By Your Side (Let Me Be Selfish)

МЬЮ

«Ты одиночка Мью, может быть, однажды, ты, наконец, найдешь для себя кого-то подходящего» Мью так часто слышал это, что слова плотно засели в его голове и как бы он не старался, забыть о них, они снова и снова всплывали в памяти. Когда дело касалось любви, он был безнадежен. «Не оставляй меня» Эти слова Мью тоже произносил слишком часто. Долгое время он думал, что он проклят. Он всегда винил в этом свою карьеру, которую выбрал как причину, по которой он так и не нашел своего человека, но в глубине души он знал, что это неправда. В сердце Мью всегда была пустота, с самого детства он поклялся себе, что не будет слишком привязываться к своей семье. Он постепенно отталкивал от себя всех своих близких, потому что не хотел однажды пережить боль от потери их. Однако он всегда хотел, чтобы кто-то отдал ему свое сердце, чтобы кто-то заботился о нем. Мью предпринимал много попыток, чтобы найти последний кусочек головоломки, который мог бы заполнить пустоту. Но у него никогда не получалось этого сделать. До Галфа. Галфа, который позволил ему по-другому взглянуть на любовь. Галфа, который понял его и научил Мью, что он должен получать столько, сколько дает сам. Галфа, который был единственным, кто смог заполнить пустоту в сердце Мью. Это было похоже на бурю, которая, наконец, расставила все на свои места. Галф был этой бурей. Прекрасной бурей. Мью потребовалось некоторое время, чтобы понять, что мальчик, которого он видел каждый день, идеально подходил ему. Когда он понял это, все, что он хотел сделать, это защитить Галфа любой ценой. Галф был ему дорог. В худшие времена он был рядом с Мью, никогда не покидал его. Галф заботился о Мью безоговорочно, и, самое главное, Галф любил Мью как никто другой. Может, в этот раз все было по-другому. Кто-то, наконец, полюбил Мью так же сильно, как и он сам. Любовь, которую Галф дал ему, была безграничной. Но как бы Мью ни любил Галфа в ответ, он слишком часто обжигался. Каждый раз, когда он испытывал такие сильные чувства к кому- либо, его оставляли с разбитым сердцем. Когда Мью напомнили о том, как плохо он справляется с этими чувствами, это напугало его, так как он даже не хотел думать о том, что с ним будет, если отношения с Галфом закончатся аналогичным образом. Галф спас его, исцелил. Поэтому, внезапная пустота, которую он чувствовал в последние несколько дней, была неизбежна. Он оттолкнул Галфа, потому что не хотел причинить ему боль. Мью хотел убедиться, что его чувства были искренними, он хотел починить свое разбитое сердце, прежде чем он, наконец, сможет отдать его в чистом виде Галфу. Такая безусловная любовь была ужасающей. Это напугало Мью, так как все это было чуждо ему. Кто-то действительно искренне полюбил его в ответ. Это было слишком тяжело для его сердца, как будто оно могло разорваться на части из-за всех тех эмоций, которые он испытывал. Вот почему он хотел на этот раз разобраться в себе. Однако, осознание этого, не уменьшило боль, он продолжал чувствовать пустоту внутри снова и снова. Каждый раз, когда Мью возвращался в свою квартиру в течение последних нескольких дней, его не покидало чувство опустошенности. Его сердце сжалось, когда он взглянул на диван, на котором когда-то сидел Галф, а голова Мью покоилась на его коленях, пока младший нежно водил руками по волосам Мью. Его сердце болело при воспоминании о застенчивой улыбке Галфа и о том, как блестели его глаза, когда они встречались взглядами. Мью уставился на лист бумаги, лежавший перед ним, слова, которые он написал, будто насмехались над ним, напоминая о тех временах, когда он был достаточно глуп, чтобы оттолкнуть любовь всей своей жизни. У Галфа уже было его сердце, Мью должен исправить его, прежде чем оно рассыпется в его руках.

~ * ~

«Ты немного похудел, возможно, мне придется немного ушить твой пиджак». Стилист хмыкнул, осматривая верхнюю одежду, которую надел Мью. Его не удивило то, что он, кажется, немного похудел, в последнее время у него особо не было аппетита. «Эти штаны тебе не жмут?» Стилист снова поинтересовался. Да. Они чертовски сильно жали. Однако у Мью не хватило духу сказать это, он слишком заботился о чувствах других и беспокоился, что своими словами он может обидеть окружающих его людей. «Нет, все хорошо» Мью откашлялся и стал разминать ноги, надеясь хоть немного растянуть штаны. Мью чувствовал на себе взгляд Галфа, который очевидно, распознал его ложь. Галф знал его слишком хорошо, небольшое изменение тона Мью не осталось незамеченным младшим. Когда стилист еще немного подобрал ткань, Мью увидел, как Галф закатил глаза, прежде чем направиться к ним. «Пи, это слишком туго. Когда он будет выступать на сцене, ему может быть неудобно» Галф схватил брюки за дырочки на поясе, показывая, что они туго натянуты. Ощущение прикосновения Галфа заставило Мью вздрогнуть, а лицо моментально покраснело, когда два человека в комнате вопросительно посмотрели на него. «Извините» — пробормотал Мью. «Ты должен был сказать мне об этом Мью, это очень важно, чтобы тебе было удобно в одежде, в которой ты выступаешь» «Он просто устал, Пи, репетиции были сумасшедшие, ведь до концерта осталось всего несколько дней». Галф пытался защитить Мью, старший бросил взгляд в сторону, его сердце трепетало от того, как Галф все еще так нежно заботится о нем. Если быть точным, до концерта осталось четыре дня. После долгой примерки, стилист закрепил на ткани иголки и начал собирать свои вещи, пообещав вернуться завтра со всей необходимой для выступления одеждой. Когда Галф вышел из комнаты, Мью чуть было не крикнул его имя, чтобы остановить его, но младший быстро перебил его. «Репетиция начнется через пять минут, Пи». И с этим Галф закрыл за собой дверь, оставив Мью с протянутой рукой, пытающейся дотянуться до своего драгоценного Галфа, однако расстояние между ними, казалось, только увеличивалось все больше и больше.

~ * ~

Мью, даже несмотря на все отвлекающие факторы, с которыми ему пришлось столкнуться, нашел в себе силы, чтобы усовершенствовать свою хореографию. Репетиции последние несколько дней были скучными. Чего-то не хватало. Возможно, Мью скучал по тому, как они с Галфом украдкой поглядывали в зеркало, делясь понимающими улыбками своей тайны. Или по тем моментам, когда они мимолетно целовали друг друга, когда оставались в студии одни. Без них Мью чувствовал пустоту, а дыра в его груди становилась все больше и больше. Дело не в том, что он не замечает, как младший смотрит на него в отражении зеркала, он замечает, однако всякий раз, когда их глаза встречаются, Галф быстро отводит взгляд. Это больно. Больно осознавать, что именно он является причиной того, что Галф так себя ведет. «Закончили! Это было идеально Мью!» Все подбадривали Мью за то, что он улучшил свои навыки, а он в ответ слабо улыбнулся. Когда пришло время уходить, все собрали свои вещи и вышли из комнаты, кроме Мью и Галфа. Мью внимательно наблюдал за Галфом, пока младший аккуратно упаковывал свою сумку, вставая, чтобы уйти, однако Мью не знал, что на него нашло, когда он схватил Галфа за руку, чтобы остановить его. «Галф-» «Что такое Пи?» Галф напрягся, медленно повернувшись к Мью, не встречаясь взглядом со старшим. «Могу я поговорить с тобой, пожалуйста?» — умолял Мью, его руки крепче сжимали руку Галфа. «О чем?» «О нас» «А разве здесь есть о чем говорить, Пи?» Галф вздохнул, медленно убирая руку старшего. Сердце Мью сжалось от этого действия. Это больно. «Тебе нужно было время, и я даю его тебе». «Я не хотел, чтобы мы становились совершенно незнакомыми людьми! Галф, ты мне все еще нужен». Мью сжал руки в кулаки, чтобы попытаться удержать себя от дальнейших прикосновений к Галфу. «И я здесь, Пи, когда ты захочешь». Глаза Галфа стали мягкими, когда он, наконец, сосредоточил их на Мью. «Но ты так далеко». «Это лучшее, что я могу сделать, Мью», — голос Галфа звучал умоляюще, ему тоже было больно. Мью не может не задаться вопросом, не ошибся ли он. Глаза Галфа блестели, когда он глубоко вздохнул, «Если я не буду держать дистанцию, я не знаю, смогу ли я контролировать себя рядом с тобой».

~ * ~

Хорошо, что у Мью не было времени пожалеть о своем выборе. Он был поглощён суматохой, связанной с приближающимся туром. Когда наступил первый день тура, Мью стал безумно нервничать. Он слишком давно не выступал на сцене перед толпой людей, которые обожали его за его музыку. Это нервировало, потому что он хотел показать всем, что он все тот же страстный певец, в которого все влюбились когда-то. Но все-таки больше всего он переживал из-за плана, который он задумал. Он несколько раз потянулся в раздевалке, пока костюмеры и гримёры работали над его образом. Сегодня Мью не смог увидеть Галфа, так как он был занят проверкой, все ли готово для концерта. Когда пришло время выходить на сцену, появился Галф и просунул голову в комнату. «У тебя есть еще две минуты». Мью кивнул в ответ, отряхивая одежду. Взяв микрофон в руку, и надев наушники, он направился к Галфу. «Пошли» Когда они шли по темным коридорам к сцене, Мью почувствовал легкое дергание за руку, когда он повернулся, он понял, что это был Галф. Мью вопросительно приподнял бровь, поскольку младший, казалось, спорил сам с собой. «Что такое?» — мягко спросил Мью. Галф закрыл глаза, глубоко выдохнув, он медленно схватил руку Мью, крепко сжав ее, из-за чего сердце Мью стало биться быстрее от успокаивающего прикосновения, а его тревога исчезала, как тонкие облака. «Удачи, Пи, у тебя все получится, как и всегда!». Галф улыбнулся, когда он в последний раз слегка сжал руку, прежде чем похлопать Мью по спине: «Давай, пора». Мью не мог пошевелиться в течение нескольких секунд, все мысли вылетели из головы от того, что произошло, однако, когда крики толпы начали усиливаться, Мью смог вырваться из транса. С яркой улыбкой он прошептал Галфу: «Спасибо»

~ * ~

Когда Мью выходил на сцену, он становился другим человеком. Крики толпы были оглушительными, когда он исполнял свои песни, полностью отдаваясь музыке. Было приятно видеть, как толпа танцевала вместе с Мью, очарованная артистом перед ними. . Когда Мью был на сцене, он часто чувствовал себя самым счастливым человеком на свете, у него было время забыть обо всех своих проблемах, когда он делал то, что любил больше всего. В такие моменты он совершенно забывал о всех невзгодах, с которыми ему пришлось столкнуться. Он даже не заметил, что настало время его выхода на бис, последнего выступления. Он бросился за кулисы, где разные руки схватили его, чтобы помочь Мью избавиться от одежды и вытереть пот. Когда он переоделся в удобную одежду, раздались оглушительные крики фанатов, выкрикивающих его имя, он почувствовал, как пара знакомых рук массирует его забившиеся плечи. Мью поднял глаза, увидев в отражении зеркала Галфа, массирующего зону у затылка и давящего на него льдом. Их взгляды встретились, но Галф поспешно опустил взгляд, продолжая делать свою работу, а Мью продолжал наблюдать за ним в отражении зеркала. Мью всегда думал, что его мир состоит только из музыки, что музыка — единственное, чему он может отдаться, потому что он был довольно плох в любви. Однако теперь, глядя в зеркало, он понял, что может полностью отдаться только двум вещам, двум вещам, которые он считал своим миром. Теперь помимо музыки в его мире есть Галф, Галф Канавут. Когда обладатель его мира улыбнулся ему в отражении, Мью стал более уверен в том, что он собирался сделать, он хотел сделать это для Галфа, хотел показать, как много он значит для Мью. Когда Мью встал со стула, выбрав уже знакомый путь к сцене, он обернулся. «Галф » — крикнул Мью. «Да?» «Мне бы очень хотелось, чтобы вы держались ближе к сцене во время выхода на бис». Поначалу Галф выглядел сбитым с толку, к тому же растерянным, потому что у него было так много дел: «Почему, Пи?» «Я просто хочу, чтобы ты смотрел на меня, только на меня. Пожалуйста» Галф посмотрел в глаза Мью, надеясь найти какие-либо объяснения его просьбы, однако, не найдя ни одного, он нерешительно кивнул, на что Мью одарил его широкой улыбкой. Когда Мью побежал обратно на сцену, снова разразились аплодисменты. Они продолжались, пока Мью исполнял последние несколько песен. Мью надеялся, что Галф будет наблюдать за ним, он хотел, чтобы Галф услышал те слова, которые у него не хватило бы смелости произнести вслух. Поэтому он выбрал лучший способ сказать ему это. Он сел на стул, находящийся в центре сцены, когда крики стихли, он начал говорить: «У меня сегодня есть кое-что особенное, вы, ребята, услышите это первыми». Мью улыбнулся толпе, когда они начали кричать, ожидая, пока они успокоятся: «Эта песня на самом деле для кое-кого особенного, и я надеюсь, что он слушает меня прямо сейчас». Он зафиксировал микрофонную стойку и подключил переданную ему гитару к динамику. «Текст этой песни, это те слова, которые я действительно хочу сказать, но я слишком труслив, чтобы произнести их вслух лично, поэтому, пожалуйста, где бы вы ни были, я надеюсь, что вы очень внимательно меня слушаете». Мью закрыл глаза и провел пальцами по струнам, сообщая о начале песни. «Проснувшись однажды утром, я обнаружил, что мир изменился, А будильник будит меня, как обычно. Ты мирно спишь, не зная, что у меня на уме, Я позволяю тебе погрузиться в твои сладкие сны.» Источником вдохновения для Мью послужила поездка на Мальдивы. Наблюдая за спящим рядом с ним Галфом, он пробегал глазами по мягким чертам лица Галфа, останавливая их на его пухлых губах, которые он так любил. Эти слова возникли в его голове, когда он нежно водил кончиками пальцев по позвоночнику Галфа, когда они проводили самые счастливые дни в его жизни вместе. «Вспоминая время, когда мы смотрели друг другу в глаза, не произнося ни слова, То, как ты смотрел на меня, было доказательством нашей любви, Мы разделили столько хорошего, ты чувствуешь то же, что и я? Мне стоит промолчать? Или же сказать тебе? » Последние несколько дней, когда Мью проводил бессонные ночи, думая о Галфе, он понял, что действительно не может жить без Галфа. Мальчик, который отдал всего себя Мью, чтобы он снова мог быть самим собой. Мью хотел, чтобы Галф услышал в этой песни его искреннее признание в любви. «Что я хочу, чтобы ты был моим последним, Тем, кто разделит со мной каждый вздох, Я обещаю, что никогда не сделаю тебе больно, Ты меня слышишь, любовь моя? Пожалуйста, не отпускай мою руку.» Он понял, что имели в виду люди, когда говорили, что хотят провести остаток своей жизни с одним человеком, потому что Мью больше ни на секунду не хочет расставаться с Галфом. «Что бы ни случилось, пожалуйста, поверь в меня, Как бы тяжело ни было, мы справимся вместе, Потому что я знаю, что наша встреча не была случайностью или мечтой, И сегодня я принял решение. » Теперь Мью знает, он никогда в жизни не был так уверен в чем-то. Он влюблен в Галфа. И что самое лучшее? Галф любит его в ответ. «Отныне я хочу, чтобы ты был, Я хочу, чтобы ты был моим последним. Тем, кто разделит со мной каждый вздох, Я обещаю, что никогда не сделаю тебе больно, Ты меня слышишь, любовь моя? » Мью узнал, что такое любовь, он нашел подходящего человека, который, наконец, принял его таким, какой он есть, и возлюбил каждое его несовершенство. Галф вошел в его одинокую жизнь и оставил на Мью свой неизгладимый след, который он никогда не сможет стереть. «Даже если мир развалится на части, пожалуйста, помни, Моя любовь к тебе никогда не изменится, можешь не сомневаться, Мы двое будем идти бок о бок, пока ты меня любишь, Прошу, никогда не отпускай мою руку.» Мью не слышал криков, раздающихся из толпы, когда он исполнил финальные аккорды на гитаре, его глаза наполнились слезами от слов, которые исходили из самого сердца, которое билось в бешеном ритме. Все вокруг было как в тумане, поскольку он мог видеть только одного человека, мелькавшего перед его глазами, единственного человека, который имел для него значение. Мью поспешил за кулисы, когда концерт закончился, однако он остановился, когда увидел Галфа, стоящего в углу со скрещенными руками. Мью медленно приблизился к Галфу, только чтобы понять, что глаза Галфа были красными и до сих пор блестели, а его щеки были влажными от слез, когда он всхлипнул. «Галф- » Младший поспешно вытирал глаза тыльной стороной ладони, из которых продолжали течь слезы. Мью поднял руку, чтобы обхватить щеки Галфа, вытирая слезы, пока Галф продолжал шмыгать носом. Милый. Сердце Мью разрывалось от любви, когда он смотрел на Галфа, его нос был красным и он, как обычно, старался смотреть куда угодно, только не на Мью. Мью также чувствовал влагу на своих щеках, но все же улыбался. Наверное, никто раньше не видел, чтобы он так улыбался. «Галф, посмотри на меня» — мягко попросил Мью, поднимая лицо Галфа, чтобы встретиться с ним взглядом. Галф вытер нос, прежде чем взглянуть на Мью блестящими глазами, в которые Мью влюбляется снова и снова. «Ты…» Мью проклинал время и место, которые противостояли ему, когда его позвал персонал. Галф быстро отступил, пытаясь избавиться от слез на лице. Мью подошел к раздевалке и бросил последний взгляд на Галфа, который спокойно наблюдал за его удаляющейся фигурой. Мью был расстроен, что ему не удалось побыть с Галфом наедине, даже когда они ехали домой, Галф сидел в передней части машины вместе с назначенным водителем компании. Мью не терпелось поговорить с Галфом, чтобы, наконец, сообщить младшему о своем решении. Он молился небесам о последнем шансе, выходя из машины, когда они подъехали к его дому. Мью собрал свои сумки в руке, собираясь уйти, когда он услышал, как Галф сказал: «Я тоже выйду здесь, мне нужно кое-что обсудить с Мью». В груди Мью вспыхнула надежда, когда он с удивлением посмотрел на младшего, Галф все еще отказывался смотреть ему в глаза, но это было не важно. Галф хотел поговорить с Мью, и это было то, о чем Мью мог только мечтать. Поездка в лифте была тихой, мягкая музыка на заднем плане была единственным шумом вокруг них. Когда они достигли своего этажа, возможно, это было инстинктивно, Галф потянулся, чтобы отпереть дверь в его квартиру, прежде чем Мью смог это сделать. Мью согревало сердце, что некоторые вещи всегда будут такими, какими они были. Галф вел себя слишком тихо, кладя сумки и одежду Мью на стойку, снимая при этом туфли. Глаза Мью пробегали по фигуре Галфа, задаваясь вопросом, как ему лучше начать разговор, однако неожиданно Галф опередил его, «Когда ты написал эту песню?» «Эээм, я начал ее писать, когда мы были на Мальдивах, в первую ночь, когда мы, эм…» Мью потер шею, внезапно почувствовав, как по спине пробегает озноб. « Она прекрасна» промурлыкал Галф, усаживаясь на диван и оглядываясь так, как будто он здесь впервые. «Я написал ее для тебя». Галф перестал бегать глазами по квартире, когда услышал слова Мью. Мью был уверен, что Галф уже знал, для кого предназначена эта песня, но он хотел, чтобы Галф услышал это именно от него. «Были ли твои слова искренними?» — спросил Галф, пристально глядя на Мью. Мью качнулся на цыпочках, собираясь заполнить пустое место рядом с Галфом. К черту. Он проклинал себя, собираясь с силами, чтобы подойти к дивану, заняв место рядом с Галфом, в то время как глаза младшего были сосредоточены на нем. «Да. Все слова были от чистого сердца» Галф закрыл глаза и вздохнул. Казалось, будто он почувствовал облегчение. Мью не раздумывал, когда потянулся к руке Галфа, переплетая их пальцы. Их руки всегда идеально смотрелись вместе, и они по-прежнему выглядели идеально. Настала очередь Мью испытать облегчение, когда он почувствовал, как Галф сжимает пальцы в их спутанных руках, сжимая их так крепко, как только мог. «Значит, все кончено? Этой дистанции между нами больше нет?» «В будущем между нами больше никогда не будет дистанции». Слова Мью предали Галфу уверенности, когда младший подался вперед, чтобы прижаться своими губами к губам Мью. Было так тепло, так правильно и так идеально. Мью чувствовал, что потерянные куски внутри него были помещены обратно туда, где они должны были быть. Мью, наконец, почувствовал, что снова может дышать, когда знакомый вкус Галфа коснулся его губ. Галф захныкал, когда Мью схватил его за шею, чтобы плотнее прижать их губы друг к другу, компенсируя то время, которое они пропустили. Их уста знали друг друга как никто другой. Погруженные в знакомый танец языков и зубов, смешанных с их солеными слезами счастья. Когда они отстранились друг от друга, Мью прислонился лбом к Галфу, их дыхание смешалось. «Мне очень жаль, что я причинил тебе боль, я ни в коем случае не хотел этого. Я просто думал, что смогу защитить тебя от своего прошлого». Голос Мью был полон искренних извинений, он надеялся, что Галф поймет, что он не хотел его ранить. «Ты никогда не сможешь причинить мне боль, Мью». «Но я сделал это, когда просил у тебя невозможного. Я знал, что чувствую к тебе, но я просто хотел убедиться, прежде чем смогу утянуть тебя за собой». «Я знаю, Мью, я знаю» Услышав, как Галф назвал его по имени, что-то щелкнуло внутри Мью. Это было так интимно и так полно любви, что Мью просто хотел, чтобы Галф продолжал повторять его имя, таким образом до конца своих дней. «Ты можешь простить меня, Галф?» «Конечно» Улыбка Галфа сводила Мью с ума, она была такой нежной, такой особенной. «Позволь мне загладить свою вину перед тобой, за все время, которое я потратил впустую». Глаза Галфа сморщились, когда он тихонько рассмеялся и обнял Мью за шею. «Да, пожалуйста, Мью». Когда их губы снова соприкоснулись, казалось, что они принадлежат друг другу. Хриплые вздохи Мью эхом разносились по тихой квартире, когда он нес Галфа на руках, притягивая губы младшего, смакуя вкус, по которому так скучал. Когда он осторожно уложил Галфа на кровать, он уставился на картину, что предстала перед ним, волосы младшего были в беспорядке от пальцев Мью, а шея покрыта красными рубцами. Я так люблю его. Он вычерчивал эти слова на коже Галфа, покрывая его тело влажными поцелуями и попутно снимая одежду с их тел. Мью не торопился, целуя каждый дюйм кожи Галфа, пока младший хныкал от каждого прикосновения. После столь длительной разлуки снова ощущать вкус Галфа, для Мью было подобно эйфории. Наконец-то! Этот вкус был именно таким, каким он его запомнил: уникальным и неповторимым, самым желанным. Мью навсегда хотел запечатлеть в своей памяти момент, когда Галф, схватившись за волосы Мью, стонал его имя и умолял дать ему то, что он хотел. Черт возьми, он так по нему скучал. Для Мью Галф в этот момент казался божественным: он покраснел, корчился на простынях с приоткрытым ртом, пока Мью работал своими длинными пальцами. Ангел, посланный с небес только для Мью. «М-Мью, пожалуйста, хватит, я сейчас…» Галф задохнулся, когда Мью задел его чувствительную точку. «Шшш, дорогой, это ненадолго». Мью жадно поцеловал нетерпеливые губы Галфа, поймав его стон. Мью почувствовал, как Галф впивается ногтями в его спину, когда он медленно вошел в Галфа, боль от ногтей была для него не чем иным, как удовольствием, прекрасным воспоминанием. Ощущение, как его голый член задевает мягкие стенки внутренностей Галфа, почти заставило Мью полностью потерять себя, это было слишком хорошо. Глядя на Галфа, закусившего губы и закрывшего глаза, Мью не мог больше сдерживать себя, его движения становились более быстрыми и резкими. Мью не мог отделаться от мысли, что причиняет младшему боль, поэтому он целовал все его тело в безмолвных извинениях, продолжая безжалостно входить в Галфа, вид его длины, входящего и выходящего из него, выглядел совершенно безумным. Он прижал палец к губам Галфа, чтобы высвободить их из зубов Галфа, чтобы коснуться их своими собственными. Губы Галфа были пухлыми и вызывающими, их темно-красный цвет заставил Мью потянуть их зубами. Мью был в чистом блаженстве, в его объятиях был Галф, они занимались любовью самым страстным образом, который он мог представить, и Мью не хотел променять это ни на что на свете. Когда они приближались к разрядке, Галф крепко держался за Мью, его руки обнимали его шею, а ноги крепко обвились вокруг талии Мью. Мью уткнулся лицом в шею Галфа, когда младший стонал под ним, а их кожа соприкасалась друг с другом в бешеном ритме. Мью покрывал поцелуями шею Галфа, шепча слова, которые он так давно, хотел произнести вслух: «Ты — моя половинка, Галф». Мью поцеловал Галфа в подбородок, пока младший крепко держался за него. «Ты показал мне, что такое настоящая любовь, и помог понять, что я тоже заслуживаю любви». Он поцеловал Галфа в нос. «Ты остался и вылечил меня, сломанного, не подлежавшего ремонту». Мью поднес губы ко лбу Галфа, плотно прижавшись к нему. «Я хочу, чтобы ты был моим последним». — прошептал Мью, крепко обхватив Галфа за талию, а другой рукой мягко прикоснулся к щеке младшего. «Я-я так сильно тебя люблю» По лицу Галфа покатились слезы, он почувствовал, как Мью прикоснулся своими губами к его щекам. Мью поспешно прижался губами к Галфу, захватив их в медленном, страстном поцелуе, в последний раз прикусив Галфа нижнюю губу, Мью отстранился, чтобы посмотреть на Галфа. Его великолепный Галф, глаза которого сияли, на голове был бардак, а его губы были любимого темно-красного оттенка. Мью думал, что Галф был самым красивым человеком в мире, самым милым и добрым. И он принадлежал Мью. Только Мью. Мью улыбнулся в ответ Галфу, который одарил его мягкой ухмылкой, издав едва слышимые звуки удовлетворения. Глядя на лицо Галфа, самого дорогого человека для Мью, он, не колеблясь, на этот раз сказал вслух: «Я люблю тебя, Галф Канавут, я безмерно и искренне люблю тебя».