Праздники в Норе

- Не хватает музыки, - сказал Джордж, немного насытившись. Он направил волшебную палочку на бабочек, и они уж очень похоже на голубей стали курлыкать, правда довольно мелодично, их немедленно поддержали гномы на транспарантах, затянув нестройное, но удивительно нежное акапелла, а еще звуков добавили пищалки, выдавая тонкие вздохи. Выходила так себе музыка, но Гарри находил все вместе довольно необычным и даже приятным, особенно если не смотреть кто поет; и пока он думал можно ли, и как под это хоть кто-нибудь решиться танцевать, Полумна не удержалась и, встав из-за стола, стала кружиться. Это выглядело еще более одиноко и по-сумасшедшему, но тут ее поддержала Джинни, вторя ее движениям под сдержанную улыбку матери. Гарри ощутил что-то похожее на стыд и в тоже время необыкновенный прилив любви к чуткой подруге сердца. Сам бы он не решился на такие экстравагантные танцы. А вот Джордж и Чарли, и неожиданно Рон, все еще что-то жующий, подскочили и стали танцевать, то ли копируя, то ли пародируя Полумну. Танец, впрочем, напоминал больше некую беседу с потусторонним, которого никто не видел или куда больше - продирание сквозь стену мух и комаров. Гермиона стыдливо спрятала лицо в ладонях, а Гарри, сидевший рядом, с усмешкой похлопал ее по спине. - Кажется, мы влипли, да? – тихо спросил он шатенку. – Нам еще жить с этими чокнутыми. Девушка вздохнула, встряхнула пышными волосами, едва не свалив с Гарри очки, встала и смело, нагреваясь как действующий вулкан, вошла к танцующим и стала также повторять за ними. Гарри захохотал: как же нелепо! Но весело! Перси, как и его мать, так не считали, но терпеливо наблюдали за массовым помешательством с милыми показательными улыбками, словно нормальные люди только так себя и ведут. Мать и сын старались не комментировать сумасшествие «на танцполе», а по сути на дощатой площадке под шатром, которую установили Уизли в случае непогоды. Джинни и Полумна закружились вокруг пылающей Гермионы, изо всех сил пытающейся расслабится как все, но она больше старалась, чем радовалась и Гарри стало ее дико жаль. - Может включим Селестину Уорлок? Она замечательно поет, - не выдержала пытки миссис Уизли и попыталась внушить родне традиционно отметить праздник. Но что-то подсказывало Гарри: Селестину они непременно будут слушать если не завтра, то 1 августа точно, он резво вскочил - была не была, один раз живем - и направился к танцующим. Если уж Гермиона решилась, то его заклюют Рон и Джордж, если и он не «погоняет комаров». Неожиданно рядом обнаружился и мистер Уизли, который видно подумал это какой-то новомодный танец среди молодежи и пытался уловить ритм. Но его не было. Зачинщица танцев Полумна просто веселилась как умела. - Давайте сделаем его фирменным танцем редисок? – предложил Рон, наконец прожевав и проглотив все что унес с собой во рту из-за стола. - Каких еще редисок? – удивился Чарли, отмахиваясь от «определенно дракона, а не комара». - Девчонки… - Рон вдруг замолчал и стал более усердно махать руками. Гарри повернулся к Гермионе – она просто сама теперь была как редиска. Рон смолчал ради нее? И ведь наверняка как всегда остро пошутил бы… Чувствуя необходимость погордиться другом, Гарри закружил к нему, дав ему «пять». Гигантские бабочки все пыхтели свои курлыканья, гномы словно не замечали своего нелепого положения на плакатах, выводили стройные звуки – если не знать кто поет, можно было подумать, что это эльфы из магловских сказок… А танец казался все более диким и уже Чарли сдался, вернувшись к столу, за ним так и не сумевший уловить несуществующий такт и смысл, хозяин Норы. Но тут Перси вытащил из дома волшебное радио, покрутил его и нашел хотя и не Селестину, но то, что нравилось его матери. Она благодарно прижала к себе сына, и они пошли танцевать под немного картавую певицу, кажется француженку, которая, впрочем, пела на английском. Джордж качнул плечами и, взмахнув палочкой, заставил замолчать свой оркестр. Теперь Нору громко испытывала проверенная певица. Гарри предложил руку распаленной от хихиканья Джинни и, невольно вспомнив уроки танцев Святочного бала, обнял ее. На том балу он очень хотел быть в паре с Чжоу, а невероятным образом танцевал с Парвати Патил, хотя только один танец. Вообще для них с Роном очень невеселый оказался вечер. А вот Джинни танцевала с Невиллом. Сейчас он понял, что ни разу не спрашивал, как Невилл решился пригласить сестру Рона. Он помнил отказ Джинни ему, когда додумался пойти с ней – и ведь тогда Гарри нравился ей, однако девушка сдержала слово данное другому. Достойно уважения. Но интересно, а если бы Гарри и Джинни еще тогда, с его пятого курса, стали встречаться? Сколько раз Гарри приходил к этим «если». Пожалуй, хорошо, что было как было, потому-что если они уже тогда были бы близки, сколько бед бы это принесло семье Уизли и ему самому? На его шестом курсе они встречались всего-ничего, но опасность нависла над Джинни как меч над головой. И все потому, что нравилась ему. Иногда он размышлял о том, что было бы, возьми он Джинни с собой. И уже на второй минуте его путешествия знал ответ: Рон бы свернул ему голову раньше, после его бы оживили, а затем все братья девушки повторили бы его убийства. Она была несовершеннолетняя, он сам бы себя возненавидел, потащи он и ее в тот ад… И все же Джинни тоже вела свою борьбу вместе с Невиллом и Полумной, с теми кто был в ОД… Все они были на своих местах - потому и победили. «Поцелуй меня в роще любви, там где мы улыбнулись друг другу-ууу» - запевала певица. Джинни закрыла глаза и стала беззвучно открывать рот и очень старательно выводить строки песни, но так, чтобы не заметила мама. Это было очень смешно. Уже совсем стемнело и огоньки на шатре, которые Гарри сначала принял за лампочки, оказались мотыльками, только были они куда крупнее и светили разными цветами. Гарри почувствовал как его клонит в сон – пусть он работал значительно меньше мужчин Уизли, но ощутил какую-то приятную усталость, когда уютной и мягкой кроватью может стать и земля. Но в тоже время хотелось, чтобы жизнь замерла на этом моменте радости и благостного счастья. Он сейчас с любящими его людьми: с единственной, с кем хотел бы разделить свою жизнь; с друзьями, с которыми у них чего только не было. Тут почти все, кто завоевал место в его сердце. С грустью вспомнив тех, кого больше не будет рядом, Гарри заметил новую пару на танцполе – необычно было смотреть на Полумну и Джорджа танцующими нормальный танец, а после появился и Рон с Гермионой. Рон старательно смотрел под ноги и потому их танец казался неуклюжим, но Гарри видел другое – заботу друга о любимой девушке. Не умеющий танцевать Рон вполне способен оттоптать ноги подружке. А после Молли танцевала с Артуром; Чарли с Перси о чем-то говорили за столом. Пары менялись. Гарри потанцевал со всеми девушками, даже с хозяйкой, что так смущало: их танец пришелся на особенно ванильную песню. «Подыши мне в ушко, мой сладкий, расскажи, как нам хорошо вдвоем» - выводила коварная Джинни, танцующая с Чарли, прыскавшим в кулак и кашляя, как только мать поворачивалась к ним. Танцуя с Гермионой, Гарри очень волновался – про письмо и вопрос Джинни он не забыл, но танцплощадка была довольно мала даже для четырех пар и говорить здесь было неловко, несмотря на громкую музыку. Пищалки тоже не давали покоя – их невольно притащил Рон, ходивший в дом; они несколько раз поздравили Гарри с беременностью и схождением лавины. При чем тут была лавина он узнал от Джорджа, отмахнувшегося словами «бракованные, наверно». Но заклинание Гермионы все же дало результаты: пищалки стали медленными и плавными – при желании с ними можно было не сталкиваться. Джинни перетанцевала со всеми братьями, даже с Перси, чинно шествовавший с сестрой до блеска отрепетированный танец, а после отца девушка снова вернулась к Гарри, успевшему потанцевать с повеселевшей Полумной и таки наступить Гермионе на ногу – кто-то должен был… Но тут миссис Уизли подала знак сыновьям и Чарли вынес из дома большой торт, украшенный цветами из заварного крема и ягодами. Все вернулись за стол и с удовольствием еще раз поздравили и поаплодировали девушкам. Но как только все наелись, небо над Норой и вокруг нее осветили огоньки красочных, стреляющих сердечками и цветами, фейерверков, в которых близнецам Уизли не было равных. Наследство Фреда жило в этих огоньках… Праздник удался на славу, и все расходились довольные и уставшие по комнатам. До полуночи осталось всего ничего, и Джинни ухватила за руку разморенного Гарри. - Мы с Гарри все уберем, - предупредила она мать, когда та собралась навести порядок после праздника. Никто не возражал, все напраздновались вволю. Гарри мечтал о постели, он наелся, натанцевался и вечер оказался таким теплым, что ничего уже не хотелось. Но Джинни стала складывать грязные тарелки в стопки и взмахом волшебной палочки направлять их в окно кухни в мойку. Она не требовала от него помощи, но Гарри тоже замахал волшебной палочкой вспоминая заклинания, помогающие в уборке. Он таких не знал. Тарелки стали разлетаться в стороны и им бы настал конец, если бы Джинни не успела их перехватить своей магией. - Лучше я, - немного нервно сказала она. - Тогда чем я могу помочь? – он зевнул. – Прости… - Просто побудь со мной, пока я убираюсь. - Сегодня твой праздник, тебе бы идти отдыхать… - Да брось, - она сердито закачала головой. – Я же тебе рассказала, как получила свои Превосходно… - Джинни, ты делала это специально? Ты хотела, чтобы тебе поставили хорошую отметку за красивые глаза? - Нет! – возмутилась девушка. - Ну, так чего ты переживаешь? Она остановилась и села рядом с ним за стол. - Я с таким оценками будто становлюсь вровень с Герми. Но это не так! Я родилась и жила всю жизнь в волшебном мире, но не знаю и половины того, что знает она! Это несправедливо по отношению к ней! Я должна была бы поспорить, может специально завалить, но… - Ты что!? Хочешь, чтобы Гермиона нас заживо похоронила? Ты хоть понимаешь, что твой успех она и на свой счет приписывает, - Гарри лениво усмехнулся, – ведь она занималась с тобой, хотела, чтобы у тебя были такие оценки… - Но мне поставили их нечестно! – не сдавалась Джинни. – Я слышала, как Полумна спорила с экзаменатором и ей снизили балл, потому что она говорила непроверенную информацию… Но по сути она права, просто это пока неизвестно. Мы в клубе как раз-таки выяснили эту информацию… И тут я – мне попалось что я лучше всего знала, да еще один экзаменатор меня особо не спрашивал по теме. Больше… о тебе… К слову, - она выдохнула, расслабленно улыбнулась, поглядев куда-то в окно дома, обхватила щеки Гарри ладошками и поцеловала. - С Днем рождения, Гарри!