрылся и из него вышел среднего роста парень в чëрном пуховике. Альфа устало поплëлся к знакомой двери и достал ключи. Не успел он зайти на порог, как на него налетело что-то маленькое и очень вкусно пахнущее. Чонгук бросил сумку, подхватил омегу и звонко чмокнул в губы. Тот смутился и спрятал лицо в его шее. Тонкие ручки крепко прижимали его к себе. Альфа прикусил маленькое ушко. – Привет… – Привет… Ты сегодня поздно… – Заменял Хани. У нее ребенок с температурой, поэтому отпросилась пораньше. Так вкусно пахнет. Ты меня ждал? – Я тебя всегда жду… **** – Наконец-то! – посвежевший после душа альфа с разбега прыгнул в разосланную постель. Вдруг с правой стороны раздался писк. – Блин, Чимин, прости!– Чонгук поднял голову и обеспокоенно посмотрел на омегу. Тот закряхтел. – Я тебя чуть не раздавил… – Да всë в порядке, – пролепетал омега, пытаясь выпутаться из одеяла. Чонгук помог ему освободиться и устало растянулся на своей стороне постели. Глаза слипались. Он приподнял руку и омега прижался к его груди. – Ну что ты? Не волнуйся. Я уже дома. С тобой. – Я не мог найти себе места, когда ты не отвечал…– Чимин вцепился пальчиками в футболку альфы. В носе противно щипало. – Если бы с тобой что-то случилось, как бы я это пережил? – Не думай об этом,– альфа оставил поцелуй на коротких ручках.– Я всегда вернусь к тебе.– Губы обожгли подушечки пальцев. Омега провел носиком по его щеке. От Чонгука пахло пеной для бритья а его губы дышали восхитительным теплом. – Я хотел кое-что тебе сказать… – Что? – Я… Меня взяли на работу… – Как? Где? – Это недалеко отсюда. В цветочном магазинчике. Я буду там работать только пару часов. Ну и в выходные. –Почему ты так спешишь? Мы же ещë не умираем с голода. Ты точно этого хочешь? Уверен, что справишься? Может, подождëшь? – Я хочу справиться, – уверенно прошептал Чимин. – Я очень хочу справиться. Выходить на улицу и спокойно пойти в магазин или студию. Я так этого хочу, но не знаю получиться ли у меня… Ты же... Ты же меня поддержишь? – Конечно. Если ты прыгнешь, то и я прыгну, помнишь?– пробурчал Чонгук, уже ныряя в сон… – Но я же не Роза…– Омега прислушался к тихому дыханию альфы, крепко его обнял и закрыл глаза. Завтра .Он скажет ему завтра. ***** Чонгук сморщил нос и перевернулся на бок. Что-то лежало у него на груди и… ëрзало? – Чимин?– альфа спросонья протянул руку, чтобы прикоснуться к волосам омеги, но последовавший за этим укус заставил его распахнуть глаза и встретиться взглядом с двумя желтыми огромными глазами. Трехцветный котяра угрожающе зашипел и царапнул Чона по щеке. Парень вскрикнул от неожиданности. А наглец развернулся к нему пушистым задом и важно прошествовал к двери, навстречу к виноватому Чимину. – Как здесь оказался кот? – Прости, – омега сцепил пальцы и опустил глаза. – Мы с Тэхëном были в питомнике, а он там сидел такой несчастный, никому не нужный… И я решил его забрать… Прости, что я не посоветовался с тобой, – затараторил омега, – а решил всë сам. Это же всë-таки твоя квартира, а я… Если ты против, то я… Чонгук почесал раненный нос и улыбнулся: – Ты такой же хозяин в этом доме, как и я. Ничего страшного, что ты решил завести кота. Он не помешает.. Так тебе будет не так одиноко. Всë нормально. –Правда? Я могу его оставить? – Чимин с надеждой сжал кошака в своих лапках. Тот распластался на нем, как император. – Он чист, мы проверяли. – Правда. Пусть живет. Чимин засиял и бросился в объятия к мужу, опрокидывая его на постель. – Если бы не эта экскурсия, то я хотел бы остаться лежать так всегда, – пошутил альфа. ***** Преподаватели с рупором пытались усадить болтающих омег в один автобус, а альф в другой. Не хватало еще смешать их вместе. Ни о какой нравственности и морали тогда не может быть и речи! И плевать, что некоторые уже пару месяцев женаты! Раздельно и точка. Всë равно Юнги видел идиотско-счастливую физиономию Чонгука, который урвал поцелуй своего омеги на глазах классного руководителя. Мин скривился и в очередной раз посмотрел на высокий новенький автобус. За что ему такая казнь? Он еще не сел, а его слабый желудок уже опять пытается выбраться наружу. – Проходи, Юнги, садись. Место спереди всегда свободно для тебя. Что-то ты позеленел… С тобой всë хорошо? Ага. Очень смешно. Обхохочешься. Не тебе же таскать с собой кучу пакетиков. Юнги натянул капюшон куртки пониже и поднялся в автобус. Как ожидаемо.Место спереди пустовало. Почти. Второе занял Чимин, который всë высматривал своего ненаглядного в окно. Увидев Юнги, он стушевался: – Привет. Могу я поехать с тобой? Я хотел сесть позади, но мне как-то не очень рады. – Сиди. Мне то что? Пусть те курицы остаются в своем курятнике. Только я возле окна. –Хорошо. ***** 15…16…17…18…21…19…22…23… Юнги вцепился в подлокотники кресла и прикрыл глаза. Столбы мельтешили друг перед другом. Свежий и приятный запах духов Чимина сливался с другими. В горле что-то колотилось и кислый привкус стал ощущаться на языке. Юнги трясущимися руками открутил крышку и хлебнул воды. Противный комок в горле возвратился назад. На лбу выступила испарина. Не хватало ещë начать рвать при всех. Никакие мысли о птичках и водопаде не помогали. Таблетки тоже. Камешек в руке и спичка в зубах сделали ещë хуже. Вот чëрт! – Остановите автобус!– закричал Чимин. ***** – Бл…ь, сколько можно уже? – Юнги в очередной раз склонился над унитазом. Заплаканный и весь в соплях, он заперся в туалете заправки, не пуская никого, кроме Чимина. Слава Богу, сопровождающий ушел наконец в аптеку и перестал доставать его расспросами о самочувствии. Какое тут самочувствие, если его желудок пытается от него избавиться? – Юнги, – Чимин несмело поскрëбся в дверь. – Ты как? Тебе давно плохо было, да? Ты с самого утра выглядел не очень хорошо. Юнги? – Я в порядке, – прохрипел омега и прикрыл глаза. Проклятая тошнота. Последние две недели как на американских горках. Эта странная восприимчивость на разные ужасные запахи. Приступы обжорства и голода… Глаза омеги расширились в замешательстве. Мелькнувшая догадка была слишком… Нет, это все выдумки. Такого с ним быть не может. Не с ним. Наверное, это последствия после того ужина с креветками. Точно. С ним всë хорошо. Юнги спокойно поднялся с колен и открыл дверь. Чимин просеменил за ним, что-то говоря. Перебивая в собственном вакууме, омега умылся и прополоскал рот. Он улыбнулся и повернулся к Чимину. – Пойдëм. Со мной уже всë хорошо. Спасибо, что позаботился обо мне. Чимин ещë никогда не видел такой странной улыбки… ***** Двое несли бессменную вахту На сторожевой башне, А женщины и их босоногие слуги Появлялись и пропадали из вида… Двое несли бессменную вахту На сторожевой башне. Должен же быть какой-то выход, – Сказал шут плуту. * Afterhere – All Along the Watchtower