Весь мир в кармане

Тони кашляет и чуть ли не давится этим самым кашлем, сложившись пополам. Ну кто бы мог подумать, что он, Тони Старк, человек, который не раз спасал целую Землю, который выбрался из плена и делал столько прорывов в современном развитии технологий, будет сломлен простой простудой, развившейся от одной прогулки под дождем? Нос закладывает уже на второй день и больше не откладывает, хриплый кашель тоже мешает нормально дышать, и в мозгу так катастрофически не хватает кислорода, что все перед опухшими глазами плывет, а мысли путаются в огромный клубок. Старк правда чувствует себя очень хреново, а после того, как температура его тела подскочила на два градуса, вообще ложится и отказывается что-либо делать, прося небеса убить его поскорее, а не так мучительно. Питер всячески хлопочет над ним — заворачивает в три одеяла, потому что отопление еще не работает, покупает лекарства, потратив половину денег Старка, готовит ему отменный куриный бульон, от которого Тони начинает чувствовать себя немногим лучше, в общем, постоянно беспокоится о его здоровье. Старку хочется радоваться, просто мозг совсем не работает и единственное, что он чувствует, — безграничную усталость. Питеру даже приходится притворяться, что он болеет — иначе как объяснить любопытным итальянцам-соседям, почему за тонкой стеной постоянно раздается кашель? Самому Старку остается только не шуметь в отсутствии Паучка, что выходит у него довольно плохо: наверное, присутствие Паркера каким-то образом помогает ему чувствовать себя лучше. Однажды кашель морит Тони настолько сильно, что он просто не может сдерживаться — и вот, когда Паучок входит в комнату после учебы, его лицо стыдливо горит пунцовым цветом. — Марк и Дэвид узнали о тебе… — Наконец-то мы можем не скрывать наши отношения, Пит, — слабо смеется Старк, закашлявшись. Паркер качает головой, подходя ближе и подсовывая Тони градусник. — Они не против. Не представляешь, насколько мне стало легче. Они пообещали, что никому ничего не расскажут. — Питер присаживается на стул рядом, устало поправляя свои кудряшки. — Сказали, мол, — тут он еще больше краснеет, — что они не хотят препятствовать такой крепкой любви, поэтому сохранят наш маленький секрет… Ладно, что там по температуре? — выпаливает, чтобы сменить тему, и аккуратно тянется к губам Старка, чтобы вынуть из его рта градусник. Тони с готовностью проворно перехватывает его руку, чтобы поцеловать кончики пальцев. Воспаленный мозг вообще стирает какие-либо границы и заставляет действовать еще более развязно, и момент мог бы показаться ему даже романтичным, если бы он вообще сейчас мог что-то чувствовать из-за заложенного носа. Питер вздрагивает, когда его пальцы касаются губ Старка и когда он чувствует его горячее дыхание на своей коже, глупо улыбается, но все же аккуратно выдергивает свою руку, сверяясь с цифрами на градуснике. — Температура пошла на спад. Это хорошо, — смущенно бормочет, откладывая градусник в сторону. — Все благодаря твоим умелым рукам, Паучок, — кашляет Тони, засопев. Паркер смотрит на полусонного болезненного Старка и не понимает, почему считает такое зрелище до невозможности милым. Бывший миллиардер выглядит помято, взъерошено, у него едва ли не течет из носа, а глаза опухли, но от этого как-то по-домашнему. Хоть кто-то видел такого Старка кроме него? Вряд ли. Мысль, что Тони почему-то подпустил его к себе так близко, навевает приятное щекотливое чувство рядом с сердцем. О Старке хочется заботиться. Питер соврал бы, если бы сказал, что ему не доставляет удовольствия кормить ленивого плейбоя с ложечки и выслушивать комплименты в адрес приготовленного своими руками супа. — Кстати, я недавно откопал свитер, тебе будет в нем тепло. — Паркер с успехом игнорирует очередной подкол от Старка и, порывшись в шкафу, приносит темно-бордовый вязанный свитер. — Пора бы уже переодеться, ты сколько в этой одежде ходишь? — Эй-эй, я конечно давно жду этого момента, но все же давай сначала сходим на свидание! — полусерьезно-полушутливо протестует Тони, когда Паучок ловко стягивает его футболку и кофту через голову, оставляя Старка полураздетым. «Давно ждет?» несмело переспрашивает себя Питер, чувствуя необычайный подъем и прилив сил во всем теле, а так же стараясь не задерживать взгляд на груди Тони, где раньше красовался реактор. Впрочем, Паркер быстро себя остужает — у Старка просто такие шутки, он не имеет в виду ничего серьезного. — Да, я довольно старомоден, так что предпочитаю сначала сводить человека на свидание… «Старомоден. Старк. Человек, сделавший такой прорыв в науке и имевший кучу партнеров в прошлом. Старомоден. Да у него явно беды с башкой из-за болезни» усмехается Питер, в той же манере отвечая: — Сначала выздоравливай, а потом уже и поговорим о свидании. Он не замечает, как Старк, явно довольный таким поворотом событий, начинает двигаться активнее и помогает натянуть на себя этот пушистый свитер, поморщившись. — Эта тряпка на двенадцать размеров больше меня! — По-моему, выглядишь ты превосходно, в независимости от одежды! — серьезно выдавливает Питер. Тони как-то пропускает такой комплимент мимо ушей, потому что напряженно разглядывает длинные широкие рукава. — А откуда у тебя вообще такие огромные вещи? Это явно не твой размер. — Старк подозрительно оглядывает Питера, чувствуя тугой комочек ревности в грудной клетке. «Ему кто-то подарил это тряпье? То есть от кого-то он принимает подарки, а от меня нет?!» размышляет он, и его сомнения развеиваются непривычно грустным голосом Питера: — Это свитер от дяди Бена. Тетя Мэй мне недавно его привезла. «Вот так» тут же стыдится своих слов Старк. «Он поделился со мной очень важной для него вещью, а я так…» — Очень приятный свитер, Питер. Спасибо, — произносит вслух, попытавшись улыбнуться, но сухие потрескавшиеся губы начинают сильно болеть от такого движения. Паркер фыркает. — Переобуваешься по щелчку пальцев, Старк. А теперь отдыхай, — Паучок мягко кладет его голову на подушку. — Чем больше ты спишь, тем лучше. Питер поднимается с заскрипевшей раскладушки и неторопливо пересаживается за стол, чтобы заняться уроками. Тони подкладывает горячую ладонь под щеку и с нескрываемым наслаждением наблюдает за спокойным Паучком. Несмотря на то, что ему очень приятно, как тот о нем заботится, мотивация к выздоровлению появилась, да еще какая мотивация!

***

Питер вваливается на кухню слишком резко, и его улыбка на лице ослепительно сияет, как и он сам. — Я сумел продать все фотографии Джеймисону! Тони домывает последнюю тарелку, изящно присыпая ее порцией соды, и удивленно-радостно косится на Паучка. Марк и Дэвид, поедающие какую-то лапшу из боксов, приветливо улыбаются Паркеру. — Ты просто молодчина, Паучок! — искренне говорит Старк, вытирая руки об полотенце и хлопая Паркера по плечу. — Паучок? — недоуменно поднимает брови Марк. — Сosa significa? — Э-э, — Тони колеблется, мысленно давая себе подзатыльник за оговорку, — просто наш Питер в постели на все руки мастер, будто бы их у него восемь, вот я и дал ему прозвище «Паучок», — выкручивается как может, улыбнувшись и потрепав покрасневшего Паркера за волосы. Его кудряшки легко проскальзывают сквозь пальцы, оставляя приятное ощущение шелковистости в ладони, и у Старка возникает непреодолимое желание провести рукой по ним снова, потянуть посильнее, зарыться в них еще и носом… — А еще он просто затянул меня в сети своей любви, и больше я из них не выпутывался. Тони явно остается довольным такой прекрасной метафорой, не осознавая, сказал он это от чистого сердца или нет, но должный эффект на итальянцев оно возымело: оба соседа расплываются в умиленных улыбках. — Я просто очень проворный… и сильный, — по-своему интрепретирует свое прозвище Питер, вспоминая, как Старк назвал его так в первый раз. По спине почему-то невольно ползут приятные мурашки. — Возвратимся к вопросу денег. Мне дали триста долларов за все снимки. Маловато, но кому сейчас легко? — Ладони Тони на его плечах мешают сосредоточиться, и Паркер немного ведет плечами, сбрасывая их. — Мне с трудом удалось доказать Джей Джона Джеймисону, что это не фотошоп. — В любом случае, их достаточно, чтобы я мог наконец сводить тебя на свидание, — по-кошачьи улыбается Тони, наблюдая за тем, как Питер берет в руки чашку с чаем, которую тут же чуть не роняет. — Ч-что? — как можно спокойнее переспрашивает Паркер, надеясь, что ему не послышалось. — Свидание, Паучок. Ты обещал, что мы поговорим об этом, когда я вновь стану здоровым. Как видишь, я здоров. — Тони разводит руками, и в этот момент его нос как назло чешется, поэтому он тихо чихает, но тут же делает вид, что ничего не произошло. — Так я могу позвать тебя на свидание? Питер широко раскрывает глаза, мельком бросая взгляд на понимающе улыбающихся итальянцев. «Тони специально приглашает меня в тот момент, когда они рядом, чтобы я не мог отказать?!» злится Паркер… а потом понимает, что он и не хочет отказывать. В конце концов, это всего лишь одно свидание, да и Старк вроде бы перестал пытаться постоянно его подкупить с целью переспать на одну ночь, как-то изменился что ли… В грудной клетке разливается медом непривычное тепло, как бы подтверждая правильность его рассуждений, поэтому Паучок пожимает плечами, стараясь унять бешеное сердцебиение. — Да. Почему бы и нет? Одно свидание. Куда пойдем? — Чудно! — Тони ослепительно улыбается, потирая ладони. Питеру кажется, что он выглядит чересчур радостно для человека, который бывал на свиданиях миллионы раз. — Я уже знаю отличное место, в котором можно недорого поесть. Питеру кажется, что это происходит не с ним, а с кем-то еще. Он согласился на свидание с Тони Старком. Разве такое бывает? С Тони Старком, который делал ему всяческие намеки целых два года и жертвой обаяния которого Паркер поклялся ни за что не пасть, чтобы доказать себе, что может жить самостоятельно без его подачек? Мир сошел с ума. Определенно. Да и Питер вместе с ним, едва Тони лишился денег и попросил пожить у Паучка…

***

— Бургер Кинг? — скептически выгибает бровь Паучок, когда Тони, как истинный джентльмен, помогает снять пальто и вешает его на спинку стула. — Разумеется. — Старк довольно улыбается. — Лучшие чизбургеры в мире — только здесь. Что тебе заказать? Ты можешь позволить себе абсолютно все… в районе пятидесяти долларов, которые остались после продажи реактора. Питер как-то смущенно улыбается, изучая меню, а Тони думает, что это свидание было самой лучшей идеей за последнее время — потому что вид счастливого Паучка вызывает чувство окрыленности и уюта. Паркер сидит в легкой толстовке, кусая губу и явно сильно нервничая, а Старк только может и думать о том, что парень заслуживает всех самых дорогих ресторанов, самых вкусных блюд и самого изысканного вина… Однако сейчас им приходится довольствоваться полупустой кафешкой, которую на данный момент может себе позволить Тони. Впрочем, Питеру, кажется, тут нравится. Тони немного ждет в очереди, то и дело бросая быстрые взгляды на Паучка, задумчиво уставившегося в телефон и иногда что-то активно там печатающего. Паркер кажется… просто прекрасным. Старк не знает, как давно испытывал что-то подобное. Питер невероятно умен, заботлив, красив — что еще нужно для счастья? А еще он не бросил Тони в трудный период жизни и никогда не видел в нем ходячий кошелек, даже сейчас ему плевать, что они проводят романтический вечер в Бургер Кинге. Пеппер тоже было плевать на деньги Старка — до Питера она была такой единственной. Но у них не сложилось. Наверное, все же не стоило назначать ее на пост гендиректора. А вот с Паучком все еще может получиться, и от такого шанса Тони отказываться не собирается. Какой-то человек в очереди слишком долго пялится на Старка, отчего тот выгибает бровь. — Какие-то проблемы? — Никаких, мистер Старк, — потрясенно выдавливает мужчина, запнувшись. Тони закатывает глаза, выуживая из кармана несколько купюр. — Вот тебе десять долларов, и ты меня здесь не видел. — Я… Мне не нужны ваши деньги, Тони. — Такая фамильярность режет по ушам. — Неужели вы меня не помните? — Старк удивленно осматривает парня с головы до ног. Кудрявый. Милый. Стройный. Кого-то напоминает. — Мы как-то провели ночь вместе… — Что-то случилось? — Питер внезапно вырастает рядом, покосившись на молодого человека. Тони кажется, что в его голосе были слышны ревнивые нотки, и он переводит взгляд на Паучка, а потом замечает очевидное сходство между двумя парнями. Они выглядят как клоны — только Старк чувствует, что Питер гораздо лучше, вот только это ничуть не спасает от мысли «бог мой, я все это время и не замечал, что в моем вкусе определенный типаж, типаж Паучка…» — Нет проблем, — поспешно добавляет он, пытаясь скрыть свое замешательство. — Наша очередь подошла. Можешь идти обратно, Питер, я все закажу. — Питер, — как-то грустно фыркает парень сзади. — Так вот оно что. — Паркер смеряет его подозрительным взглядом, и Старк молится, чтобы он не заметил до смешного очевидных деталей, поэтому быстро проговаривает заказ. Произошедшее как-то странно оставляет отпечаток на душе. Он все это время спал с людьми, представляя на их месте Питера? Господи, почему сейчас это кажется чем-то неловким и постыдным, а еще таким ясным и говорящим самим за себя? В прочем, подумать вдоволь на эту тему ему не дают, потому что звонкий голос кассирши отвлекает его от раздумий. — Поздравляю! При заказе двух чизбургеров, двух картошек фри и одного десерта вам полагается бесплатный коктейль на следующее посещение. — Девушка улыбается, отдавая какой-то купон. Тони морщится, но принимает его из ее рук и смотрит на повеселевшего Питера. — Какой будешь, малыш? — Шоколадный, пожалуйста! — с радостью жмурится тот, явно довольный тем, что они экономят десять долларов. — Сожалею, но предложение действует на следующее посещение, — обрывает эту идиллию работница, пожав плечами. — Можете получить коктейль в следующий раз. — А какая разница, в следующий раз или сейчас? — увидев, как поникает Питер, хмурится Старк. — Мы ведь уже здесь. — Простите, сэр, таковы правила. — Так мне что, нужно снова встать в очередь? — откровенно недоумевает Старк. Теплая рука Питера сжимает его ладонь, потянув на себя. — Тони, пойдем. Нафиг этот коктейль, заберем заказ и обойдемся без него. — Нет, сэр, — вежливо отвечает девушка. — Вам нужно сдать его в следующее посещение. — Погоди, Пит, — мягко, но настойчиво шепчет Тони и снова обращается к кассирше. — Хорошо, а что считается посещением? Мне нужно выйти за дверь и вернуться? Вернуться домой? — он откровенно раздражается тупости людей. — Подождать какое-то время? Вы же видите дыру в логике? — Сэр, — в глазах девушки читается явное смущение. Старк понимает, что она и сама точно не знает, как работает это правило, так что нападать на нее совершенно бесполезно. — Таковы правила. Я… я могу позвать менеджера или добавить коктейль в заказ за десять долларов. — Тони, брось это, пойдем, — упрашивает Паркер. — Не нужно так париться из-за десяти долларов… — Тут дело не в деньгах, Паучок. Дело принципа. — Тони закатывает глаза, но все же позволяет увести себя дальше, к другой стойке, где люди забирают свои заказы. Вскоре они все же усаживаются за столик и начинают трапезу. Тони как-то остервенело вгрызается в чизбургер, позабыв о всяких манерах, потому что вкус у него просто божественный, и Питер тоже от него не отстает, быстро уминая сэндвич. На некоторое время повисает тишина, прерываемая лишь усердным чавканьем, словно они оба не ели лет сто и теперь просто наслаждаются едой. Не так Тони представлял их свидание, ох не так. — Я всегда любил чизбургеры. Говард привил мне эту любовь, так что какое-то время это была самая настоящая память об отце, — оглянувшись и проверив, что того странного парня нигде не видно, говорит Старк, расслабившись. Питер останавливается, тщательно жуя и внимательно смотря на Старка. — А после Афганистана чизбургер стал первым, что я вообще съел. Как видишь, я не считаю его едой для бедняков. — Я знаю, — выдавливает Паркер, отчего Тони чуть ли не поперхнулся. — Я вообще много о тебе знаю. Почти все. — Тут его глаза испуганно расширяются, а краска с кончиков ушей распространяется вниз. — Ох, это прозвучало… так, будто я тебя сталкерю. — Я не против, чтобы ты меня сталкерил, Паучок, — хохочет Тони, откусив еще один кусок чизбургера. — Сталкери меня, сколько захочешь, я разрешаю. — Обязательно воспользуюсь такой возможностью, когда ты наиграешься со мной и бросишь, — острит Питер, пряча свое смущение в злосчастном шоколадном коктейле, который Тони все же купил. — «Когда наиграюсь и брошу»? И такого ты обо мне мнения? — Старк выгибает бровь, чувствуя, как это серьезно его обижает. Ну неужели Паучку так сложно поверить в искренность его намерений? — За последний год ты сменил двадцать парней и троих девушек, Тони, — Питер мягко улыбается, будто бы в этом нет ничего необычного. — Помнишь тех двух ревнивцев, которые забрались в лабораторию, и тебе пришлось выяснять с ними отношения прямо при мне? — Я изменился, — серьезно заявляет Старк, только потом понимая, что это звучит до одури клишировано — ну прямо фразочка из романтичной комедии, не иначе! — Да, — неожиданно соглашается Паркер, отпивая глоток колы. — В тебе правда что-то поменялось за последнее время. Жизнь среди бедняков идет тебе на пользу, — смеется парень, облизнув губы. — Именно поэтому я согласился пойти с тобой на свидание. — Жизнь с тобой пошла мне на пользу, Паучок, — подмигивает Старк. — Думаю, такими темпами я стану настоящим семьянином рядом с тобой. Питер хихикает, вновь принимаясь за еду. Иногда ему кажется, что он вовсе не хочет, чтобы это было шуткой. Заботиться о Старке совсем несложно… но чувствует ли Паркер кроме этого что-то еще? Определенно. Просто боится. — Если тебе интересно, я могу сказать, что тоже знаю о тебе все, — неожиданно заявляет Тони. — Благодаря Пятнице. — Правда? — Питер не верит. Зачем Старку им интересоваться? — Ты ведь даже не знал, что я продаю фотографии в газету… Ладно, какой мой любимый цвет? — Красный. Это несложно, — Тони вытирает рот салфеткой и откидывается на спинку стула, стряхивая со свитера крошки. — Спроси что-то посложнее. Вроде химического состава твоей крови. — Ты изучал мою кровь? — Кусок чизбургера выпадает изо рта Питера, и он кашляет. — Это еще зачем? — Просто было интересно посмотреть на твою паучью ДНК, — пожимает плечами Старк. — Кстати, не поверишь, на генетическом уровне мы сходимся просто прекрасно. — Ты прав, не поверю, — усмехается Питер, отчаянно пытаясь спрятать свои глаза от смущения. Тони умел и любил вгонять Паркера в краску. Наверное, румянец придавал ему более оживленное выражение. — Нет, я серьезно, нас же тянет друг к другу, как фотон тянуло к сингулярности, из которой произошла вселенная после Большого Взрыва. — От таких физических комплиментов Паучок совсем балдеет. Старк просто невозможен… и очень мил. — Эти дешевые шутки для ботаников хоть раз тебе помогали? — вместо этого выдавливает Паучок, чуть подавшись вперед. Глаза Старка блестят озорными искорками. Питер непроизвольно хочет, чтобы этот момент длился вечно — особенно когда Тони тоже немного наклоняется и большим пальцем вытирает кетчуп рядом с губой, который Паркер случайно размазал во время трапезы. — К каждому человеку у меня свой подход, — загадочно, не без нотки самодовольства протягивает Тони, сверкнув глазами и осторожно убирая руку, едва Питер подается ей навстречу. Тактика соблазнения Паучка действует безотказно, потому что Старк так и видит разочарование на лице парня, которое он и не думает убрать. Оба настолько поглощаются разговорами, что даже не замечают осторожной вспышки камеры за спиной. Вскоре Тони и Питер выходят на улицу, но и там продолжают разговаривать обо всем на свете и в частности друг о друге. Паркер, ухватившись за руку Старка, думает лишь о том, каким интересным собеседником тот оказался — ведь раньше все ограничивалось обсуждениями новых разработок в лаборатории — а Тони чувствует необъяснимое счастье, идя рядом с Паучком и больше ни о чем не думая… даже позабыв о всех проблемах, деньгах, СИ и Хаммере. Возвращаются домой они довольно поздно, из-за чего по пожарной лестнице проходить неудобно, и Питер чуть ли не падает, но сильные руки Старка его мягко поддерживают. Паркер смущается — тут же ускользает в душ, а Тони только и остается размышлять, стоит ли к нему присоединиться или лучше не торопиться. — Что-то ты не раздеваешь меня с таким рвением, как это делал тогда, когда я болел, — иронизирует он, подсаживаясь рядом, когда Паучок уже забирается в постель, откладывая книжку в сторону. — Зря, я ведь обещал, что позволю сделать это после первого свидания. — Боюсь тебя разочаровать, но своими ботанскими комплиментами ты меня не подкупил, — притворно вздыхает Питер, перенимая манеру Старка. — Придется тебе стараться получше, чтобы завоевать мою симпатию. — Уверен, если ты узнаешь, как я целуюсь, все пойдет гораздо быстрее. — Тони немного склоняется и нависает над Паучком, в чьих глазах уже нет ни тени улыбки, медлит, чтобы дать ему время на раздумья, затем еще подается вперед — и натыкается на тонкий указательный пальчик Питера. — Спокойной ночи, Тони, — шепчет он, а его уголки его губ подрагивают в улыбке. Старк умело скрывает свою досаду и разочарование, хотя одновременно с этим ценит выбор Питера, поэтому не настаивает — едва ли отрывается от созерцания больших карих глаз, в которых плескаются отблески лампы, и отходит. Когда он укладывается на раскладушку, уже не обращая внимания на ее скрип, свет погасает, но он нарочно поворачивается спиной к стене, пытаясь разглядеть лицо Паучка. Тони практически уверен, что Паркер лежит в точно такой же позе в метре от него и тоже смотрит в сторону Старка, подложив ладонь под подушку и размышляя о сегодняшнем дне. Интуиция Тони не подвела.