Маньяк с обложки

Чонгук медленно приходил в сознание. В первую очередь он ощутил запах сырости, словно находился в каком-то старом подвале с кучей крыс и грязи. Резко в голове отдалась боль от удара, парень хотел рефлекторно коснуться ладонью поражённого места, но лишь услышал звук цепей и почувствовал холод металла на запястье. Раскрыв глаза, парень увидел тёмное помещение, которое освещалось небольшими настольными лампами в разных углах. Его руки были скованы цепями, а цепи крепились где-то на потолке, парень не мог разглядеть как именно, потому что лучи света не освещали верхнюю часть помещения. Лишь лёгкие отблески, которые не особо позволяли понять структуру. — Ммм, — парень вновь ощутил боль в голове, кажется, удар был достаточно сильный, Чонгук чувствовал запекшуюся кровь на коже около виска, прищуривая глаза от боли. Ноги слабо стояли на поверхности, и он понятия не имел сколько времени провел без сознания. Раздался громкий звон, скрип — раскрылась огромная дверь в конце помещения и Чонгук увидел тёмное небо, которое было затянуто, словно в страшной сказке, которую лучше не читать детям на ночь. Вместе с прохладным ветром, что коснулся кожи, в помещение зашел высокий худощавый парень, который постепенно уверенными шагами приближался к Чонгуку. — Давно очнулся? — Ты кто? — Твой новый хозяин, — с лёгкой иронией и улыбкой на лице, что лишь слегка виднелась сквозь белую маску произнёс вошедший. Его голос звучал игриво и с лёгкой хрипотцой, которая практически не ощущалась. Чонгук осматривал незнакомца, пытаясь сосредоточить взгляд, но все вокруг расплывалось, единственное, что он мог рассмотреть — это маска и белое пальто, которое сразу бросалось в глаза в этом тёмном месте. Маска тоже была белой с чёрной слезой на одном глазу. Незнакомец прошёл за спину Чонгука, краем глаза парень видел, как тот аккуратно снимает свое белое пальто и вешает на черную стойку. Чон закрыл глаза, думая, что он ещё спит и это очередной кошмар после тяжёлой работы, но боль снова отдалась у виска и парню пришлось поверить, что все происходящее — реальность, которая больше теперь напоминает начало фильма ужасов. Беглым взглядом парень осмотрелся вокруг: цепи и верёвки лежали на полу, столы с холодным оружием, которое блестело и переливалось, баночки с жидкостями и чистые шприцы в упаковках, коробки, аккуратно расположенные у стены, и это была только половина, которая располагалась в зоне видимости. Все остальное, что находилось за его спиной, под столами или в углах, парень рассмотреть не мог. Незнакомец подошёл к Чонгуку, смотря на его лицо. На нем была атласная темно-синяя рубашка, верхние пуговицы были расстегнуты, на левой руке виднелись дорогие часы, которые переливались, когда на них попадали лучики слабого света. Тёмные глаза смотрели на парня через прорезы в маске, Чонгук заметил заостренные уголки у начала глаз, которые придавали взгляду устрашающий вид, он был похож на дракона. Он смотрел на него так, как покупатель смотрит на товар. С такой же точностью и с таким же интересом. — Чего молчим? — раздался резкий голос, который звучал, словно вызов-игра. Парень был в хорошем расположении духа, его голос излучал уверенность и насмешливость. Он был противен. Сознание Чонгука постепенно приходило в норму, зрение уже работало исправно и не искажало действительность, мир перестал быть мутным. Боль в голове становилась тише. Словно удар молнии Чонгука настигло понимании — его похитили, он в непонятном месте прикован цепью и какой-то псих с улыбкой и радостным голосом стоит прямо перед ним и просверливает пристальным взглядом. Чонгук быстро поднял голову вверх, начал дёргать руками, но лишь причинял боль запястьям, которые уже были красными, он попытался сдернуть цепь с потолка, но она была прикована намертво. Заметив бушующее состоянии жертвы, парень сделал несколько шагов назад, чтобы подопечный не задел его ногами и игриво улыбался, смеясь над жалкими попытками страдальца. — Кто ты такой вообще? Где я?! — кричал парень, а незнакомец лишь нагло смеялся ему в глаза, наблюдая за человечком, что словно червячок болтается у него на крючке. Он наслаждался этим чувством могущества и власти над жизнью другого, который находится под его полным контролем. Ему нравилось это могущество, нравилось чувствовать превосходство. Это читалось у него на лице, которое Чонгук ещё был не в состоянии увидеть из-за маски. Чон нервно продолжал попытки выбраться из оков, но спустя несколько минут силы пропали окончательно, в горле было сухо, он не мог даже нормально говорить, из уст доносилась лишь хрипотца, которая прерывалась пустым криком. Запястья покрылись кровавыми пятнами и царапинами, которые теперь причиняли боль каждый раз, когда Чонгук производил лёгкое движение кистей, словно внутри шипы, которые вонзаются в кожу, но парень все ещё из последних сил дёргал рукой, заставляя цепь немного шевелиться, но эти попытки были ещё более жалкими, чем все предыдущие. Даже если бы его руки были связаны тоненькими ниточками, он не смог бы порвать сейчас даже их. Парень все ещё не мог поверить в происходящее. Несколько лет ты живёшь в определённом ритме по конкретному расписанию, каждый твой день похож на предыдущий, никогда не происходит никаких изменений, никаких непредвиденных ситуаций и в какой-то момент меняется все. Ситуация больше напоминает момент из фильма, а не жизнь, к которой ты привык, поэтому мозг просто отказывается принимать происходящее, и ты все ещё сохраняешь мысли о том, что с тобой такое произойти не могло, что все это лишь иллюзия, розыгрыш, сон, но со временем приходится принять действительность и лучше бы сделать это быстрее. Это жизнь, в ней бывает всякое. — Чон Чонгук, а вблизи ты даже лучше, — парень в маске сделал шаг ближе и провел ладонью по лицу Чона. Руки парня были мягкие и гладкие, он явно не занимается никакой тяжёлой работой, которая связана с использованием рук. Но несмотря на всю их гладкость и мягкость, они были ледяные, словно у трупа, который уже несколько часов лежит в морге и ожидает свою очередь на вынос. Чонгук отвернул голову, не найдя в себе сил на большое. Незнакомец улыбнулся, громко хмыкнув и прикоснувшись к нему вновь. Чон морщился от незнакомых рук, которые так нагло касались его лица, никто прежде, кроме родителей, не осмеливался на подобный поступок. — Откуда ты меня знаешь? — все ещё хрипя, тихо спросил Чон, приподнимая глаза на странного психа, который не собирался представиться или хотя бы снять маску. Чем дольше Чонгук смотрел на него, тем сильнее ему начинало казаться, что он уже где-то видел этого парня прежде. — Ооо, я знаю тебя очень хорошо, можно даже сказать…что я твой фанат, — каждая фраза этого парня звучала, как игра. Он говорил мелодично и протяжно, уже не слышались отблески хрипотцы. Его голос напоминал голос дьявола из многочисленных сериалов. Он был безумным, пугающим. Он был сладким, как сахар. Но ведь все мы помним о том, что сахар — это яд. Сладкий яд, которого хочется ещё и ещё. — Но я даже не дебютировал… — Ооо, нет, — незнакомец посмеялся, поправляя маску, — я фанат не твоего голоса, а твоего тела, — он коснулся ладонью шеи, провел большим пальцем по кадыку и спустился ладонью по футболке к джинсам, остановившись у ремня. «ЭТО СОН. ЭТО ЛОЖЬ. ЭТО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ ПРАВДОЙ. НЕ МОЖЕТ. НЕЕЕТ» По телу Чона пробежала дрожь с привкусом страха. Ситуация с каждой секундой становилась лишь хуже, а он все ещё не мог поверить, что это реальность, но нужно было что-то делать. Хотя что можно было сделать в такой ситуации? Угрожать, умолять, пытаться выбраться (уже не сработало) или смириться, что он ничего не способен сделать. — Зачем я тебе? — незнакомец медленно обходил парня вокруг, остановился позади него и приблизился ближе, услышав вопрос. Чонгук ощущал его дыхание на своей шее, внутри все сжималось в маленький комок, сердце бешено стучало, а дыхание становилось все ближе. Холод постепенно охватывал его тело, словно вода окатывая его медленно, но верно. Парень сделал вдох, ощутив аромат этих тёмных волос, которые пахли потом после часовых репетиций. Он прикрыл глаза, чтобы сосредоточиться на аромате и не испортить ощущения лишними деталями. — Я же сказал, — раздался тихий шёпот около уха, который поражал кожу и заставлял напрячься все тело, заостряя внимание лишь на этом тихом потоке воздуха, — теперь я буду твоим хозяином. Ты — моя новая игрушка, — раздался громкий заливистый смех. Незнакомец встал на место перед лицом Чона, который без сил свисал на цепях с огромными зрачками, все ещё сохраняя в себе силы на выражение эмоций. — Ты, наверное, пить хочешь, — парень достал из-под стола бутылку и вставил в неё трубочку, поднося к губам Чона. Чонгук настороженно взял трубочку в рот и начал постепенно всасывать жидкость. Полость рта наполнилась обжигающей жидкостью, Чонгук, резко повернув голову, выплюнул жидкость в сторону. — Ой, кажется, я перепутал воду со спиртом, которым обрабатываю раны. Прости, — с язвительным тоном произнёс похититель. Парень поменял бутылку, достал новую трубочку и вновь поднёс к губам Чона. Чонгук сжал губы и отклонил голову в сторону. — Да не бойся ты, теперь точно вода. Мм? — поведение и голос этого парня, как-то не соотносились с его маской. Он казался ярким и радостным, вечно издевательски протягивал фразы, делал игривый тон, звонко смеялся, а вот его маска наводила лёгкий ужас и доставляла дрожь в коленях и не только. Она была чисто белой, выделялась на фоне остального мрака. На ней не было ничего кроме слезы, которая при разном освещении порой казалась кровавой. — Хочешь, я сам попробую, — парень приподнял маску и, поднеся трубочку к губам, сделал несколько глотков, — Ммм, какая вкусная вода, неужели тебя не мучает жажда? — Нет, — тихо прохрипел Чон. — Врунишка, — парень вновь поднёс трубочку к губам Чонгука, — пей уже. Смысла отказываться не было, если он и хотел его отравить, то этого было уже бы не избежать. В это мгновение этот псих мог сделать с Чонгуком все, что угодно. Не отравить — так ножом прирезать или задушить. Так какой смысл себя мучить? Если вдруг появится шанс сбежать, то лучше иметь для этого силы, а не ощущать себя иссушенным листом. Парень схватил трубочку губами и начал жадно всасывать жидкость. Он выпил бутылку целиком, а после с облегчением откинулся на руку. — Какой молодец, — парень убрал бутылку под стол, — ладно, кажется, пора заканчивать этот маскарад. Незнакомец медленно снял маску и положил её на стол. Теперь не только заостренные глаза смотрели на Чона, на него смотрело все лицо незнакомца, которое поражало своей красотой. Парень выглядел как модель, нет, даже лучше, он был похож на высшее существо. Узкие глаза, тёмные брови, аккуратные локоны свисали на небольшой лоб, изящный маленький нос с небольшой родинкой около правой ноздри, губы практически одинаковой пропорции. В целом лицо было небольшим и вытянутым, подбородок слегка выпирал вперёд. Не хватило бы никаких слов, чтобы описать красоту этих плавных черт лица, Чонгук был поражён. Впервые настолько поражён мужской красотой, что на несколько минут он даже забыл, что этот парень — его похититель. Он не был на него похож. Есть у человека в подсознании небольшой глюк, который при оценки человеческой внешности еще и накидывает ему ярлык. Таким образом некоторых людей мы сторонимся, потому что они похожи на преступников, а кого-то избегаем, считая продажными или гулящими, к некоторым тянемся, потому что они кажутся нам спасителями или даже героями. Но внешность обманчива и характер вместе со всеми внутренними составляющими совершенно никаким образом не зависит от внешности человека. Даже если вы намажете шоколад на доску, она все еще будет доской. — Теперь ты точно не выйдешь отсюда, хотя у тебя не было такого шанса и до этого, — теперь видя улыбку этого парня, Чонгука охватывало чувство ужаса, которое лишь расплывалось по клеткам, не переходя в дикий визг. Не только его заостренные глаза, в которых виднелось безумие и смех, который порой был заливистым и беспощадным, но теперь и эта дьявольская улыбка. Кажется, этот парень был рождён стать маньяком. Может он ребёнок дьявола? Другого объяснения у Чона не было. Теперь ему казалось, что внешность подходила ему прекрасно. В одно мгновение шедевр превратился в…шедевр. На стене висит картина, два человека из разных страх уже несколько минут внимательно ее рассматривают. На ней изображена кровавая схватка, в которой одна сторона явно берет верх. Человек слева стоит уверенно и с высоко поднятой головой, он гражданин государства, которое одержало победу, а человек, что находится справа, томно вздыхает и часто опускает взгляд вниз. Он не оглядывается по сторонам, не смотрит на других людей, он пытается сдержать боль внутри себя. Картина — это все еще шедевр, который просто каждый человек воспринимает по-разному, основываясь на своих знаниях и личном опыте. Псих взял со стола ножницы и поднёс их к Чону, парень встрепенулся и попытался отстраниться, но он все ещё был слаб, вода лишь медленно начинала проникать в кровь и придавать ему новый запас сил. Парень схватил его за футболку и притянул к себе. Аккуратным движением он вытащил заправленную ткань, улыбнулся и начал резать от низа к горлу. — Лучше не дергайся, иначе могу случайно задеть, — говорил так, как будто речь идёт о мелкой шалости. Кусочки футболки лежали на полу, а по оголенному телу пробегала лёгкая дрожь, когда холодный металл касался поверхности. Псих увлечённо, словно рисуя картину, проводил кончиками ножниц по груди парня. Он рисовал невидимые линии на теле и получал удовольствие от каждого лёгкого движения. Казалось, он вот-вот начнёт вздыхать от наслаждения, которое отражалось на его лице. — Ты боишься крови? — неожиданно спросил парень, отстранив ножницы от тела и убрав их в сторону. Чонгук с непониманием смотрел на собеседника и не знал, что лучше сделать: ответить или промолчать. Чтобы он не отвечал, внутри уже понимал, что, кажется, речь идёт о его крови, которая скоро может пролиться. Опустив голову вниз, Чонгук заметил небольшую подстилку, которая защищала покрытие, парень заметил его взгляд. — Не хочется постоянно мыть пол, да и кровь плохо отмывается, так что ты понимаешь… Когда Чон поднял взгляд на парня, тот уже держал небольшой нож в руках. Чонгук попытался сделать шаг назад, инстинктивно стараясь избежать опасности, но его шатнуло обратно, и он с испуганными глазами смотрел на блестящее лезвие. — Я аккуратно, — игриво говорил парень, уже приближаясь к Чону. — Неет-нее-ет, — Чонгук вновь попытался увернуться, вырваться, а псих, лишь сделав шаг назад, спокойно ждал. Ждать пришлось не долго, Чонгук несколько часов находился без сознания, до этого изнурял себя тренировками, уже давно нормально не ел, его тело было не способно к долгому и масштабному сопротивление и он это знал. Незнакомец сделал шаг вперёд, когда Чон обессиленно повис, еле держась на ногах. Лезвие коснулось места чуть ниже ключиц, Чон сморщился, попытался отстраниться, но ему не хватило сил. — Цсссссс, — прищуриваясь, шипел парень, пока кровь медленно начинала проявляться сквозь небольшую трещинку в теле. Парень собрал несколько капелек на нож и поднёс его к своим губам, аккуратно слизывая с поверхности и пронзая Чона своим взглядом. Чонгук смотрел на него в ужасе, видя свою кровь на его языке и губах. Псих приблизился к телу, аккуратно слизнув оставшуюся кровь, что медленно сочилась из раны. Закрыл глаза и тихо наслаждался, словно это был лучший десерт в его жизни и он, как истинный профессионал, старался распознать каждую нотку. «Что за черт?!», — с ужасом мелькнуло в голове Чона. Похититель взглянул на часы. — Мне пора. Ты, наверное, хочешь в туалет, да? Чонгук ощутил желание, о котором до этого не думал. Он через силу кивнул головой, ему не хотелось ни о чем просить этого человека, не хотелось отвечать на его вопросы, принимать от него воду, но иного выхода у него не было. И он понимал, что слишком быстро становится его ручной игрушкой. Теперь все его действия контролирует он. Парень с улыбкой сделал шаг к нему, встав в плотную. Чонгук, испугавшись, отодвинул голову назад, а после ощутил его ладони на своём ремне. Парень быстро расстегнул джинсы и стащил их вниз. Чонгук с беспокойством смотрел на происходящее и не ожидал такого поворота событий. Он думал тот отстегнет его или ещё что-то, но не ЭТО. Пока Чонгук думал и волновался, парень уже стянул его джинсы и боксеры. Он достал пустую бутылку и, взяв член Чона в руки, подставил головку к горлышку. Чонгук с ужасом смотрел на лицо похитителя, ощущая эти мягкие пальцы на своей коже. — Нууу, — спокойно протянул парень, словно это было самым обычным явлением, — да брось, не будь ребёнком. Я тороплюсь. Если бы Чонгук был ребёнком, отнестись к такой ситуации было бы проще, он бы еще не был настолько пропитан правилами, стереотипами и моралями общества, а так. Взрослый незнакомый парень держал в руках его член, приставляя головку к бутылке, чтобы тот мог утолить нужду. Чонгук чувствовал стыд и отвращение. Но он понимал, что не может ничего сделать и заставлял себя терпеть все, ожидая возможности, чтобы вырваться из этого кошмара. Он быстро понял, что ему не хватит сил просто вырваться, не хватит способностей сбежать, только если он все это хорошенько не продумает или ему повезёт — появится идеальная возможность для его побега. Все было маловероятно и практически невозможно, но его сознание еще было готово к борьбе, дух еще не пал и пытался найти выход. Он расслабился и желтоватая жидкость полилась струёй. — Хороший мальчик. Псих закрутил крышку и, завязав бутылку в чёрный мусорный пакет, поставил в сторону. Он быстро одел Чонгука, застегнул ремень и достал небольшую коробочку с нижней полки металлического стола. Простоял за ним несколько секунд, а после повернулся к Чону, держа в руках пластырь. Он налепил его на небольшую царапину, из который недавно выпало несколько капелек крови. Порез был осторожный, небольшой и можно было бы даже сказать профессиональный, если бы это было профессией. — Заживёт быстро. Незнакомец надел обратно свое белое пальто и, взяв чёрный пакет, вышел из помещения. Чонгук увидел рассвет, который быстро исчез, как только дверь с грохотом закрылась.