Crush on Coffee Guy

В колледже было отлично. Он стал его спасением, как Йен и предполагал, пока надрывал свою задницу ради хороших оценок в старшей школе. Родившись на Южной Стороне и в семье, которая едва сводила концы с концами, Йен знал, что не сможет финансово позволить себе поступить куда-то за пределами штата, или поступить вообще. Поэтому он усердно трудился, чтобы получить стипендию - так он и оказался в Висконсине. Это и рядом не стояло с Халстед Стрит*, и тем более со всем тем дерьмом, с которым он сталкивался в Чикаго: несмотря на то, что он был сконцентрирован на учебе, Йен все равно находил время для кучи проблем, от которых в итоге он так сильно устал. Но в Мэдисоне все было по-другому. У Йена появилась возможность начать все с чистого листа. Никто в Университете Висконсина не знал, каким было его прошлое. Он был тем, кем всегда хотел быть: Йеном без нахлебника-отца и требовательных братьев и сестер. Он был сам по себе, и это было потрясающе. Единственным человеком, о котором ему нужно было беспокоиться, являлся он сам, а самым серьезным его решением было праздновать ли ему Запойный Четверг* или стоит посидеть над учебниками. Большую часть времени он занимался тем, чем должен был, но это вовсе не означало, что у него не было времени (много времени) на то, чтобы расслабиться. Было весело проводить время с друзьями и притворяться, что его абсолютно ничего не заботит, а все, что было связано с домом, стало гораздо легче задвигать на задний план. Его друг Сет отлично справлялся с тем, чтобы Йен не терялся в своих же собственных мыслях, потому что вряд ли можно было найти что-то лучше привилегированного парня из богатого пригорода Детройта, чтобы напомнить Йену о несерьезности жизни. Сет ни о чем не беспокоился, но поэтому он и был идеальным человеком для поиска проблем. — Чего сегодня делать будем? — спросил Сет, пока Йен вливал сливки в свой кофе. Они были в Grounded* - экологическом кафе под их общежитием. Йен провел много времени и потратил много денег в этом хипстерском логове, наслаждаясь мастерски сочетаемыми вкусами и отличной выпечкой. Это так отличалось от того, с чем он был знаком раньше, и именно поэтому ему это так нравилось. — Мне, наверное, стоит позаниматься, — ответил Йен, глядя, как белый цвет расцветал в черноте, заставляя кофе приблизиться к желаемому оттенку коричневого. — Я хочу организовать посиделки у костра. Собрать всех наших братьев, несколько сексуальных сучек из женской общины университета, и кучу White Claws*. Насладиться погодой до того, как пойдет снег. Морща нос на беспечность Сета, Йен спросил: — И где мы будем разводить костер? Где возьмем алкоголь? White Claws вообще считается алкоголем? — Было бы желание, а возможность найдется, — ответил друг, одаривая Йена наглой ухмылкой, которая у того ассоциировалась с приближающимся хаосом. — А желание у меня есть. — Ага, это я вижу, — рассмеялся Йен. — Видишь, что у тебя есть желание или что оно есть у меня? — Что оно есть у тебя, но может, появится и у меня. — Буду рад услышать это, Галлагер, — усмехнулся Сет. — Потому-то я и знал, что ты будешь отличной Зетой*. Ты за любой движ. — Не знаю, в этом ли дело, — отметил Йен, извиняясь, когда прошел мимо группки студенток за Сетом к столу у окна. — Какой движ тебе не по душе? — усмехнулся Сет, запихивая половину печенья в рот. Йен смотрел, как сложно было Сету произвести достаточное количество слюны, чтобы сломать сухой бисквит. Наблюдать за этим было ужасно, но отвернуться Йен не мог, а Сет даже не выглядел смущенным из-за отсутствия своей интеллигентности. Как и всегда. — Любой, где есть Дельты, — напомнил Йен, щурясь, когда Сет начал кашлять, а крошки печенья вылетали из его рта. — Глотни латте, чувак. Ты подавишься. — Не подавлюсь, — заявил Сет в перерыве между кашлем. Парни напряженно смотрели друг на друга, пока Сет не поднес кружку к губам. — Вот так, — промычал Йен, кивая головой, когда краснота сошла с лица его друга. Для Йена это было обычным делом: позволять друзьям контролировать все их задумки (просто потому, что его это не волновало настолько, чтобы протестовать), но у него были права, даже когда он был новичком. Люди к нему не лезли, возможно, из-за того, сколько он шатался без дела, прежде чем попал в Университет Висконсина. Последней вещью, которую бы совершили привилегированные ребята, это накинуться на единственного парня в комнате с историей о драках, которые не проходили в специальной одежде и не были разрешены администрацией старшей школы. Связываться с парнем с улиц было другим делом, и они это знали. Йен никогда не планировал вступать в студенческое братство, но Альфа Омега Зета жестко его обхаживали. Согласно мнению главы его общины, Маркусу, Йен был единорогом. Он был геем, что положительно сказывалось на разностороннем имидже Зет и чертовски привлекательным, что было хорошо для их репутации, потому как самые горячие девушки стремились «обратить его» или стать его лучшим другом. «Обращение» было для Йена чем-то смехотворным, но куча девушек, не переставая, подкатывала к нему. Может, им нравилось получать отказ. В любом случае, в студенческом братстве его уважали, и каким-то образом он был популярен в кампусе. В это было сложно поверить, учитывая, какой тихой была его жизнь, когда он учился в школе на Южной Стороне. — Ну, так что, тебе нравится идея тусовки у костра? — спросил Сет, когда проглотил выпечку. — Я думаю, что так мы творим волшебство, знаешь? Эти ночи, когда люди говорят о предстоящих годах… Так это и происходит. — Не знаю, можно ли заранее спланировать подобные ночи. Они становятся волшебными, потому что они такие и есть. Что-то в воздухе или типа того. Это нельзя запланировать. Цокая языком, Сет сказал: — Ты слишком романтичный. Нельзя ждать чуда, надо самим заставить его прийти к нам. — Что ж, посмотрим, сможешь ли ты заставить это прийти*, — усмехнулся Йен. Он чувствовал, как к лицу прилил жар, когда пожилая женщина, пьющая чай за соседним столом, кинула на них косой взгляд. — Вне контекста это звучит странно, — отметил Сет с ухмылкой. Йен знал, что его друг любит смотреть, как он периодически лажает. Справедливости ради, ему тоже нравилось смотреть на то, как друг говорит что-либо, не подумав, и в результате лишь позорится. К счастью для Йена, с губ Сета часто срывалось что-то неподобающее. — Что есть, то есть, — сказал Йен, поднимаясь со стула. — Сейчас вернусь. — Ты куда? — Иду отлить, ты, любопытный говнюк. Отдаляясь от смеха Сета, Йен внезапно врезался прямо в стену горячей жидкости. — Твою мать, — сказал он, тяжело дыша из-за ожога и глядя на парня, на которого налетел. Они оба были покрыты кофе. — Мне так жаль. — Блядь, — пробормотал парень, оттягивая свою черную футболку с Ramones от кожи. — Молодец, Галлагер, — крикнул Сет с хриплым смехом. — Мне нужно было смотреть, куда я иду, — продолжил Йен. Он не мог не заметить, каким привлекательным был парень, и это только что сделало ситуацию еще более унизительной. — Не буду этого отрицать, — сказал Кофейный парень, сжимая свои полные губы и пялясь в свою пустую кружку. — Все нормально, всякое случается, или что там все говорят, когда другие люди проебываются. — Позволь купить тебе новый кофе, и булочку, маффин, печенье, все, что захочешь, — тараторил Йен. — Ужин, я могу угостить тебя ужином, — добавил он, сразу же чувствуя себя еще большим придурком. — В смысле, если ты голоден, я могу купить тебе что-то здесь или еще где-нибудь, как пожелаешь. — Я в норме, — ответил Кофейный парень, обводя языком свою улыбку. Он явно решил, что Йен идиот: ничто из их взаимодействия не доказывало обратного. Последнее, чего Йен хотел бы с этим милым парнем, так это разлить на него обжигающе горячий кофе, и предпоследнее – выглядеть как дурак, пытаясь оправдаться и все исправить. Черт возьми, чего Йен действительно хотел, так это отшлепать эту задницу, глядя на то, как парень нагнулся, чтобы заправить шнурки в свои изношенные черные Вансы*. Йен должен был что-то сделать, должен был спасти хоть каплю гордости. — Серьезно, позволь мне купить тебе новый кофе. Это меньшее, что я могу сделать. — Ладно, — ответил Кофейный парень. Выражение его лица кричало о согласии, только чтобы Йен от него отвалил, но тот держался за надежду, потому что парень согласился. Рыжий мог спокойно купить ему выпить и пойти дальше по своим делам, но все же Йен позволил себе помечтать о том, что все может пойти в абсолютно другом направлении. В конце концов, их история уже была тем, на чем строились романтические комедии. Пока они стояли в очереди, Йен узнал, что Кофейного парня звали Микки. Имя ему понравилось. Он даже понадеялся, что однажды сможет называть его «Мик». На вечеринках он бы всем рассказывал, как они встретились и говорил бы что-то типа «Что ты подумал, когда увидел того, кто в тебя врезался, Мик?» и «Мик был так зол, но хорошо это скрыл». Мик. Как оказалось, Микки был там не только ради кофе. Владелец Grounded нанял его для игры на гитаре каждый вечер в пять часов. Это была его вторая неделя, и Йен не мог поверить, что еще не видел его выступление. — Я его беру бесплатно, — сказал Микки, когда Йен вытащил свой бумажник, чтобы заплатить бариста за напиток Микки. Йен уже хотел было спросить, почему Микки не сказал ему, но его маленькая ухмылка все объяснила. Он тоже хотел чуть подольше пообщаться с Йеном. — Это не совсем считается, как заглаживание моей вины, — сказал Йен, пока они шли к стойке со сливками. Глянув через плечо, он увидел раздраженный взгляд Сета в свою сторону. Вместо того, чтобы вернуться к другу, Йен отмахнулся от него, надеясь, что тот поймет намек и отъебется. Они увидятся позже, когда Йен будет помогать ему устроить тусовку у костра. И неожиданно это стало его лучшей идеей: он мог пригласить Микки. — Тебе не нужно заглаживать свою вину передо мной, — ответил Микки, отпивая из кружки. Не в состоянии отвести взгляд от мягких, полных губ гитариста на керамике, Йен позволил себе продолжить пялиться. — У меня сегодня вечеринка, — выпалил Йен. — О, да? — Да. Должно быть весело. Вечеринка у костра, — объяснил Йен, наконец, смотря в лазурные глаза Микки. Новое место, в котором он хотел потеряться. — Совсем уж безумно быть не должно, там будут только парни из моего братства и некоторые из их друзей. Микки скривился. — Звучит не совсем как моя область. — Тебе не нравятся вечеринки? Костры? — Братства, — ответил Микки. — В смысле, все нормально, если тебе это дерьмо нравится, но мне – нет. — Они не пло… — начал Йен, но остановил себя прежде, чем смог закончить свою мысль. Братства немного были именно такими. Йен научился ценить их странности, но он не мог ожидать, что другие сделают то же самое. — Ладно, они немного отстойные, но я – нет. И я, по крайней мере, должен тебе пару бутылок пива. Мгновение Микки молчал, обдумывая предложение. — Ладно. — Правда? Должно быть, Йен звучал пиздец как нетерпеливо, потому что в ответ Микки рассмеялся. — Да, эм, — он достал телефон из заднего кармана. — Вбей свой номер, и я напишу, когда закончу выступление. — Отлично, — сказал Йен, записывая свой номер в телефон Микки. Он пытался усмирить свое волнение и, очевидно, безуспешно. — Жду не дождусь. Снова рассмеявшись, брюнет кивнул. — Хорошо. Мне нужно идти, настроить звук. — Я буду здесь, — ответил Йен, быстро попытавшись не показаться столь большим кретином. — Ну, знаешь, чтобы допить свой кофе и, может, застать твое выступление. — Твой кофе, наверное, уже холодный, — отметил Микки. Йен оглянулся на свой столик, с облегчением отмечая, что Сета там не было. — Мне так нравится. Не так сильно жжет, когда я разливаю его на себя и остальных. Микки усмехнулся. — Умно. И на этом он направился к двери, на которой значилось «Только для сотрудников». Если Микки понравился Йену до того, как он услышал его игру на гитаре и его пение, то сейчас он был им одержим. Голос парня был смесью хрипоты и мягкости, блюзовый и с каплей сладости, когда он пел акустические версии панк-рок песен. Это было неожиданно и идеально. Йен подумал остаться и подождать конца выступления в надежде снова поговорить с ним, но решил сохранить каплю собственного достоинства и написать ему, после того как разберется с деталями вечеринки. — Уже поздно, — сказал Сет по телефону, когда ему позвонил Йен, чтобы заняться организацией. — Было бы отлично, если бы ты не кинул меня в Grounded. Там бы и разобрались. — Ты же король тусовок. Придумай что-нибудь. Я помогу, — умолял Йен. Сет должен был воплотить это в жизнь, ведь Йен уже пригласил Микки. — Мы организуем все завтра вечером, — решил Сет, закрепляя за собой место в черном списке Йена. — Мне нужно идти. — Мудак, — пробормотал Йен, когда его друг завершил звонок. Может, это и к лучшему. Его друзья, наверное (точно), опозорили бы его перед его влюбленностью. Ему нужно было уверенно сказать Микки о том, что им стоит запланировать что-то другое… На этот вечер. Потому что он не мог дождаться, чтобы увидеть его снова.