Shall we begin?

— Черт возьми! — выкрикнула в порыве гнева Хитоми, откидывая карандаш с линейкой в сторону, — это невозможно сделать! Киёми удивленно поднял темные брови, перемещая взгляд угольных глаз со своей тетрадки, в которой он зарисовывал схемы своих тренировок, на девушку, что сидела перед ним и усердно чертила свой академический проект. Прошло уже несколько лет с того момента, как Сано закончила академию Итачиями и поступила в выбранный ещё на первом году старшей школы университет. Конечно же, она была безмерно счастлива тому, что смогла пройти на бюджет и старалась выкладываться на полную на всех парах, но уже после нескольких месяцев усердной работы на первом курсе её нервы подкосились — вечные проекты с различными чертежами доводили её до пика. У неё даже часто в голове появлялись мысли о переводе на другой факультет — заменить архитектурный строительным. Но эти идеи практически сразу же покидали её голову, когда большие ладони волейболиста мягко массировали её затекшую шею и уставшие плечи — она часто сутулилась над столом. В эти моменты она расслабленно прикрывала глаза и предоставляла своё тело Киёми в полное распоряжение: иногда, после пары минут массажа, он скользяще спускался шершавыми ладонями к девичьей талии и наклонился к тонкой шее, покрывая ту своими влажными поцелуями. Нужно ли говорить о том, что следовало после этих нежных и расслабляющих манипуляций? То, что начинало происходить и сейчас. Сакуса поднялся со своего места и подошёл к расстроенной девушке, что лежала лицом на своём чертеже и крепко сжимала подобранный карандаш в маленькой ладошке. Он слабо улыбнулся и поднял руки, прикасаясь ладонями напряженных девичьих плеч, начиная их аккуратно массировать. Хитоми растянула губы в измученной улыбке и немного выгнулась, предоставляя парню и уставшую шею. Он понял её без слов и переместил одну руку ближе, начиная большим пальцем потирать затекшие места. Сано готова была застонать от удовольствия — забитые мышцы начинали приятно расслабляться, когда большие мужские ладони ощутимо их сминали. Кудрявый, довольствуясь видом размякшей девушки, нагнулся к ней и убрал выбившиеся из пучка светлые прядки, начиная выдыхать на оголенный участок кожи горячий воздух. Свободной рукой, что массировала хрупкое плечо, он спустился вниз, поддевая кончиками пальцев край домашней футболки и начиная задирать его вверх. Шершавая поверхности ладони соприкоснулась с нежной кожей девичьего живота, начиная ласкать его поддразнивающими движениями и заставляя обладательницу зеленых глаз самостоятельно подстраиваться под ласку длинных пальцев. Когда кареглазый оставил первый поцелуй около небольшого ушка, Хитоми громко выдохнула, невольно начиная ерзать бедрами — ей хотелось большего. Сакуса ухмыльнулся и решил не мучать девушку: он провел ощутимую линию кончиками пальцев по животу и ребрам, после чего накрыл всей ладонью упругую девичью грудь, заставив её обладательницу выгнуться в спине. Конечности, что были натренированные и покрытые грубой кожей, нашли затвердевший сосок и сжали его, начиная крутить и сминать его так, как было угодно их хозяину. Пока одна рука ласкала полную грудь, вторая скользящими движениями начала также спускаться вниз, но у неё была другая цель: устроиться меж плотно сжатых молочных бедер. Когда она достигла резинки хлопковых шорт, пальцы спортсмена юркнули под неё, натыкаясь на мягкую ткань нижнего белья, а когда они всё же пролезли дальше — почувствовали нарастающее возбуждение художницы, в роли которого выступал влажный участок на трусах. — Так быстро? — после очередного поцелуя в шею спросил волейболист, довольствуясь результатом своих ласк. Сано что-то смущенно буркнула в ответ и выгнулась в спине сильнее, начиная чувствовать подступающий жар в щеках от прикосновений своего жениха. Она сжала тоненькие пальчики, на одном из которых красовалось небольшое аккуратное кольцо, в кулак и прикусила нижнюю губу, чтобы не тешить самолюбие парня своими стонами, которые уже готовы были вырваться от одних только прелюдий. Брюнет цыкнул, видя капризное сопротивление девушки, и двинул пальцами — он отодвинул край женского белья и мазнул один палец в выступившей смазке, увлажняя его и направляя в сторону девичьего лона. Зеленоглазая даже не смогла понять, когда парень успел её поднять со стула и уложить животом на стол, на котором были разбросаны линейки вместе с карандашами разной мягкости и её недоделанный проект. Он одной рукой, что до этого ласкала затвердевший сосок, схватился за талию, а другой продолжил свои манипуляции в плавках. Хитоми вытянула руки вперед, хватаясь кончиками пальцев за край стола, когда почувствовала, как мужской палец скользнул внутри неё, начиная медленно двигаться. Из её рта всё же вырвался тихий вздох, когда Киёми прижался к ее бедрам своими, позволяя ей почувствовать своё возбуждение. Когда мужская фаланга согнулась, раздвигая мягкие стенки влагалища, Сано чуть не выкрикнула — он знал все её эрогенные точки. Сакуса, услышав тихие стоны, улыбнулся и ближе прижался к девичьей промежности, начиная имитировать поступательные движения. К его пальцу прибавился и второй — русоволосая выгнулась в спине и зажмурилась, когда начала ощущать нарастающий комок удовольствия внизу живота. Она начала тяжело дышать и уткнулась влажным лбом в темный стол, чувствуя, как затвердевшие соски сквозь ткань темной футболки трутся о деревянную поверхность. Пальцы ускорили свои движения, все чаще сгибаясь и задевая что-то непозволительно чувствительное внутри девушки, а мужские бедра лишь ближе жались к девичьим — от этого художница просто задыхалась в своих стонах. Последнее движение, последний толчок — громкий стон окутал комнату, в которой было слышно лишь тяжелое дыхание двух людей. Кареглазый с тихим звуком вытащил пальцы с женского лона, после чего поднес их к своему лицу и провёл по ним языком, пробуя на вкус сок обладательницы прекрасного пола. — Ты, как и всегда, — кудрявый нагнулся к уху девушки и хрипло прошептал, ближе прижавшись возбужденным органом к промежности, — сладкая. — О-оми, — смущенно пискнула она, немного приподнимаясь с твердой поверхности, — хватит говорить такие вещи. Это смущает. Волейболист облизнул губы и уместил две крупные ладони на подтянутых ягодицах зеленоглазой, сжимая немного оголенную кожу: домашние шорты неприлично задрались. Он провел одной рукой по мягкой плоти, забираясь ей под под резинку трусов и начиная её поглаживать. — Поиграли и хватит, — с хрипотцой заявил спортсмен, начиная стягивать шорты с женских бедер, — начнем с… Ему не дал говорить громкий стук в входную дверь, который разрушил всю уединенную атмосферу — брюнет недовольно нахмурился, а русоволосая удивленно подняла брови. После пары повторных ударов по железной поверхности, дверь отворилась и пара услышала голоса своих друзей. — Какого хера? — негодующе спросил стоящий парень, отодвигаясь от русоволосой, которая быстренько поднялась со стола и начала поправлять на себе одежду, — мы кого-то ждали? — Наверное? — вопросительно ответила зеленоглазая и непонимающе посмотрела в проход, в котором появились две фигуры. — Йо! — весело поздоровалась Хоши, останавливаясь и осматривая потрепанную пару. Хитоми была в помятой одежде и с растрепанными волосами: пара прядей выбилась из пучка; розовые щёки, тяжелое дыхание и немного подрагивающие конечности говорили сами за себя. Но вот внешний вид Киёми вовсе не отличался от обычного: нахмуренные брови и сложенные на груди крепкие руки. Единственное, что сильно бросалось в глаза — ещё более сильное недовольство на лице, нежели чем всегда. — Мы помешали? — издевательски спросил Атсуму, подходя к Сакусе и закидывая ему руку на плечо, — Ох, Оми~Оми. Крашенный притворным сладостным голосом встрепенулся: — Это ты так рад меня видеть? — продолжил он свои колкости, намекая на заметное мужское возбуждение, — я, конечно же, не против, но вот Хоши… — Растворись с моей зоны досягаемости, — фыркнул брюнет и скинул руку сокомандника с себя, — я в душ. Сано посмотрела сначала на подругу, на лице которой была многозначительная улыбка, затем на друга, у которого на губах была легкая усмешка: они поняли, чем пара занималась до их внезапного вторжения. От стеснения у неё покраснели даже кончики ушей, потому она выкрикнула: «Я первая!» и побежала на второй этаж, опережая спортсмена и занимая первой душевую комнату. Она быстро сняла с себя верхнюю одежду, вместе с шортами стягивая и промокшее нижнее белье. Закинув всё в стирку, она залезла в ванную и быстро приняла горячий душ, всё ещё чувствуя жар в щеках от стыда. Студентка закончила с водными процедурами и, завернувшись в полотенце, пошлепала босыми ногами в свою комнату, где шустро облачилась в нижнее белье и домашнюю одежду. После того, как она натянула на себя мужскую толстовку и короткие шорты, зеленоглазая подошла к зеркалу и постаралась поправить съехавшую прическу: пришлось вовсе распустить её и переделать. После чего она тяжело вздохнула и повернулась к кровати, на которой лениво потягивался рыжий комочек. Сано улыбнулась и подошла к коту, начиная гладить его пушистую шерстку, после чего и вовсе оставила легкий поцелуй на красивой мордочке. Персик мяукнул что-то своей хозяйке и дернул ушками, на которых были черные кисточки, после чего поднялся с нагретого места и демонстративно перелег подальше. Хитоми закатила глаза, но поняла намек своего маленького друга: она решила оставить его в покое и ретировалась с комнаты. По пути к лестнице она наткнулась на вышедшего с душа кудрявого: на его плечах привычно покоилось светлое полотенце, впитывая стекающую с волос влагу, а на голом торсе очерчивали рельеф маленькие прозрачные капельки. Сакуса посмотрел на остановившуюся девушку и сам подошел ближе к ней, устраивая одну руку на талии, а другой приподнимая её подбородок вверх: настроил зрительный контакт. Он переместил темные глаза на пухлые розовые девичьи губы и приблизился к ним, оставляя невесомый поцелуй. — Я люблю тебя, — прошептал выпускник института и нежно улыбнулся, — даже не верится, что мы скоро станем супружеской парой. Сано нежно улыбнулась и поднялась на цыпочки, обвивая сильную шею тоненькими руками и притягивая волейболиста к себе за очередным поцелуем. — Ты не представляешь, как я этому рада, — пролепетала она, после чего опустилась на всю ступню и прижалась щекой к голой груди, — люблю тебя, — дополнила она и через пару секунд отстранилась, — нас ждут, нужно идти. Художница засмеялась, когда после её слов брюнет недовольно сморщился, показывая своё отношение к внезапно вторгшимся гостям. Он что-то начал бурчать о бестактности друзей и пошел в сторону комнаты, где начал переодеваться. Хитоми вздохнула и, слабо улыбнувшись, покачала головой — Киёми порой вел себя как недовольный ребенок. После она потянулась и направилась дальше к лестнице, начиная спускаться к друзьям, которые, казалось, уже заждались пару: были слышны возмущенные возгласы Атсуму и тихое шиканье подруги. Девушка тихо приблизилась к проходу в нужную комнату и остановилась, заглядывая внутрь помещения краешком глаза — боялась помешать паре. Она увидела сидящую на диване Хоши, между ног которой была расположена голова сеттера: он затылком оперся об мягкую обивку софы, предоставляя свои волосы в полное распоряжение кареглазой. Нагаи медленными движениями перебирала прядки крашенных мужских волос и слабо улыбалась, видя расслабленное лицо волейболиста. Мия же наслаждался приятными ощущениями, особенно когда девушка проводила длинными ноготками по коже на голове и ими же оставляла едва ощутимые линии на его скулах или щеках. Кареглазая наклонилась ближе к лицу спортсмена, смотря на его длинные подрагивающие темные ресницы: она порой возмущённо заявляла крашенному, что парню иметь такие ресницы — незаконно. На что тот лишь закатывал тёплые карие глаза и демонстративно хлопал длинными волосками, заставляя свою девушку надуваться от детской обиды. Сейчас же блондинка выпустила ладошки из крашенных светлых волос и переместила их на щеки брюнета, склоняясь к его лицу ещё ближе. Она оставила легкий поцелуй на растянувшихся в самодовольной улыбке пухлых мужских губах и отстранилась, снова выпрямляясь и начиная запутывать утонченные пальцы в отросших волосах. Сано умиленно улыбнулась и зашла в комнату, плюхаясь на диван рядом с подругой, которая заиграла бровями и сразу же наклонилась к ней. — Значит, — заговорщически прошептала та ей на ухо, чтобы лежащий парень не услышал, — секс на кухне? А ты рисковая. — В-вовсе нет, — смущенно пискнула зеленоглазая, стукая соседку по плечу кулачком. Та заливисто засмеялась и запальчиво кивнула головой: сделала вид, что поверила. Русоволосая смущенно отвернулась от сидящей девушки и сложила руки на груди, демонстрируя своё нежелание разговаривать на эту тему. Атсуму приоткрыл глаза и посмотрел на насупившуюся студентку, после чего перекатился по полу к ней и сложил на её коленках свои руки, устраивая подбородок на них. — Как тебя так угораздило-то? — притворно расстроенным голосом спросил Тсуму, — принцесса, может ещё разок подумаешь? — всё же улыбнулся он, краем глаза замечая подошедшего сокомандника, — Посмотри на этого жалкого пессимиста: вечно хмурый, недовольный, да и вообще, он полный крет… — Я тебе сейчас руки оторву, — фыркнул Киёми, присаживаясь рядом с Хитоми, — а потом буду смотреть на твои попытки в прямых доводках. — А что я говорил? — будто бы жалуясь, проворковал Мия, посмотрев на засмеявшуюся зеленоглазую. Она же прикрыла лицо ладошкой и продолжила смеяться, устраиваясь в теплых объятиях пришедшего парня: он закинул свою руку на хрупкое девичье плечо и прижал к себе. Крашеный блондин закатил глаза и прыснул, убирая свои руки с женских коленок и снова перекатываясь на прежнее место: он уютно примостился между бедер Хоши, снова предоставляя ей в распоряжение свою голову. Друзья начали разговаривать на разные темы: парни иногда словесно цапались, заставляя девушек звонко смеяться — их перепалки были забавными. После спора с кудрявым, что продлился пару минут, старший Мия поднялся с приглянувшегося места и пошел на кухню, практически сразу же возвращаясь назад — в его руках была парочка стеклянных бутылочек, что со звоном опустились на небольшой столик. — Какой повод? — удивленно спросила хозяйка дома, смотря на то, как её друг расставлял маленькие стаканчики. — Чёрт тебя дери, Хитоми! — возмущенно воскликнула Хоши, стукая себя ладошкой по лбу, — Тебе предложение сделали! Сано смущенно хихикнула и подняла левую руку, начиная смотреть на помолвочное кольцо на своем пальце, что было простым, но невероятно красивым: оно было сделано из белого золота с небольшим встроенным бриллиантом, что ярко переливался. В её голове сразу же всплыли воспоминания о том, как брюнет сделал ей предложение: это произошло буквально неделю назад, она тогда, уставшая и измученная учебой, вышла с душа, сразу же натыкаясь на стоящего около двери волейболиста. И когда его томный голос произнес слова о любви и предложение быть вместе всю оставшуюся жизнь — Хитоми запищала и кинулась на шею к Киёми, начиная крепко обнимать и лепетать о согласии: у неё даже полотенце слетело от таких шустрых телодвижений. Её сердце снова встрепенулось и она опустила руку, переплетая свои тоненькие пальчики с мужскими. Она устроила светлую макушку на груди своего молодого человека, следя за тем, как Атсуму разливает по рюмочкам спиртосодержащий напиток и слушая мирное сердцебиение Сакусы. Сеттер закончил и передал всем стопки: ребята чокнулись и влили в себя первую партию алкоголя. Одна рюмка заменяла другую, как и одна история следовала за другой: после трех бутылок саке язык у всех развязался. Атсуму не переставал дразнить своего нападающего, поддевая его различными фразочками, заставляя того страдающе вздыхать и утыкаться лицом в изгиб шеи русоволосой: она сидела между его разведенных ног, спиной опираясь о крепкую грудь. Его руки, в свою очередь, заползли под длинную толстовку и, обвив обнаженную кожу её тонкой талии, прижимали близко к себе. Обладательница светлых глаз уже начинала чувствовать легкое опьянение: её движения стали более плавными и нечёткими, изумрудные глаза немного покраснели и начали блестеть, а щеки загорелись ярко-розовым румянцем. Киёми же, смотря на состояние своей невесты лишь слабо улыбался, часто наклоняясь к ней и начиная шептать смущающие вещи на ухо, которые заставляли её тихо хихикать. Кареглазый мимолетно посмотрел на увлеченных друг другом друзей и, убедившись в том, что на них не обращают никакого внимания, начал поднимать свою шершавую ладонь вверх, лаская кончиками пальцев бархатную кожу и поднимаясь к ребрам. Сано резко распахнула глаза, начиная ощущать поддразнивающие движения конечностей волейболиста, и автоматически посмотрела на пару, что, не обращая никакого внимания на этих двоих, продолжала ворковать на свои темы. Когда мужские пальцы начали задевать и край спортивного бюстгальтера, светловолосая втянула побольше воздуха через приоткрытые губы. — О-оми! — возмущенно прошептала она, поворачивая голову в сторону спокойного спортсмена. Ей богу, у него такое непринужденное лицо, будто бы не его большая ладонь сейчас пробиралась под топ девушки. — Что такое, Хитоми? — хрипло спросил он, опуская другую руку вниз и задевая ей резинку девичьих шорт. Художница прикусила губу, не зная что и ответь. — Нас сейчас заметят, — стыдливо пролепетала она, прикрывая глаза. — Не заметят, если ты будешь тихой, — довольно прошептал он ей на ушко, после чего провел по нему языком, заставив юное тело покрыться мурашками. Его нога, что была ближе к Хоши и Атсуму, была согнута в коленке — прикрывала половину происходящего. Потому мозолистые пальцы уверенно скользнули под ткань шорт, пробираясь к нижнему белью. Он провел фалангой по месту, где предполагаемо находился клитор и, услышав дрожащий вздох рядом, повторил движение. Сано опустила голову и, прикрывая покрасневшее лицо выпавшими прядями из пучка, с силой закусывала губу: не хотела издавать лишних звуков. Но, когда и вторая рука юркнула под спортивный лиф, ей казалось, что каждый её вздох звучал непозволительно громко и что их в любой момент могли заметить. Одна крупная ладонь накрыла мягкое полушарие, сжимая его и перекатывая меж пальцев — Хитоми в этот момент поблагодарила всех богов за то, что она надела большую толстовку Киёми: не было видно со стороны ничего от слова «совсем». Но это и имело свои минусы: ловкие пальцы волейболиста крутили и оттягивали затвердевший сосок так, как было угодно их хозяину. Сакуса же, в отличии от русоволосой, что тяжело дышала, вовсе не подавал никаких признаков того, что сейчас творят его руки: он лениво переводил взгляд то на телевизор, то на покрасневшую девушку в своих руках. — Малышка Хито, — обратился к ней Атсуму, заставив упомянутую задержать дыхание, — тебе сколько до выпуска осталось? Она забегала зелеными глазами по столу, будто бы ища ответ на данный вопрос на его поверхности: не могла говорить, ведь её голос — сейчас её предатель. — Тебя же спрашивают, — тихо позвал спортсмен художницу, направив один из своих пальцев ко входу в её лоно и надавливая им на влажную ткань трусов. — П-пара месяцев всего лишь, — немного дрожащим голосом всё же ответила она, отводя покрасневшие от алкоголя глаза в сторону. Сеттер вопросительно посмотрел на раскрасневшуюся подругу, замечая, как её пушистые ресницы подрагивают. — Тебе плохо? — обеспокоено спросил он, полнимая темную бровь. — Н-нет, — снова она запнулась, когда мужская конечность начала совершать круговые движения на промокшем участке её белья, — просто спать хочу. Мия сначала скептически оглядел пару, но потом лишь пожал плечами и снова начал разговор со своей девушкой, время от времени втягивая в него и Сакусу с Сано. Длинные пальцы в это время массировала насквозь промокшие девичьи плавки, то и дело совершая поступательные движения внутрь. Ткань трусов в эти моменты неприятно натягивалась, заставляя хозяйку дома тихо хныкать: ей хотелось почувствовать эти ловкие пальцы внутри себя. И когда один из них отодвинул край белья, намереваясь исполнить желание студентки, пара друзей лениво потянулась и встала с дивана, заставив большую ладонь выскользнуть из женских шорт. — Уже поздно, — заплетавшимся языком пролепетала блондинка, смотря на настенные часы. Хитоми, почувствовав, как большие ладони перестали мучать её своими ласками, ощутила себя уверенно и посмотрела на сонную подругу. — Может быть, вы у нас переночуете? — предложила она, смотря на не очень то и трезвого друга. — Нет-нет, — отрицательно мотнул головой крашеный блондин, — я уже вызвал такси. Хитоми лишь понятливо кивнула, снова облокачиваясь спиной на крепкую мужскую грудь под собой. Сакуса же снова начал выводить узоры на мягком животе ладошкой, задевая иногда и ребра. Через несколько минут Хоши и Атсуму попрощались с парой и ретировались с дома. Светловолосая, проводив друзей, заперла входную дверь и щелкнула замками, но, закончив с этим, застыла на месте: её припечатали к холодной поверхности двери. — О-оми? — вопросительно спросила она, чувствуя даже через слои одежды жар, исходящий от мужского тела. — Нам весь день мешали, так что, — хрипло проговорил он, устраивая ладони на обнаженной талии, — нужно это исправить. — Не здесь же, — смущенно пискнула она, начиная ужасно краснеть. Киёми нагнулся к ней и начал покрывать шею влажными поцелуями, довольствуясь тяжелыми вздохами с её стороны. После парочки небольших укусов на молочной шее, он повернул зеленоглазую к себе лицом, подхватывая на руки: его ладони крепко схватились за её бедра, а её ноги, в свою очередь, обвили мужской торс. Она устроила ладошки на широких плечах, утыкаясь носом в изгиб его шеи. Её тоненькие пальцы то и дело запутывались в угольных кудрях парня, оттягивая их или же накручивая на себя. Светловолосая даже заметить не успела, как оказалась прижатой к мягкой кровати: её руки были заведены над её головой — кареглазый удерживал их одной ладонью, а другой он поднимал толстовку. После того, как он стянул ненужную вещь с юного тела, припал губами к полной груди, что была прикрыта спортивным топом, который он в ту же минуту откинул куда-то на край кровати. Когда два полушария были освобождены от стягивающей их ткани, брюнет восторженными глазами осмотрел их, после чего нагнулся к ним и начал мучать своими ласками: он оставил влажный поцелуй на ореоле соска, затем подул на него, заставив зеленоглазую зажмуриться и выгнуться в спине, тем самым ещё больше предоставив свою грудь волейболисту. Он провел языком по твердому соску, вбирая его в рот и начиная играть с ним, время от времени делая посасывающие движения. Когда он слегка прикусил его, Сано захныкала и постаралась свести ноги вместе, но это помешало сделать устроенное между ними спортивное тело парня: она этим движением лишь сильнее прижала его к себе, позволив самой себе почувствовать его возбуждение. Сакуса, наигравшись с упругой грудью, приподнялся на коленях и посмотрел на свою, с недавнего времени, сожительницу и облизнул губы: Хитоми лежала на мягком покрывале с поднятыми вверх руками; её дыхание было тяжелое и сбивчивое, благодаря чему полная грудь соблазнительно поднималась и опускалась; травяные глаза были полузакрыты и всё время подрагивали пушистыми ресницами. Он опустил взгляд темных глаз на девичьи бедра и переместил на них свои ладони, начиная стягивать короткие шорты вместе с промокшим бельем. Когда эти вещи были откинуты в сторону, он и с себя снял кофту с шортами, оставаясь пока что в одних боксерах. Художница недовольно надула губы из-за долго отсутствия парня рядом с ней и потянула к нему руки — он сразу же понял её желание и снова склонился к ней, накрывая её пухлые губы своими. Его влажный язык скользнул внутрь чужого рта и встретился с чужим: они сплелись и это позволило Сано, после окончания поцелуя, почувствовать привкус выпитого до сего алкоголя — она будто бы заново опьянела. Кудрявый оторвался от её губ и переместился на тонкую шею, начиная оставлять на ней свои темные отметины — не мог удержаться. Он опустил одну ладонь на девичью промежность, проводя по ней пальцами и собирая выступившую влагу кончиками, начиная массировать ими чувствительные места девушки. Студентка начинала задыхаться в собственных стонах, когда кареглазый ввел в неё два пальца, сгибая и шевеля их в нужном темпе и в нужном направлении для того, чтобы довести её до оргазма. Она сжимала внутри себя конечности парня, оставляя видимые полосы на его плечах и спине. Когда она содрогнулась, выгибаясь в гибкой спине и поджимая пальцы на ногах, брюнет вытащил с неё пальцы и снова приблизил их к своему лицу, облизывая. — Дежавю, — хрипло намекнул на сегодняшнее утро он и усмехнулся, — надеюсь, сейчас нам никто не помешает. Хитоми хихикнула и приподнялась, прикасаясь своей ладошкой к твердому мужскому органу, начиная двигать ей вверх-вниз. Волейболист втянул воздух через стиснутые зубы и оглянулся, ища темными глазами свои шорты: нужен презерватив. Художница увидела мечущийся взгляд парня и вопросительно подняла бровь: — Что такое? — У меня в шортах были презервативы, — объяснил он, прикрывая глаза и наслаждаясь нежными движениями девушки. Сано улыбнулась и оглянулась за свою спину, находя там нужную вещь. Она оторвала свою руку от мужского достоинства и развернулась назад, потянувшись к карману черных шорт, с которого достала маленький квадратик. — Оми, я нашл… — она поперхнулась, когда почувствовала на своих округлых бедрах шершавые ладони, которые приподняли их под нужным углом. Зеленоглазая прикусила нижнюю губу и почувствовала, как начинают гореть даже кончики ушей: хоть в этой позе и было намного чувствительней, нежели в других, но её до ужаса смущало такое положение. — Давай сюда, — прошептал он на ухо и протянул руку, забирая упаковку. Светловолосая пискнула и уткнулась лицом в подушку, которую притянула к себе: ей было до невозможности неловко стоять в такой позе. Она услышала, как спортсмен стянул с себя боксеры и раскрыл пачку с контрацепцией, начиная натягивать содержимое на свою возбужденную плоть. Он снова устроил свои ладони на упругих ягодицах девушки, сжимая их. — Хм? — удивился брюнет, видя состояние художницы, — Столько времени прошло, а ты до сих пор стесняешься? — Это смущает, — кивнула студентка, поднимая лицо с мягкой подушки, — но… Продолжай, Оми, — тихо попросила она, сильнее выгибаясь в спине. Сакуса улыбнулся и прикусил губу, с вожделением смотря на предоставленный ему вид: его до невозможности возбуждала эта поза; до покалывания в кончиках пальцев и вставших дыбом волос на загривке. Он приблизился своими бедрами к чужим, прислоняясь головкой члена к влажному входу в нутро художницы. Брюнет пару раз мазнул свой орган в выделениях девушки, после чего начал вводить его внутрь. Когда он полностью зашел, то блаженно прикрыл глаза и втянул побольше воздуха: волейболист всеми фибрами души и тела чувствовал, как теплые стенки влагалища плотно облегали его. После того, как внутренности зеленоглазой подстроились под него, он начал плавные поступательные движения, крепко держа ладонями мягкие бедра. Сано же, чувствуя то, как головка члена трется о какую-то приятную точку, лишь сильнее выгибалась в спине и вытягивала руки перед собой, комкая пушистую накидку. Её стоны нарастали с новой силой при каждом последующем толчке, а в зеленых глазах плясали искры — всё ещё действующий алкоголь в организме подливал масла в огонь. Движения парня становились быстрее с таким же темпом, как и стоны девушки громче. Он нагнулся и взял её руки в свои, поднимая с кровати и прижимая обнаженной спиной к своей груди — под таким углом русоволосая чувствовала абсолютно все. А когда мужская ладонь скользящими движениями очертила сначала грудь, затем живот, а после и вовсе накрыла её клитор, Хитоми с закрытыми глазами опрокинула голову на мужское плечо, предоставляя его хозяину свою шею для очередных поцелуев. Длинные пальцы начали выводить незамысловатые круги на её чувствительной точке, а головка непозволительно хорошо терлась где-то внутри — Сано захлебывалась в собственных вздохах. После пары движений она открыла глаза и выгнулась в спине, издавая громкий стон и сжимая мужскую плоть внутри себя. Сакуса шикнул и, не удержавшись, после пары толчков и сам излился в презерватив, начиная тяжело дышать. Художница, сильно утомившись, упала на мягкую кровать, начиная восстанавливать сбитое дыхание, пока Киёми снимал с себя использованный презерватив. Он скорчился, когда делал узел, после чего поднялся с кровати и пошел выкидывать контрацептив. Девушка же, устало потянувшись, нащупала ладошкой на кровати мужскую футболку и натянула её на своё обнаженное тело, после чего тоже поднялась с кровати и пошлепала в душевую, где сейчас находился и парень. Он настраивал нужную температуру воды для принятия полной ванны. Хитоми улыбнулась и приблизилась к нему со спины, обвивая тоненькими ручками его торс и оставляя легкий поцелуй между лопаток. — Примем душ вместе? — спросила она, заглядывая в наполняющуюся ванну. — Конечно. Кареглазый развернулся и стянул с подтянутого тела свою же футболку, обнажая его. Он опустился в горячую воду и притянул к себе русоволосую, устраивая её миниатюрное тело между своих ног: она удобно устроилась в его крепких объятиях, прижимаясь обнаженной спиной к широкой груди. Она нежно улыбнулась и взяла его большую ладонь в свою, переплетая пальцы. Волейболист начал потирать её костяшки своим большим пальцем, затем наткнулся темными глазами на блестящее кольцо, которое так красиво смотрелось на изящных тонких пальцах зеленоглазой. Он поднял её руку и прикоснулся губами к тыльной стороне ладони, оставляя там чувственный поцелуй. — Люблю тебя, — прошептал он, снова опуская сплетенные руки в горячую воду. — А я тебя, — ответила она, прикрывая глаза. Она удобно расположила свою голову на крепком плече, слушая хриплый шепот над ухом и наслаждаясь моментом. Большие руки прижимали хрупкое девичье тело ближе к себе, словно их хозяин хотел этим сказать: «Я тебя не отпущу». Она же накрыла эти руки своими, отвечая: «Я никуда не уйду».