Праздники в Норе

- Кхем! – громко кашлянула Джинни. – Как жаль, что в имени ДжиневРа, Рон, ДжоРдж, ФРед, ЧаРли, ПеРси там мало буквы «р». А Уильям вообще обделенный… - Ладно тебе, - Билл с усмешкой приобнял сестренку и чмокнул в макушку. – Слышал, как ты хорошо постаралась. Умница! - Нам всем до тебя далеко, - обняла в ответ рыжая Уизли. За столом собрались не сразу. Молли с Флёр о чем-то долго ворковали на кухне и из открытого окна доносились звуки их милой беседы, которая в основном крутилась о том как сложно воспитывать ребенка, что для этого надо и прочее. Гарри, если бы не знал историю этой встречи, в жизни бы не догадался, о чем мягко, но настойчиво допытывает невестку хозяйка дома. Флёр так и не утратила свою прямолинейность и некоторую бестактность, но кажется все Уизли привыкли к такой откровенной родственнице, да и ее красота добавляла шарма и очарования. Хотя Гарри мог точно сказать: Флёр на Турнире Трех Волшебников и Флёр сейчас – отличаются как небо и земля. Оставив за собой свой самоуверенный нрав, она стала и женой любимого мужа, готовая для него на многое. Пока две миссис Уизли делились секретами волшебного домоводства, остальные тоже не скучали. Гермиона неожиданно разговорилась с Перси о работе в министерстве и Гарри увидел в нем столько благодарности за ее вопросы, будто: я так давно хотел с кем-то поделиться, но никто не спрашивал. Поттер первый раз видел такого живого Перси, хотя он говорил о дисциплине, о рабочих часах, о правах и прочей скукоте. Но в лице Гермионы нашел приятную и благодарную слушательницу, и Гарри стало несколько легче осознавать и принять, что на работе у нее будет такой коллега, который сможет поддержать в трудную минуту. После к их разговору присоединился мистер Уизли; он дополнил некоторые слова байками и шутками, что не сильно понравилось педантичному Перси, но зато разбавило разговор звонким смехом Гермионы. Гарри понимал, что подруга выбрала необычное будущее. Ведь, как знать, если она в самом деле станет министром, сколько всего Грейнджер сможет сделать на своем посту?? Впрочем, по тому же Кингсли он понял как непроста должность министра. Добродушный, правильный Бруствер нравился Гарри, но и у лояльного Поттера уже возникали вопросы к некоторым законопроектам. Оказывается, стать во главе правительства – это вечная борьба с теми, кто ниже; их мнений, суждений, которые трудно, а порой и невозможно игнорировать, как бы глупы и нелепы они не были… Впрочем, и сам Гарри не скучал, стоя в обществе остальных Уизли. Джордж, Рон и Чарли с энтузиазмом рассказывали старшему брату, как прошел их матч по квиддичу. Билл обнимал сестру за плечи и смеялся. - Я страшно завидую! В следующий раз и меня с Флёр позовите! - Это была идея Джинни, - гордо заявил Гарри и едва не добавил – и лучший подарок. Но были и другие. Например, ее поцелуй, а еще его ждал сюрприз от Кикимера. И Поттер с некоторым волнением думал о том, что могла подарить Профессор Макгонагалл. Однако будет неприлично сейчас убегать и смотреть свои подарки, к тому же, может просто Рона расспросить? Мистер Уизли пригласил всех к столу и только Джинни ушла в дом, позвать мать и Флёр. Вскоре появились две миссис Уизли, как две заядлые подружки. Все заботы хозяйки Норы словно остались в прошлом и Гарри очень надеялся, что в будущем Молли Уизли не станет устраивать такие изматывающие марафоны празднеств. С него точно хватит. Но вот сейчас, в кругу семьи, было очень мило. От таких праздников, где только близкие – он бы никогда не отказался. Хотя жара спала, но все еще стояла августовская духота и влажность. Что наоборот разморило и расслабляло. В общем-то день назад тоже был чисто семейный вечер, но все же Джордж устроил из него и представление с фейерверком. А сейчас так тихо, мило, спокойно. Гарри сидел между Гермионой и Флёр, которая пожелала сесть рядом, чтобы в очередной раз сказать, что ее маленькая сестра Габриэль, которая уже не совсем и маленькая судя по живым фото - молодая миссис Уизли достала из сумочки всем показать, - постоянно вспоминает его. Гарри вежливо кивал на очередные благодарные воспоминания как он спас сестренку Флёр из Черного озера, хотя тогда он совершил глупость… И вообще Гарри не любил вспоминать тот год и те соревнования, по которым его, как глупца, вел план Волан-де-Морта. Четвертый год в Хогвартсе дал начало тяжелым потерям, навсегда разделив жизнь Гарри на трудную и полную лишений, и трудную, полную лишений без детства, с близким знакомством со смертью. Столько ошибок было сделано, что уже всего и не упомнить! - Ах, Гарри, а ты не хотел бы работать во Франции? Я бы за тебя замолвила словечко! - Эй-эй! Флёр, не гони коней! Гарри Поттер – достояние Англии! – замахал руками Джордж и Джинни, сидевшая рядом с ним с укоризной посмотрела на старшего брата Билли – вроде как: угомони жену, чего она чушь несет?! А Гермиона то и дело вскакивала из-за стола из-за очередной совы: к ней все летели и летели разные приглашения, новости о встречах и прочее. Рон все больше кис и молчал, глядя на активный «нарасхват» его девушки. Даже Гарри не мог похвастаться таким вниманием, хотя вроде как и герой. И вот даже - «достояние Англии». - Ах, милая, - Молли Уизли поджала губы и направила на стол палочку: какая-то дружелюбная сова решила сделать свои дела прямо рядом с едоками. Чарли звучно заржал на пару с Джорджем и как ни странно отцом. А Молли стала выговаривать мужу и сыновьям, что из них так себе помощники. - Мама, ты родила меня только для того чтобы я мыл посуду?! - Ох уж эти твои шутки, Джордж! - Я оскорблен! Мы всего лишь эксперименты, пока ты не родила Джинни! – с серьезным лицом шутил Джордж, но ни Рон, ни Джинни с Гарри и Гермионой не подумали присоединиться. Гарри нехотя вспомнил тяжелые слова младших брата и сестры. Джорджу и Фреду тоже пришлось нелегко, но видимо изначально их задор и веселость и то что их было двое – укрепили их. А вот младший Рон получал то, что оставалось от неуемных близнецов. И если Джинни носила хотя бы одежду подержанную, Рон - почти тряпки. Гарри понимал друга – Поттер все детство носил объемные обноски Дадли, но эту тему поднимать больше не хотел. А Флёр вдруг начала расспрашивать его о том, что у него на любовном фронте. Она мило улыбалась Джинни, которая немного дулась будто на Гарри, что он игнорирует ее гневные взгляды, но все же в своих словах жена Билла словно на что-то намекала. - Моя сестричка так подросла, стала такой красавицей! – тыкала фотографией изящной блондинки с длинными, немного серебристыми волосами. - От поклонников отбоя нет, но она все о тебе говорит. Помнит, как ты спас ее. - Ну, здорово, - улыбнулся Гарри. Но Флёр не успокаивалась и рассказывала про сестру, словно ждала, когда Гарри устанет и согласится на все – переезд во Францию, знакомство-женитьба на ее сестре, которая все же еще несовершеннолетняя, и счастливое будущее среди прекрасных вейл и виноградников южной части страны. За его нерезультативным разговором следили только Джинни и Гермиона, Мистер Уизли с супругой и Перси спрашивали Билла о рабочих моментах, о которых Гарри не был в курсе; Джордж что-то нашептывал то Джинни, то Чарли, но оба были не в духе. Гарри вспомнил ответ рыжей подружки. Она уже жалеет: ему тут чуть ли не невесту на вырост подсовывают, а что же Джинни? Жалеет, что отказалась…?? И тут же остывал – он и сердился, но понимал – она права. Никто ведь не запрещает видеться, ходить на те же прогулки-свидания… Между тем за столом велся оживленный диалог, у каждого свой, но одновременно общий. Гарри вдруг услышал, что Чарли рассказывает Джинни о преимуществах работы с драконами и всерьез испугался. Насколько он знал, в Англии драконьих питомников давно нет, значит, если Джинни решится – уедет из страны?!! - А еще работники сообщества очень дружные, всегда помогут, всегда выручат, если что. – С энтузиазмом рассказывал Чарли и вдруг заметил лицо хмурого Гарри. А потом Чарли увидел мрачное, угрожающее лицо матери и поспешно направил мысль в обратную сторону: - С другой стороны – неизбежны ожоги, потеря волос, травмы, часто потери конечностей, не говоря о том, что умереть можно, не смотря на все меры безопасности… Но кажется Гарри и мама Джинни зря беспокоились, у нее все же имелись свои планы… А Джинни просто игралась с нервами Гарри и матери, внимательно слушая предложение брата. Постепенно разговоры перешли на родственников Флёр: она рассказывала именно про вейл по бабушкиной линии. Гарри заметил как заблестели глаза Молли Уизли, напоминая суть встречи – немного по-женски нелепую. Можно ведь было просто спросить. Но хозяйка дома просто не спрашивала, а ходила кругами и тогда вдруг на «сцену» вышел бестактный Рон. - Флёр, а если у тебя будет ребенок, он будет полуоборотнем-полувейлой? И что тогда: будет отталкивать и влюблять одновременно? Гарри захотелось залезть под стол: ляпнул так ляпнул! Ладно полувейла, а вот полуоборотень малыш расстроил всех. - А что такого? Эти вопросы нужно решать не берегу, разве нет? – Рон глянул на старшего брата, который как-то неуверенно смотрел на свою красавицу жену. Кажется, Рон сковырнул своими вопросами очень глубокую рану. - Я уверена, что наши дети будут чудесными! – громко сказала Флёр и протянула руку мужу через стол, не сразу, но он взял ее за кончики пальцев, хмуря брови. - Пока не выясним нет ли угрозы ребенку, мы не хотим торопиться, - строго сказал Билл, не терпящим возражения голосом, разрешая, наконец, все сомнения и вопросы матери. Флёр не беременна. - А вот малыш Тедди ничего уродился – весь в маму Тонкс. А у Римуса была пострашнее ситуация, - непонимающе качнула плечами Джинни. - Это. Это разумно, - пыталась вставить свое слово Гермиона. Но больше у нее слов не нашлось. По ее лицу Гарри понял, что она обнаружила в себе пробел знаний и ей не терпелось его восполнить за очередной книгой. Вспомнив разговор с подругой, Гарри понял, что такой Министр Магии очень нужен; который настолько вникает во все вопросы, но и подходит к ним с открытым сердцем, не успевшим зачерстветь от собственного величия. Гарри понимал еще и то, что кажется ему всю жизнь придется прожить под руководством Гермионы, если она в самом деле достигнет таких высот в карьере, как видно она уже решила. Если подумать, Гарри понятия не имел какая карьера подошла бы Гермионе. Например, Джинни очень шло быть спортсменкой, а ему мракоборцем, а вот Гермиона все же в знаниях разносторонняя и может смотреть объективно на многие споры и конфликты. Гарри вдруг осознал, что по сути почти каждый за этим столом нашел себя или на пути к своей цели как Джинни и Гермиона, вот только не Рон. Поттер уже догадывался, что друг бы так долго не продержался мракоборцем, если бы не Гарри. Но насколько Гарри знал, Рон никогда не высказывал кем бы хотел быть, исключая некой зависти – вот бы быть продавцом в Конфетном королевстве и всю жизнь прожить среди сладостей; я бы не отказался быть барменом – всю жизнь пиво наливаешь и стаканы трешь. Или вот с Джорджем, Рон частенько говорил: везет же ему, все у него получается! Что ни говори, а Рон быстрее Гарри устал от приключений. Хотя и неудивительно: за Гарри приключения всегда табунами ходили – отмахиваться бесполезно, тут и друзей цепляет. Интересно, жалел ли Рон, что когда-то Гарри стал его лучшим другом? Возможно, на 4-ом курсе Хогвартса, когда думал, что Поттер втихушку подбросил свое имя в Кубок Огня? Гарри сам понимал, что с ним тяжело дружить. Но и понимал, что благодаря такому легкому и веселому другу ему справиться со своими проблемами стало легче. Если бы была одна лишь Гермиона, которая тянула к высоким целям, тогда как Рон припускал к земле, чтобы просто расслабится, - Гарри пришлось бы сложно. Его друзья как идеальное равновесие ума и веселья. Вот только Рон, кажется, другому так и не научился. Гарри отпил тыквенного сока и вдруг увидел как ему подмигнул Чарли и указал под стол, где в его руках был бутылек огненного виски. Значит, это увлечение драконами вон куда занесло второго старшего брата Рона и Джинни? Поттер вежливо отказался: как знать какая крепость в его виски, может он туда добавил пару капель чего-то своего, от чего Гарри выпадет из жизни и проснется завтра опозоренным новыми проступками? Хватит с него. Довольно и писем, которые он настрочил Джинни по невменяшке. Снова вспомнился ее ответ: зачем же она напоминала об этом письме, чтобы потом так отшить? Может он просто разозлил ее своим несвязным бормотанием!? И все же, Гарри уже точно знал, что они с Джинни пройдут и этот этап и следующий. Они теперь навсегда вместе. Посиделки затянулись до позднего вечера, каждый нашел свою отдушину, и за столом не прекращались очень теплые, дружественные, шутливые и расслабляющие разговоры обо все и ни о чем. Все настолько успокаивало своей безопасностью, что Гарри почувствовал себя счастливым. Парень заметил, как Флёр заботливо ухаживает за мужем, хотя и общается в основном с его родственниками, но то и дело подливает ему вина или накладывает очередной французский деликатес или стряпню хозяйки, которая для Гарри была куда вкуснее изысканных блюд Прованса. Когда-нибудь будет у него так с Джинни? Они будут сидеть за столом, такие же солидные как ее родители, встречать гостей: Гарри с трудом представил лысеющего Рона и легко взрослую Гермиону, просто заменив ее образом Директора Макгонагалл. А какая будет Джинни? Он посмотрел на полноватую Молли Уизли, с вьющимися рыжими прядями, беспокойную, тревожную, но всегда внимательную, заботливую, любящую. Пожалуй, спортивная карьера Джинни не даст ей поправиться, но в остальном, она может стать как мама. Его маме так и не удалось стать настолько взрослой, увидеть сына; как он вырос. Иногда Гарри посещали мысли, что, если бы не Волан-де-Морт, у него могли быть братья или сестры, а то и все вместе. Может даже такая же большая и дружная семья как Уизли? И точно не было бы таких сложных отношений как с Дадли… Если бы… Сейчас уже поздно жалеть об этом. Пройдет совсем немного времени, и он будет в возрасте родителей, когда они умерли. Для него они всегда были взрослыми – родители же, но ведь по сути они так молоды! А потом настанет время, когда он станет старше своих мамы и папы. Так странно и грустно. Но и обнадеживает – их жертва не напрасна, пусть у Гарри не было счастливого детства, но он жив, здоров, у него есть друзья, которым он доверяет как себе, он любит и любим. Гарри, не помня родителей, все равно будет ценить их и любить. Это его долг сына и человека, который обязан им жизнью. И несмотря ни на что, Гарри стремился к счастью, он умел улыбаться, он получил так много уроков и самый главный урок любви – для его родителей никого не было дороже него, потому он жив, потому он выжил и потому он намерен быть счастливым. И его счастье сидело тут, прямо перед глазами. А прошлое пусть остается в прошлом! Гарри не знал, как и большинство, какие последствия несет тот или иной выбор, но в том, что свой уже сделал и не изменит – был уверен. Он хотел когда-нибудь также смотреть на Джинни, как Артур Уизли смотрел на жену Молли. И он хотел видеть в глазах Джинни то, что давала мужу миссис Уизли – любовь, уверенность, надежность. Гарри не сомневался, что его чувства будут такими же теплыми и сильными. Более того: несмотря на отказ маленькой Уизли, он лишь больше уверился том, что сделал правильный выбор. Она показала ему что хочет равных отношений и за это он уважал ее еще больше. Даже думать о том, что они не будут вместе – не осталось причин. Сейчас, все обдумав, успокоившись, Гарри остался вполне доволен развитием событий. Тем более сейчас его мысли сосредотачивались на том, как отпраздновать день рождение любимой девушки. У него лишь десять дней на подготовку. Купить подарок – это самое простое. Как хорошо, что он с ним определился. Но теперь надо подготовить и «программу»: еще и на шестерых! Надо придумать как развлечь будущую именинницу и гостей. А пока развлекали его: Флёр, не забывая про мужа, спрашивала Гарри о том как он живет, чем занимается – обо всем на свете. Гарри отвечал осторожно, но то что он недоговаривал охотно выбалтывал Рон. Семейные посиделки вышли душевные – гномы не лезли в лицо, пыльца не застревала в горле и ленты не опутывали ноги – все просто, и тем более волшебно! И еще он от души накладывал себе в тарелку всяких вкусностей, не боясь быть ослепленным из-за вспышек фотокамер. У него определенно сегодня будут проблемы со сном из-за забитого до отвала желудка, но оно того стоило! Как знать, скоро ли ему доведется поесть так вкусно? Судя по проблемам и даже вот шашням Джорджа с нелегальными поставщиками ингредиентов для его товаров - он чувствовал долгую командировку. Главное, чтобы после 11 августа! Гарри заметил, что Гермиона подает ему какие-то знаки, указывая на Джинни и Джорджа, склонившись голова к голове, что-то задумавших. Точно. Ее беспокойство… - Джордж, а ты в курсе, что пищалки, если их хранить в холоде, имеют другой звук и долговечность? – спросил Поттер. - Да? – заинтересовался близнец. - Это Рон узнал. Вообще, он несколько вещиц из твоего магазина усовершенствовал. - Да неужели? – с подозрением прищурился Джордж. - А чего? – Рон качнул плечами. Гарри поймал возмущенный взгляд Гермионы: вместо Джинни решил подсунуть Рона как близнеца для Джорджа?! Но вскоре, когда братья увлеченно стали обсуждать возможности замороженных пищалок, и увидев, как Джордж внимателен и даже по деловитому серьезен при этом разговоре, Гермиона удивленно повернулась к Гарри. - У Рона часто возникали идеи, - шепнул Гарри подруге. – В основном правда безумные, но блин, частенько и срабатывало. Может он сможет придумать для магазина Джорджа пару вещиц? - А знаешь, может они даже вместе сработаются? – задумалась Грейнджер. – Рону больше нравится работа с доступными ресурсами, чтобы не тянуть с обедом, чтобы никуда не бежать сломя голову, не прятаться, да и особо без нервов – может это его? Может он будет неплохим компаньоном брату в магазине? - Да ну, вряд ли, - усмехнулся Гарри, совсем не представляя, как Рон будет управляться с бизнесом. Джинни скорчила ему рожицу и он уже хотел сказать что-то милое, чтобы она перестала совиным взглядом смотреть как Флёр то и дело нахваливает его и подсовывает фотографии своей сестры. Но тут рыжая волшебница вдруг посмотрела наверх и ужаснулась. Какая-то пожилая сова-доставщица неслась прямо на Гермиону и уж заодно Гарри, опорожняя на лету кишечник, забрызгивая героев войны совсем не тыквенным соком. Все повскакали с мест, половина присутствующих заржала, женская часть закричала – Молли и Флёр жались друг к другу, прячась за спинами озадаченных мужей и возмущенного Перси. «Уцелевшие» Уизли направили палочки на шутницу-сову, которая вместе с людьми обляпала полстола, скинула в руки растерявшейся от такого «нападения» Гермионе очередной конверт, приземлилась и с удовольствием стала угощаться французским рыбным блюдом...