By Your Side (Let Me Be Selfish)

*слово переводчика* Если вы хотите максимально погрузиться в эту главу, настоятельно рекомендую при прочтении включить на заднем фоне следующую песню, особенно ближе к концу главы: Janet Suhh - In Silence Галф был на первом курсе своего университета, когда он впервые узнал, что такое разбитое сердце. Он был молод и очень плохо знаком с этой странной штукой, называемой чувствами. Может быть, люди находили Галфа скучным или слишком замкнутым, чтобы заводить интимные отношения, но услышать эти слова, от человека к которому, он думал, у него были чувства, было достаточным, чтобы сломить его. Шрамы были достаточно глубоки, чтобы вселить в него самую большую неуверенность в себе. Он часто думал, что его нелегко любить, большую часть своей жизни он чувствовал себя одиноким, хотя его окружали люди, которые заботились о нем. Галфу потребовались годы, чтобы, наконец, справиться со своей неуверенностью в себе. Однако недавно эта его неуверенность была похоронена глубоко внутри, временно захваченная вихрем, так внезапно ворвавшимся в его жизнь. Галф, наконец, почувствовал, что может быть счастлив. Наконец почувствовал, что он больше не один. Наконец-то появился тот, к кому он действительно что-то чувствовал. Но сейчас казалось, что все рушится. Казалось, что все это было фантазий, что создал его разум, что все это еще одна несбыточная мечта. Чем дольше он сидел в одиночестве на диване в гостиной, тем тяжелее становилось его сердцу, пока любовь всей его жизни разговаривала со своим бывшим парнем в соседней комнате. Галф хотел, чтобы все было по-другому. Он был в экстазе последние несколько недель, но теперь, кажется, что мир начал вращаться в обратном направлении. Они должны были знать, что вчерашняя пресс-конференция не пройдет бесследно. Когда Мик бесцеремонно пришел к ним и потребовал поговорить с Мью, Галф почувствовал, что вот-вот произойдет что-то плохое. Мью действительно не хотел разговаривать с Миком, дошло до того, что он даже вызвал охрану, обосновав это как вторжение в его личную жизнь, однако никто не мог понять, что произошло с Галфом, когда он сказал Мью, чтобы он выслушал Мика. Само собой разумеется, Мью был шокирован. Даже Галф не понимал, чем он руководствовался, когда он позволил им поговорить наедине. Может, он думал, что после разговора все будет хорошо. Галф думал, что он сможет, по крайней мере, устранить хотя бы одно препятствие, преграждающее им путь. Позже, когда он мерил шагами гостиную, то и дело запуская руку в волосы, он понял, что все-таки поспешно принял это решение. Прошло какое-то время с тех пор, как они начали разговаривать, но Галфу казалось, что Мью нет уже несколько часов. Он не мог больше терпеть это, выругавшись про себя, он направился в сторону комнаты. Галф мог слышать повышенные голоса, доносящиеся за дверью, когда он положил руку на дверную ручку, размышляя, войти ли ему, или нет. «Ты все еще не готов отдать свое сердце кому-то другому». «Думаю, я сам могу решить к чему я готов, а к чему нет». «Ведь так будет всегда Мью, независимо от того, с кем ты, ты никогда не сможешь дать им любовь, которую они заслуживают». «Тебе это хорошо известно, не так ли?» «Я точно знаю, как это, поэтому я сожалею обо всем, что сделал, я тот, кто лучше всего понимает тебя и твою жизнь». «Если ты пришел сюда, чтобы сказать мне это, то я предлагаю тебе уйти прямо сейчас. Я действительно счастлив с другим человеком прямо сейчас, и я не хочу, чтобы ты отравлял мне разум» «Вернись ко мне». Галф с силой толкнул дверь рукой, глядя на две фигуры перед собой, он взглянул на Мью, который явно ощущал дискомфорт в компании Мика, но его глаза наполнились облегчением при виде Галфа. «Я думаю, тебе пора уходить». Галф повернулся и посмотрел на Мика. «Он не хочет больше с тобой разговаривать». «Это не ты решаешь». — высокомерно прошипел Мик. «Как его парень, я имею право решать это». В комнате стало тихо. Мик выглядел почти комично, с широко открытыми глазами и ртом, он пытался подобрать слова, чтобы ответить на столь серьезное заявление, но у него не получалось. «П-парень?» «Да» Галф подошел к Мью и встал рядом с ним, медленно положив руку на его напряженную спину, предлагая молчаливое утешение, которое он мог дать. «Тебе нужно уйти». Мик закатил глаза и по очереди смотрел на них обоих, словно гадая, когда все это произошло. «Ты влюбился в своего менеджера? Серьезно, Мью?» Мик засмеялся и недоверчиво покачал головой. «Это не твое дело» Мью стиснул зубы. Издав раздражительный вздох, Мик резко развернулся, чтобы выйти из комнаты, наконец, отказавшись от того, чего планировал достичь, однако, оказавшись у двери, он повернулся, чтобы посмотреть на Мью. «Ты прекрасно знаешь, как плох в любви, и на этот раз все не будет иначе, ты снова останешься один». Мью окоченел, когда его поразили резкие слова, пока Галф успокаивающе поглаживал старшего по спине, глядя на удаляющуюся фигуру Мика. Галф знал, что эти пронзительные слова сильно ударили по Мью, подорвав его уверенность в себе и своем сердце. Когда звук закрывающейся двери эхом разнесся по квартире, у Мью подкосились колени, и он рухнул на диван позади него. Он с такой силой сжал подушку, лежавшую рядом, что его суставы побелели, а все его тело пробила дрожь. «Мью». Галф вздохнул, сжимая дрожащего старшего в своих руках, крепко сжимая его, пытаясь шептать слова утешения Мью. «Ты тоже оставишь меня, Галф». Мью неуверенно выдохнул, схватившись за рубашку Галфа. «Я никуда не уйду, Мью». Галф чувствовал, как на его глазах выступают слезы, голос Мью звучал так обреченно. Так подавленно. Галф испугался. Он не хотел терять Мью, не тогда, когда знал, что он также потеряет огромную часть себя вместе с Мью. «Я только сделаю тебе больно». Мью крепко держался за Галфа, казалось, он никогда не хотел отпускать младшего. «Ты причина, почему я счастлив, Пи». «Я никогда не смогу дать тебе то, что ты хочешь». «Ты дал мне все и даже больше». Мью подавился собственными словами, впиваясь ногтями в кожу Галфа, и прошептал: «Но я плохо разбираюсь в любви». «Я тоже, Пи».

~ * ~

Действия важнее слов. Галф всегда верил в это. Часто люди ошибочно полагали, что он человек, которого не волнуют чувства других. Возможно, они не потрудились потратить свое время, чтобы понять, что за человек Галф на самом деле Но Галф заботился, он глубоко заботился. Он любит быть любимым. Мью был ему дорог, он не осознавал, насколько он драгоценен, до сегодняшнего дня, когда старший выглядел совершенно опустошенным из-за своего прошлого. Галф впервые в жизни боялся потерять близкого человека. Он смотрел на затылок Мью, лежащий на его груди, пока он приходил в себя после произошедшего. Прошло некоторое время, прежде чем Мью смог успокоиться. Галф не отпускал его до тех пор, пока не удостоверился в том, что другой в порядке. Через некоторое время Мью поднял голову, приглаживая взлохмаченные волосы. «Ты хочешь, чтобы я остался на ночь?» — спросил Галф, помогая Мью укладывать волосы. «Я думаю, тебе лучше пойти домой сегодня» Галф убрал руку и неуверенно уставился на Мью. По какой-то причине Галфа задело то, что Мью не хотел, чтобы он остался на ночь. «Ты уверен?» «Да, ты, должно быть, устал, и я тоже» Мью вздохнул. «Я буду в порядке, Пи». «Тебе нужно немного отдохнуть, это был долгий день». Мью повернулся, чтобы взглянуть на Галфа, положив руку на щеку младшего, Мью улыбнулся уголками губ. «Ты сделал для меня достаточно». «Всегда Пи». Галф улыбнулся, в ответ, прижав свою руку к щеке старшего, в подтверждение своих слов. Когда Мью поцеловал Галфа на прощанье, Галф почувствовал, что что-то определённо не так. Может быть, это было связано с тем, что произошло сегодня, но он не мог сосредоточиться на дороге, когда ехал домой, чувствуя беспокойство на протяжении всей поездки. Это чувство не утихало, когда Галф улегся спать, проверяя свой телефон на наличие сообщения от определенного человека, но, не обнаружил ничего, кроме сообщений касающихся работы. В ту ночь Галф долго не мог заснуть, его голова была забита навязчивыми мыслями. Он просто надеялся, что утром все будет в порядке, все с ним и Мью вернется в норму.

~ * ~

Галф не был жаворонком, однако этим утром было как раз наоборот. Его не покидало чувство, что что-то не так. Он думал, что все изменится, когда он снова увидит Мью, однако, когда он приехал к нему, Галф понял, что это зловещее чувство никуда не денется в ближайшее время. Вся поездка была тихой, их окружало чувство неловкости, с которым они никогда не сталкивались друг с другом. Трудно было даже завязать небольшой разговор, из-за односложных ответов старшего. Это было неприятно, Галф знал, что Мью все еще думает о вчерашнем дне. Он не хотел видеть, как Мью страдает, но сейчас он был беспомощен, не зная, что делать, чтобы утешить другого. Они все еще молчали, когда подходили к зданию компании. Это вызвало определенное недоумение со стороны работников компании, наблюдавших за Мью и Галфом, которые не осмеливались приблизиться к паре из-за очевидных перемен в настроении. Галф спокойно наблюдал из угла тренировочной комнаты, как Мью изо всех сил старался не сбить с ритма, во время прогона танца. Его голос дрожал, когда он пытался взять ноты, при этом путаясь в словах песни. Было больно видеть старшего таким, который ошибается направо и налево, и не может должным образом сконцентрироваться. «Ты в порядке, Мью?» — спросил инструктор по танцам, когда он остановил музыку. «Я в порядке» Мью коротко ответил, жестом показывая, чтобы музыка была воспроизведена. Галф хотел подойти к нему, спросить, как он может ему помочь, но впервые в жизни он обнаружил, что колеблется, потому что не был уверен, как отреагирует Мью. Поскольку Мью продолжал терять концентрацию, Галф не хотел больше ждать, он встал и подошел к Мью. «Эй, могу я с тобой поговорить?» — прошептал Галф Мью. Мью остановился как вкопанный, пытаясь взглянуть на лицо Галфа в поисках каких-либо доказательств того, почему он внезапно хочет поговорить. «Конечно» Мью кивнул, схватив полотенце со стула, и вышел из комнаты, Галф пошел следом за ним. Дверь студии Мью закрылась за ними, когда Галф прислонился спиной к двери. Что-то определенно было не так. Мью отказывался встречаться глазами с Галфом, когда он метнул взгляд через комнату, смотря на что угодно, только не на Галфа. «Мью». Голос Галфа прозвучал более грубо, чем он предполагал. Мью, наконец, поднял глаза и посмотрел прямо на Галфа. «Что происходит?» «Ничего» — пробормотал Мью, проводя рукой по волосам. Галф оттолкнулся от двери и направился к Мью. «Я знаю, что тебя что-то беспокоит, скажи мне, в чем дело». Мью вздохнул, бросив полотенце на диван рядом с собой. «Я просто не могу перестать думать об этом, Галф» «О чем?» «О том, что произошло вчера, о нас, обо всем этом». Мью казался выжатым, его взгляд был тяжелым, а в глазах больше не было того блеска. Галф взял за руку Мью и уставился на старшего: «Я думал, мы все обсудили», — мягко сказал Галф. «Я не хочу причинять тебе боль, Галф». Голос Мью дрогнул, его непролитые слезы стали заметнее. «Я сказал тебе, что ты не делаешь мне больно, Пи». Глаза Галфа горели, а тело уже потряхивало. «Но я буду. Я не хочу, чтобы это случилось, я хочу, чтобы то, что между нами осталось на долго «. «Что ты хочешь этим сказать, Пи, я не понимаю?» Конечно, Галф догадывался, к чему ведет старший, поскольку его тело становилось все слабее и слабее, но он продолжал держать Мью за руку, боясь отпустить. «Мне нужно время, чтобы разобраться в своих чувствах, я не хочу быть несправедливым по отношению к тебе». Мью качал головой, как будто он не мог согласиться со своими собственными словами, слезы, наконец, покатились по его щекам. «Так ты хочешь расстаться?» Галф не осознавал, что плачет, пока не почувствовал влажность на щеке. «Я не хочу делать тебе больно». Мью быстро схватился за щеки Галфа, смахивая слезы, хотя его слезы продолжали падать, он всегда заботился, прежде всего, о других, а не о себе. «Я хочу быть уверенным, что то, что я чувствую к тебе, реально и надолго». «Ты м-можешь сделать это, пока будешь со мной». Галф задыхался от судорожного рыдания. Он понимал, что именно стало причиной, по которой Мью принял это решение. Происшествия прошлого вечера глубоко задели обоих, возможно это было бы правильным решением взять небольшой перерыв, чтобы понять, что их отношения были не просто попыткой залечить свои старые раны, а чем-то реальным и искренним. Но, Боже, это больно, больно так сильно, что казалось, будто Галфу на самом деле вырывают сердце из его груди. Мью сделал его счастливее, чем когда-либо. Он отдал часть себя старшему, и теперь держаться от него подальше — все равно, что отрезать от него этот кусок, кровоточащий и истерзанный, неспособный когда-либо исцелиться. «Я не хочу тебя так использовать». Мью схватился за шею Галфа, прислоняя свой лоб ко лбу младшего, позволяя, слезам стекать по щекам и смешиваться друг с другом. Они продолжали плакать, все крепче обнимая друг друга, надеясь, что горе от того, что они будут держаться подальше друг от друга, уменьшится хоть немного. Но это не помогало. Казалось, что это был конец. Казалось, что все рушится, что мир вокруг них вращается со скоростью, за которой они не успевают. Галф никогда не влюблялся так, если бы он знал, что сильная влюбленность в кого-то обязательно причинит ему столько боли, он бы сто раз подумал, прежде чем полностью отдать свое сердце кому-то. Галф никогда никого не любил так сильно, как Мью. Может быть, это то, что заставило его ослабить хватку на Мью, когда он вытирал слезы, пытаясь успокоиться, насколько мог. «Хорошо, Пи». « Хорошо?» Голос Мью был полон шока, как будто он ожидал, что младший будет сопротивляться и откажется от его аргументов. Однако Галф тоже хотел, чтобы Мью был уверен в том, что он чувствует к нему. Он не знает, что произойдет, если Мью поймет, что у него нет конкретных чувств к Галфу. Он не знает, что он будет делать тогда. Он, наверное, сойдет с ума. Если Мью поймет, что младший ничего для него не значит, Галф никогда не сможет заполнить эту дыру в своей груди, решив жить вечно там, где он любил Мью и был на его стороне, несмотря ни на что. «Если ты этого хочешь, что еще я могу сказать?» Галф не дождался ответа Мью и выбежал из комнаты, слезы текли по его щекам. Он заперся в своем личном кабинете, когда он упал на пол, прижав колени к груди, позволяя слезам намочить его одежду. Перед глазами возникли образы прошлого, Отказы, с которыми он столкнулся, Времена, когда он ненавидел себя, И тогда Галф понял, что Это было самым большим горем, с которым он когда-либо сталкивался.