Be with you

Долгожданный недельный отпуск начался с адской жары и душного автобуса. Почему они решили добираться туда таким видом транспорта? А чëрт знает почему. Наверное, им давно надо было куда-нибудь выбраться из бетонных джунглей. Они потратили предыдущие пару вечеров, чтобы привести квартиру в нормальный вид. Зачесав кота чуть ли не до смерти и купив ему двухмесячный запас корма, взяв с собой только всë необходимое, пара отправилась в свой первый совместный отпуск. И как это бывает на такой жаре, их сморило после получаса монотонной езды по автостраде.Чонгук пригладил недавно подстриженные мокрые волосы и устало прислонил свою голову к голове омеги. Но потом подумал и вытащил наушник из уха. – Прости. Тебе не тяжело? Я так разлëгся… Но увидев, что Чимин мирно сопит, приоткрыв рот, и не обращает на него внимания, парень замолк. Он осторожно приподнялся и поменял свое положение так, чтобы голова омеги омеги удобно легла на его плечо. Тот зашевелился и замер, кончиком носика касаясь шеи альфы. Чонгук сжал его пухлую ладошку в руке и прикрыл глаза. Вот так правильно. ***** Омега лениво прищурил глаза и почесал нос. Никакая тень и деревья не спасали его от пронзительных лучей солнца, которые скользили и выжигали дыры на его гигантской футболке. Бледная кожа покраснела и странно чесалась. Юнги надвинул панаму на отросшие тëмные волосы и сжался, настолько возможно, на лавке, пытаясь избежать назойливых лучей. Июльская жара раздражала. Раздражали люди, которые весело хихикали и бегали по дорожке. Раздражали мелкие омеги, которые пускали пузыри и пытались их поймать. Бесили бабульки, которые заставляли всех слушать свою странную музыку и пытались приобщить к культу сморчков. Вслед за ухом начинал дергаться глаз. Что он вообще здесь делает? Особенно бесили его утки. Идиотские рыжие утки в водоеме, которые плескались, не обращая внимания ни на кого. В такие моменты Мин жалел, что не родился уткой. Хотя он и так ходит, перекатываясь как утка. Внезапно на последних месяцах он стал похож на воздушный шарик на ножках. Только житель этой планеты жутко пинался и пытался отбить все его органы. – Привет,– длинная и угловатая фигура Хосока в кричаще салатовом комбинезоне плюхнулась на лавку.– Извини за ожидание. – Ты решил притащить работу с собой? – скептически поднял бровь Мин, осматривая со всех сторон переноску для животных. Два желтых глаза угрожающе сверкнули, когда бета протянул исцарапанную руку, чтобы открыть еë. – Эй. Я просто помогаю друзьям, – отозвался Хоби, выуживая на свет толстое кошачье существо и пытаясь нацепить на него ошейник с поводком, чтобы тот не убежал. – Мне не тяжело. – Да. Да. Я вижу. – Ну, почти,– сдался Хосок. – Чимин описывал его как «милейшое существо». Откуда же я знал, что у него такой характер? Я не менее часа пытался впихнуть его в переноску, дабы он прогулялся. – И никуда не впихнул свой любопытный нос? Ничего запретного не обнаружил в квартире Чонгука? – Ты за кого вообще меня принимаешь? – обиделся Хосок. – Ты кстати видел портреты? – Какие портреты? – Я заметил их, когда пытался вытащить кота из-под дивана в гостиной. Десять портретов Чонгука на стенке. Ты бы их видел! Бесподобно. Напоминает целый культ. Или алтарь. Кстати, мне казалось, что он угорает, видя, как от меня раз за разом улепëтывает какой-то кошак. – Наверное, это работы Чимина. Тэ как-то говорил об этом… – Что и у тебя есть портреты? Наверное, обнаженка? Ню? Покажешь? – хихикнул Хосок. – Покажу. Пальцами в глаза, – невозмутимо ответил омега, вытирая салфеткой капли пота на лбу. – Тэхëн рисовал травку там….жучков…И вообще. Я не люблю портреты на стенах… – Ага…Как там наш пузожитель? – бета протянул свои костлявые ручëнки к округлому животу омеги и облапал. – У тебя таки нездоровый интерес к моему пузу. Заведи свое и лапай, – отбил очередную атаку Мин. – И я такое хочу, – заныл Хосок. – Но омеги мне нравятся больше. Так что ссори. Слушай, а ты не можешь как-нибудь родить раньше, чтобы я его увидел. В августе я уже буду в Сеуле. – Я тебе инкубатор? Увидишь позже. – Ладно. Я шучу, – лицо беты стало обеспокоенным. – Слушай, ты не боишься, Юнги? Ну, это же наверное больно… – Нет. Да у него поджилки от страха трясутся. Какой-то докторишка будет лезть руками, куда не надо. Лапать там. А он должен сидеть, «распахнув душу» перед незнакомыми людьми. Пусть только попробуют залезть, куда не следует. Получат по самое… Его и так уже шарахаются все доктора в больнице. А нечего было травмировать его желудок просмотром поучительных фильмов про роды! – Юнги, ты гладишь кошку против шерсти, – заметил Хосок и тут же осëкся, когда на него раздраженно уставились две пары кошачьих глаз. – Эээ…Ладно. По-моему, вы нашли друг друга. ***** Чувство постоянного голода уже притупилось. Первые дни были очень тяжелыми. Нужно было привыкать буквально ко всему: к новым людям, новой диете, новому поведению и мыслям, новому стилю. Но хуже всех, было то, что где-то там, вдали, остался его омега, который ждëт их ребенка. Часто ночами, когда его соседи уже спали без задних ног, Тэхëна посещала мысль о том, что он ошибся, что он слишком слаб, что ничего не выйдет. Но потом он разжимал ладонь и смотрел на снимок. Совсем скоро он станет отцом. Какая-то частичка от Юнги и его самого воплотиться в маленьком ребëнке. Мог ли он мечтать ещë пару лет назад о таком? Это страшно. Очень страшно взять на себя обязанность по воспитанию ребëнка. А если он не сможет? Если у него не получится стать хорошим отцом? Если сам альфа с возрастом будет похож на Бэкхëна? На человека, который, казалось, создан для того, чтобы рушить чужие жизни? А если… Много было ещë таких «если», которые терзали его ночи напролет. А потом Ким слышал голос недовольный и вечно сонный голос Юнги, который ставил ему мозги на место и парень, закусив губу, и устыдившись своим слабовольным мыслям, работал ещë упорнее, не обращая внимания ни на что. Дома его ждëт его семья. И он сделает все, что угодно, чтобы она ни в чëм не нуждалась. Им будут гордиться, а не проклинать. Он никогда не станет таким как его папаша… Альфа погладил свой недовольно бурчащий живот, устало растянулся на жесткой постели и прикрыл глаза. Хотелось вырубиться и ни о чëм не думать. Скоро придут другие парни, и в их маленькой комнатушке станет совсем тесно. И совсем одиноко… Три двухэтажные кровати занимали почти всë место и не позволяли свету проникнуть сюда. Альфе повезло занять верхнее место. Здесь хоть и было холодновато, но было окно. А это всë-таки было лучше. Хотя бы хомяком в клетке себя не чувствовал…Главное, чтобы Бан Шихëк не слышал его жалоб, а остальное можно и стерпеть. Пальцы нажали знакомый номер. Пошли гудки и парень замер… – Тэ? – сквозь шелест и какое-то скрипение Ким услышал нежный шепелявый голос своего омеги. Он поднялся на кровати и прислушался. – Юнги! Наконец-то, Юнги,– альфа приподнялся на локте. – Как вы? Как ты? Ты хорошо себя чувствуешь? Ты хорошо питаешься? – Жру, как не в себя, – вздохнул омега, ища взглядом свободное место на тумбочке, где можно было бы положить шкурку от очередного банана. – Мне кажется, что скоро я лопну… – Ничего страшного, я тебя соберу по кусочкам и склею… – Шуточки у тебя странные… – Но ты же их любишь, – улыбался Тэхëн, прислушиваясь к чужому кряхтению. Дурацкая головная боль. Ты как-то очень не вовремя. – И их тоже, – жалким дрожащим голосом произнëс Юнги, пытаясь сдержать идиотский порыв разреветься. Эти конченные гормоны…На х..й их… Что он, размазня какая-то? – Хосок тут на днях собирается уезжать, так что и с ним я буду прощаться. – Я так виноват перед тобой, – прошептал альфа.– Ты бы тоже сейчас весело проводил лето, готовился к поступлению, а не… – А не что? В чëм ты виноват? Насколько я помню, то я не особо сопротивлялся. Это судьба. Да и не хотел я никуда поступать. Это скучно. – Я испортил тебе жизнь… – Я сейчас как встану и сам тебе испорчу не только жизнь, а и ещë кое-что пониже! – недовольно забурчал омега, усаживаясь поудобнее и прислушиваясь к странным звукам из другой стороны трубки. – Мне просто в кайф смотреть на тех лохов, которые носятся с поступлением, как в задницу ужаленные, а у меня – свободный график. – Разве ты не хотел тоже стать студентом? Носил бы свои милые безразмерные толстовки, катался на машинке, покуривал бы за углом, а я бы… – …а ты бы пускал из-за угла слюнки, дарил бы странные подарки и быстро убегал, сверкая пятками. Всë приходится брать в свои хрупкие ручки. – Да… хрупкие ручки, – протянул Тэхëн, припоминая, как эти самые ручки в порыве страсти чуть не выдрали из него волосы, а потом сдавили в таких крепких объятиях, что ещë бы немного и у него бы сломались рëбра. Наверное, уже ни у кого не возникает сомнений, кто кого завоевал… – А мы опять сегодня были на плановом осмотре, – прерывая затянувшееся молчание, прошепелявил Мин, накручивая на палец отросшие до плеч волосы. –Что-то с нашим маленьким? – взволнованно выдохнул альфа и уселся поудобнее на кровати. – Неа. Наш гуманоид набрал вес и выглядит очень даже…эээ…как инопланетянин. Весь в папку. Это…ну… у тебя будет сын… – Правда? – выдохнул Тэхен и прижал трубку к уху.– Правда сын? Юнги? – Правда-правда. Как пальцы об асфальт… Не то чтобы Юнги об этом молился или надеялся. Но если посмотреть на Тэхëна, Чонгука и Бэкхëна… Что-то общее между ними есть… Так что вполне возможно, что ребенок будет похож на своего отца внешностью… и на самого омегу характером… Аххха… Наконец-то. Справедливость восторжествовала. Ха-аха-ха. Новая и усовершенствована версия Юнги. Мин уже предвкушает это. – А может он будет похож на тебя, – голос альфы разорвал его розовые мечты Представь, миленький колючий омега. – Вот ещë. Лучше бы миленький колючий альфа… Ты чего ржешь? – Я от тебя без ума… Ты такой милый… – Я давно знал, что ты безумен, – возмутился Юнги.– Ещë во втором классе средней школы, когда ты подбросил мне желе в сумку, а оно растеклось из контейнера по всем моим конспектам. – Ты знаешь, сколько я потратил времени, чтобы сделать столько слоëв. И вообще не надо об этом… Это всë прошлое. – …или когда ты допрыгался на физкультуре и у тебя лопнула резинка на спортивках, ты запутался и свалился на других игроков… Вот смеху то было! – Ты так жесток, – заныл недовольно Ким. – Не твою же задницу видело пол спортзала. – Да тогда там и смотреть было не на что. – Ах, так. Значит, сейчас есть на что?– прошептал Тэхëн. Юнги фыркнул и подтянул свое тельце повыше к подушкам. Всë-таки нахождение в родном доме действовало на него крайне благотворно. Да ещë отец, который пребывал в диком восторге от того количества осьминогов, которых удалось выловить вовремя отлива. Омега любил «рыбную охоту». Это да. Правда иногда его тощие ножки застревали в грязи и тогда далëкие отголоски паники вступали в бой… Не хватало только одного человека…. – Ну, если мы говорим о былом, – зевнул альфа.– Припоминается мне, что некто носил в той же средней школе длинные такие косички, а на праздники делал прическу… Тебе так шло. Зачем ты их обрезал в старшей школе? – Ты что-то напутал. Я терпеть не могу эти омежьи штучки. Да и не практично это.. – Жаль. Ты был таким... эээ… – Каким? – Сексуальным… Твой бантик на форме так и манил меня… – Тэ, ты извращенец. Что у тебя были за мыслишки в старшей школе? Альфа покраснел. Ну, как бы об «этом» у всех были мысли. Или мокрые сны… – Можно подумать ты был ангелом… Кстати, ты сейчас один в комнате? – Ага. А что? – Запри дверь. – Зачем? – Юнги поднял бровь, но послушно перевалился через кровать и поковылял к двери. – Закрыл и что? – А сейчас тебе будут нужны твои ручки. Мин посмотрел на свою липкую, всю в крошках от чипсов, ладонь и вспыхнул: – Ах,ты.. – Ага,– Тэхëн понизил голос, зная, как он действует на омегу и томно прошептал.– Так что на тебе надето? Ммм? ***** – Это прекрасное место, дядя – молодой альфа носился с фотоаппаратом и пытался сфотографировать всë и сразу. Зелëные луга с сочной травой, река, а ещë они видели по дороге сюда лес, наверняка со столетними деревьями. Здесь был прекрасный вид на на огромный зелёный холм, на котором резвятся и щипают траву белые овцы. – О, они такие милые,– Чимин пищал от умиления, разглядывая маленьких белокурых овечек. – Такие крошки. – Джисон, дай как нам малыша, – Рейн махнул рукой бете с бородкой. Тот как раз перегонял животных из одного загона во второй. Мужчина подкрался к одному из ягнят и с помощью пастушьей палки с крюком на конце поймал его. – В Пусане такого нет. Да, Чонгукки? – заметил старший альфа, наблюдая, как его племянник фотографирует своего омегу с барашком на руках. Эх, да тут не один ягненок, а ещë два. Юные и зелëные. – Чиминни, – парень протянул камеру омеге и с удовольствием подхватил малыша за пузико. Животное было мягоньким и беленьким. От него пахло молоком. У барашка был смешной кудрявый чубчик и большие детские глаза. – Постой, – омега повесил камеру себе на шею и подошел к Чонгуку, чтобы поправить отросшие завивающиеся волосы, которые лезли в глаза. Его маленькие пальцы случайно скользнули по щеке и альфа инстинктивно потянулся к этой ласке, но тут же осëкся, вспомнив, где они находятся. – Хотите, я отдам вам малыша с собой? – Рейн продолжал улыбаться и делать вид, что не заметил, как смутился его племянник. – Будете жить втроëм в квартире. А он будет вас встречать с университета. – Если бы у нас была квартира здесь, то мы бы его и взяли,– младший альфа с сожалением погладил барашка и передал его Джисону. – Но у нас и так живëт Лачи. Он территорией делиться не будет. – Как Вы нашли такое место?– поинтересовался Чимин, всë ещë рассматривая безмятежно жующих овечек.– Я слышал, что таких ферм очень мало. – Ну, на самом деле мне очень повезло, – начал свой рассказ Рейн. - Один из совладельцев продавал свою долю, поскольку уже был в летах и хотел жить с внуками во Франции. У него там виноградники. А площадь, как вы видите, большая. Мне эти 195 квадратных километров без надобности, но иметь для себя такой уголок было бы очень кстати. Здесь много скотоводческих ферм, но нам хотелось только овечью ферму. Да и была она здесь одна. Овечек здесь не очень много. До двухсот. Так что я купил только этот участок. Кстати, если вы хотите устроить романтическую прогулку, то выходите к закату дня. Полюбуетесь багровым небом, насладитесь свежим ветерком… И друг другом. –Ладно, посмотрим, – уклончиво ответил Чон, замечая подмигивающие взгляды Рэйна. Дядя, а ты говорил, что у тебя есть квадроциклы? – Умеешь водить? Только Тэ Хи не говори. Это еë больное место. Пока мелкий не подрастет, ей никак не хватает времени на нëм прокатиться. Кстати,– Рэйн остановился перед гаражом, где сияла пара новеньких квадроциклов,– она их выбирала. У неë безупречный вкус. Ну что, племянник? Готов прокатиться? Кто первый вон до того дерева? Надеру я тебе сейчас задницу… – Это мы ещë посмотрим. – Чимин, ты со мной или с Чонгуком? – прищурился старший альфа, смотря на омегу. Тот растерянно застыл на месте. Квадроцикл тоже не вызывал доверия.. – А может я… – Конечно, Чимин поедет со мной, – фыркнул недовольно Чон и замер в ожидании. Поедет же? – Ах, у тебя такой ревнивый муж, Чимин. Не дал мне тебя соблазнить. Ну что ж… – Садись,– кивнул ему Чонгук и пробурчал, пряча взгляд. –Я не ревнивый… – Вы такие милые, – Рейн поправил клетчатую бандану на голове.– Но я всë равно выиграю! – Ну уж нет! Держись за меня, Чимин-а! ***** Пальчики маленького альфы сжали его палец и омега улыбнулся. Редкие чëрные волоски на голове у малыша уже начинали выться в колечки. Живые тëмные глазки пока ещë ни на чëм не могли долгое время остановиться. И если сперва Чимину было страшно забирать у Тэ Хи ребëнка на руки, то сейчас он не хотел его отпускать . Пухленький и круглощëкий карапуз окончательно его покорил. – Мило смотритесь вместе, – заметила Тэ Хи, переливая смесь в бутылочку. – Правда? – омега поудобнее переложил ребенка. – Я не знаю, как вы справляетесь. Это же столько ответственности. Я бы, наверное, испугался и растерялся. У меня бы не получилось. – Всë у тебя получится, – успокоила его женщина, возвращая сына в колыбельку. – Это нормально – бояться. Да и это пройдëт. Когда-нибудь у вас тоже будет ребëнок. Не сейчас, возможно, а когда вы будете готовы. Поверь, ты будешь знать, что делать. Это у нас в крови– заботиться и любить… – А Чимин, вижу, набирается опыта, – хихикнул Рейн, мастерски открывая очередную банку с пепси. Альфа развалился на диване и с ленивым интересом смотрел очередной футбольный матч. Чонгук рядом хрустел чипсами, но когда услышал слова дяди, непонимающе поднял бровь. – Планируете пополнение? – Что? Нет, конечно. Кхх… Конечно нет, – младший альфа откашлялся.– Точно не в ближайшие годы. – Ну, мы и так выделили вам комнату в дальнем крыле. Так,на всякий случай. Там хорошая звукоизоляция. Ты почему так переполошился? Покраснел весь? Я чего-то не знаю? Чиминни – воспитанный и скромный мальчик, он ничего не скажет. – Почему ты это вообще спрашиваешь? – Ты видел, как он ладит с мелким? Если бы я не был на родах, то подумал бы что это его ребенок. Он – прирождëнный омега. Семейный омега. Ты понял, о чëм я говорю. Тебе чертовски повезло. – Сейчас для нас самое главное – это карьера. А всë остальное потом. – Смотри, не упусти момент. А то упорхнëт… или украдут… Он слишком очаровательный и наивный. – Не украдут, – сжал кулаки Чонгук и ответил улыбкой на улыбку Чимина. Я не позволю. ***** 10 дней спустя – Ну что, Чиминни, готов? – Чонгук в полном обмундировании и в шлëме, пританцовывал от нетерпения на месте. – Я же говорил, что у тебя будет стипендия. Ты – талантище. – А может не надо? – омега со страхом посмотрел вниз. Прыгнуть с такой высоты и выжить? Это нереально. Сознание уже рисовало ему картинки, где его мозг живописно растекается по асфальту, а пусанские чайки им лакомятся.– Я боюсь, Гукки. – Я тоже первый раз боялся,– признался ему альфа и поправил ремешок на шлëме.– Да тут невысоко! – Ага. Не высоко!- взвизгнул Чимин, широко раскрыв глаза и чувствуя, как дрожат его колени. – Ты же веришь мне? –Чон обнял его, когда инструктор соединял их вместе креплением. –Обними меня крепче и не отпускай. Закрой глаза. Открой глаза только тогда, когда я тебе скажу. Хорошо,Чимин-а? – Готовы? –скучающе произнес высокий мужчина, поглядывая на очередь внизу с ещë таких же безумцев. – На всякий случай… Я люблю тебя, – напомнил парню Чимин и выдохнул, закрывая глаза. – Мы готовы. – И я тебя люблю, – последнее, что услышал омега, перед тем, как их толкнули и они упали в пропасть… ***** – Это было весело, – Чонгук заливался смехом, смотря на ошарашенное лицо Чимина, который всë ещë не мог прийти в себя после столь головокружительного полета, когда он резко падал вниз, а потом резкий рывок и его тут же подбросило вверх. Омега глотнул водички из бутылки и облегченно выдохнул. – Это было познавательно, но вряд ли я в следующий раз решусь. – Решишься, – не согласился с ним альфа. – Ты очень храбрый Чимин. Храбрее меня. У тебя получится всë, что бы ты не задумал. И если тебе будет нужна моя помощь, любая помощь, то знай, что я всегда тебе помогу и поддержу. А сейчас… Как тебе идея совершить ночную прогулку на пляже? – Но до ночи ещë далеко, – заметил Чимин, вновь надевая на свою голову кепку и пряча бутылочку с водой в сумку. – Признавайся, что ты задумал? – Я задумал… Посетить все самые страшные аттракционы, чтобы твой страх прошел окончательно. Омега взвизгнул и захохотал, когда его подхватили и потащили к ближайшему раскачивающемуся кораблю… ***** Они молча бродили по почти пустынному пляжу, с удовольствием ныряя босими ногами в прохладный песок. Дурачились, рисовали странные завитушки и закорючки, а когда обнаружили парочку забытых лопаток и ведерко, решились построить замок. Ну, или что-то наподобие этого. – Сдаюсь, – Чимин раскинул руки и лëг прямо на песок, краем глаза смотря на пещеру горного тролля, которая у них получилась.– Не быть нам архитекторами. – Я тоже так думаю, – Чонгук отбросил лопатку и решительно потопал к морю. Но потом обернулся и нерешительно позвал омегу. – Не хочешь поплавать? – Но у нас же нет сменной одежды, – застеснялся омега, в шоке смотря на то, как альфа сбрасывает из себя футболку, шорты и заходит в воду. Он быстро ныряет и тут появляется, зачëсывая назад мокрые волосы. – Вода ещë теплая,Чимин-а. Можешь снять одежду, если не боишься… Я не буду смотреть. Омега ещë раз посмотрел по сторонам, потом на спину альфы и боязно потянулся к футболке. Эта часть пляжа была частично закрыта скалами, так что вряд ли кто-то мог его увидеть… – Холодно,– задрожал Чимин, когда поспешил быстрее скрыться под водой. – Ты обманщик, Чонгук! – Да нет же, – Чон продолжал резвиться где-то рядом.– Плыви сюда… В сторону омеги полетели струйки воды и хохот. – Ах, так… Спустя полчаса они мокрые и замëрзшие, хохоча и цокая зубами, выбрались на берег… ***** – Согрелся? Чонгук кивнул, продолжая крепко обнимать обеими руками сидящего на его коленях Чимина. Омега с удовольствием вплетает свои пальцы в отросшие волосы альфы и мягко поглаживает. Тот подставляется под ласку и едва слышно довольно стонет. Пухлая ладошка робко опускается на щеку с едва заметной щетиной, гладит, а потом дрожащие губы оставляют тут же невесомый поцелуй. Чонгук поднимает голову и они сталкиваются взглядами. Что-то остается между ними несказанным, но становится и так понятным… Без слов… Альфа подается вперëд и целует омегу более смело, беря инициативу на себя. Чимин выгибается в его объятиях, льнёт ближе и крепко хватается за шею, когда его бережно и осторожно несут в их комнату… Мурашки пробегают по всему телу, когда его обнаженная спина касается мягкого хлопка, а прикосновения губ не оставляют не тронутым ни один сантиметр его тела. Омега поддался этой волне, обнимая парня и замирая от его дрожащего и взволнованного голоса. Крепкие горячие ладони подхватили, стиснули в объятиях и Чимин охнул, когда горячее и такое же обнаженное тело прижалось к нему. Омежьи руки поползли по мышцам спины, едва слышно царапая и сжимая, пока губы альфы творили безумие с его губами и шеей… Ловя его томный вздох, Чонгук обхватил лицо Чимина ладонями, наклонился и поцеловал так нежно, что у него на ресницах повисли слëзы… ***** Омега лежал на животе и тихонько сопел. Одеяло сползло вниз, и при слабом утреннем свете перед глазами альфы возникла обнаженная смуглая спина с выступающими позвонками. Он осторожно прикоснулся кончиками пальцев к горячей бархатной коже, не веря, что ещё пару часов назад его губы оставляли на ней жгучие поцелуи, а пальцы сжимали тонкую талию. Чонгук помотал головой, отгоняя от себя соблазнительные и смущающие картинки. Он осторожно подтянул одеяло вверх, пряча от своих глаз обнаженное тело, а сам сел внизу, возле кровати, дожидаясь, когда его омега проснётся. Утренний луч солнца неосторожно скользнул по занавеске и устремился к дремлющому в развороченной постели Чимину. Тот поморщил нос и приоткрыл глаза. Он чувствовал себя так, будто бы проспал семь дней подряд. – Привет, – прошептал Чонгук, тут же поднимаясь с пола и приседая на кровать возле омеги. – Привет,– слабым голосом ответил румяный Чимин и сладко потянулся, всë ещë находясь во власти сна. Одеяло сползло вниз и обнажило грудь.Чонгук смотрел на его плечи, на спутанные волосы, и чувствовал, что никак не может сосредоточиться на том, о чëм им предстоит говорить. – Как ты? – неловко и виновато спросил парень, осторожно прикасаясь к опухшим и пересохшим губам омеги. – Всë было не так, как ты себе представлял, да? Прости… Я, наверное, был груб, слишком нетерпелив и… – Это было ещë лучше, – заверил его Чимин, чувствуя, как быстро загорелись его щëки. Он протянул свою ладошку, чтобы прикоснуться к напряженному лицу своего альфы и погладить его, а потом поднялся на коленях и притянул парня к себе, крепко обнимая и ощущая такие же объятия в ответ. Это было лучше, чем он себе тайно представлял. Это было потрясающе. Это было с тобой… ***** 10 августа, спустя 14 часов тянущей боли, проклятий, отборного семиэтажного мата, укусов и парочки выбитых зубов доктора, Юнги родил крепенького тёмноволосого кричащего малыша. Мгновение посмотрел на него, убедился, что это точно не гуманоид и устало прикрыл газа. Что-то горячее и липкое положили ему на грудь. Омега слабой рукой погладил ребенка по спинке. Вся его жизнь перевернулась вверх тормашками, когда он посмотрел на лицо своего сына. – Привет… Нет. Это точно был не гуманоид. Пусть он был маленький, весь красный и сморщенный. Он требовал защиты и родительской любви. И ничто на свете не могло заставить омегу отказаться от него. Сон окончательно поглотил его сознание. Впервые за долгие месяцы Юнги было спокойно… Басистое мурлыканье вырвало его с дремоты и омега, прошипев от боли, медленно повернулся к окну. Моргнул раз, другой, и внезапно перед его глазами возникла высокая фигура парня в белом халате на плечах. Крепкие руки бережно держали его ребёнка. – Тэхëн? – неверяще прохрипел Мин. О, нет. Он же в ужасном и жалком состоянии.– Ты же должен был приехать только к концу недели. И мать твою, что ты сделал со своими волосами? Ты похож на марсианина! – Не ругайся при нашем ребёнке,– шикнул на него красноволосый альфа, поудобнее перехватил малыша и присел к омеге на кровать. – Привет.– Губы Юнги обожгло поцелуем. Омега было потянулся к нему, но тот осторожно вернул его на место. – Нет. Нет. Не вставай. Тебе нельзя. Ты так измотался. – Что, так кошмарно выгляжу? – Сейчас ты для меня красивее всех,– серьёзно ответил Тэхëн, приглаживая взъерошенные волосы. – Я же не смертельно болен, – проворчал омега, но всë-таки сжал протянутую ему ладонь альфы. – Ты разве не должен сейчас быть на съёмках? – Должен, – кивнул Ким, не сводя глаз с лица омеги. – У меня родился ребенок от любимой омеги. Ты думаешь, я мог думать о чём-то кроме тебя? Да я чуть с ума не сошел. – А твоя работа? – Подождëт до завтра. Я и так с ними связан контрактом. Разберусь. – Ты что... плакал? – Юнги перехватил мальчика и присмотрелся к припухшим глазам своего парня. – Нет, – сиплым голос произнес тот, но омега не поверил. – Плакал же, – утвердительно произнес Мин и прикусил губу, чтобы самому позорно не разреветься от переполняющих его чувств. – Да нет же, – шмыгнул носом Тэхëн и внезапно крепко прижал их к себе.– Я вас так люблю… – И мы тебя тоже, – прошептал Юнги, закрыв глаза. Ах, если бы мама была с ними… – Мы должны стать ему лучшими родителями… Но я не знаю как… – Я тоже… Но мы постараемся… Научимся как-нибудь… – Да. Один у нас уже есть.. – Что значит уже? – омега схватил его за красную прядь волос. Альфа пискнул, смеясь.– Ты что там себе распланировал? Никаких детей в ближайшие десять лет! – Ага. Но ты же посмотри, он же вылитый ты! А ты представь, сколько у нас может быть маленьких тэхëнчиков! – Сейчас у тебя и «хотелки не будет», жеребец! – Шучу. Мы справимся, Юнги. Всë у нас получится. Кстати, я кое-что купил для нашего младшенького… – Мне уже страшно… ***** Чимин поправил рукав клетчатой рубашки и придвинул к себе тетрадь. Лектор был слишком энергичен, поэтому постоянно расхаживал по аудитории, не останавливаясь конкретно ни на одном месте. Но рассказывал интересно. Первокурсников было не так уж много на их факультете, а получивших стипендию ещë меньше. Он до сих пор не мог поверить, что его имя было одним из первых в списке. Чимин смог. Он поступил не через связи, поступил сам, впервые имея безграничную поддержку своих друзей. И самое главное – поддержку своего альфы, который настолько в него верил, что эта вера передалась и ему. Здесь нет Дерека, который морально издевался над ним все эти годы и заставлял его постоянно бояться и плакать, презирать себя и считать ничтожеством, которое ни на что негодное, кроме того, чтобы ублажать его. Нет матери, которую маленький омега боготворил и считал святой, и которая предпочитала не видеть того, что ее муж падок на маленьких мальчиков. Нет той женщины, с которой он может поделиться своими успехами или мыслями. Есть одурманенное хорошей жизнью существо. Как бы горько не было это осознавать, но он оказался совсем не нужен в еë новой жизни. Когда впервые за полгода счастливый омега решил позвонить ей и сказать, что ему удалось получить стипендию, то всë что он услышал, после того, как назвал своë имя, было одинокими гудками. Связь была разорвана ещë тогда, когда он не увидел еë на выпускном, хоть и очень ждал. Эта страница жизни оказалась перевëрнутой окончательно… Занятия начались пару дней назад, и Чимин чувствует себя комфортно. Его факультет состоит из бет и омег. Но когда у них совпадают лекции, то сюда приходят и альфы со всего потока. Тогда Чимин старается сесть где-то спереди между омегами и бетами. Очень жаль, что у них с Чонгукки совпадает только одна лекция в этом семестре, а их факультеты очень редко пересекаются. Но омеге здесь нравится. Нет пресловутой школьной формы и строгого надзирателя перед воротами. Не нужно искать лазейку, чтобы сбежать. Ты можешь сам уйти, правда, с последствиями будешь разбираться сам. А в их маленькой семье только Чимину удалось получить стипендию, поскольку его муж отказался от спортивной карьеры и, соответственно, стипендии. Омега будет прилежно учиться и хоть как-то оплачивать свою учëбу… Это его новый путь к независимости. – Привет, – чужая большая ладонь легла ему на плечо и парень испуганно дëрнулся. Позади него сидел парень с красивой высокой укладкой и пронзительными черными глазами. Пальцами одной руки он крутил карандаш и смеясь, смотрел на испуганное лицо Чимина. – Привет. – У тебя нет ластика? – Да. Есть. Вот, возьми, – не оборачиваясь назад, омега протянул ему ластик и вновь сосредоточился на последних минутах лекции. Спустя пару минут новоиспеченные студенты уже весело болтали и собирали свои тетради в рюкзаки. Не так-то просто просидеть на паре полутора часа и всë время молчать. Чимин заглянул в телефон и улыбнулся. Чонгуки уже ждëт его на парковке. Сегодня они наконец-то они увидят малыша Юнги и Тэхëна. Всë ещë смотря в телефон, он пробирался на выход, когда рядом с ним появилась высокая фигура и протянула ему ластик. Чимин поднял голову и растерянно моргнул. Над ним возвышался на целые две головы тот альфа. – Спасибо. Ты меня спас, – парень с модной прической обернулся и недовольно махнул своему другу проваливать. Тот быстро ретировался, фыркая от такого нелепого подката. – Да не за что. Толпа хлынула на первый этаж и неспешно понеслась к выходу. Настроение у Чимина поднялось ещë больше, поскольку он знал, кто его ждëт за дверью. Он почти забыл об альфе, который шагал рядом и пытался с ним познакомиться. – Меня зовут Джексон Ван. А тебя? По-моему где-то я тебя раньше видел. – Я Чимин. Чон Чимин,– любовно виделил свою фамилию омега. – Вряд ли мы с тобой виделись. – Чимин? Так это ты набрал огромное количество балов на прослушивании? Очень зрелищный был номер. Тебе идëт белый цвет… – Да. Прости, я спешу, – глаза омеги искали на парковке мотоцикл. Улыбка расцвела на его лице, глаза превратились во две щелочки, когда он увидел своего альфу. Тот небрежно опирался на байк, и, казалось, не замечал никого вокруг. Чимин махнул ему рукой и ускорил шаг. – Это твой парень? – поинтересовался Джексон, с любопытством смотря на этого пацана в тонкой кожанке и рваных джинсах, который пыжиться дорогущим байком на парковке универа. – Чонгукки? Мой муж,– омега уже вприпрыжку мчался тому на встречу. – Ух,ты. Муж значит…Ну, ну. – Ван наблюдал за тем, как тот самый Чонгукки легко оторвал Чимина от земли и собственнически прижал к себе. – Это кто? – Чон выразительно кивнул в сторону высокого китайца, который не отрываясь, смотрел на них. – Где? А. Мы сегодня познакомились. Его зовут Джексон Ван. Он у меня ластик одолжил, – защебетал Чимин, одевая шлëм на голову. – Джексон Ван,– прокатал на языке имя Чонгук, и вновь уставился на невоспитанного альфу. – Дурацкое имя. Ты готов? Ластик, значит? Альфа ещë раз смерил прожигающим взглядом наглого альфу. Тот выпрямился и уставился ему в ответ. Ластик. Я из тебя сделаю ластик, если ты хоть как-то будешь увиваться возле моего Чимина. Ластик. Заставлю съесть его, а лучше я запихну тебе его в… – Чонгуки? Ты что-то забыл? Мы едем? – пухлая ладошка омеги прикоснулась к его напряженной спине и парень отмер. Он ещë раз смерил соперника тяжелым взглядом. Я слежу за тобой, сволочь. – Да, – мотоцикл сорвался с места и альфа крепче вцепился в руль. Мало ему было Вонхо, так тут ещë и недели не прошло, как нарисовался какой-то Джексон … Учëба в университете обещает быть весëлой…