Туда, где мне всегда рады.

Этой ночью Андрей спал очень неспокойно. Около часа он ворочался с мыслями о том, что он сделал. Это была просто минутная слабость, он дал волю собственным эмоциям, а когда увидел реакцию друга, тут же одумался. Проснувшись, он чувствовал себя полностью разбитым и подавленным. Выйдя в зал, он не обнаружил друга спящим на диване, на кухне его тоже не было, а обувь и принесённый Быковым пиджак просто-напросто исчезли. Думая о том, что Ваня больше не считает его другом, он выпил кружку кофе на голодный желудок и отправился в больницу. Быстро раздав указания своим подчинённым, он поднялся на седьмой этаж в отделение венерологии. Подходя к кабинету Вани, он заметил, как тот вышел из него, но как только заметил Андрея, развернулся и убежал обратно, видимо, в надежде, что терапевт не захочет беспокоить его в таком состоянии. Но Быков никогда не отличался тактичностью, поэтому он молча распахнул дверь в кабинет венеролога, заставая того сидящим на медицинской кушетке спиной к входящему. Мужчина услышал тихий всхлип и тут же подошёл к другу, присаживаясь с ним рядом. — Вань, прости меня ещё раз, — извинялся он перед Купитманом. — За что? — задрав голову, чтобы не показывать эмоций спросил венеролог. Но дрожащий голос выдавал его с потрохами. — За вчерашнее, — мягко заменил Андрей, но решил уточнить, — за то, что поцеловал тебя. — Ты уверен, что я обиделся на тебя из-за этого? — А из-за чего ещё? — Ты сказал, что не хотел этого, так? — Да, потому что после того, как ты на меня посмотрел, я выбирал между этим, и тем, что я посмотрю тебе за спину, крикну «Гитлер!» и убегу, пока ты соображаешь, — усмехнулся Андрей. — То есть, — начал Иван Натанович, но Быков продолжил за него. — Я хотел этого, но меня напугала твоя реакция. Господи, да что я тут распинаюсь вообще перед тобой? Ты был подвыпивший и я спокойно мог сказать, что тебе это приснилось, — улыбнулся терапевт, — Знаешь, раз уж так, то иди сюда, — после этих слов Андрей набрался смелости и обхватил затылок Купитмана рукой, притягивая его для поцелуя. Не такого невинного, как вчера. — Ты уже успел накатить? — отпрянул Быков, почувствовав привкус конька на губах друга. — Для храбрости, — отговорился Ваня. — Алкоголичка израильская, — Андрей снова приник к губам венеролога и с большим энтузиазмом толкнул его в плечи, заставляя спиной лечь на кушетку и оказывать сверху, в доминирующей позиции. В разгар страстей, когда дыхание сбилось окончательно, а штаны превратились из свободных в адски тесные, дверь кабинета легонько приоткрылась. — Ой, я, пожалуй, попозже зайду, — проронил один из пациентов, захлопывая эту самую дверь. — Андрюша, стой, — остановил терапевта Купитман, — зайди ко мне после обеда, — попросил он, выдыхая. Быков встал, отряхнул халат и, прикрываясь им же, отправился в ординаторскую. Ваня молча лежал на кушетке, по-глупому улыбаясь и пялясь в потолок. Наконец-то)