Unasareru

      Над умирающим телом парнишки столпились незнакомцы, бросали гневные взгляды и твердили, словно стая ворон:       — Предатель! Теперь мы не попадем в прекрасный сон! Всё из-за тебя!       Над ухом раздался шепот, ласковый, растекающийся, точно мёд:       — И теперь ты не попадешь в прекрасный сон… Как жаль~       На последней фразе голос слегка повысился, но все еще звучал сладко-бархатно. Он догадался по тону: голос, пусть и не желал ему зла, нисколько не сочувствующий.       Взгляд зацепился за малиновые кончики волос и аквамариновые глаза с блеском и хитринкой, в них будто что-то нарисовано. Иероглифы знакомые, но взгляд помутнел, стоило прищурить взор.       Парнишка засопел, хватая ртом воздух. Кислород заканчивался, кашель вытряхивал всю мокроту и внутренности, вкупе с кровью. Он пытался приподняться на руках, но они ослабли, будто выполняли чьи-то указы.       Голос раздавался ближе, холодный бледный нос незнакомца касался виска осторожно. Человек прилег рядом с ним, — а был ли он нечистью или простолюдином, парень не мог однозначно понять, — загадочно улыбнулся, так, что зубы засверкали и мешали четко рассмотреть лицо, а затем мелодично хихикнул, проводя подушечками пальцев по лбу туберкулезника.       — Готов к вечному сну, Хикару-кун? ~       И он проснулся, задыхаясь, на скамейке, сразу же вытирая пот со лба.       Девушка с косичками, что сидела рядом с ним, невольно вздрогнула, недовольно покосилась, а затем спросила:       — С тобой все в порядке? Выглядишь… так себе, — поправив рукава юкаты, она хмуро обвела его взглядом, отодвигаясь на другой конец скамьи.       Хикару не смог ничего ответить. Лишь кивнул, печально опустил голову, слегка потирая пальцы между собой для разогрева рук.       — Просто заснул, — сознание, как и хрипловатый голос, медленно приходили в себя. — Ты уверена, что этот господин появится?       — Ну, судя по тому, что сами Охотники появились, — беспечно кивнув на мужчин в яркой форме, бросила она, — он точно придет.       — И подарит прекрасный сон? — уточнил, скорее для себя, брюнет, неуверенно погладывая на знакомую с деревни.       — Ага. Так было сказано в… той странной байке.       Несколько дней назад пропали около сорока человек в поезде. Поговаривали, что это проделки Демона Сна: желая подарить вечный покой, он гипнотизирует жертву и съедает. Так было по слухам, но никто за достоверность не ручался.       Однако, по байкам, его можно было «убедить принять хорошую сторону», и он подарит «вечный прекрасный сон», если ему хорошо услужить.       Поэтому они и ждут его. Сей прекрасный сон спасет их от всех невзгод: болезней, проблем, забот… Дети не знали, но догадывались, что может потребовать за чудесные грезы демон. Они были готовы.       Хикару… не уверен, что это пройдет гладко. Охотников за демонами четыре, и выглядели они весьма внушительно: бравые, крепкие, пугающие своей силой. Дети не повели и бровью, когда Столб Пламени расправился с каким-то демоном в вагоне. Они были ко всему готовы.       Кроме, опять же, Хикару. Его буквально трясло, хотелось провалиться в землю с чередой кашля и хрипа. В груди сильно давило и что-то сжимало, не давая покоя.       А если это все окажется ложью? Что, если план провалится?       Хикару не хотелось этим забивать голову, но страх одолевал храбрость. Какой-то тупой ужас внутри сковывал, не давая вдохнуть спокойно.       Как только дети вышли из вагона, их поприветствовал чей-то голос, сладкий, как мёд, и ядовитый, как шипы от растений.       — Я знаю, чего вы желаете~ И я могу вам дать это, если вы окажете мне услугу, — поклонившись вместо приветствия и улыбаясь, он протянул руку в сторону детей.       Они переглянулись между собой, затем с надеждой посмотрели на «спасителя», поклонившись ему.       Хикару узнал эти малиновые кончики волос. Лучше бы он не всматривался. Черт возьми…       — Вы и правда нам поможете?       Все остальные фразы и диалог звучали глухо, точно водой окатило уши. В руки вложили заточку, загадочно усмехнувшись, и кто-то наклонился к нему, опаляя своим холодным воздухом ушную раковину:       — Самолично изготовил. Во сне этим будет проще обрезать барьер и найти центр души, — отметил, слегка касаясь чужих рук и немного удивившись столь холодным пальцам. — Ты не замерз?       Взгляд цеплялся лишь за малиновые кончики, да аквамариновые глаза.       «Первый низший ранг» — гласили иероглифы на обоих глазах демона.       — Я б-болен. Это привычно для меня, — и невольно замер, впервые всматриваясь подробно в лицо Демона Сна.       Он очень красив и не слишком яркий. Все в нем будто успокаивало, придавало какую-то душевную истому. Во сне это чертовски пугало, но сейчас, когда он так близко стоит и касается своим носом чужого, когда невольно дотрагивается до чужой щеки, а с глаз брызнули слезы, Хикару обрел наконец спокойствие.       — Не боишься, что я могу укусить за руку и съесть тебя? — ехидно поинтересовался Энму, не скрывая теперь уже удивления от странной реакции человека. Он его заинтересовал, не сильно, но что-то было в этом потускневшем взгляде темных зрачков.       «Если я дарую ему прекрасный сон, улыбнется ли он?» — случайная мысль проскользнула в сознании Демона Сна, когда человек мотнул головой.       — Я уже ничего не боюсь. Только… не хочу вас заразить, — как-то виновато уставившись в пол и опустив руку, которая покоилась на чужой щеке, дернул плечами, когда его резко остановили, прижав ладонь вновь.       — У тебя приятная кожа, — легко касаясь губами чужих сухих, спокойно произнес он. — Ты умираешь, паренек.       — Хикару, — взволнованно шепнул брюнет, краснея от близости. Никогда еще к нему так близко не подбирались, все сторонились его. — М-мое имя — Х-Хикару.       — Энму, — окольцевав туберкулезника руками, томно представился он. — Я подарю тебе вечный прекрасный сон, Хикару-кун. Обещаю тебе.       А затем демон скрылся, поднимаясь на крышу поезда.       — Прелестный~ Он прелестный~       Невольно хихикнув, Энму подставил лицо к ветру, блаженно улыбаясь. Он был уверен: Хикару-кун выполнит задание на «ура». Теперь ему нечего было терять.