Claiming the Cloud/ Претендуя на Облако

На этот раз, когда Скалл проснулась, она чувствовала приятную боль. Ее щеки вспыхнули, когда она подумала о тех самых местах, которые болели. После Колонелло и Лар не осталось ни одного нетронутого места на её теле! Оба показали, насколько основательными они могут быть, когда у них есть мотивация. Эти мысли заставили ее пошевелиться и поежиться, жар снова усилился, хотя, к счастью, не так сильно, как в прошлый раз. Действительно, когда же все это закончится? Конечно, секс был приятным… более чем приятным, честно говоря. И все же ей хотелось связно мыслить больше нескольких минут! Внезапно она почувствовала множество проводов, прикрепленных к ней маленькими присосками. Писк привлек ее внимание, и она увидела, компьютер, который четко записывал ее жизненные показатели. Она раздраженно фыркнула. Конечно, Верде превратит это в своего рода эксперимент. Этот человек не мог ничего сделать, не превратив это в какую-то форму науки. Боги, количество приемов пищи, которые ему удалось превратить в тот или иной эксперимент, не поддавалось подсчету. Честно говоря, она не возражала, поскольку он никогда не портил еду, и это делало приемы пищи более интересными. Еще… Что именно он надеялся получить от этого? Она медленно села, заметив легкие спазмы различных мышц. Ей нужен будет серьезный отдых, когда все это закончится. Присоски были прикреплены к вискам, некоторые — к запястьям и тем местам, где четко прощупывался пульс. Двое из них были на ее сосках, идеально прикрывая их. Еще один набор располагался между ее бедрами, ближе к внутренним мышцам. Она почувствовала, как кровь прилила к ее щекам, когда она подумала о том, как он прикреплял их к ее коже. — Хорошо, что ты проснулась. Она обернулась и увидела Верде, который стоял с одним из своих многочисленных блокнотов и что-то писал в нем, как обычно. Его вездесущий лабораторный халат исчез, как и рубашка. На нем были только свободные брюки, которые легко снимались. Хотя он и не был самым подтянутым из их группы, он явно не был сутулым, так как его фигура была хорошо сложена и худощава. — К этому времени как ты уже заметила присоски, прикреплены к твоему телу. Это поможет мне понять и записать твои реакции на раздражители, а также силу твоей течки, — спокойно объяснил он. — Без сомнения, она намного слабее, чем была несколько дней назад, но я уверен, что все еще смогу собрать достаточно данных, чтобы помочь нам спрогнозировать твои следующие течки. О боги, то, как он посмотрел на нее, когда сказал это, заставило ее тело гореть в считанные секунды. Звуковые сигналы на компьютере резко изменились, и она снова почувствовала, как в ней нарастает потребность к спариванию. Серьезно, это не должно было звучать так сексуально, как она думала. — Ого, кое-кто хочет, — он одарил ее ухмылкой, в его зеленых глазах появился тот безумный блеск, который он приберегал для своих проектов. Скалл помнила, что время от времени она наблюдала за его работой, восхищалась тем, как ему удается сосредоточиться на том, что ему важно таким образом, как будто мир вокруг него исчезал. Он осторожно отложил блокнот в сторону и довольно плавными движениями шагнул в гнездо с подушками. Несмотря на то, что он не был самым грациозным из их группы, учитывая его ограниченные боевые способности, он двигался очень уверенно. Он медленно опустился на колени и навис над ней. Звон продолжал нарастать по мере того, как ее грудь вздымалась для дыхания, а сердце бешено колотилось. Он еще даже не прикоснулся к ней, но она чувствовала, что каждая частичка ее тела, на которую он смотрел, горела огнем. — Очаровательно, — задумчиво произнес он, наблюдая за каждой реакцией. — Я еще даже не прикасался к тебе, но твое тело реагирует так… чудесно. От хрипоты его голоса у нее перехватило дыхание. Никогда еще она не слышала от него такого тона. Это было определенно эротично. — Поэтому мне интересно, что произойдет, когда… — он замолчал, поднял одну руку, а его пальцы едва коснулись ее ключицы. Скалл содрогнулась, так как кожу, к которой он прикоснулся, практически покалывало. Ее лоно, казалось, задергалось от новой волны желания, температура поднялась. — Вот это да. У тебя уровень эстрогена взлетел до небес. Твой адреналин подскочил так же, как и эндорфины, — небрежно заметил он, продолжая водить пальцами по случайным участкам ее тела. Он обвел одну грудь, потратив некоторое время на то, чтобы слегка ущипнуть соски, не сдвинув присоску. — Хм. Конечно, это вызвало реакцию. Так оно и было. Не то чтобы она обращала слишком много внимания на то, что он говорил. Вместо этого она приподняла бедра, чтобы приблизить его к себе, надеясь облегчить приступ боли в паху. — Ах, определенно повышение уровня феромонов. И очень сильные повышение, учитывая реакцию, которую они вызывают на моем уровне, — прошептал он, наклоняясь, чтобы прикусить ее шею и линию подбородка. Его грудь коснулась ее груди. Она протянула руки, чтобы обнять его, но он отстранился и положил их рядом с ее головой. — Ах, ах. Ты должна оставить их там для меня. В конце концов, эта только начало, — сообщил он ей. Скалл разочарованно застонала, но кивнула в знак согласия. Она могла слушаться своих альф. Она была хорошей девочкой. — Хм, — одобрительно промычал он, отпустив ее руки, но она не пошевелила ими. — А вот и мое хорошее Облако. А теперь давай попробуем следующий тест… Скалл хотела спросить, что это будет, но не успела. Он медленно провел руками по ее бокам и вызвал крошечную порцию своего пламени. Молнии щекотали ее кожу, приятно покалывая. Ее тело содрогнулось от удовольствия, голова откинулась назад, и с губ сорвался стон. — О, это была хорошая реакция, — похвалил он, наклоняясь, чтобы запечатлеть на ее губах обжигающий поцелуй. Его руки скользнули вниз к ее бедрам, а затем к лону, позволяя молниям снова растекаться по ее коже. Это заставило ее извиваться сильнее, искра каким-то образом добралась до ее холмика и клитора, это был только слабый намек, но этого было достаточно, чтобы заставить ее молить о большем. Он отстранился, и Скалл застонала в знак отрицания, не желая, чтобы он отодвигался, но она не пошевелила руками, так как он не дал своего разрешения. Он одарил ее довольной ухмылкой. Он взглянул на экраны. — Такие хорошие результаты. Ты очень хорошо справляешься с этим, мое Облако. Я думаю, что это заслуживает награды. Скалл не могла даже сформулировать вопрос, прежде чем он переместился вниз, так что его рот опустился к ее нижним губам, и он прижался в нее своим языком, облизывая долго и медленно ее половые губы и клитор. Только он сосредоточил немного пламени на своем языке, электрическое покалывание стимулировало ее половые органы таким образом, что она почти плакала от интенсивности ощущений. Ее тело содрогнулось от внезапного оргазма, а мышцы сжались от облегчения. И все же он продолжал ласкать ее, даже подталкивая ее ко второму оргазму, не столь интенсивному, но столь же умопомрачительному. Он отодвинулся и дал ей небольшую передышку. Она едва заметила, как он повернулся, чтобы ввести данные в компьютер, Скалл была слишком занята тем, чтобы просто дышать, и пыталась отдышаться. Маленькие искры удовольствия пробегали вверх и вниз по ее телу, ее конечности все еще слегка дрожали. Черт… просто… черт. Кто бы мог подумать, что Верде способен на такое? Тем не менее, не потребовалось много времени, чтобы ее течка снова накрыла ее с головой. Она чувствовала нарастающее желание, не такое мощное, как в первые дни, но все еще сильное. Она всхлипнула от этого ощущения, ее глаза остановились на ученом в безмолвной мольбе. — Хм, у тебя действительно сильная течка. Без сомнения, это из-за того, что ты подавляла себя до этого, — задумчиво произнес он. — Мне придется еще раз испытать тебя во время других твоих течек, чтобы получить точное представление о твоем цикле. Скалл бросила на него недовольный взгляд. Кого волнуют ее следующие течки? У нее сейчас была течка! Ей нужно, чтобы он сделал что-нибудь с этим сейчас! По тому, как он усмехнулся, она поняла, что сказала это вслух. Ну, кому какое дело, пока он заботится о ней! Верде усмехнулся, раздвигая ее ноги еще шире и прижимаясь своим обнаженным телом к ее бедрам. Когда он успел потерять штаны? — Не волнуйся, мое Облако, я позабочусь о тебе, — заверил он. Он крепко держал ее бедра, входя в нее одним плавным толчком. Скалл позволила своей голове откинуться назад с облегчением, когда он наполнил ее. Его хватка отличалась от других, но была не менее хороша. Когда он просто замер неподвижно, она попыталась пошевелить бедрами, но он положил руку ей на живот, чтобы успокоить ее. Он ухмыльнулся, когда она нахмурилась, прежде чем позволить молниям танцевать вдоль его рук, заставляя ее живот сжиматься. Это заставило ее чуть ли не взвизгнуть от удивления и удовольствия. Затем он начал двигаться медленно и плавно, входя и выходя из нее, молнии пробегали по ее телу, заставляя ее внутренние мышцы сжиматься вокруг него. На этот раз удовольствие нарастало медленно, она чувствовала, что скоро придет к оргазму. Ее собственное пламя начало подниматься навстречу его, пурпур и зелень переплетался между ними. Напряженный взгляд Верде встретился с ее собственным отчаянным взглядом, когда его движения ускорились. Когда его зубы сомкнулись на ее плече, а последняя вспышка ее пламени осветила комнату полностью то, тогда они оба достигли оргазма. Ни одного из них не заботило то, что компьютер сходил с ума, когда они кончали, их дыхание было хриплым. — Ты… ты получил то, что тебе было нужно — еле выдавила она из себя. — Возможно, — согласился он. — Однако каждый хороший ученый знает, что одного теста никогда не бывает достаточно. Смех Скалла оборвался, когда он снова поцеловал ее.

***

Верде развалился на подушках на краю гнезда, голова Скалл лежала у него на коленях, а она обвилась вокруг него. Он провел рукой по взъерошенным фиолетовым локонам, пока читал первые показания с приборов. Это было, мягко говоря, увлекательно. Конечно, он ожидал увидеть большинство показаний. Он читал подобные исследования и раньше и даже имел несколько своих собственных от предыдущих партнеров. Ни с одним из них он никогда не был связан, но этого ему было достаточно, чтобы иметь представление о том, как работает физиология омег. Нет, по-настоящему удивительным было то, что его пламя и ее пламя слились воедино. Никогда прежде он не видел, чтобы гармония действительно была запечатлена на приборах. Он уж точно не ожидал, что такое случится. Но, конечно, Скалл должна была продолжать оставаться аномалией. На протяжении всего своего знакомства с Облаком он всегда с трудом понимал ее. Она утверждала, что бессмертна, но это было невозможно, и он думал, что это просто высокомерие. Тем не менее, во время одной из их ранних миссий она действительно получила удар, который должен был быть смертельным, но она только исцелилась в считанные секунды. Пламя, особенно облачное пламя, никогда не действовало подобным образом, ни в каких исследованиях или даже слухах, о которых он слышал раньше. Кроме того, в ее поведении чувствовалась явная враждебность. Облака были известны всем как одиночки, собственники, защитники своей территории, они были капризны и опасны. Скалл ненавидела одиночество, и хотя она была немного собственницей, она никогда по-настоящему не имела территории, хотя он предположил, что ее воздушный корабль можно считать ее территорией, учитывая, как она его защищала. Хотя она и могла быть угрюмой, но не так сильно, как демонстрировали большинство обладателей пламени Облака. На самом деле она обычно была очень жизнерадостной и оптимистичной. А что касается опасности… ну, поначалу он никогда бы не подумал, что она опасна. Она казалась такой наивной, такой дурашливой и просто невежественной. Не путать с глупостью. Он никогда не считал Скалл глупой. Он видел ее мотоцикл, даже ходил на одно из ее шоу из любопытства, хотя никогда никому об этом не рассказывал. Чисто математические вычисления, связанные с ее трюками, были на уровнях, которые большинство людей не могли бы выполнить. Ясно, что она была умна. Она просто не знала о мире так много, как все остальные. Конечно, теперь стало ясно, что они тоже были невежественны, что он презирал. Его уверенность в собственном уме и талантах ослепила его, он не рассмотрел одну из тех, кто окружал его. Одна из них, как он теперь знал, была очень опасна в определенных ситуациях. Он определенно никогда даже не думал, что у нее может быть другой тип пламени, и определенно не Небо. И все же в этом был какой-то странный смысл. Ее заботливая натура. Ей нужно было быть рядом с другими, но в то же время оставаться свободной, до такой степени, что она отказывалась удерживать других, как это делали многие Небеса. Верде честно отказался от надежды когда-либо найти Небо. Он слишком заботился о своей работе, чтобы уступить кому-то из тех избалованных Небес, которые требовали так много времени от своей стихии. Требовали от него отказаться от собственных увлечений и мечтаний, чтобы исполнить желания Неба. Лишь немногие из них были похожи на Тсунаеши, который больше заботился о своих элементах, чем о себе. Он не стал бы лгать и говорить, что не хочет иметь Небо, он хотел, и всегда желал этого. Это был инстинкт, присущий всем элементам, если только они не стали диссонирующими. Однако его любовь и стремление к науке всегда брали верх над этим инстинктом, позволяя ему отказаться от тех Небес, которые были не достойны его времени. Теперь, хотя у него было Небо, он был уверен, что она никогда не потребует, чтобы он отказался от своих исследований или амбиций. Нет, скорее всего, она просто потребует, чтобы он выспался и нормально поел, и это не будет трудно. Много раз она заходила к нему, чтобы побеспокоиться о его здоровье. Иногда ей даже удавалось заставить его подчиниться ее капризам, Скалл обычно говорила о каком-нибудь новом изобретении или научном факте, всегда с неверной информацией, заставляя его отвлечься от своего текущего проекта, чтобы сказать ей правильные данные, потому что он отказывался работать с невежественными людьми! Потом ей удавалось заставить его поесть в перерывах между его разглагольствованиями либо уроками по любому предмету, о котором она спрашивала. К сожалению, ему потребовалось пять таких маленьких инцидентов, чтобы понять, чем она занималась. Тогда он запретил ей появляться в своей лаборатории, но Кайман, предатель, каждый раз впускал ее! Он был почти уверен, что Скалл подкупила его питомца, хотя и не знал, каким образом. Кайман был придирчивым и определенно не самым терпимым из их пламенных животных. Ну, по крайней мере, его Небо было интересным. Он не хотел, чтобы его Небо было тусклым.