Праздники в Норе

- Вот гадина! – негромко зашипела Джинни и миссис Уизли неодобрительно посмотрела на дочь. – А что? Ты ее приглашала? Молли явно не радовалась журналистке со скандальной репутацией, она немного обескураженно моргала от бесконечных щелчков камеры, сунувшейся в окно, и едва ли слышала, как Рита со двора описывает обстановку дома Уизли прытко пишущему перу. - …и кажется лишь чудо, что все не рухнуло на голову, - это самое приятное из того что сказала Скиттер. - Эй, вас никто не звал! – сердито заявил Гарри. Он понимал, что с «убогого, захудалого сарая, построенного бобрами» перевел стрелки на себя – любимую чесалку магического мира последних лет, но уже готов был сделать и больше, закипая гневом и едва сдерживаясь, чтобы не пульнуть в Риту каким-нибудь… опухающим заклинанием. Скиттер снова оседлала свою волну; в чем этой бесстыжей женщине не откажешь, так это в умении выживать при любом порядке. Гарри Поттер был более чем уверен, что Рита нашла бы работу и при Волан-де-Морте. Она вырядилась в ядовитые оттенки атласных тканей, потому, даже при нежелании ее видеть, бросалась в глаза ярким пятном; перья и меха в прическе и на вороте платья и рукавов манили названиями неизвестных животных. Гарри, не разбирающийся в волшебной моде, нутром чувствовал, что Рита своим видом выставляет свою влиятельность в мире волшебного СМИ. Если бы они общались один на один, если бы хотя бы они не были в Норе, Гарри бы уже вытурил эту стервятницу, превращающую даже обычную новость в скандал. В коридорах министерства от Гарри и Рона не ускользнуло: многие до сих пор с упоением читают колонки Риты, ее книги, а уж какой успех имела книга о Дамблдоре! Потом вышла скандальная "Путь Темного Лорда" от которой в письмах к Гарри плевалась Гермиона. Рита ловко подтасовывала в правдивые факты сомнения и капельки лжи для неприятных ей людей, которые в нужном ракурсе написания становились глобальнее заслуг и авторитета ее жертв. Так она замарала имя Профессора Дамблдора, марает имя Гарри и его друзей. Хватит с него… - Ах, Мерлинова борода! Я такая неуклюжая! – Джинни заклинанием послала из окна во двор блюдо с заварным кремом и прямо на фотографа и его аппарат! - Мне так жаль! Так жаль! Фотограф растерянно стоял с большой чашей крема на голове, плечах, костюме и конечно, рабочем инструменте - фотокамере… - Бестолковая девчонка! – пусть на Риту попали лишь брызги, но эти брызги крема расплылись неприличными пятнами на ядовито-малиновом атласном платье журналистки. - Мне так жаль! – с глазами невинной овечки повторяла Джинни. Гарри прыснул: Джинни хотелось хлопать так громко, чтобы отбить все ладони. Но как она мастерски изображает дурочку! Аж страшно! Молли не знала куда податься и кинулась во двор, охая и ахая. - Я поправлю! - девушка высунулась из окна. - Так! Какое же это было заклинание? – Джинни под визг репортерши «не тронь» направила палочку на женщину и ее пятна пошли мыльными пузырями. Гарри смотрел как «бедная Джинни» беспрерывно извиняется и желая поправить ошибку, при этом умудряясь делать комплименты Рите, совершает новую. - Я ваша тайная поклонница! Никогда не думала, что мы будем видеть вас в своем доме! Ах, мне так жаль! Ой-ой, не то заклинание! - Джинни! – сердито бросилась на помощь мать. Рыжая ведьмочка состроила жалобное лицо. - Мамочка, у меня сегодня руки не из того места! Смотри что я натворила, шикарный наряд моей любимой Риты Скиттер весь в рыбьей чешуе и жабьей икре! Что же я наделала? Я поправлю! – девушка выпрыгнула из окна, направив палочку на репортершу. - НЕЕЕТ! Уйди от меня, бестолочь! – Рита выхватила свою палочку и с гневом направила ее на Джинни, но тут Гарри увидел в действии Молли Уизли: ее глаза полыхнули огнём, рыжие кудри едва ли не взвились в воздух. - Не направляйте палочку на МОЮ ДОЧЬ! - Эта мерзавка… - возмутилась Рита… - И не смейте оскорблять МОЮ ДОЧЬ! - Дорогая! – на помощь спешил Артур и Слизнорт. Тут уже был и Кингсли с Перси и несколькими едва знакомыми для Гарри волшебниками. – Что тут происходит? Что за крики!? Гарри тоже поспешил выскочить из дома и заметил, что Рита не одна тут правит бал – есть еще репортеры, но поскромнее – кажется они прибыли с Министром Магии. Гарри встал рядом с Джинни, прикрыв ее собой – она закрыла руками лицо и дергала плечами, все повторяя: - Мне так жаль! Мне так жаль! Артур тоже рассердился, поверив коварной дочери. А Джинни превосходно играла дурочку, даже Гарри ей поверил бы с пол-оборота, да даже сейчас, зная что Джинни намеренно испортила камеру и наряд Риты, он готов принять ее якобы раскаяние за правду и пожалеть несчастную девушку. - Эта девчонка сплошное недоразумение! Она специально! Хамка, я тебе это припомню! – фыркала Рита, возмущено и брезгливо сбрасывая с себя ошметки жабьей икры. Гарри заметил бледного Перси с возмущением смотревшим на сестру. Перси работал одним из младших секретарей министра Магии и потому его снова заботила репутация. Он не решался подойти к зачинщице скандала и сестре, которую прикрыли собой любящие родители и Гарри. - Не говорите так о моей дочери! – возмутился Артур. – Она хорошая девочка! К тому же… - Что тут за ор? – появился Рон уже переодетый к вечернему празднованию – футболка была сменена рубашкой. Иной чести лучший друг Гарри не заслужил. Для Гарри уже собралось немыслимо много народу: а сколько всяких родственников Уизли – тетушки, дядюшки – зачем только миссис Уизли все это затеяла? Она слишком много взвалила на себя. А сейчас бы как вчера – сидели бы мирно за столом небольшой, но дружной компанией… - Я слышала, у вас неплохие результаты экзаменов, юная леди, - свысока, стоя как статуя, пока Молли Уизли с каменным лицом чистила волшебной палочкой ее наряд от чешуи. – Но теперь я сомневаюсь, что они получены справедливо! - Попрошу заметить! – повысил голос Артур. – Вы находитесь в нашем доме и вам уже не рады. Будьте добры покинуть это мероприятие. - Всенепременнейше, - нервно оскалилась Рита, посмотрев на записи прытко пишущего пера, которое совсем разошлось и строчило, и строчило что-то явно неприятное Гарри и его друзьям. - Находится в этом… с позволения сказать… доме, когда тут такие дети – опасно не только для костюма, но и для жизни! Но так уж вышло, что у меня контракт на эксклюзив слов Министра Магии и где он, там и я! Гарри посмотрел на хмурого Кингсли, окруженного несколькими своими подчиненными, включая мракоборцев. Вокруг него суетился и Профессор Слизнорт – такой уж он человек. Министр Магии сделал шаг к смутьянам. - Мисс Скиттер, это неофициальное мероприятие и мы… - Тогда, полагаю, вы тут задержитесь, Министр? – хитро оскалилась Рита. Она морщась, осмотрела собравшихся в центре заварушки, устроенной Джинни, все еще повинно прячущей лицо ладошками. – Это ваши… друзья. Ходят слухи, что и мистер Поттер ваш друг? Говорят, вы познакомились в одной бунтовской организации? Кингсли нахмурился: Гарри мог его понять – Бруствер принадлежал к тому типу людей, которому легче сразится с драконом, чем перекидываться колкостями с таким мерзким человеком как Рита. Гарри сам был такой. И внезапно Поттер понял – Кингсли и рад бы уже покинуть день рождения Гарри, но заявление Риты о том, что раз уж он друг Гарри, то и задержится, не позволяло ему уйти тут же. Получилось бы, словно он пошел на поводу у хитрой журналистки. Но как же много тут лишних людей… И почему Кингсли притащил с собой половину своей свиты?! Гарри разочаровано сжал кулаки, невольно на ум пришел Руфус Скримджер – вот кто действительно заслужил его уважение: сначала Гарри он совсем не понравился, яркие воспоминания о Фадже затмили собой и этого «полульва». Но то как трагически погиб Министр Магии Руфус заставило уважать его всю троицу. Вот уж кто точно не боялся в опасное время ходить в одиночку. Поттер растеряно повел взглядом по двору и саду Норы: пока он торчал на кухне и ничего не делал, не заметил, как уже все было готово. Шатер сиял огнями и лампочками в виде снитчей – у Гарри сложилось впечатление, что Миссис Уизли видит в нем ребенка, который когда-то фанател от игрушки, но уже остыл, а она все не забудет. Это даже мило, по теплому мило. Большой широкий стол заставили блюдами с кучей мясных, рыбных, овощных и фруктово-ягодных закусок, напитков, фруктовых ваз, даже дорожки к саду выглядели более опрятными. Это все пока он балду гонял – стыд лишь чуть-чуть уколол Гарри, но злость - он то не просил такого, вернулась на место разочарованием, что просьбу именинника не услышали. Двор Норы и сад, и частью фасад дома, украшали поздравительные ленточки и плакаты – но все Гарри казалось нелепым и показушным, будто Молли Уизли захотела выставить его хорошим, прилежным мальчиком. Как не хотелось ее разочаровывать, но он ведь не малыш, он слишком давно повзрослел – еще на четвертом курсе Хогвартса, со смертью Седрика Диггори. А так создавалось впечатление какого-то незаслуженного им чествования. Вот и гостей привалило, правда больше половины этих лиц Гарри ни о чем не говорило. Его и его гостей конечно вовсю фотографировали, Гарри уже устал дергаться от вспышек фотокамер: зачем так много репортеров? Отстаньте уже! Ему уже даже не доставили радости только что прибывшие гости – Профессора Хогвартса с Директором Макгонагалл. Вот их видеть Гарри рад, но не так, не здесь. Как же он устал, словно стал добычей на вечеринке вампиров. Но праздник уже шел, разве что его, как главную приманку вечера, вытащили под софиты глаз присутствующих слишком поздно и нелепо. Гарри даже подумал, что все пошло не по плану миссис Уизли. Отчасти стало жаль бедную женщину, отчасти же в нем проснулось некое злорадство – я ведь не хотел, я просил ничего не делать - хотелось это чувство тут же уничтожить и закопать в себе глубоко-глубоко только из-за уважения к хозяйке дома. Все пошло черте как. Осталось даже впечатление, что гости прибыли не вовремя, Молли вот переодеться толком не успела. Джордж и Чарли видно забыли, что обещали помочь матери, но сейчас сидят и пьют где-то – Гарри бы тоже туда… Он не хотел, но начинал жалеть затеявшую эту вечеринку Молли Уизли. А как было бы хорошо снова окунуться в матч по квиддичу. - Дорогой Гарри! – пропищал профессор Флитвик. - Гарри, рада тебя видеть в хорошем настроении! Поздравляю! – добродушно улыбнулась декан факультета Пуффендуй. От нее пахло землей и чуточку удобрениями – от этого запаха ей никогда не избавиться! - Гарри! – строгий взгляд Минервы Макгонагалл прошелся по его виду и замкнулся на его неопрятности. – Прошу меня простить, я ненадолго. Хотелось лишь увидеть вас в добром здравии и пожелать успехов в вашем нелегком труде. Ваш подарок прибудет чуть позже, - по легкому блеску в глазах Директора Гарри понял, что подарок должен получить без свидетелей. Ох уж эта Минерва! Она с ходу поняла его чувства… Гарри никогда так не думал, но ведь по сути она как декан его факультета была так сказать, вторым родителем для всех гриффиндорцев. Только Гарри сполна ощутил это именно сейчас. Она поняла по одному его взгляду как ему не по себе и неуютно от праздника. - Благодарю, Профессор Макгонагалл… Минерва. Гости шумели, болтали, поздравляли, протягивали ему руки для рукопожатий. Он устал. Ему даже не столько хотелось спать, а просто тишины, просто побыть одному или с самыми ему близкими. Джинни отправили в свою комнату "успокоиться", а Артур и Молли суетились вокруг гостей. Гермиона с Роном следили за Ритой, которая все пыталась пробраться в дом, но кажется кто-то с косичками наложил на него заклятие непроникновение чужакам. Наряд и фотограф Риты были успешно очищены мастерством волшебного домоведения миссис Уизли. Джинни лишь ненадолго отравила существование пронырливой Скиттер. К Гарри то и дело подходили гости, даже приносили ему поесть и выпить, говорили-говорили-говорили. И почему-то поболтать с ним хотели совсем незнакомые ему люди: тут были известный исследователь маггловского мира, писательница детских страшилок, создатель ковра-самолета, едва долетевшего до луны, исследователь пиявок, написавший о них трехтомник, даже вот магический скульптор, который упорно приглашал Гарри в свою мастерскую сваять его статую, которую желал поставить в центре Косого переулка… В основе своей все незнакомые гости были в возрасте и чем-то странным для Гарри заслужившие себе имя в магическом мире. И они хотели соприкоснуться с Гарри, как с живой историей и потому спрашивали, говорили, охали, ахали… С кем он действительно хотел общения, стояли в стороне, видно боясь показаться слишком назойливыми и неуместными... - Гарри, мальчик мой! – Слизнорт в который раз приобнял его, позируя фотографам, и с доброй усмешкой прошелся по его помятому виду – слишком много людей его пытались обнять, поздравить. Он не мог ступить и шагу, чтобы его кто-нибудь не окликнул и не завел с ним одностороннюю беседу, в основном состоящую из воспоминаний как было, как стало и как должно быть с подвигами Гарри. Тетушка Рона Мюриэль бухтела над ним минут двадцать, никому не давая и слова вставить, повелительно-возмущенно обсуждая негодницу Джинни. Гарри несколько раз пытался уйти от нее, чтобы хотя бы сдержаться и не нагрубить, но куда там – эта старуха как стервятник вцепилась в его руку и брюзжала-брюзжала. В шатре было куча напитков и еды, но гости сами себе наливали и накладывали еду в стопки тарелок рядом, разве что за более пожилыми, устраивающимися на стульях и скамейках по всему саду, ухаживали хозяева; Мюриэль и это возмутило, она негативом прошлась по дому, по празднику и даже по виду Гарри, чем очень зацепила принесшую ей огненного виски Молли. На мгновение Гарри стало стыдно снова, но лишь на мгновение. Упорнее и громче прежнего в нем завопил голос – я не просил. - Гарри, будь осторожен, - шепнула Гермиона – ему стало дико жаль, но ее и Рона запрягли быть разносчиками закусок и напитков для таких как Мюриэль, хотя, по-честному, не считая Скиттер - эта старуха была самой вредной. – Рита на чеку. Я припомнила ей, что не забыла о ее секрете, но если ты решишься… - Она многозначительно посмотрела на его усталое лицо. Подруга говорила о зелье. - Мистер Поттер! Какая славная музыка жизни! – возвестил мистер Лавгуд, на нем была серебристо-сиреневая мантия и Гарри нашел взглядом Полумну, которую Слизнорт о чем-то расспрашивал и хохотал, придерживая свой набитый снедью живот. Кажется, Полумна тоже была вместо официантки… Видно эту почетную должность должны были отрабатывать Чарли и Джордж. – Может у вас найдется несколько минут? "Придира" хотел бы снова взять у вас интервью. - Конечно… - Он не мог отказать отцу Полумны, а теперь еще и ощущал за собой вину за временное рабство друзей от Молли Уизли. - Тогда как на счет следующей недели, как раз наши приманки сработают? - Эээ… - Эй, Гарри! – ему махнул Невилл и протиснулся к нему вместе с высокой пожилой дамой. - Добрый вечер, мистер Поттер! – с достоинством поздоровалась бабушка Невилла – на ней была летняя широкополая шляпа с каким-то мини-городом на левой части. Гарри засмотрелся на шляпу и тут ему под нос руки Невилла суют цветок в горшке. Ну, наверное цветок в горшке. Растение походило на цветок, вот и бутон есть. Поттеру оставалось лишь молится, чтобы этот цветок не плевался ядом или козявками. - Это сумеречная флоктенсия, также ее называют полуночной лилией, - сказала подошедшая Полумна, она мило улыбнулась и посмотрела на Невилла. - Если позволишь, Гарри, это наш с Полумной подарок – она нашла росток, а я вырастил его. Если поставить его у изголовья кровати, то будут сниться только хорошие сны. Ну, так говорят, - Невилл покосился на светловолосую подругу и несколько боязливо на строгую бабушку. - А еще лилия – это цветок твоей мамы, правда? – спокойно спросила Полумна. Гарри растроганно кивнул и взял в руки горшок – цветок и в самом деле был на редкость нормальным, разве что его бутон еще не раскрылся. Ему и до этого дарили подарки, но большая часть это книги авторов в автографом, да вот и скульптор подарил ему мини-копию его будущей скульптуры, которую Гарри намерен был зарыть или утопить на досуге… Даже маленький этот Гарри Поттер был такой мерзко-пафосный и неприятный, что сразу стало понятно – скульптор начитался Риты Скиттер. - Спасибо большое! – улыбнулся Гарри Полумне и Невиллу с бабушкой. - Думаю, тебе стоит отнести его наверх и… немного отдохнуть, - Полумна улыбнулась и направилась к отцу. - Невилл убедил меня, что вы будете довольны подарком лишь от него, - сказала госпожа Долгопупс. – И все же приходить на празднование с пустыми руками неприлично. Позвольте мистер Поттер пригласить вас к нам на чай, на следующей неделе, когда вам будет удобно. Более не злоупотребляю вашим вниманием. Женщина достойно чуть склонила голову и Гарри кивнул, косясь на ее головной убор – ему показалось или в городе на ее шляпе были крошечные человечки? Вот даже в нескольких домах был виден свет! Невилл нервно улыбнулся и пошел проводить бабулю к столу. Его снова окружили старики, Гарри беспомощно скис, выслушивая их разговоры и вопросы, рядом крутилась Рита, Кингсли окружила часть репортеров, он не мог даже подойти и поздравить именинника… И вдруг позади него его ладонь обхватила теплая маленькая ладошка Джинни. Как же хорошо она умеет уговаривать! - Простите, Гарри нужно отнести подарок наверх. – Она мило улыбнулась и повела его в дом. Следом пыталась проскочить и Рита, но упала на пороге, ударившись о заклятие непроникновения Гермионы. - Куплю Гермионе какую-нибудь редкую книгу, - усмехнулся Гарри. Одной рукой он прижимал к груди горшок с цветком, другой держался за руку Джинни, которая отвела его в свою спальню. Весь гул голосов как-то притих. В памяти всплыло его 17-тилетие и печальный поцелуй в ее комнате… - Джинни, - Гарри устало потянулся к ней, но она забрала его цветок и поставила на свою тумбочку. Девушка взяла его за руки и трогательно разглядывала. - Ты уже так устал. - Вы устали не меньше… И, знаешь, не следовало тебе цапаться с Ритой. Она тебе может так жизнь подпортить. – Гарри сердился на себя, ему следовало вмешаться, а не просто стоять рядом. Но он боялся сказать лишнего, боялся ругаться при ее матери… - Думаешь, я не знаю кто такая Рита Скиттер? Она – букашка! Гарри прыснул – как точно! Он не был уверен в курсе ли Джинни, что Рита анимаг и превращается в насекомое, чтобы подслушивать и подсматривать за своими жертвами. Но девушка попала в точку. Рита - букашка в прямом и переносном смысле. - И все же… Эта женщина способна… - Не хочу о ней говорить. Не здесь и не сейчас. Я уже сказала о ней все что могла, большего она не достойна, - с вызовом фыркнула рыжая Уизли. Но тут же успокоилась, шагнула к нему, не отпуская его рук, и их губы встретились. - С днем рождения, Гарри, - девушка обняла его и Гарри сомкнул руки на ее спине. - Ты меня уже поздравила. Она похихикала, а Гарри после сладкого и мирного поцелуя одолело беспокойство: ему вновь надо возвращаться «праздновать». Джинни, словно почувствовав его тревогу, ничего не говоря, отошла от него на шаг и просто смотрела. Не давила, не уговаривала, а ждала, как умеет ждать только она. - Ты справишься? Я же словно отправляю тебя в ад... – Негромко спросил Поттер. - Я справлюсь. – В ее янтарно-карих глазах заблестела воля и решимость, которая так долго противилась самому Тому Реддлу из проклятого дневника. - Я сильнее чем ты думаешь.