Сколько ты хочешь?

      Мирэ ушла, оставив после себя в моей душе горький осадок. Не буду врать, ее слова напугали меня. Ее сумасшедший взгляд, смотревший на меня, когда она произносила последние слова, вызвал неприятный холодок по коже. Но, отчасти, я понимала причину ее безумства и это смягчало мое отношение к девушке. Она действительно очень сильно полюбила Юнги, настолько, что эта любовь переросла в одержимость и зависимость. Ее чувства нельзя назвать истинной любовью, судя по тому, что ей не так уж и важно счастлив ли сам Юнги, главное, чтобы она была счастлива. А счастливой она смогла бы быть только тогда, когда бы заполучила Юнги. Печально, когда самое светлое чувство на свете перерастает в нечто подобное. Даже не знаю стоит ли Юнги рассказывать о ее сегодняшнем визите.       Немного успокоившись после столь неприятного разговора, решаю пойти разобрать покупки, которые так и остались стоять в холле. Взяв с собой небольшое количество пакетов, отправляюсь в свою комнату, которая из "моей" превратилась в "нашу". Юнги теперь постоянно спит вместе со мной. Даже некоторые свои вещи перенес в мой шкаф. Ну как "мой"? Он, в принципе никогда моим то и не был, но все же. Да что там вещи? Иногда Юнги даже работает в нашей комнате, забывая о своем излюбленном кабинете. Люблю делать вид, что не замечаю его взгляда в мою сторону поверх крышки ноутбука. Он часто так делает и это умиляет. В общем, когда мы обсуждали тему рождения ребенка и все, что последует потом, Юнги сказал, что не хочет, чтобы у ребенка в первое время была своя комната. Он хочет, чтобы кровать малышки стояла в нашей комнате. И что-то мне подсказывает, что и своя кровать ей не понадобиться. Наверняка, Юнги захочет, чтобы малышка вообще спала вместе с нами. А он еще переживал, что будет плохим отцом. Теперь мне кажется, что на фоне такого папы, это я буду никудышной матерью.       Аккуратно достаю из пакета крошечную одежду для нашей малышки. Все такое мягкое, нежное и ужасно милое. Даже и не верится, что уже через месяц я буду одевать все это на свое дитя. Я скоро стану мамой. Не верится. - Как тебе, нравится? - спрашиваю, поглаживая свой живот. - Это папа выбирал. Он так старается тебе угодить.       Легкие пинания малышки воспринимаю как одобрение и широко улыбаюсь. Потом последовал еще один пинок, но уже немного сильнее. Вскоре пинки сменились на тянущую боль внизу живота и спины. Доктор предупреждал нас о том, что в этот период беременности могут быть так званые ложные схватки, как тренировка перед родами. Подозревая, что это они и есть, продолжаю складывать вещи малышки в шкаф. Но боль не проходила и становилась все сильней. Вскоре я почувствовала, что мое белье стало как будто стало влажным. Когда я проверила его, то обнаружила несколько капель крови. Запаниковав, я сразу же набрала своего гинеколога. - Миссис Ким, мне кажется я рожаю. - затараторила я сразу же, как только гудки сменились на привычное "алло". - Для начала успокойтесь. - ее тон как всегда уравновешен и спокойный. - Расскажите, что вы сейчас чувствуете. Я рассказала ей все, как было и то, как поменялся ее тон, заставило меня паниковать еще больше, чем прежде. Юнги       Юнги уже направлялся домой, когда ему позвонила доктор Джису. Увидив на экране телефона ее имя, Юнги насторожился. Что-то произошло. Он поднял трубку и включил громкую связь. Спустя некоторое время он, как в тумане, развернул машину и направился в клинику. В его голове все еще звучали слова госпожи Ким:" У Джису внезапно начались схватки. Ее сейчас привезут к нам на скорой помощи. Вы должны приехать." Понимая, что еще слишком рано для родов, Юнги не на шутку испугался. Он был убежденным атеистом, но сейчас мужчина отчаянно молился о том, чтобы с Джису и девочкой было все хорошо. Он не может потерять их, только обретя. Казалось бы, небольшой отрезок дороги показался ему сейчас бесконечностью.       Юнги так спешил, что, приехав в клинику, даже не удосужился заблокировать машину. Он бросил все и просто бежал, боясь опоздать. Сердце неустанно билось о грудь парня, а в голове, как мантра, повторялись одни и теж слова молитвы:" Пусть с ними все будет хорошо." Девушка в приемном отделении сказала ему номер операционной. Юнги со всех ног бросился туда, сбивая при этом прохожих. Сейчас ему было не до толерантности - его самые дорогие люди в опасности. Оказавшись у двери операционной он хотел было уже войти внутрь, но его остановила медсестра, выходившая оттуда. - Что с ней? - он умоляюще ухватился за ее рукав, пугая бедную девушку. - Вы ее муж? Ни минуты не колеблясь, Юнги кивнул. - Пока ничего сказать не могу. Врачи делают все возможное чтобы спасти и мать тоже. - с сожалением говорит девушка, отводя глаза немного в сторону. Юнги похолодел от ужаса "...и мать тоже." Джису может умереть? Нет! Он не может этого допустить. Он пытается снова пройти в операционную, но медсестра снова останавливает его. - Вам нельзя туда. Вы можете сделать только хуже. - Я не могу просто сидеть и ждать! - выкрикнул злой Юнги. - Я сойду с ума здесь. Внезапно из двери выходит еще одна медсестра. На ее форме видны брызги крови и это приводит к еще большему ужасу. - Нам нужна еще кровь! - быстро говорит пришедшая медсестра. - О нет. - девушка прикрыла рукой рот. - Это был последний пакет. - Звони в Центральную клинику, срочно! Опросите родных! - сказав это, она развернулась и ушла обратно. Стоящая рядом медсестра, паникуя, отправилась куда-то по коридору, а затем, опомнившись, вернулась обратно. - У вас есть кто-то из родных и знакомых с первой отрицательной группой крови? Юнги застыл. Он знал какая группа крови у Джису и также прекрасно знал у кого такая же группа крови. Возможно, при других обстоятельствах, он никогда бы ей не позвонил и нашел бы какой-нибудь другой вариант, но сейчас на кону стояла жизнь его любимых девушек. Достав из кармана мобильный, дрожащими руками, он нашел ее номер и нажал на вызов. Спустя два гудка, на том концу провода, послышалось сиплое:"Юнги?" - Мам, помоги мне. - на его глазах скопилась влага. Он столько лет не называл ее так, хотя так хотелось иногда. - Что случилось? - ее взволнованный тон придал Юнги немного уверенности - она все еще беспокоится о нем. - Мам, Джису в больнице. Она сейчас в операционной...ей нужна кровь. У нее первая отрицательная, как и у тебя. - голос Юнги подводил его, давя слова в горле. - Они с ребенком могут умереть. После этих слов с его глаз ринулись давно сдерживаемые слезы. В трубке повисло молчание и на секунду Юнги подумал, что мама бросила трубку. Но вскоре она снова заговорила. - Я сейчас приеду. Юнги стало немного легче. Даже медсестра, стоявшая рядом и наблюдавшая за разговором, облегченно вздохнула, когда Юнги сказал, что он нашел донора.       Мама Юнги приехала очень быстро. Она боялась подвести сына. Он впервые за долгое время снова назвал ее мамой и это затронуло что-то в ее душе. Ее сразу же подготовили и отправили в операционную. Ее положили на специальное кресло, рядом с операционным столом, на которому лежала бессознательная Джису. Подключили аппарат, по трубке которого, кровь двигалась к катетеру воткнутого в вену на руке девушки. Немного жутковатое зрелище, но Минхек продолжала смотреть на бедную девушку. Ей стало так стыдно перед ней и так жаль ее. Ее сердце просто сжималось от сожаления и она искрине начала молиться о том, что бы с девушкой и ее внучкой все было хорошо. Вокруг был полнейший хаос. Врачи что-то выкрикивали, торопились и ужасно нервничали. Атмосфера была напреженной. Минхек представляла что происходит с Юнги за дверьми операционной и это разбивало ей сердце.       Минхек было плохо видно, что именно делают врачи, но вскоре, она увидела как врач поднял на руки малыша и передал медсестре. Она вдруг вспомнила, как такого же маленького красного смешного Юнги, показали ей после стольких часов схваток. Но ребенок почему-то не плакал и Минхек запаниковала. Пять, шесть, семь...секунд тишины и вот раздается крик маленького человечка и все облегченно вздыхают. Но расслабляться рано: Джису еще в опастности.       Медсестра привела Юнги в одноместную палату, ничего толком не объяснив, сказала подождать здесь. Ужасно нервничая, Юнги ходил из угла в угол. Вскоре дверь открылась и в палату вошла та же медсестра, но уже с малышом на руках. Маленький орущий сверток. - Ваша девочка. - она по-доброму улыбнулась и протянула ему сверток. Юнги застыл, всматриваясь в крошечное лицо. Раскрасневшиеся от крика щечки и маленький носик, глаза бусинки - она такая маленькая и беззащитная, что Юнги боится ее даже на руки взять. Медсестра, заметив это, помогает отцу взять ее на руки. И вот он почувствовал маленькое теплое тельце своего ребенка на своих руках и его мировоззрение меняется в секунды. Он тысячи раз представлял себе этот момент, но ни одно из представлений не было похожим на действительность. Его маленькая малышка, его сокровище, его давняя мечта - он держал ее сейчас в руках и не верил сам себе. Он стал отцом. - Что с Джису? - она значила для него так же много, как и это маленькое чудо на его руках. - Пожалуйста, не волнуйтесь так. Благодаря вашей маме, врачи смогли остановить кровотечение и предовратить смертельную потерю крови. Она еще в операционной, но все худшее уже позади.       Волна облегчения прокатилась по всему телу и Юнги наконец-то смог спокойно вздохнуть. Его Джису будет жить. Он поднял глаза к небу и одними губами прошептал:"Спасибо тебе", а затем прижал крепче к себе малышку и дал волю чувствам.