Смерть - единственный конец для злодейки

В голубых глубоких глазах, пристально смотревших на меня, таилось неведомое мне чувство. Происходящее завертелось весьма странно, так как это я пришла уговаривать его подписать контракт, но сейчас мы словно поменялись ролями. «Почему?» И снова меня захлестнули бессмысленные эмоции. Я не верила, что он действительно делает это сугубо ради удовлетворения собственного любопытства. Прищурившись, кинула на него подозрительный взгляд. «Когда ты встретишься с героиней и вернешь ее в герцогство, будешь ли ты все еще думать обо мне?» Тем не менее, я ничего не могла поделать с данной ситуацией, поскольку она являлась одной из многочисленных маршрутов игры. Но мне правда нужно было заключить с ним контракт. — Давайте перейдем к контракту об изумрудном руднике. На секунду засомневавшись, все же откликнулась я положительно на его предложение. Затем, почувствовав легкую несправедливость, будто бы меня водят за нос, продолжила: — Вы уже смели мои товары на аукционе, посему я все равно не смогу подписать контракт с другой группой. — Ха-ха. Он засмеялся с еле просачивающейся неловкостью, но от этого я не почувствовала недовольство, что уж говорить о ненависти. — Но мне также нужно известить своего дворецкого. Моментально подвела я черту. — Сегодня я пришла встретиться с Вами, не оповестив его, не из-за обсуждения изумрудного рудника. Я намеривалась обратиться к Вам с личной просьбой — позаботиться о моей алмазной шахте. Винтер тем временем глядел на меня загадочным взглядом. Его глаза, которые, казалось, были наполнены напряжением, стали удивленными. — Вы имеете в виду… саму добычу алмазов? — Да, я размышляла о том, что с этим делать. И в конечном итоге пришла к выводу, что мне требуется агент, который возьмет на себя процесс добычи и продажи. — … — Я хотела бы расписаться отдельно. Он перевел странный взгляд на достанный мною белый конверт. Во время образовавшегося разговора о драгоценных камнях тема внезапно перешла к управлению алмазным рудником. И, конечно же, он выглядел удивленным. Но это был лучший метод, который пришел мне в голову за все время раздумий. Винтеру известно, что алмазный рудник не может считаться моим собственным имуществом. Бухгалтеры отчетливо заботились о моих активах. Хоть я и живу в роскоши, возникло бы недопонимание, заметь он, что у меня внезапно появилось огромное количество денег. В то же время в герцогстве я тайно накапливала средства, чтобы как следует подготовиться к моменту, когда Винтер наконец-таки вернет настоящую принцессу. Пока он будет ослеплен контрактом, он перестанет обращать внимание на «фальшивую принцессу», как это происходило в нормальном режиме. Не зная моих истинных планов и холодного расчета, Винтер быстро расправился со своим смущением и спокойно спросил: — А как же Ваша семья? — Никто в семье не знает, что у меня есть подобные полномочия. Ответила я легким кивком. Раз уж заказы и продажа информации — его работа, у него, несомненно, присутствовало достаточно знаний и умений в данном деле. Я решила воспользоваться его расположением ко мне. — Вы, наверное, уже обратили внимание на мое положение в семье. Протянув руку, я скомкала конец белого конверта. — И это мой смазочный фонд, который я собираюсь использовать для спасения своей жизни. На самом деле, я хотела стать едва ли не миллиардером, пытаясь поддержать возможности получения их благоприятности и сохранения репутации. Не лучше ли изобразить из себя печальную и бедную дочь, чем вести себя, как высокомерная аристократка? Когда я посмотрела на Винтера, то не смогла прочитать его истинные эмоции, поскольку он был в маске. Однако, поведав часть о «спасении своей жизни», я определенно завладела его вниманием. — Мне требуется не только производственная компания для алмазной шахты, но и человек, кто будет хранить деньги и управлять ими. — … — Вы ведь желаете подписать со мной контракт? — … — Если согласитесь, я предоставлю Вам 60% от общего полученного дохода. Да, это было исключительное предложение. Когда дворяне обладали 60 процентами или больше — доход являлся сугубо их собственностью. Обычно они мало что отдавали слугам, принимающим роль их агентов. «Отлично, нет… Просто превосходно!» Мое предложение считалось практически идеальной перспективой. В душе я предвещала, что эта наживка может сработать. Молча слушая мой рассказ, Винтер, ненадолго замолчав, вскоре открыл рот: — Леди, я… — … — Неужели Вы наконец-то восстановили свое доверие ко мне? Но это оказалось не долгожданное согласие, а наполненный странностью вопрос. На мгновение я растерялась, сбилась с толку. «Доверие?» Почему вдруг он заговорил об этом? Мой пристальный взор впился в Винтера. — Я рад, что смог отплатить леди и вернуть долг. — Полагаю, доверие между нами теперь восстановлено. — Значит, Вы собираетесь снова посетить нашу базу? — …Будет ли причина, по которой мы в будущем встретимся снова? Разговор прошлого моментально захватил мою голову. Тогда я вела себя так, словно никогда его больше не увижу. Сейчас же я здесь, дабы обратиться к нему с личной просьбой. Так что для него было естественным усомниться. «У него действительно хорошая память». Он все еще помнил и зацикливался на этом? К сожалению, между ним и мной не будет никакого доверия. Как я вообще могу доверять человеку, который, что вполне вероятно, в скором времени вернет героиню и, черт возьми, грохнет меня? Неконтролируемые чувства, охватившие меня на мгновение, медленно утихли. Я никому не могла доверять в этой игре, и Винтер — не исключение. Однако мои мысли, разумеется, не были озвучены вслух, поэтому я слабо улыбнулась. — Дело не в Вас, а в доверии к маркизу. Он знал о моем тайном фонде, а в моем распоряжении находилась информация о его личности. Значение моих слов — общая секретность. Мы знали слабости друг друга, и это — почва нашего «доверия». Потрясенные глаза Винтера вскоре переменились. — Есть одно условие. — Условие? — Я хочу организовать несколько обязательных встреч, чтобы удовлетворить свое любопытство. — Встреч?.. Спросила я в ответ, полная непонимания. На что он решительно кивнул. — Да, и от выручки я возьму около 30% вместо 60. На секунду меня пронзила тревога и смятение. Хоть и продолжение наших встреч казалось достаточно обременительным, вряд ли бы это перевернулось для меня в плохую сторону. В любом случае, я решила принять его предложение, так как должна была узнать о его мыслях, когда он встретится с героиней. — Хорошо. Быстро обдумав ситуацию, я все-таки кивнула. Затем протянула руку. — Пожалуйста, позаботьтесь обо мне в будущем, мистер Белый Кролик. На губах возникла улыбка. Поскольку обсуждение завершилось и контракт был подписан, это нормально — пожимать друг другу руки, но Винтер ничего не предпринимал. Мой взгляд перевелся на собственную ладонь. «Ему… Ему что, неловко пожимать мне руку, пока я нахожусь в обличии мужчины?» Я тут же вспомнила свой великолепный образ, зачарованный магией. Однако Винтер поспешно схватил меня за руку. В какой-то момент кожа оказалась крепко зажатой более теплой. — Я тоже с нетерпением жду нашей будущей совместной работы, леди. Держа меня за руку, промолвил он. Его голос звучал приглушенно. И вдруг…

<СИСТЕМА> [Хотели бы Вы проверить благосклонность Винтера?]

Мои глаза заблестели, и вскоре появилась возможность подтвердить чужую благосклонность. Недолго думая, я без колебаний выбрала [2 миллиона золотых].

(Оставшиеся средства: 68 миллионов золотых)

Поскольку ювелирный бизнес пока не начал движение, моими единственный средствами по-прежнему были призовые деньги от охотничьего турнира. Но это не имело значения. [Интерес: 52%] Потому что благоприятность Винтера резко росла. «В прошлый раз, кажется, было 44 процента?» Я почувствовала безмерное освежающее чувство, ведь теперь цифры достигали больше половины. Остался всего месяц до возвращения героини нормального режима. И благосклонность двух мужских персонажей почти переселила половину, за исключением Иклиса. По сравнению с обычным режимом, где интерес увеличивался на 10-15 процентов только из-за одного эпизода, сложность данного режима просто зашкаливала своим безумством. «Если бы прохождение происходило на мобильном телефоне и закончилось плохим концом, можно было бы вернуться к самому началу». Я едва усмирила свою силу, вцепившись в чужую руку. Чуть не сжала. Но сейчас я находилась в реальности, поэтому, как бы я ни хотела, я не имела возможности бросить и остановить игру. «Нет, я проделала такой долгий путь, дабы не умереть». Захваченная глубокими размышлениями, позже я осознала, что мужчина все еще крепко держал мою ладонь. — Можете уже отпустить мою руку. Когда я бросила на него двусмысленный взгляд, он, смутившись, тут же отстранился. — Когда я подготовлю контракт, я тайно передам его через письмо. — Благодарю, жду с нетерпением. Выдав довольно грубый ответ, я собиралась покинуть сие место. Винтер встал следом, дабы проводить меня. — Сегодня Вы позаботились об экипаже на обратную дорогу? Когда мы дошли до выхода, задал он мне вопрос, словно заботясь о моей забывчивости, на что я посмотрела на него с глупым, ошарашенным выражением лица. Поняв все без слов, Винтер кивнул головой. — Похоже, Вы пришли одна. — … Воцарилась неловкая тишина. «Чертов телепорт! В прошлом подобная ситуация уже происходила, а я так необдуманно снова забыла об этом». — Я добавлю еще одну просьбу. В конце концов, у меня не имелось другого выбора, кроме как притвориться, что с моим покрасневшим лицом все в порядке, и попросить об услуге. — Отвезите меня на Гамильтон-стрит. И как только в ответ раздался громкий, нескрываемый смех. Мне пришлось прикрыть рукой пылающее от стыда лицо.