Доля музыканта сложна и полна лишений.

На сцене стояли ребята лет пятнадцати, может семнадцати. Один из них очень напоминал тебя - такие же длинные неухоженные волосы, цепь на штанах, очки в почти такой же оправе. И это было удивительно. Ты будто на свою старую фотографию смотришь. —Неплохо играют, правда? Сейчас твоя любимая часть будет. Иван выкинул тебя из глубокого размысла о том, как два человека могут быть так похожи, а что ещё страннее, так это то что Иван этого упорно не видит. И кстати, как только ты отвлёкся, ты услышал что играют эти парни. Это твоя песня. Вот почему тебя так подначивал твой друг. Ты был невероятно польщён, по телу расползлось приятное тепло, а щеки слегка порозовели. И играли они весьма недурно. Даже очень неплохо, для подростков. Я достал блокнотик, вырвал оттуда листочек, взял ручку и написал на нём свой номер и подписал под ним свое имя. Как только песня кончилась, ребята поклонились и собрались уходить. Однако, я успеваю пробраться к сцене и одергиваю гитариста за штанину. Он повернулся и странно посмотрел на меня, однако взял бумажку из твоих рук. Как у него сразу лицо поменялось. Тебе стало забавно и ты рассмеялся. Удивительно, что даже спустя пол-года твоего отсутствия в музыкальной сфере, тебя до сих пор помнят. Не успел ты моргнуть, как на сцену уже выходит другая группа. И... Еб твою мать, они хороши. Они не берут драйвом, не играют дешёвый рок-н-ролл. Это был тот экспериментал по которому ты был голоден, со времен первого альбома Deep Purple. Вся группа с каждым тактом не играла хором, они все вместе составляли один аккорд. Гитарист играл квинту, бассистка играла терции чтобы обозначить мажорность или минорность аккорда. Вокалист допевал седьмые, девятые ступени, децимы. Да и текст был хорош. "O cannot believe that's the world, We were fighting for, We were defending from. I cannot believe we're heroes, They were waiting for, Broken expectanions..." После этого куплета бассистка стала подпевать на фоне и её голос... Он просто обворожителен. И вместо того чтобы бегать глазами по всему залу, я устремил на неё все свое внимание. У неё был чудный французский акцент и бархатистый голос. И когда она пела, она поймала на себе мой взгляд. Она вгляделась в моё лицо, слегка приподняла брови и улыбнулась. Что..? Она узнала меня? Может я её знаю..? Знал когда-то? Всё что я смог сделать, это улыбнуться в ответ, почуствовав жар на кончиках ушей. Они играли, а ты все держал с ней зрительный контакт. Тебя подтолкнули в бок. Иван ехидно смотрел на тебя, что-то попивая из стакана. Ты отвлёкся и перевёл свой взор на него. Встряхнулся и вернулся в реальность. —Что? —Ты сам знаешь что я сейчас скажу. —Поэтому я тебе скажу, чтобы ты заткнулся до того, как ты это скажешь. И нет, это не то о чем ты думаешь. Мне просто кажется что она меня узнала, а я её нет. Может я её где-то видел..? Он также ехидно посмеялся. —Ну да, конечно. Узнала она тебя. Я недовольно хмыкнул и перевёл взгляд вновь на бассистку. А она его с меня и не сводила. Они наконец-то отыграли песню. Если бы ещё пару реверансов в стиле резких переходов в негативную гармонию, ты бы наверное прямо тут бы умер от музыкального экстаза. Загадочная бас-гитаристка пыталась отдышаться, а потом жестом подозвала к сцене. Тебе осталось только послушно подойти к ней. Она присела на корточки и сказала тебе на ухо: "Увидимся за пабом." Чёрт, это просто волшебно. Загадочно, непонятно, ты был голоден до таких вещей, ещё со своих шестнадцати. Ну... Ты перекинулся многозначительным взглядом со своим другом и вышел на улицу. Воздух сегодня был особенно прохладным, падал снег, что приятно хрустел под ногами. Ты поправил выбившиеся пряди волос, еле как застегнул куртку и пошёл за бар, встав возле чёрного входа. Они вышли, слегка смеясь и как только увидели тебя слегка успокоились. Только ты хотел что-то спросить, тебя опередил их вокалист. —Ты Иштван Кёртис, верно? Всё-таки тебя узнали. —Да. А что? —Ничего такого, мы просто вдохновлялись твоей музыкой с самого начала, Берта вообще стала на басу играть только из-за твоих песен. Басистка покраснела и отвела взгляд, убрав руки в карманы. Это... Ты только чувствуешь что твои глаза предательски давят слезу. —Я очень польщён. Рад знать что моя карьера была не бесполезна. Что моя музыка вдохновила вас написать этот хит. Я давно ждал что кто-то будет писать такой арт-рок, что будет экспериментировать с подачей. Вы большие молодцы, ребята. Особенно Берта. Она не просто долбит первые ступени, а играет разнообразно и ритмически, и музыкально. И голос у тебя невероятно красив. Она смущенно почесала затылок, залившись краской до кончиков ушей. —Спасибо. И вновь этот французский акцент. Ты тоже слегка покраснел. —Слушай. Я понимаю, что это невежливо, но нам пора идти. Наш автобус скоро уезжает... Вокалист посмотрел на часы. —Нам может понадобится твоя помощь, ты же не против если мы тебе позвоним в ближайшее время? Ты согласно кивнул, а вокалист сразу достал телефон. Ты продиктовал ему свой номер, пожал ему руку и они пошли через переулок к автобусной остановке. Когда они уходили, Берта обернулась и помахала тебе рукой. Ты сделал то же самое в ответ.