Женись на мне полностью.

-Ну, не скажи, тут есть, что портить, - Учиха положил свою руку ей на грудь, демонстрируя, что есть, что портить. -Ей, маньячина, руки убери, - розоволосая спрыгнула с колен парня. -Это почему же я маньячина? – удивился Учиха. -Да просто так. Все, отойди от меня. Я, что не ясно выразилась? – но Саске подходил, все ближе и ближе, коварно улыбаясь. Зеленоглазая в свою очередь отступала назад, но закон подлости и в Африке закон подлости, нет сзади была не стена и даже не дверь, сзади было окно. И можно сказать аллилуйя, ты спаслась! Прыгай в окошко, с первого этажа не так и высоко прыгать, но какой черт под окнами растет шиповник? Вот кто его туда посадил? Учиха уже был рядом, его дыхание чувствовалось на лбу розоволосой. Неожиданно парень усадил уже любимую на подоконник, из окна виднелись бабулечки, которые съели уже наверное тону семечек, все мотали головами в сторону и обсуждали молодежь. Теперь они смотрели в глаза друг другу. Брюнет тепло улыбался, а Сакуре захотелось поцеловать эту улыбку, запомнить ее. И она сначала поцеловала край губ, потом начала целовать верхнюю губу, легко оттягивая и покусывая ее. Потом кончиком языка облизала нижнюю губу и укусила ее, до крови. Харуно сама удивлялась второй раз в жизни целуется, а уже тут Камасутру губами вытворяет. А чего ей уже стыдиться? Скоро они поженятся и рано или поздно супружеский долг будет звать ее в объятья Саске. Учиха, в свою очередь, прикрыл глаза и гладил талию розоволосой. Ему было приятно чувствовать, что именно Она его целует. Что это ее руки поглаживают его шею и мышцы на руках из-за чего они напряглись. Парень начал поцелуй первым, его язык уже во всю «исследовал» территорию, касаясь неба, щек, самого языка девушки, который когда соприкасался с чужеродным телом прятался. Но Учиха он и в Гималаях Учиха, находил его и завлекал в танец. Бабульки уже одели очки и взяли попкорн. Девушка зарылась руками в волосы парня, перебирая их пальцами. Саске стал целовать ее шею, оставляя на ней мокрые следы, девушка откинула голову назад, теперь бабушкам было видно полностью ее лицо и похоже она это заметила. -Саске… Там эти бабушки… - тихо прошептала она. Учиха взял ее на руки, чтобы не упасть она обвила его талию своими ногами. И они в слепую пошли к кровати, буквально упали на нее и стало возгораться уже даже не пламя, а дикий огонь. Сейчас не важно, что твориться на улице, что соседи стучат по - батареям, не важно. Важно только, что они вдвоем, совсем рядышком. Руки брюнета задирали майку оголяя живот и черный бюстгальтер, а губы спускались с шеи. Сакура уже томно вздыхала- ей было хорошо. Раньше она думала, что целоваться это скучно, ну, подумаешь обслюнявишь ты другого человека, обменяетесь микробами и что? А теперь у нее эта гипотеза разлетелась в пух и прах. Целоваться – это круто, особенно, когда ты целуешь человека от которого тебе сносит крышу, ты готова забыть кем ты являешься, даже в рабство себя сдать ему. И плевать на, то, что ты этого не делала раньше, руки сами собой двигаются и уже черная майка висела где-то на люстре, а белая рубашка мирно засыпала под кроватью. Руки девушки сами собой сползли на торс парня, Сакура всегда мечтала потрогать мужской пресс, у нее даже картинка на телефоне была. И вот она проходиться по горячей коже своими холодными пальцами, вызывая дрожь в теле ее партнера, который уже целует опухшие до безобразия губы, а руки Саске уже расстегивали пуговицу на ее шортах, а потом отправляя их куда-то на Мадагаскар. Сакура перевернула брюнета на спину и села на него, снимая его шорты, выкидывая их. И вот, когда два накаленных тела находятся друг на против друга, глаза в глаза, и вот сейчас начнется эта сладкая битва. Страстный поцелуй и черный лиф летит, как сувенир бабушкам. Но им уже не важно, что куда полетело. Руки парня сжимают небольшую грудь, соски уже напряглись и стали, как две маленькие изюминки. И вот же Учиха захотел попробовать на вкус эти изюминки. Одной рукой он еще сжимал правую грудь девушки, а губами припал к изюминке, облизывая ее языком, покусывая зубами и оттягивая в сторону. -Ах… - сорвался первый, громки стон с уст девушки. Еще немного поиграв с грудью девушки Учиха снял с нее трусики, которые уже были полностью влажными, благо, что он их как сувенир бабушкам не отправил, а то они бы молодость вспомнили. И уже два пальца погружаются во внутрь, Сакура чувствовала неприятное ощущение, кололо и казалось, что сейчас наступит конец. Она руками схватилась за деревянное изголовья кровати. -Ах, больно… - шептала она. Учиха поцеловал ее верхнюю губу. Вскоре боль ушла, и в нутрии у девушки начало все пульсировать, дыхание становилось учащенным, стоны громче и боксеры Учихи попали на голову их соседской бабушке Хочё. Она бедная сознание потеряла. А брюнет уже вводил головку члена во влагалище, чувствуя возбуждение своей партнерши, он лег на спину, а девушку буквально усадил на себя. Сакура конечно вскрикнула от ощущение чего-то нового в себе, но это было не так больно, как рассказывали. Теперь розоволосая сидела полностью на его половом органе. Они держались за руки, бедрами двигаясь на встречу друг другу. Раскрасневшееся лицо девушки еще больше возбуждало Учиху, ее мокрое от пота тело, полу закрытые глаза, волосы, которые прилипали к телу. Грудь, которая в моменты толчков подпрыгивала. Ни с одной девушкой такого не было, даже подобного. Хотелось еще и еще. Хотелось ее всю. Любую: больную, здоровую, пьяную, злую, совершенно любую. И это грело душу. Ее тело не было таким идеальным, как тело других девушек, есть и получше, но для него она стала самой красивой, он любит ее всю, с прыщиками и сонными, закисшими от сна глазами. Вот плевать. Ее запах стал для него слаще меда и мускуса, слаще самого сладкого вина. И вот, когда уже стенки влагалища пульсируют с невероятной скоростью, когда сил уже нет и Сакура чувствует такое приятное ощущение, что все остальное меркнет, просто теряет краски, нет и кровати, нет и света, нет ничего, просто пусто, черный квадрат, где только она и он. Только вдвоем. Парень и девушка уставшие откинулись на кровать и только сейчас услышали стуки по батарее. -Ах-ах-ах, - в один голос засмеялись они и поцеловались. Сакура легла на другую сторону кровати, закусив губу. В ее голове появилась очень гениальная, пошлая мысль. Она это видела на одном… кхм, сайте. Ну, подумаешь на порно сайте! Кто туда не заходит? Даже я захожу… Иногда… ( автор себя попалил). Девушка облизнула свою верхнюю губу и приподнялась на локтях. Учиха посмотрел на нее. Розоволосая облизнула его Адамово яблоко, прошлась языком по синей, пульсирующей жилке. Саске откинулся на подушку и ухмыльнулся, он уже понял, чего она хочет. Язык девушки спускался ниже, обводя языком ямку пупка, а руками водя по возбужденной плоти любимого. Она водила по стволу взад вперед, выступила смазка. Руки парня сжали простынь и он тихо зарычал, зеленоглазая подняла на него затуманенный взгляд и погрузила член парня себе в рот, не постепенно, а сразу весь целиком, еще бы немного и у нее проявился рвотный рефлекс, но она вовремя высунула. Потом опять погружая себе в рот, Учиха схватил ее за волосы и помогал ей делать быстрее. Когда он кончил ей прямо в рот и горячее семя стекало по ее губам на грудь, Саске слизнул его с ее губ и груди. Его вновь заводил один ее вид. И теперь уже грубо он вставил ей до конца, так, что громкий крик было слышно тем бабулькам, которые уже делали букмекерские ставки, кто же у них родиться. Остановились они уже ближе к полуночи, когда до безумия уставшие упали на кровать. Бабушки тоже ушли спать, а во сне они будут представлять за место той розоволосой выскочки себя. Простите меня ненормальную. У меня пока плохо получается писать хентай самой. Прошу высказать свои мнения по поводу моего мнимого описание постельной сцены.