Новый луч надежды

      Две недели до суда       — Итак… — протянул Римус, неловко одергивая воротничок мятой рубашки, — подведем итоги. Ты собираешься целенаправленно сдать Сириуса властям, — он загнул один палец, — позволишь его судить, — к первому пальцу присоединился второй, — выиграешь суд, — третий, — и оправдаешь Блэка?       — Да! — Рейчел буквально расцвела и энергично закивала головой, явно безмерно гордая собой.       — И все пройдет успешно благодаря этому? — Люпин постукал указательным пальцем по тонкой папке с бумагами, лежащей прямо перед ним на столе.       — Конечно! Ну, безусловно, нужно еще кое-что найти, но да!       — Если у тебя есть, Лунатик, не знаю, какие-то комментарии или сомнения по поводу этой замечательной идеи… не стесняйся их озвучить, — вклинился Сириус с привычной ухмылкой, многозначительно посмотрев на друга и всем своим видом крича «давай, помоги мне, скажи ей!»       — Рейчел, милая, — мягко начал Римус, прочистив горло. — Ты уверена, что твой план… м-м, как бы это сказать… сработает?       Люпин тщательно подбирал слова, боясь потревожить ауру победителя, которой окружила себя Рейчел. Она буквально горела родившейся в ней идеей и, казалось, не замечала в ней изъянов. А Сириус и Римус, не понаслышке зная ее неспособность и откровенное нежелание принимать критику, пытались максимально спокойно преподносить ей факты и подбирать слова, чтобы создавать видимость понимания и заинтересованности.       — Определенно, да! — глаза девушки опасно сверкнули. — Если бы собранные мной доказательства хотя бы приняли во внимание при вынесении приговора, Сириуса бы и вовсе не посадили! Но нужно еще поработать с линией защиты и возможными свидетелями, а они точно были… — снова принявшись рассуждать сама с собой, пробубнила Рейчел и начала что-то чертить на бумаге, позабыв о собеседниках.       Сириус поймал пытливый взгляд Римуса и лишь пожал плечами. Нельзя сказать, что ему претила идея оправдать себя – совсем даже наоборот, ведь только о свободе он и мечтал последние 13 лет своей жизни. Тем не менее, план Рейчел казался ему каким-то несбыточным чудом. Он чувствовал подвох и без особого желания хотел лезть на рожон, ведь опасная игра с ее отцом однажды уже закончилась плачевно. Но, видя, как отчаянно и яро Рейчел продумывает все новые варианты и серьезно подходит к делу, сомневался все больше, и чаши весов перевешивали в сторону риска.       — Одни мои показания и Дамблдора, что Сириус не был на тот момент Хранителем, это не достаточная улика, Рейчел, — серьезно произнес Римус, возвращая девушку в реальность. — Тем более, все потенциальные свидетели или убиты, или им стерли память. Магглы вряд ли будут радушно встречены в зале Визенгамота, даже если ты каким-то образом сможешь таковых найти.       — Недавно я откопала это, — она выудила из папки небольшой клочок бумаги, где беглым почерком была переписана выжимка из газетной статьи. — В Лондоне установлены несколько маггловских камер видеонаблюдения. Эти, как наши колтографии, записываются на пленку, — она расстелила карту города и указала на выделенные карандашом круги. — В этих местах к моменту побега Петтигрю уже были установлены камеры. Посмотри внимательно на эту улицу.       — Здесь все и произошло, — задумчиво проговорил Римус, склонившись ближе над картой. — Но прошло 13 лет. И не факт, что на этой камере что-то видно. Ты не думаешь, что прибывшие на место волшебники не уничтожили находку?       — Насколько я поняла, все записи хранятся в архиве. Возможно, повезет, и мы сможем найти нужный нам день. А что до мракоборцев… они могли и не знать о маггловской системе слежения.       — Рейчел, это хорошая идея… но тебе не кажется, что нас слишком мало? Я имею в виду, здесь столько работы, и мы можем не суметь проникнуть в архив или найти достаточно доказательств и…       — Точно! Римус, ты прав! — блондинка хлопнула себя по лбу и тут же принялась что-то строчить на пергаменте, придвинув ближе чернильницу.       После побега с Хогсмида Сириус и Рейчел поселились, как и планировали, на Площади Гриммо. Переезд давался тяжело и в моральном, и в физическом плане: дом сам по себе был уже довольно стар и жуток, а покосившиеся предметы мебели, пропитанные пылью и плесенью выцветшие обои, мрачные оттенки зеленого и черного наводили тоску и глубокое уныние.       Еще на пороге Рейчел выразила соболезнование Сириусу и, закашлявшись от поднятой с пола пыли, просипела, что теперь-таки она понимает, почему Блэк всегда был придурковатым. Они выбрали себе единственную светлую комнату и обосновались в ней, приведя в мало-мальски презентабельный вид несколько комнат дома, однако само помещение от этого уютнее не стало. Единственным местом, куда мог зайти Сириус без брезгливого выражения лица, была кухня, в которой всегда горел мягкий свет от зажженных факелов и которая согревалась жаром огромного камина.       Именно в ней за широким столом из резного дуба сидели ребята, уткнувшись в разложенные по всему столу документы и периодически отпивая уже остывший чай из потускневших кружек.       — Мы можем не справиться… — задумчиво произнесла Рей и притянула чистый лист пергамента.       — Ну слава богу, Рейчел, дорогая, твой план спасти Сириуса, определенно, благороден и оптимистичен, но все же я рад, что ты решила этого не делать, — Римус просиял и довольно кивнул подруге, похлопав ту по плечу. Сириус молча наблюдал за происходящим, пожевывая кончик карандаша, не спеша встревать в беседу.       — Ты что, обалдел? Нам нужна помощь друзей, Люпин, и немного фантазии, — нахмурилась явно задетая Рейчел и стряхнула с плеча его широкую ладонь. — Я тут, по-твоему, в крестики-нолики играю сама с собой? Вообще-то, это, — она подняла два исписанных пергамента, — добавят нам преимущества.       — Рей, давай все взвесим…       — Ты в деле или нет, Римус?       — Так, ладно, — устало бросил Сириус, чувствуя, как начинает пахнуть жареным. — У меня есть кое-что. Держи, — хоть и очень нехотя, но он решил вступит в игру, наплевав на внутренний голос, вопящий о благоразумии. Сложенные втрое несколько листов бумаги покатился по столу к рукам девушки.       — Что это? — заглядывая за плечо Рей, спросил Римус с явным интересом и сомнением. — Ты что, все-таки согласен на эту авантюру?! Это же безумие!       — Эй!       — Она не отступит, Римус, потому, раз уж на то пошло, надо не проиграть этот чертов суд. Тем временем Рейчел уже успела пробежаться по письмам, очень похожим на личную переписку не для чужих глаз. Каждое письмо, как и полагалось, было подписано. «Хоть где-то педантичность англичан пригодилась!» — опешила Рейчел, чувствуя, как широко начинает улыбаться. — Где ты это взял?! — Стащил из заднего кармана Ноа, пока мы поднимались за ним по лестнице к Дамблдору. Кажется, именно это он читал по пути к кабинету. Не очень осмотрительно с его стороны было убирать такие вещи в карман для воровства. Прям находка для карманника. Несколько писем были абсолютно бесполезны, ведь представляли собой лишь пару предложений, будто вырванных из контекста. Но вкупе с остальными складывались в очень занимательную картину: сэр Хабберт вел занятную переписку со своей правой рукой, Ноа, и активно разрабатывал план по смещению с должности Фаджа, действующего министра магии. В подробном письме, датированном незадолго до встречи в кабинете директора Хогвартса, Ноа по пунктам расписал имеющиеся компрометирующие сведения на министра. А вот следующее письмо, которые, казалось бы, само по себе кажется весьма безобидным, в приложении к последнему письму подтверждало явную заинтересованность мистера Хабберта в увольнении Фаджа. «Отлично, Ноа, так держать! Продолжай копать в том же духе! Мы скоро победим! Я ни разу не пожалел, что взял тебя обратно, сынок!» — Черт возьми, Сириус, это же невероятная находка! Золотая жила! — Рейчел не сдержалась и постучала кулаками по столу, заставив ложку задребезжать в чашке. — Вы понимаете, что можно сделать с этими письмами?! — В суде это явно не поможет, — протянул Сириус, прищурившись и снова закусив карандаш. — Но я знаю, к чему ты клонишь. — О, да… — загадочно протянула Рейчел и взялась за свое недописанное письмо, быстро что-то застрочив. Она достала из сумки сладости, вложила все в небольшой сверток и в распахнутое окно отправила сову Римуса, как заново разгоравшуюся надежду. — Ты что-то отправила Гарри? — уточнил Люпин. — Гермионе. Ей нужна поддержка. И кое-какая помощь — мне. Когда Сириус с Рейчел были в бегах, девушка поддерживала общение не только с Гарри, но и с Грейнджер. Они общались, как старые подруги, и сильно сдружились за время бурного общения по переписке. Девушки делились друг с другом переживаниями и новостями, потому через нее Рей узнавала о внутренней ситуации в Хогвартсе, что сыграло в данной ситуации на руку. — Поддержка? Что случилось? — Сириус нахмурился и скрестил руки на груди. — Ты газеты хоть иногда читаешь, Блэк, или только картинки в них рассматриваешь? Ведьмин досуг напечатал весьма нелестную статью о бедной девочке. — Ведьмин досуг? Журнал про женские цацки? Я что, похож на человека, который интересуется бабскими тряпками и готовкой? — Важно то, что статью написала Рита Скитер, — Рейчел закатила глаза, но на колкость отвечать не стала. — Да, она в Хогвартсе, но что с того? Причем тут Гермиона? — Она устроит мне с ней встречу, — улыбнулась девушка загадочно. Рей еще раз взглянула на небольшую стопку писем отца с Ноа и погладила их большим пальцем. — Придется писать еще одно письмо. Двенадцать дней до суда Рейчел, плотно укутавшись в широкий ворот пальто, брела по узким улочкам Лондона к неприметному пабу на окраине города. Она не рисковала пользоваться трансгрессией, боясь, что ее передвижения могут отследить подчиненные отца. Выбранное Ритой место идеально вписывалось в неприметный образ жизни Рейчел, потому Сириус, взяв с нее обещание быть крайне осмотрительной, отпустил ее на встречу. Внутри блекло освещенного магловского паба, пропахшего пивом и копченостями, было тихо и безлюдно. Несколько завсегдатаев, общавшихся с барменом, как со старым другом, сидели возле барной стойки и создавали серый шум. В самом углу, подальше от окон, за, казалось, самым чистым крохотным столиком сидела Рита, надевшая, на удивление, серый строгий костюм. Рейчел опустилась на противоположный стул с нескрываемым замешательством. — Рейчел, дорогая, — Скитер слащаво улыбнулась, по старой привычке состроив гримасу добродушия, тогда как в глазах застыл хищный огонек. Она пожала руку блондинке и заказала им по кружке пива. — Удивлена, что ты сегодня не пестрая звезда заведения, Рита, — девушка отодвинула от себя пиво, сославшись на то, что не пьет темное. — Пропущу мимо ушей твое ехидство и перейду к делу, — журналистка любовно провела по заранее приготовленному блокноту ногтем с ядовито-зеленым лаком. — Как я понимаю, ты сбежала из психушки. Интересно. Как это было? Ты кого-то убила при побеге? Кто тебе помог? Рейчел скосила глаза на прытко пишущее перо, которое успевало писать как вопросы, так и ответы, которые блондинка еще не успела дать. Девушка схватила ее блокнот, вырвала страницу и бросила тетрадку на соседний пустой стол. — Если ты попытаешься еще хоть что-то записать, я подпалю твое перо, — произнесла Рейчел холодно, блеснув глазами на задумавшуюся собеседницу. — Зачем тогда ты меня позвала, если не для этого? — Про мой побег уже писали в Пророке, удивительно, что, получив это письмо, ты не устроила встречу в Больнице Мунго на пару с моим папашей. — Это было бы сенсацией, верно, но ваши разборки — это не самое интересное, что ты можешь мне предложить, — утвердительно пропела Рита, снова хищно улыбнувшись. — Но, как видишь, я сижу в этом богом забытом месте в отвратительно мрачном наряде и жду, что ты мне сообщишь. Как минимум, у меня будет выбор, о чем написать: о нашей личной встрече или свежей сплетне. Тем более, своим успехом я косвенно благодарна тебе. 13 лет назад именно Рита, начинающая, никому не известная на тот момент журналиста, взяла интервью у мистера Хабберта о сумасшествии Рейчел, в ярких красках и умелых, но лживых деталях описав причины заточения девушки в Мунго. И именно после прогремевшей на всю Англию новости Стикер пригласили занять постоянное место ведущего журналиста сразу в трех волшебных газетах и разнесли о ней славу на весь Лондон. Рейчел вышла на Риту совершенно случайно: когда девушка уже отчаялась достучаться до общественности, а Сириус смиренно ждал своего часа за решеткой, она перетряхнула все газеты, но безрезультатно, ведь никто не решался пойти против мистера Хабберта и лишится работы. Тогда Артур Уизли передал ей контакт Скитер – никому не известной журналистки, недавно принятой на работу в газету и лично не знавшей отца. Но мужчина попросил ее быть крайне осторожной с этой девушкой, так как доверия она уже ни у кого не вызывала, хотя только начинала работать. И вскоре Рейчел на своем примере убедилась, что Артур и его знакомые были правы. — Какого черта, Рита? Ты же знала, что я не съехала с катушек! — прошипела Рейчел. — Блэка бы все равно посадили, это было очевидно, а те бумажки, которые ты мне притащила… меня бы засмеяли, — Рита театрально вздохнула и хлопнула в ладоши. — Я поставила на нужную лошадь и выиграла, ничего личного, дорогуша, это работа. — Ладно. Раз ты пришла сюда и даже в маскировке, значит, как минимум заинтересована меня выслушать. Ведь сейчас я уже та самая лошадка? Рита ответила кивком. — У меня есть кое-какой материал для тебя. И ты его напишешь. И точно не пожалеешь. — Почему? — Еще один резонанс для твоей вшивой газетенки. И снова интервью с моим отцом. Как в старые-добрые, а, подруга? Скитер непонимающе нахмурилась, но внимательно выслушала Рейчел. Девушка собиралась заставить своего отца забрать свои слова о сумасшествии дочери назад, полностью восстановив репутацию Рей в обществе. И именно Рита должна этим заняться – раз первоначально гора нелестных комментариев свалилась на Рейчел, теперь, как считала блондинка, справедливо, что они ударят по отцу. — Это еще не все. У меня есть на него кое-какой компромат, — Рей достала из сумки несколько бумажек. — Куда ты тянешь свои ручонки, Скитер, я не собираюсь их тебе отдавать. Лишь скажу, что здесь доказательства того, что мой отец, окончательно помешавшийся на карьерном росте, рассчитывает занять место министра магии. Я предупредила, — жестко бросила Рейчел, увидев, как Рита потянулась за пером, — только дернешься – я сломаю тебе все пальцы с этим ужасным маникюром. Рита резко отдернула руку, как от открытого огня, но тут же взяла себя в руки и нахально подняла одну бровь. — А с чего это вдруг я не напишу об этом статью? Даже без доказательств я могу весьма красочно и сочно это расписать, ты меня знаешь. — Потому что на тебя у меня тоже есть компромат, — Рей улыбнулась на реакцию журналистки, когда у той непроизвольно дернулись плечи. — Как думаешь, сколько врагов ты заработала, включая меня, написав тонну лживых статей? — блондинка демонстративно задумалась и почесала подбородок. — Десятки волшебников? Сотни? Ты не только работу потеряешь. — Ты ничего такого обо мне не знаешь, — резко бросила Скитер. — О тебе? О, ну, кое-что знаю. Например, как ты добываешь грязные сплетни для своей газеты. Всегда знала, что ты мерзкая, но чтобы превращаться в жука… — Ты ничего не докажешь. — Да что ты? Рита, я была близко знакома с незарегистрированным анимагом, — прошептала блондинка, наклонившись к ней ближе. — И, поверь мне, я знаю, какое заклинание использовать, чтобы человек принял свою животную форму. А достать я тебя везде смогу, особенно если ты в Хогвартсе. Там же сейчас такие страсти происходят, сорвешь большой куш, потому никуда до конца года ты оттуда не денешься. Рита нервно пожевала губы, прищурившись на собеседницу. Разговор явно шел не в том русле, на который рассчитывала эта акула, но так боровшаяся за свою репутацию журналистка сдалась и, наконец, отбросив в сторону напускную доброту, проговорила уже холодно и спокойно: — Ладно. Допустим, я согласна на твои условия. Я пишу статью о тебе и твоем отце, а ты держишь в тайне мой маленький секрет. — Ты в курсе, что есть отслеживающие древние заклинания, способные найти человека по всему земному шару? Да-да, Рита, в отличие от некоторых, я очень хорошо и глубоко изучала Заклинания в школе. Попробуешь меня обмануть — тебе конец. И твоей карьере тем более. С первой запланированной встречи Рейчел вышла полным победителем. Уже на улице, глубоко вздохнув морозный воздух, она позволила себе расслабиться и насладиться триумфом маленькой победы. Преисполненная полной решимости, девушка закутала в ворот довольную ухмылку и отправилась на следующую, волнующую встречу. Сириус, конечно, был далеко не рад планам Рейчел, но он заранее понимал, на что идет, отдавая ей в руки выкраденные у Ноа письма. Он не мог не признать, что они определенно точно подействуют на мистера Хабберта, и скрепя сердце отпустил любимую с ним на разговор. Сириус сознался только себе, оставшись наедине в пустом холодном доме, что отчасти не верил в успех задуманного Рейчел дела, но самое большее, что он мог сделать для нее сейчас, — дать хотя бы ей возможность жить свободной, полной жизнью, которую она заслужила. Даже если из-за этого ему придется снова сесть в тюрьму. — А ты пунктуальна, как часы. Минута в минуту Рейчел добралась до небольшой квартиры Ноа. Она пошла на большой риск и молилась на его благородие, когда отправила письмо с просьбой о личной встрече с ним и ее отцом. Цепкий взгляд блондинки внимательно осмотрел окрестности на подходе к дому в поисках подвоха, но никого, на удивление, не было. Или ей так только казалось. Потому она была подозрительна и осторожна даже в маленькой квартирке. Странно маленькая, скромная однушка в центре Лондона была строго обставлена лишь самым необходимым. Над широким камином на полочке Рей заметила ряд семейных фотографий Ноа, статуэтку ангела и большие часы, которые оповещали о пробитом часе громким тиканьем. На диване стального цвета, вальяжно закинув ноги на низкий кофейный столик, с газетой в руках восседал мистер Хабберт. При виде него еще с порога у Рейчел похолодело в груди, но она сжала кулаки и уверенным шагом прошла в самый центр комнаты. Махровый черный ковер мягко обволок ее ноги, почему-то придавая ей немного решимости. И, чтобы хоть как-то успокоить сбившееся от волнения дыхание, девушка перевела взгляд на длинную картину над диваном, изображавшую туманный горный пейзаж.       — А здесь миленько, — нарочито громко сказала девушка, оббежав помещение еще раз быстрым взглядом.       — Здесь нет моих ребят, дорогая, можешь расслабиться, — протянул ее отец самодовольно и лениво убрал газету. Ноа, как всегда облаченный в строгий темно-серый костюм-тройку, гармонично вписываясь в обстановку, встал возле своего начальника. Он еле заметно улыбался и предложил девушке присесть, но та отказалась, мотнув рукой.       — Удивительно, что ты не привел сюда своих цепных псов. Ну, кроме одного, — девушка бросила натянутую улыбку Ноа. — Даже не попытаешься меня схватить, пытать, убить?       — К чему весь этот перечисленный тобой ужас, милая, мы же родня, — мистер Хабберт продолжал сидеть, смотря на нее снизу вверх внимательным взглядом. Его спокойность пугала Рейчел. — Я даже рад, что ты первая согласилась увидеться и поговорить.       Блондинка уловила нотку стали в его голосе и расслабленно выдохнула. Значит, он все же нервничает, потому не рискнул нарушить условия личной встречи.       — Неужели так письмо на тебя повлияло? А если я блефую?       Рейчел нарочно пыталась вывести отца из себя глупыми вопросами и насмешливым тоном, ведь должного эффекта она могла добиться, только доведя того до исступления.       — Ты писала, что хочешь поговорить уединенно о письмах, и я буду крайне заинтересован в разговоре до того, как ты обнародуешь информацию. Так вот, я заинтересован, — он попытался улыбнуться, но больше получился оскал. — Только вопрос, где ты их взяла?       — Тогда не будем ходить вокруг да около, да, папочка? — девушка натянула фальшивую улыбку и проигнорировала вопрос. — Всегда знала, что ты помешался на своей карьере, но чтобы так? — она округлила глаза и покачала головой. — Ай-яй-яй, захотел скинуть министра и занять теплое местечко?       На лице отца заиграл желваки. Ему потребовалось буквально мгновение, чтобы взять себя в руки, но леденящий душу тон выдавал его волнение.       — Что тебе нужно?       — Ты оправдаешь мое имя и позволишь мне жить спокойно. Иначе это, — она махнула стопкой бумаги, как красной тряпкой перед быком, — отправиться прямиком на стол к Фаджу.       — Ладно. Но почему я не могу просто схватить тебя прямо сейчас и снова отправить в дурдом?       — Да брось, отец, ты бы сделал это еще до того, как я переступила порог этой скромной квартиры. Ты же знаешь, что я не дура. Училась у лучших.       — Уже все схвачено, да, Рейчел? Молодец, дочь, что сказать. Будь добра, отдай мне письма по-хорошему.       — Эти? — снова наигранно удивилась девушка и рассмотрела бумаги. — С чего вдруг?       — Думаю, ты уже знаешь, что мы готовим новый суд для Блэка, как только его поймаем. Я смогу повлиять на судей и ему помочь.       — Да неужели? Я же сказала, не держи меня за дуру, — прошипела девушка, чуть наклонившись. — Даже не думай, что я хоть на секунду тебе поверю. Мне нужно лишь одно. Дай новое интервью в газету и признайся, что оболгал меня. И я оставлю тебя в покое.       Мистер Хабберт хмыкнул и не спеша поднялся с дивана. Он подошел к Рейчел на расстояние вытянутой руки и скрестил руки в замок. В нос девушки ударил сильный запах тяжелого одеколона.       — Надеюсь, и меня за дурака ты не держишь, милая, — снова оскал. — Уверена, что сможешь переиграть меня в этой игре? Ведь ты сейчас отправишься прямиком домой, к Блэку, а я случайно отправлю за тобой пару ребят, которые быстро его найдут и поймают, не успей я даже дать это вшивое интервью.       — Хм, вероятно, да... — Рейчел продумала этот момент и не скрывала наслаждения своей дальновидности. — Но внизу тебя уже ждет журналист, жаждущий взять сенсационное интервью, и эти письма она уже видела. И даже успела набросать черновик свежей статьи для завтрашнего номера Пророка.       — А если я убью ее быстрее, чем она доберется до конторки?       — Я поеду с ней.       — А если я убью вас обеих?       — Ну-ну, папа, полно, — Рейчел усмехнулась, скрестив руки на груди. — Во-первых, я пришла не одна. Во-вторых, ты забыл о способностях метаморфа? Я спрячусь. И, поверь, она тоже сможет. И в-третьих, если я не вернусь через час домой, то письма будут отправлены первой совой в покои мистера Фаджа. Да брось, рискнешь своей драгоценной карьерой из-за паршивой дочурки?       Мистер Хабберт уже не скрывал праведного гнева, который буквально источал его взгляд из-за того, что был пойман в тупик. Он нелестно выругался и, бросив кучу угроз в адрес довольной Рейчел, властно приказал девушке звать Риту в квартиру.       Рейчел и Ноа тактично удалились на кухню, пока брызжущий слюной Ричард Хабберт гневно отвечал на вопросы пытливой Скитер. Ребята прикрыли дверь и уселись на стулья в молчаливом ожидании.       — Хорошо выглядишь, — проговорил возмужавший, но практически не изменившийся Ноа с добродушной улыбкой на лице.       — Ноа, почему ты вытащил меня оттуда?       — Я же тебе сказал, — он подмигнул. — Теперь мы квиты.       1980       — Что ты здесь делаешь?       Рабочий день уже подошел к концу, и Рейчел, измученная недавним заданием, в одиночку возвращалась в кабинет, где ее ждали друзья. Однако что-то заставило ее остановиться на подходе к комнате — в конце коридора сквозь щелку пробивался тусклый свет. Девушка подошла к кабинету начальника отдела мракоборцев и медленно приоткрыла дверь.       Внутри, быстро копавшись в бумажках, с палочкой наготове стоял Ноа. Он стремительно оглянулся на шепот, зажав в руке лист пергамента. Увидев Рейчел, он взволнованно забегал глазами по сторонам, явно ища отмазку.       — А ну отдай, — Рейчел ловко выхватила листок и пробежалась по нему глазами. — Ты в курсе, что это не твой отдел, Ноа? Зачем тебе список пойманных Пожирателей Смерти?       — Мне нужен протокол допроса одного из них.       — Зачем?       — Я… я помог одному из них сбежать от вас. И мне нужно знать, рассказал ли он об этом. Этот Пожиратель – Эйвери — сын давнего друга моего отца, и на недавнем задании вы смогли схватить его во второй раз.       — Эйвери? Так это из-за тебя Джеймса чуть не прикончили на том задании?!       — Да.       — Почему… почему ты мне об этом рассказал? А если я тебя сдам?       — Не сдашь, надеюсь. Я знаю, что ты хорошая.       — И верна себе и профессии, Ноа.       — Пожалуйста. У меня не было выхода. Помоги мне. Или хотя бы никому об этом не говори.       — Если он что-то сказал, я ничего делать не буду. Если все же нет – то никому ничего не скажу.       Они смогли выискать нужный протокол довольно быстро и, убедившись, что Эйвери ни слова не сказал о Ноа, почему-то сохранив его участие в тайне, привели бумаги в порядок и стремительно покинули кабинет.       — Спасибо, что помогла мне, — довольно улыбнулся Ноа, по-мальчишечьи засмущавшись. Стрелка лифта лениво скользила к нужному этажу, издавая в полной тишине звучный сигнал.       — Если еще раз увижу тебя на нашем этаже не в то время, Ноа, пеняй на себя. Больше я помогать не стану, — вместо прощания бросила девушка, провожая парня, заходившего в лифт, настороженным взглядом. Он согласно закивал, не в силах спрятать облегчения, и уже нажал кнопку, но Рейчел придержала дверцу лифта. — Рано радуешься. Теперь ты мне должен.       1994       — Не верю, что ты так рисковал только из-за этой глупой истории, — отпивая воды из стакана, услужливо поданным парнем, буркнула девушка.       — Если бы ты меня сдала, меня бы посадили.       — Ты мог меня вытащить оттуда сразу же, но что-то не торопился, раз на то пошло.       — Это было не так-то просто, как тебе кажется, — усмехнулся он. — Скажем так, обстоятельства сложились благополучно лишь много лет спустя.       Рейчел потупила глаза. Что-то он недоговаривал, и девушку буквально съедало изнутри подозрение. Она смерила его внимательным взглядом.       — Помоги мне выиграть суд.       — Извини?       — Оправдать Сириуса. Объединись со мной и помоги найти доказательства в его пользу.       — С чего бы мне это делать? — Ноа подпер рукой подбородок и с интересом рассматривал лицо знакомой.       — Да брось, ты снова работаешь на отца? Тебе самому не надоело быть девочкой на побегушках? Мне нужны лишь кое-какие секретные сведения, которые отец может выдать в суде, чтобы знать, к чему готовиться.       Парень улыбнулся какой-то своей мысли и пару раз хрустнул пальцами левой руки. Он покачал головой и, бросив взгляд на запертую дверь, практически прошептал:       — Послушай, Рей. Ты, конечно, классная девчонка, и такой красавицей стала без смертельной бледности и мятого вида после всех тех лекарств из Мунго, но время, когда я за тобой бегал, прошло.       — Но я…       — Я подумаю. Но с большой вероятностью мой ответ будет отрицательным.       — Ты хочешь что-то взамен? Может, денег или, я не знаю, работу? Услугу?       Ноа опасно сверкнул на нее глазами. Его улыбка заставили вереницу мурашек разбежаться на спине девушки.       — Хочу, Рейчел. Но то, что я попрошу, тебе явно не понравится.