Shall we begin?

Хитоми проснулась из-за оглушающего звона её мобильника, яростно трезвонящего на всю небольшую комнату — она сощурила глаза, стараясь уберечь их от яркого дисплея, и посмотрела на экран. На нём изображался номер её одноклассницы, Юмико. Художница пару раз провела пальцем по экрану, попадая на нужную кнопку лишь со второй попытки, и приняла входящий звонок. — Да? — немного хриплым голосом пробормотала она вопрос и прокашлялась, утопая лицом в теплой подушке и снова прикрывая глаза. — Ты где? — быстро протараторила брюнетка на другом конце трубки. Хитоми озадаченно нахмурилась: резонно ли задавать такой вопрос в утро выходного? Она только хотела возмутиться, как резко распахнула глаза и подорвалась с кровати. — Сколько сейчас времени?! — зеленоглазая впопыхах села на мягкую перину и поправила растрепанные волосы, — Когда начнется матч? В телефоне раздался звонкий смех, который заставил сонную девушку составить гримасу полнейшего непонимания. — Не переживай, — успокоила Ито свою одноклассницу, — я сама только недавно проснулась, — послышался протяжный зевок, который будто бы подтверждал вышесказанные слова, — собирайся. Встретимся в академии. — Угу, — облегченно выдохнула Сано и сбросила звонок, откидывая телефон на расправленное одеяло. Она поднялась с манящей постели и поплелась в ванную: горячий душ помог избавиться от остатков сна. Вернувшись в комнату, художница глянула в окно: пасмурные облака застилали собой всё небесное полотно — витала угнетающая атмосфера. Желания мерзнуть не было, поэтому русоволосая надела плотные чёрные джинсы и теплый бежевый свитер, доходящий ей до пояса штанов. Естественно, как и всегда, на прическу силы тратить не хотелось — Хитоми лишь расчесалась и оставила светлые волны в покое. Сано заправила до сего разнесенное постельное белье на кровати и спустилась вниз, проходя на кухню: пока кофе мирно варился на плитке, школьница обновляла миски своего питомца. Зеленоглазая шустро позавтракала и, погладив пришедшего котенка, пошла в прихожую. Она обула чёрные кроссовки и накинула на себя такого же цвета уплотненное пальто, длина которого доходила ей до колен. Хозяйка дома закрыла все нужные замки и потянулась: спина немного побаливала — видимо, из-за неудобного положения для сна. Зеленые глаза привычным образом проделали свой путь до соседней коттеджа, в котором жил её друг — вдруг она замерла. Воспоминания прошедшей ночи словно кубарем воды окутали её: она вспомнила всё — начиная с того, как заснула на мужском плече и заканчивая совестно проведенной ночи. Самым эпицентром смущенных, даже едва постыдных, воспоминаний было то, что она самолично попросила друга остаться, назвав его при этом «Оми-кун». Неловко. Сакуса же, видимо, в силу своего великодушия решил остаться с глупой девчонкой, успокаивающе при этом обнимая её. Шкала стыда уже давно была переполнена и Сано готова была пищать от отчаяния. Хорошо, предположим она вполне могла заснуть на его плече: в тот момент светловолосая действительно не контролировала свой подступающий приступ сна — с кем не бывает. Но вот что её побудило попросить волейболиста остаться на ночь? Отсутствующий в тот момент мозг? Хуже ситуации и быть не может. А больше всего угнетало девичью совесть то, что парень согласился с её сонным бредом и пожертвовал собственным комфортом ради неё, Сано. — Нужно будет извиниться перед Сакусой-саном, — стыдливо пробормотала Хитоми себе под нос и даже не успела заметить, как доехала до своей академии: всё время была поглощена воспоминаниями. Пройдя через арку, ведущей к учебному заведению, пришедшая школьница поёжилась от порыва прохладного воздуха и сдула упавшую на лицо светлую прядь волос. Она достала телефон и набрала номер своей одноклассницы: пока слышались гудки, художница вышагивала в сторону спортзала — около его входа стояла толпа учеников. Русоволосая замедлила шаг, а после вовсе остановилась и чуть сощурилась: старалась разглядеть надпись на спинах у многих волейболистов. Ей эта спортивная форма показалась до неприличия знакомой: определенно она её где-то видела. Не было и малейших сомнений. — Да, Хитоми-чан? — послышался гул с другого конца телефона, — Мы стоим у входа, ты где? Тут такая толпа, я тебя не вижу! — Я подхожу к залу, — тихо ответила художница, всё ещё не теряя надежды на возможное осознание, — какая форма знакомая… — Что? — непонимающе спросила брюнетка, а после начала выдавать какую-то информацию, но Сано её всецело пропускала мимо ушей. Хитоми почувствовала, как её обняли со спины и слишком уверенно прижали к крепкой груди — зеленоглазую это ошарашило. Её брови удивленно взмыли вверх, а ладонь резко легла на обнимающую её талию руку: хотела отстраниться. Но, когда зеленые глаза наткнулись на рукава спортивной кофты, девичье сердце пропустило пару ударов, а губы растянулись в широкой улыбке: она вспомнила эту форму. Форму, которую видела лишь на фотографиях. — Я та~ак скучал, малышка Хито, — тягуче пронеслось у неё над покрасневшим от холода ухом, заставляя кожу в который раз покрыться мурашками. Сано могла бы узнать этот голос из тысячи. — Тсуму, — счастливо пролепетала та и развернулась на сто восемьдесят градусов, вставая лицом к лицу с обнимающем её парнем. На мужских губах сияла привычная ухмылка: порой казалось, что она всегда присутствовала на юношеском лице. Полуприкрытые глаза, придающие расслабленный вид волейболисту, сейчас неотрывно смотрели прямо в зеленые. Давний друг убрал ухмылку с лица и заменил ту на широчайшую улыбку, что присутствовала и у самой Сано — он расставил руки в стороны и чуть пригнулся. — Иди сюда, — пригласил в свои тёплые объятия высокий парень. Русоволосая моментально прильнула к нему, обнимая за шею и начиная звонко смеяться: тот поднял её и начал кружить в воздухе. Когда её ступни коснулись земли, художница всё также продолжала находиться в крепких объятиях спортсмена: её лицо находилось где-то в районе чужих ключиц. Парень же уткнулся куда-то в район женской шеи и начал что-то невнятно бормотать. — Тсуму, я не слышу что ты говоришь, — радостно хихикнула девушка и провела прохладной ладонью по юношескому затылку, замечая при этом и крашенные волосы. Её немного удивил новый образ друга, но она решила спросить про это чуть позже — интересно, что же подвинуло его на покраску. — Говорю, — выпрямился парень и сверху вниз посмотрел на свою давнюю подругу, — мне кажется, или ты действительно стала ещё меньше? Стаптываешься, малышка. Моментально мужской смех прозвучал по округе: Атсуму развеселило недовольное выражение девичьего лица. — Это ты перерос, — с напыщенной уверенностью заявила светловолосая и стукнула блондина по груди, — дурак. Волейболист продолжил хохотать: невысокая девушка старательно тянула руки к его макушке — хотела даровать приветственный подзатыльник. Он прекратил все потуги подруги и перехватил её руки своей ладонью: свободной рукой он начал теребить её покрасневшие от холода щеки. — Ты совсем не меняешься, — констатировал факт Мия, а после потрепал светлую макушку, создавая на девичьей голове еще больших хаос. Художница тихо фыркнула и освободилась из оков, начиная поправлять растрепанные ветром и парнем волосы — всё это время она осматривала человека перед собой. Не беря в счет то, что он поменял свою внешность покраской волос, так он действительно изменился. Вырос. Стал намного выше и крупнее, нежели когда они виделись в последний раз — Хитоми готова была ставить всё на то, что его фигура вызывает нелепый восторг у многих представительниц женского пола. — Тсуму, — Сано оглянулась вокруг, — а где Саму? Старший Мия демонстративно закатил карие глаза, когда услышал имя своего близнеца: он сложил руки на груди и недовольно посмотрел на стоящую перед ним художницу. — Тебе меня не хватает? Зачем тебе это крашенное чудовище? Хитоми прыснула, услышав прозвище, которым Атсуму одарил своего брата. Иронично. — Саму тоже покрасился? — она акцентировала внимание на слове «тоже» и ехидно улыбнулась. — Ага, — парень намеренно пропустил мимо ушей эту усмешку и продолжил, — в «пепельный», — он передразнил своего брата, заставив тем самым собеседницу рассмеяться, — будто бы пепельницу на него опрокинули. Прекратив смеяться, зеленоглазая представила возможный образ Осаму с серебряными волосами — должно быть, ему идет. И, словно по заказу, к ним подошел вышеупомянутый парень: он зарылся носом в ворот бордовой спортивной кофты, а руки спрятал в её карманах. — Саму, — зеленоглазая улыбнулась и обняла подошедшего спортсмена. — Привет, Хито-чан, — тот растянул губы в ответной улыбке и выпрямился после того, как обнял подругу. Школьница осмотрела близнецов и молча заликовала: их новые образы несомненно им шли. — Ну что, пепельница, — вызывающе цыкнул Тсуму, смотря на подошедшего брата, — поседел, когда в зеркало заглянул? — Нет, златовласка, — ответил Саму и привычно закатил глаза, — когда на тебя лимонад выливали. Или же лучше сказать, когда твою головешку в общественный сортир опускали? Хитоми не сдержалась и звонко рассмеялась: масла в полыхающее пламя её веселья добавляло недовольное лицо Атсуму, который, кажется, готов был в любой момент взорваться, подобно пороховой бочке. Она попыталась сдержать смех: хоть со стороны такие колкие слова и могли показаться грубыми, но она знала, что это — привычный язык общения близнецов. Русоволосая подняла руки в знак капитуляции и остановила мужскую перепалку: — Мальчики, давайте без драмы. Родственники переглянулись между собой и заливисто засмеялись, согласно кивая одновременно макушками. Сано нежно улыбнулась и в который раз осмотрела друзей: сейчас же они обсуждали между собой что-то далекое от привычных ей тем. Атсуму же вдруг резко остановился и удивленно поднял густые брови: карие глаза сначала непонятливо оглядели Хитоми, а после пробежались по округе академии. — Малышка Хито, — шоколадные глаза снова устремились на давнюю подругу, — а ты, собственно, что тут делаешь? Художница вопросительно наклонила голову вбок. — У моих друзей сегодня тренировочный матч с какой-то школой…— её вмиг будто бы ошарашило: она с неким испугом посмотрела на стоящих напротив нее близнецов, — …вы…приехали сюда на…? Сано не успела договорить, как её с детской наглостью перебили Мия: — На тренировочный матч с Итачиямой, — одновременно заявили они. Хитоми на пару секунд оцепенела от шока: школа, против которой будет играть Киёми — старшая Инаризаки.