Зарождение Героя Меча

      Шагнув в широкий проем, Рэн скользнул взглядом по склонившимся в поклоне стражникам, все еще держащим огромные двери распахнутыми, и продолжил путь внутрь, слыша как закрывается вход в тронный зал.       Сидящий на троне Король внимательно наблюдал за идущим к нему Рэном, как и двое советников, стоящих по бокам от королевского трона. Смотря в их сторону, Рэн скосил взгляд вбок, на пустующий трон возле короля, который раньше всегда игнорировал. В этот же раз в его голове пронеслась череда мыслей, оканчивающихся недавним воспоминанием…       «Король и его сторонники — это не королева ратующая за союз с полулюдьми, Герой-сама, — возбужденно говорил работорговец, с широкой ухмылкой смотря на Рэна, — Король готов идти на уступки ради своей королевы, но его позиция от этого не изменится — его имя до сих пор вселяет страх в сердца полулюдей, и не просто так. Слава эта все еще довлеет над Шильтвельтом, вселяя большие опасения, и не просто так…»       — Вы вызывали меня, Ваше Величество?       Остановившись неподалеку от трона, Рэн напряженно уставился на короля, ожидая ответа — зачем его вызвали сюда сразу же после возвращения.       — Приветствую тебя Рэн-доно, — кивнул король парню, — да, я хотел поговорить с тобой, так как услышал много чего… обеспокоившего меня.       На этом моменте, король еще больше выпрямился, и твердо взглянул в глаза Рэна.       — Я услышал, что ты хочешь освободить рабов в столице, и для этого уже приложил немало усилий.       В этот момент он мельком бросил взгляд на стоящего справа генерала:       — Генерал Бадер уже доложил мне о преступлении работорговцев Марки, осмелившихся порабощать моих подданных, и я согласен с твоей точкой зрения — это недопустимо. Однако.       В этот момент он хмуро всмотрелся в глаза Рэна:       — Это отношение не распространяется на нелюдей, — голос короля приобрел стальные оттенки, — такова моя воля!       — Я слышал об этом, Ваше Величество, — ответил Рэн, — однако предложенный мной вариант…       — Недопустим, — резко прервал его король, — для перевоза нелюдей, придется ослабить оборону столицы, и я не вижу причин, которые могли бы оправдать подобный шаг.       — Оборону столицы? Как я знаю, на город никто не планирует нападать. И неужели для сопровождения нужно выделить такое огромное количество людей? В городе что, настолько много рабов?       При последних словах Рэн прищурил глаза, снова встречаясь взглядом с королем.       — Немало, — спокойно кивнул король, — и даже по примерным прикидкам, потребуется много людей для сопровождения. И все это ради того, чтобы подарить Шильтвельту пачку нелюдей, что поднимут оружие против Мелромарка? Не бывать этому!       На последнем моменте король стукнул кулаком по подлокотнику трона.       «Почти все так, как и говорил тот гад», — пронеслось в голове у Рэна.       — Значит, вся проблема заключается в том, что это принесет лишь проблемы Ваше Величество? — уточнил Рэн, — Поэтому вы готовы оставить этих людей умирать в рабстве?       — Они не люди, Рэн-кун, — поправил его король, — возможно, тебе это неизвестно, Рэн-кун, однако нелюди — это звери. И девять лет назад… — в этот момент король ненадолго прервался, слегка опустив взгляд, но затем продолжил, — девять лет назад, все узнали это слишком хорошо.       В этот момент, он прямо посмотрел на Рэна.       — В тот день… — Король прервался, — я… я…       Судорожно вздохнув, Король на несколько секунд замолк, смотря вниз. Затем, с трудом, он снова поднял взгляд на Рэна:       — …я потерял своего сына. В этом самом замке. Он умер на моих собственных глазах…       Руки на подлокотниках трона сжались, а в глазах короля начала прорезаться дикая ненависть.       — Именно нелюди, именно они были повинны в этом! — последние слова он почти кричал, — Поэтому — мне плевать, даже если весь их род сгниет в тюрьмах и грязных канавах!       Последние слова он произнес встав с трона и со скривившемся лицом смотря на Рэна.       — Поэтому — я не буду выделять ни одного солдата для этих тварей. Такова моя воля, — на последних словах он глубоко вдохнул, выдохнул и снова вдохнул, прикрыв глаза.       Смотря на вспышку короля, Рэн понял, что как бы противны не были слова работорговца — использовать их все же придется.       «…разве что нужда в деньгах и возможность пройтись по гордости Шильтвельта смогут изменить мнение Короля, но более я не знаю что бы могло вам помочь.…»       — Ваше Величество, — снова поднял голову Рэн, — вы говорили, что не видите ни одной причины для этого дела. А если таковые найдутся?       — Рэн-доно, — король открыл глаза, и еще более хмуро уставился на Рэна, — я уже произнес свое слово, и хоть вы и Герой, я сомневаюсь, что вам есть еще что сказать по этому делу.       — Есть, — кивнул Рэн на слова короля, — ваши советники говорили, что главной причиной отказа от освобождения рабов является недостаток финансов в королевской казне. В таком случае — почему бы просто не, — Рэн на мгновение остановился, но все же закончил предложение, — продать рабов тому же Шильтвельту?       На эти слова взгляд короля немного изменился.       — Продать Шильтвельту?       — Да, — кивнул Рэн, — это поможет и быстро пополнить королевскую казну, и надавить на его гордость, вынудив потратить средства на их выкуп. Разве это не достойная причина?       — Причина, говоришь… — король задумался.       — Разве как Король, вы не обязаны думать о благополучии подданных, особенно сейчас? — еще надавил Рэн.       Король бросил на него недовольный взгляд, на который Рэн ответил своим взглядом. Некоторое время они молча смотрели друг на друга, а затем король, не отводя взгляда, произнес:       — Советник Керс?       Стоящий слева от него полный мужчина, спокойно, но быстро произнес:       — Королевской казне и правда бы не помешало пополнение бюджета, произошедшее в Сеавете весьма заметно ударило по ней, и хоть Вторая Волна и была отражена Героями, некоторые неудобства выжившие монстры еще будут доставлять что также сказывается на выплатах стражам, авантюристам и населению для восстановления разрушений. Продажа полулюдей в Шильтвельт сможет отчасти компенсировать потери из-за Волн, и даже если о покрытии даже половины затрат увы, речи даже идти не сможет, я за вариант с продажей рабов. Деньги казне не будут лишними ни в какой мере, а сумма все же ожидается приемлемая относительно рисков и затрат.       — Генерал Бадер? — снова подал голос король, все также хмуро глядя на Рэна.       — Шанс нападения монстров на столицу очень низок, даже с учетом того, что Волна прошла недалеко от нас — сопроводить караван до границы с Шильтвельтом и вернуться назад до начала новой Волны войска точно смогут — даже в самом худшем случае, у возвратившихся войск будет неделя времени, чтобы подготовиться к новой Волне. Разве что на границе может начаться бой с полулюдьми, однако шансы на это чрезвычайно низкие.       — Хм…       Король на некоторое время задумался, не сводя взгляда с Рэна.       — Хорошо, — с небольшим оттенком недовольства произнес Олткрей, — раз ситуация складывается таким образом, нелюди будут изъяты у работорговцев, нарушивших законы Мелромарка, вместе с людьми, и проданы Шильтвельту для пополнения королевской казны. Генерал Бадер — планирование операции по освобождению рабов ложится на ваши плечи. Советник Керс — вы обговорите с Церковью все детали обеспечения освобожденных граждан всем необходимым и снабжением… нелюдей всем, что нужно в дорогу.       — Будет исполнено Ваше Величество, — низко поклонился тучный советник.       — Будет исполнено Ваше Величество, — кивнул и самую малость поклонился генерал.       — Добавлю одну важную вещь, — снова привлек к себе внимание Рэн, — один из работорговцев — Беллоукас, уже знал, что планируется штурм работорговцев в ближайшие дни.       — Что? — сначала удивленно, а затем раздраженно и зло донесся голос короля.       Его взгляд метнулся к генералу, который хмуро и удивленно смотрел на Рэна, и до ушей короля донесся его негромкий шепот «Крыса?».       — По его словам, он следил за мной и перемещением войск в замке, а также некоторыми советниками, — на этом моменте он посмотрел на советника и генерала, — по его словам он никому ничего не рассказал, и для подстраховки я привел его с собой, чтобы он точно не смог ни с кем связаться. Сейчас он ожидает в одной из комнат замка, однако я не знаю, смог ли бы кто-то узнать то же самое иными путями. Поэтому попрошу заняться штурмом как можно быстрее.       — Штурм будет проведен этой же ночью, — хмуро произнес генерал, — и я лично буду в нем участвовать. Да и стоит побеседовать с этим… Беллоукасом лично.       При последних словах он нахмурился еще сильнее, и бросил взгляд на двери из зала.       — Я также буду участвовать в штурме, — снова привлек внимание генерала Рэн, — как и Мотоясу-кун. Я рассказал ему, а также своим спутникам о намечающемся штурме, и они будут участвовать в штурме.       — Герой Копья? — на секунду генерал задумался, а затем его брови разгладились, — Думаю с его и вашей помощью, никаких эксцессов быть не должно, да и спутники Героев будут не лишними. Вечером за вами придут, поэтому попрошу вас на это время не покидать замок, Герой-доно.       — Без проблем, — пожал плечами Рэн, а затем что-то вспомнив, добавил, — я хотел бы посетить замковую оружейную и посмотреть на все имеющиеся в ней мечи.       — Оружейную? — с ноткой недоумения уточнил генерал.       — Копирование оружия, — кивнул король, — разумное решение, хотя я удивлен что ты только сейчас к этому пришел Рэн-кун. Хотя я все равно не думаю что там будет что-нибудь что тебя удивит, однако лишняя прибавка к характеристикам никогда не бывает лишней.       Рэн на это немного недовольно кивнул.       — Генерал Бадер, — повернулся король к мужчине, — передайте стражам на входе приказ сопроводить Героя Меча в оружейную, а сразу после — займитесь подготовкой к штурму.       — Слушаюсь, Ваше Величество, — склонил голову.       — А я поговорю с его Высокопреосвященством, — произнес советник, и уже чуть тише добавил — нас ожидает, трудная ночь…

***

      Сидящий на стуле Беллоукас с интересом смотрел на входящего в комнату мужчину со шрамом пересекающем глаз, синей кожаной броне и приметным ему на его поясе мечом, с синими камнями, инструктированными в рукоятку и в навершие клинка. О «Кресте» он был наслышан, как и о его владельце — генерале Бадере, однако увидеть его вживую, было не тем, что он ожидал или хотел.       «Жизнь бывает довольно неожиданной, но в этом же ее плюс, — продолжая ухмыляться размышлял Беллоукас, наблюдая за идущим к нему мужчиной, — любая неожиданность — это новая возможность для получения выгоды, о да-а».       — Беллоукас Монкуулгус, — садясь напротив работорговца, произнес генерал.       — Бадер Найт, — вторил ему упитанный мужчина, не скрывая своей уверенной ухмылки.       — Не могу сказать, что мне доставит хоть какое-то удовольствие общение с тобой, — недовольно произнес генерал, наблюдая за собеседником, — ненавижу нелюдей.       — Что вы, уважаемый генерал хи-хи, — захихикал работорговец, — я человек, как и вы, был рожден от союза мужчины и женщины.       — Даже если по рождению и крови ты человек, — хмуро произнес генерал, — думаешь, я не знаю от кого вы пошли? Ваша внешность всегда будет выдавать ваших предков нелюдь.       — Среди моих предков нет полу или зверолюдей, — покачал пальцем перед своим лицом работорговец, — ц-ц-ц, так что у вас нет причин выказывать мне претензии на расовой почве.       — Только это и позволяет тебе торговать в Мелромарке без ограничений, — согласился мужчина, — однако в этот раз, ты зашел дальше, чем следовало — работорговец из Зельтбуля.       В этот момент генерал остро уставился в лицо упитанного мужчины, однако их взгляды не пересеклись, разделенные непрозрачными очками ухмыляющегося Беллоукаса.       — Значит с Героем-доно вы уже поговорили, — довольно произнес работорговец, — и как прошла беседа?       — Продуктивно, — ответил генерал, — узнал, что в замке нужно провести чистку, чтобы вытравить парочку крыс. Не хочешь помочь в этом?       — Ну что вы, — скромно произнес мужчина, — я ни в коем случае не крысолов, чтобы травить или ловить крыс.       — А стоило бы, — положил руки на стол генерал, — глядишь, была бы профессия на случай утраты основного дохода. Я слышал, у вас не очень жалуют неудачников, вытуренных из страны пинком?       — Весьма не жалуют, — печально покачал головой Беллоукас, — мне их даже отчасти жаль, но такова жизнь — кто побеждает — тот получает обе ставки, кто проигрывает — теряет свою.       — Их? — приподнял бровь генерал.       — Мой младший брат не очень хорошо справился в Шаласе, зато теперь спокойно работает с тетушкой в Шилдфридене, — пожал плечами тот, — океан, пляжи, парочка заведений… скука и лень, но такова уж его судьба. Зато нервы сбережет и плавать поучится.       — Себя ты в этой роли не видишь, — утвердительно произнес генерал.       — Не в ближайшей перспективе, — сложил руки на животе работорговец, — в конце концов — вам ведь нужен кто-то кто сможет выгодно продать рабов в Шильтвельт.       — Думаешь нам для этого нужен ты? — не изменил выражения лица генерал, — В городе много торговцев намного более верных и искусных чем ты.       — Первое — да, второе — нет, — покачал головой Беллоукас, — возможно в своих лавках, магазинах и на потном базаре они и являются мастерами пера и монет, однако продажа рабов — это иной бизнес, и правила в нем — другие.       На этом моменте, работорговец чуть припустил голову и через непрозрачные очки всмотрелся в глаза Бадера.       — В этом городе я один из немногих кто по-настоящему хорошо разбирается в этом деле. И что еще важнее — я в курсе деталей и нынешней обстановки в Шильтвельте, имею там знакомства что помогут продать рабов более выгодно нежели смогут другие.       Генерал некоторое время молча смотрел в скрытые за очками глаза работорговца.       — Да и будем честны — нет у вас времени искать кого-то лучше меня, — наклонил голову мужчина, — штурм должен пройти в ближайшие дни — меня штурмовать вы не будете, ибо людей-рабов у меня нет, а даже если захотите — я и так тут нахожусь.       Генерал молча рассматривал работорговца, тот также, не произнося ни слова наблюдал за ним. На некоторое время в комнате застыла тишина.       — Слухи о вашей непомерной изворотливости не врут, — наконец-то произнес генерал.       — Бизнес суров, — довольно начал Беллоукс, — но он все еще бизнес, и деньги приносить он может весьма немало, о да.       В этот момент он слегка приподнял голову:       — Убедить Героя-саму в том, что продажа рабов это самый правильный выход было не самой простой задачей, однако — это является реальностью.       — Так это ты подал ему эту идею? — полувопросительно спросил генерал.       — Я, — кивнул Беллоукас, — и многое иное также я, о да…       После этих слов, работорговец на миг погрузился в воспоминания, прокручивая в голове произошедшие час назад события…       …Застыв на месте, Беллоукас с облегчением смотрел на входящего в шатер парня, что не смотря на явные мешки под глазами и усталость на лице четко направлялся к нему. Шаги из одного угла в другой угол прекратились, и хотя беседа обещала быть не простой, уж лучше так, чем вообще пребывать в неведении.       — Приветствую вас, Герой-сама, — почти неспешно произнес Беллоукас, идущему к нему парню, — признаюсь честно — ваша деятельность изрядно удивила меня, и ваша инициативность превзошла мои ожидания и даже… пугает, в некотором роде.       — Рабство я презираю и ненавижу, — не очень громко, но твердо произнес парень, меря работорговца взглядом, — и пойду на очень многое, чтобы искоренить его отсюда.       — Хи-хи, я уже это понял Герой-сама, — неглубоко кивнул мужчина, — предлагаю продолжить нашу беседу наедине, чтобы не было никаких лишних ушей.       Не смотря на слова работорговца, сам Рэн не двинулся с места, пристально смотря на Беллоукаса.       — Я надеюсь урегулировать ситуацию мирным путем, Герой-сама, — довольно мягким голосом произнес тот, смотря на застывшего Рэна.       — Это вряд ли возможно, — твердо произнес Рэн, — не вижу смысла долго говорить — меня сейчас от тебя интересует только один ответ, на один вопрос.       — Я понимаю о чем вы, — сложил руки на своей трости мужчина, — и об этом мы также поговорим, однако сначала я хотел бы обеспечить приватность нашему разговору, а то мне довольно… неприятно разговаривать среди различных людей, рабов и теней, которые могут нас услышать.       Несколько секунд парень смотрел на него, а затем, молча направился к палатке. Повернувшись в сторону, Беллоукас махнул тростью в сторону нескольких магов, на что те едва заметно кивнули и тихо забормотали заклинания. Временами маги на службе могли обеспечить намного более эффективные чары для обеспечения приватности беседы, нежели иные артефакты.       — То, что вы сделали, Герой-сама, — начал Беллоукас, — показало мне что я ошибся в вашей оценке, о да…       — Ближе к сути, — прервал того парень, сложив руки на груди.       — Хорошо, — покладисто согласился работорговец, — из-за ваших действий в замке полным ходом идет подготовка к облаве на множество точек с местонахождением рабов, несколько часов назад мне донесли, что в кафедральном соборе идет подготовка к чему-то, и все это произошло после вашего посещения этих мест Герой-сама. Это не может не тревожить, Герой-доно. Я не люблю лишние конфликты, этим мое ведение бизнеса и отличается от моих коллег, и теперь, такие действия в городе, особенно для такого челове…       Резко схватив его за воротник, Рэн приподнял Беллоукаса вверх, заставив встать на цыпочки и напряженно произнес:       — Ближе. К. Сути. — четко и раздельно произнес он в лицо работорговца, — Откуда ты узнал о штурме?       — Я просто один из немногих, у кого в замке есть несколько правильных знакомств и должников, — чуть сильнее ухмыляясь и истекая потом, ответил мужчина, — спросить про несколько мелочей, как перемещение и подготовка стражи и отдельных гвардейских групп к чему-то, услышать про совещание обеих советников с некоторыми дворянами и командирами рыцарей, а также узнать кого вы посещали после своего ухода… все это позволяет правильно сопоставить факты и понять к чему все идет…       Хватка на воротнике чуть ослабла.       — И Герой-сама, — продолжил работорговец, — вместо того чтобы бежать или экстренно эвакуироваться из города — я попросил вас прийти сюда. Я хочу поговорить с вами, поэтому… не могли бы вы отпустить меня?       Секунду смотря в скрытые за очками глаза работорговца, парень разжал свою хватку, и мужчина ловко выпрямился и мгновенно поправил свой фрак, снова выглядя опрятно и богато — хотя все еще довольно безвкусно на посторонний взгляд.       — У тебя есть пять минут, чтобы убедить меня, что я не должен отвести тебя к замковой страже прямо сейчас.       Беллоукас ухмыльнулся чуть шире — ход мыслей черноволосого парня он видел как на ладони, и понять, зачем тот захочет задержать его хотя бы на пару дней, было несложно.       — Для начала, ответьте: как вам удалось убедить начать подготовку к штурму? Король и Советники бы ни за что не согласились на это — как вам удалось убедить их в этом?       Это был самый главный вопрос, волновавший работорговца — Король искренне ненавидел полулюдей, его правая рука — генерал Бадер всецело разделял это чувство, а левая — советник Керс больше заботили деньги, состояние казны и королевских дорог в чем немалую роль играл в том числе и труд рабов. Ни один из них бы не согласился на отмену рабства — это был абсурд с любой точки зрения… однако он ясно видел к чему все идет, и теперь лихорадочно пытался понять, что же такое сделал Герой Меча, чтобы за сутки изменить их мнение?       Сам подросток, презрительно смерив взглядом работорговца, и негромко, но твердо ответил:       — Люди — они изменили их мнение. Хотя, ты вряд ли поймешь, — на последних словах его взгляд стал более странным, оглядывая Беллоукаса сверху вниз.       Однако услышавший его работорговец на несколько секунд застыл, а затем начал тихо трястись и до ушей парня донеслось негромкое, но все более отчетливое хихикание.       — Конечно же, хи-хи-хи, — бормотал работорговец под нос, — это ведь действительно сработало бы… особенно если это Герой…       — Что ты бормочешь, — нахмурился Рэн, еще неявно, но уже теряя контроль над ситуацией.       — Теперь Герой-сама, — прекращая хихикать, начал работорговец, — я понимаю даже больше, нежели вы сами. Более того, — на этом моменте он смерил взглядом парня, еще сильнее ухмыльнувшись, — я уверен, что вы сами не до конца понимаете что сейчас происходит и что вы сделали… однако за свой бизнес, я теперь целиком спокоен.       На этих словах Беллоукас сложил обе руки на своей трости, и прямо посмотрел на Рэна сквозь свои непрозрачные очки.       — Что это значит, — самую малость повысил голос парень.       — Теперь я уверен в том, что на мой бизнес нападений не будет и теперь, я…       Парень снова схватил работорговца за воротник.       — … в знак признательности за этот факт расскажу вещи, что весьма заинтересуют вас, однако, — в этот момент работорговец приподнял голову и ухмыльнулся в лицо парня, — это займет чуть дольше оговоренного вами срока.       — Еще немного времени у тебя осталось, — хмуро ответил парень, отпуская воротник, — так что постарайся в него уложиться.       — Я уверен что вам удалось убедить начать штурм тем, что среди рабов находятся люди, и именно на их освобождение в первую очередь и будут направлены усилия замковых войск и Церкви — освобождение от рабства и дальнейшее устройство рабов-людей… но не полулюдей.       На этом моменте работорговец еще более пристально всмотрелся в лицо Рэна.       — Однако, видя ваш настрой и отсутствие беспокойства по этому поводу, ясно что вы уже смогли решить эту проблему, не так ли?       Хоть в голосе работорговца и слышалось несколько вопросительных ноток, парень молчал, и пристально рассматривал работорговца, явно о чем-то напряженно думая.       — Вы пытаетесь освободить рабов и избавится от рабства в Марке, — размеренно начал Беллоукас, размышляя над представшей задачей, — однако пойти по стопам давнего Героя Молота вы не можете, так как это Мелромарк, а не рухнувший Крильзалис, а значит…       Работорговец на секунду замолчал, стуча на удивление длинными пальцами по трости, напоминающими паука.       — …остается… только… увезти их! — на этом моменте он снова поднял голову и посмотрел в лицо парня, — А так как Сеавет более не является пристанищем полулюдей Мелромарка, то единственный выход — иные страны.       Рэн продолжал молча смотреть на работорговца, однако теперь на его лице играло несколько эмоций. Удивление, сомнение, опаска… однако они быстро прошли, оставив место холодной сосредоточенности. Беллоукас по опыту мог сказать, что хоть сейчас и поднялся в глазах Героя, но не только как человек, но и как опасность, с которой надо считаться… и разбираться.       — Ты прав, — кивнул парень, наблюдая за работорговцем, — однако, с чего ты взял что это поможет тебе не попасть в замковую тюрьму, куда ты сейчас отправишься?       Беллоукас еще раз ухмыльнулся, ощущая как по спине течет пот, и произнес:       — Я понял вас Герой-сама, но должен спросить.       После этих слов, работорговец стукнул тростью по полу и резко спросил:       — Герой-сама, вы понимаете, что вы чуть не начали личную войну с властью Мелромарка?       — Что… ты имеешь в виду? — после значительной паузы, спросил парень.       — Для начала, — работорговец глубоко вдохнул и на выдохе продолжил, — на текущий момент в Мелромарке рабство занимает очень важное место во многих сферах. Вам, как Герою, готовы пойти на встречу и освободить рабов в этом городе, учитывая, что и повод есть — спасение рабов-людей. Рабы будут освобождены — но только из мест, где есть рабы-люди, поэтому моему бизнесу ничего не угрожает. Заодно, ради вас пойдут навстречу и освободят полулюдей, из-за вашей прихоти как Священного Героя или искреннего желания — это неважно, ибо и немалую долю ответственности берете именно вы. Но главное здесь иное, а именно то, — Беллоукас особо выделил последнее слово и внимательно всмотрелся в лицо парня, — что все считают, что вас возмутило именно присутствие рабов в этом городе. Как в столице Мелромарка, его главной части, или просто как в месте, где вы были, главное — что вы ограничились только им. Но… так ли это на самом деле?       Некоторое время они смотрели друг на друга. Беллоукас уверенно улыбался, наблюдая за подростком, а Рэн мерил взглядом работорговца, не давая понять, о чем думает сам.       — Рабство есть рабство, — наконец-то произнес Рэн, — и его искоренение, это то, что должно делать любое нормальное государство. И любой нормальный человек.       — И ради этого вы готовы прямо сейчас вступить в войну с властями Мелромарка? — прямо спросил работорговец, — С другими работорговцами и охотниками на рабов? Король и его сторонники — это не королева, ратующая за союз с полулюдьми, Герой-сама. Король готов идти на уступки ради свей королевы, но его позиция от этого не изменится — его имя до сих пор вселяет страх в сердца полулюдей, и не просто так. Слава эта все еще довлеет над Шильтвельтом, вселяя большие опасения, и не просто так. И, ежели они решат, что вы готовы бороться со всем Мелромарком в этом вопросе… Хи-хи-хи…       Работорговец радостно захихикал под хмурым взглядом Рэна.       — В истории Мелромарка было несколько случаев, когда кто-то из почитаемых Церковью Героев, становился врагом Мелромарка, как тот же Герой Лука из Хайкадзуи, или как его называет Церковь — Самозванец Лука.       На этом моменте работорговец негромко хмыкнул.       — Все Священные Герои что враждуют с Церковью Мелромрака объявлялись Ложными Героями — самозванцами, получившими Священное Оружие по ошибке и недостойные его. И чтобы они не пятнали репутацию истинных Героев, их можно убить, ибо это не является грехом. Таким образом, я вынужден вас спросить Герой-сама. Вы действительно хотите продолжить искоренение рабства в Мелромарке?       Парень напротив работорговца задумался. Беллоукас буквально видел как у того в голове роятся мысли, сопоставляя факты и ища какой-либо выход. И из того что он понял про этого человека — он был достаточно рассудительным чтобы принять правильное решение.       — Королева, — наконец-то произнес он, — ты сказал, что она ратует за мир с полулюдьми.       Беллоукас улыбнулся чуть шире — в этом была сила и слабость парня — он умел помнить детали и делать из них правильные выводы — но это также и помогало следить за его ходом мыслей, тем как он размышляет.       — Королева, как глава Мелромарка проводила политику по сближению с полулюдьми в последние десятилетия. Однако на текущий момент она находится за пределами государства на собрании правителей, далеко на Западе, в землях Фобрея и занимается внешнеполитическими вопросами. Неизвестно когда она вернется, однако до тех пор, влиять на Мелромарк она не сможет, ибо Король в ее отсутствии пользуется всей полнотой власти.       Стоящий перед ним парень несколько секунд молча переваривал сказанное, а затем потянулся к карману и вытащил книжку и кристалл-ручку, чтобы что-то записать в ней. Беллоукас спокойно следил за этим, видя, как напряжено лицо Героя, как он явно размышляет о чем-то не самом приятном, прикидывает варианты, ищет выход и возможности…       Резко захлопнув книжицу, Рэн снова посмотрел на работорговца:       — Ты знаешь, какой уровень у самых высокоуровневых бойцов Мелромарка?       Беллоукас даже восхитился этой наивностью. Донеси он весь этот разговор и особенно последний вопрос текущей Мелромаркской власти, и Герой бы уже через неделю был бы скорее мертв нежели жив… если бы он донес этот разговор.       — По слухам, уровень самых элитных отрядов короля в районе восьмидесятых уровней, а некоторые из воинов даже преодолели рубеж в восемьдесят пять уровней, как генерал Бадер.       Застыв на десяток секунд, парень издал негромкий вздох и его пальцы чуть сжали краешки книги, а затем расслабились. На лице Беллоукаса улыбка стала чуть более широкой и радостной.       — Даже если так, — говоря будто бы с самим собой, произнес Рэн, — дело в городе будет доведено до конца, как бы там ни было.       — Хи-хи-хи, — еще раз довольно хихикнул Беллоукас, — вижу, вы уже начали планировать, как будете разбираться с Мелромаркской властью, мной и моими коллегами, не так ли?       Прищуренный взгляд парня брошенный на Беллоукаса, содержал отнюдь не положительные эмоции, а скорее что-то отрицательное, и задумчивое.       — Советую вам для начала заручиться поддержкой Королевы, когда та возвратится. Думаю — вам это будет очень кстати, Герой-сама.       — Ты… ни о чем не беспокоишься? — после паузы спросил парень, — Не боишься?       — Хоть поначалу я и неверно оценил вас, Герой-сама, — начал отвечать Беллоукас, — однако теперь уверен в своих выводах, а раз я прав — то и беспокоиться мне не о чем.       — А ведь тебе есть о чем беспокоиться, — к удивлению Беллоукаса, в голосе парня прорезались нотки иронии, — я ведь все равно собираюсь освободить всех находящихся здесь рабов, и не когда-то потом — а вместе со всеми прочими в городе.       На секунду задержав взгляд на глазах Рэна, работорговец будто бы наяву увидел желание парня приставить кого-то к шатру, чтобы работорговец и его товар не сбежал.       — Я и сам отдам своих рабов в дорогу к иной стране, — тем же тоном ответил он парню, — даже более того — приставлю небольшую партию сопровождающих, чтобы продали товар повыгоднее, но не перегибая палку.       В этот раз в глазах парня понимания он не увидел, а скорее недоумение. И это слегка обеспокоило Беллоукаса.       — Продать товар? — одновременно недоуменно и хмуро спросил парень.       Несколько секунд смотря на парня, работорговец произнес пришедшую к нему неприятную догадку:       — Герой-сама, — медленно начал он, — только не говорите мне, что вы хотите отослать рабов в другую страну… просто так?       Увидев легкий кивок от парня, работорговец ненадолго застыл, делая очередную пометку в своей голове к такому человеку как Герой Меча, но в этот раз — восхищенно-негативный: «умен, но слишком идеалистично-наивен».       — Герой-сама, — осторожно начал он, — король Олткрей на такое никогда не пойдет, ибо для него такое развитие событий… невообразимо. Одного его слова хватит чтобы пресечь это, и я уверен — он его скажет когда все услышит, а теперь я уверен — он об этом пока или не слышал, или узнает только сейчас, — полученная информация вызывала одновременно недоумение от ситуации, восхищение от удачливости героя, и интерес к тому, закончится ли все так как определил сам Беллоукас, — разве что нужда в деньгах и возможность пройтись по гордости Шильтвельта смогут изменить мнение Короля, но более я не знаю что бы могло вам помочь. Уж точно не ваши убеждения, Герой-сама, о да…       … Погружение в воспоминания заняли лишь мгновение для работорговца — одно из немногих достоинств доставшееся от предков, и он вернулся в реальность.       — …и из-за этого, о том, что Герой вернется к этой теме можете не волноваться — Герой Меча-доно довольно рассудительный человек, и понять что угроза, которую несут Волны более важна, смог почти сам. Я лишь… слегка подтолкнул его к этой мысли.       — Хм… — генерал, молча сверлил его взглядом.       — Хм, — негромко хмыкнул работорговец, наблюдая за генералом.       — Вопросом о продаже рабов занимается королевский советник, — наконец-то произнес генерал Бадер, — обсудите этот вопрос с ним. А у меня же есть еще дела на эту ночь, а я итак потратил здесь время.       — Пятнадцать минут, генерал Бадер, — не смотря по сторонам, произнес работорговец.       — Много, — недовольно произнес мужчина, идя к выходу, — слуги принесут вам закуски и вино, пока ожидается возвращение советника, до тех пор — не покидайте комнату, чтобы не было эксцессов.       — Конечно генерал, — довольно кивнул работорговец, — конечно…

***

      — Значит, это и есть логово работорговцев? — с интересом посмотрел на переулок Мотоясу, — Как-то не очень впечатляет.       Видя обшарпанные стены, несколько грязных луж, стену преграждающую переулок и двери сбоку от стены, становилось ясно что это место ни особо убирать, ни улучшать никто не пытался уже многие годы, хотя темнота наступающей ночи и скрывала множество недостаток и грязи, даже видимого было достаточно, чтобы понять, это явно не богатый район.       — И зачем мы вообще пошли в такое место, Мотоясу-кун! — в который раз возмущенно произнесла красноволосая девушка, недовольно смотря по сторонам и бросая взгляды на парня.       — Ну Малти, я же уже сказал, что это задание по обезвреживанию работорговцев, — легкомысленно ответил Мотоясу, шагая к двери, — да и лейтенант тоже ведь это говорила, не так ли?       В этот момент он скосил взгляд в бок и ярко улыбнулся идущей неподалеку женщине в доспехах, что чеканила шаг вровень с ним.       — Операция разработана под началом генерала Бадера, и начнется через полторы минуты, когда группа внутри обеспечит сохранение жизней рабов под печатями, а группа на втором входе начнет штурм, Герой-сама, Ваше Высочество, — напряженно произнесла та.       — Ох, могли бы и без нас обойтись, — все еще недовольно произнесла Малти.       — Рэн-кун попросил помочь, как ему было отказывать, когда он был такой серьезный? — слегка виновато произнес Мотоясу, — Да и после этого обязательно отдохнем в той кафешке, не так ли, Лести, Елена?       — Поддерживаю Малти-сама, — кивнула розоволосая девушка, — вы ведь и сами помните, какие там потрясающие пироженки?       — Угу, — кивнула девушка с огромной шляпой.       — Герой-сама, время почти настало, — привлекла внимание Мотоясу лейтенант.       — Конечно же — леди-милашка, — подмигнул той парень, и крутанув копьем, шагнул к двери неподалеку, — побыстрее управимся и побыстрее уйдем!       С таким оптимистичным настроем, Мотоясу направил копье на дверь, и выкрикнул:       — Эрст Джевелин!       Штурм — начался.